Решение № 2-208/2019 2-208/2019~М-2315/2018 М-2315/2018 от 1 августа 2019 г. по делу № 2-208/2019

Дело №2-208/19


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 августа 2019 года

город Туапсе

Туапсинский районный суд Краснодарского края в составе:

Председательствующего - судьи Коткова С.А.

с участием: представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующего на основании доверенности,

ответчика ФИО3,

при секретаре судебного заседания С

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 с учетом измененных в последующем требований обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Б, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО3, недействительным, прекращении права собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, признать право собственности ФИО1 на указанную квартиру в порядке наследования по закону после смерти Б, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ умер Б, которому ФИО1 приходится родным сыном. ФИО1 постоянно проживает в <адрес>, занимается дальними грузоперевозками и систематически уезжает по работе в иные регионы России, при этом связь с пожилым отцом поддерживал изредка, а в последние годы своей жизни (с середины 2016-2017 гг.) Б по неясным причинам сам отказывался от общения с сыном и внуком А, просил их не звонить ему. ФИО1 в 2018 году пытался связаться с отцом, однако телефон постоянно был выключен, что наводило на мысль, что Б намеренно решил сменить свой номер телефона или вовсе его выключить. В октября 2018 года ФИО1 после очередной командировки решил лично проведать отца по адресу его постоянного проживания в <адрес>. Однако, по прибытию ФИО1 выяснил от соседей, что его отец в конце декабря 2017 года умер, тело последнего и обнаружили соседи, обратившие внимание на включенный постоянно на протяжении 5-7 дней свет в квартире Б После смерти отца должно было остаться наследственное имущество в виде двухкомнатной квартиры с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, а также гараж по адресу: <адрес>. В последующем ФИО1 обратился за юридической помощью к ФИО4, которым была проведена юридическая проверка принадлежности спорной квартиры Б, а именно была запрошена выписка из ЕГРН о переходе прав на спорную квартиру, а также проверены рекламные интернет сайты по продаже объектов недвижимости. На сайте www.avito.ru было выявлено объявление за №, согласно которому спорная квартира продавалась по цене 2 100 000 рублей. Согласно полученной выписке из ЕГРН было выяснено, что ДД.ММ.ГГГГ новым собственником квартиры стал ФИО3 на основании договора пожизненного содержания с иждивением. Проверив данные объявления, было выяснено, что продавцом выступает ФИО3 На вопросы о том, как он стал собственником квартиры, и что случилось с Б, ответчик ответил, что собственником он стал на основании договора ренты, а Б умер от сердечного приступа спустя 10 месяцев после заключения договора ренты. Так, ФИО3 не уведомив близких родственников (сына и внука) о смерти Б, после регистрации акта о смерти, направил тело умершего на кремацию в <адрес>. При этом, в ходе телефонного разговора, ФИО3 отказался предоставить ФИО1 копию свидетельства о смерти Б, а также сообщить о месте захоронения праха, сославшись на то, что ФИО1 должен сам запросить все документальные сведения в уполномоченных органах. ФИО3 ранее являлся представителем Б в гражданском деле №, рассмотренном в Туапсинском районном суде по иску Б к его внуку А о признании недействительным договора дарения в отношении квартиры по адресу: <адрес>, поскольку Б заблуждался относительно природы сделки, и полагал, что ответчик по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ, должен за ним ухаживать и обеспечивать. Договор дарения между Б и его внуком А был заключен в 2010 году, при этом, Б постоянно проживал и был зарегистрирован в спорной квартире, его сын ФИО1 и внук периодически его навещали, ухаживали за своим близким родственником. Решением Туапсинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Б и его внуком А признан недействительным, прекращено право собственности А на спорную квартиру и признано право собственности за Б Апелляционным определением <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Туапсинского районного суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба А, без удовлетворения. ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован переход права собственности на спорную квартиру на Б на основании указанных судебных актов, о чем была сделана запись регистрации №. ДД.ММ.ГГГГ имела место регистрация перехода права собственности на спорную квартиру с кадастровым номером № по адресу: <адрес> за ФИО3 на основании договора пожизненного содержания с иждивением, о чем сделана запись регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ. Истец полагает, что в момент совершения оспариваемой сделки и заключения договора пожизненного содержания с иждивением, Б не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Указанное обосновывается тем, что в период совершения сделки, Б, будучи человеком глубокого пожилого возраста, имел прогрессирующее болезненное состояние здоровья, а именно болезни сердца и сосудов, перенес несколько инфарктов в 1995 и 2009 гг. и микроинсультов, которые создавали у Б психические патологии и когнитивные нарушения. ФИО3 ранее являющийся его представителем в судебных делах, зная о психическом состоянии Б в момент совершения им сделки, намеренно воспользовался его болезненным состоянием и повлиял на его волю с целью заключения договора пожизненного содержания с иждивением. Своими действиями ответчик нарушил закон, проявил явную недобросовестность действий и злоупотребление правом, что является основанием для признания договора пожизненного содержания с иждивением недействительной сделкой. ФИО1 является единственным наследником первой очереди, чьи имущественные интересы были нарушены заключенной между ФИО3 и Б сделкой по договору пожизненного содержания с иждивением. Ссылаясь на положения ст.ст.601, 602, 167, 177, 1111, 1142 ГК РФ просит суд признать договор пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Б и ФИО3, недействительным, прекратить право собственности ответчика на квартиру, признать право собственности ФИО1 на указанное имущество в порядке наследования по закону.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, обеспечил участие уполномоченного им доверенностью представителя - ФИО2, который по существу иск поддержал в полном объеме, просил его удовлетворить и пояснил, что Б во время сделки не мог руководить своими действиями, понимать значение совершаемых им действий в силу определенных индивидуальных, физиологических и возрастных особенностей, на что указывают представленные документы медицинского характера и рассмотренное дело Туапсинским районным судом в 2016 году, где Б уже высказывал свои доводы о том, что совершая определенные сделки, он не может до конца понимать их значение, правовую природу той или иной сделки. В частности, совершив сделку в 2010 году, а именно договор дарения, он явился в орган Росреестра и перерегистрировал право собственности. В 2016 году Б обратился в суд с иском и указал, что заключая сделку в 2010 году, не понимал правовую природу таковой, ссылался на те же самые заболевания, которые с возрастом к 2017 году прогрессировали. Медикаментозное лечение, которое он получал, влияло на его возможности воспринимать действительный характер совершаемых им юридических действий. ФИО3 в раннем деле являлся представителем Б Однако, в 2017 году, заключая договор ренты, вошел в доверие к Б и злоупотребил правом, осуществил недобросовестные действия, фактически склонил человека в пожилом возврате заключить с ним договор ренты, а сам договор ренты ответчик не исполнял. Не имеется документов, подтверждающих таковое исполнение.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признал и возражая по существу пояснил, что фактически Б он знает с 2001 года, в связи с тем, что тот являлся другом его отца. Обратился Б к нему лишь в 2016 году за помощью о представлении юридических услуг в суде, в связи с тем, что подарил свою квартиру своему внуку, который пообещал помогать ему и содержать, но не исполнил такового обязательства. В дальнейшем в адрес Б стали поступать претензии о получении кредитов, в том числе под залог имущества, в связи с чем, Б опасаясь отчуждения квартиры, которая его единственное жилье, обратился в суд. В ходе судебного заседания Туапсинского районного суда Б не заявлял о том, что он не понимал значение своих действий, а ссылался на то, что рассчитывал при заключении договора дарения на то, что внук будет за ним ухаживать и оказывать материальную помощь, чего не было получено со стороны внука. В ходе судебного заседания были истребованы Туапсинским районным судом все медицинские документы из медицинских учреждений, были допрошены свидетели, которые проживали непосредственно с Б, которые указали на адекватность Б, а также на то, что последний сам передвигался до конца своей жизни, имел разрешение на оружие и водительские права, которые годны до 2019 года. Б имел автомобиль. В судебном заседании, допрошенные свидетели указали, что они видели за день до смерти Б и на момент заключения договора ренты он пояснял, что он добровольно произвел отчуждение, а также то, что действительно ответчик за ним ухаживал. Б пояснял, что ФИО3 предоставляет ему услуги. Заключение договора ренты Б ни от кого не скрывал, даже от своих родственников, от внучки и падчерицы от второго брака. Свидетель со стороны истца поясняла то, что в 2015 году она приезжала в гости к Б, который жаловался на своего внука, то есть на ее сына, в части того, что внук за ним не ухаживает. Все поясняют то, что Б был педантичным, разборчивым и до конца своей жизни сам передвигался, вел документы, квитанции по затратам, заказывал через почту, пользовался компьютером. Сомнений в адекватности нет. В ходе судебного заседания была назначена судебная экспертиза, подтвердившая то, что Б понимал значение своих действий.

Третье лицо - нотариус ФИО5 в судебное заседание не явилась, заявлением просила отказать истцу в иске и рассмотреть дело в ее отсутствие.

Допрошенные в судебном заседании, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ свидетели Г, Ю, Н, А дали по своей сути и содержанию показания по выясняемым вопросам, которомы подтвердили, что при жизни Б был педантичным, аккуратным, разборчивым до мелочей и адекватным до конца своей жизни человеком, сам передвигался, управлял автомобилем, вел домашнее хозяйство и не скрывал факт передачи своего имущества ФИО3, а также подтвердили то, что ФИО3 за ним ухаживает и помогает.

Допрошенная в судебном заседании, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ свидетель Р показала, что знакома с Б много лет, так как является бывшей женой его сына и матерью его второго внука. Ежегодно с 2011 по 2015 года они его навещали, Она отправляла свою маму с сыном для того, чтобы поддерживать с ним отношения. Во время пребывания она жила в квартире Б и с каждым годом она замечала, что его психологическое состояние ухудшалось, так как у него было переменчивое настроение, часто был всем не доволен. Б болел, у него было два инфаркта, он принимал лекарства, но был адекватным, людей не забывал и узнавал.

Выслушав представителя истца, ответчика, приняв во внимание мнение третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковое заявление не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.601 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Б (получатель ренты) и ФИО3 (плательщик ренты) был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, в соответствии с которым получатель ренты передал в собственность плательщика ренты жилое помещение - <адрес>.

Данный договор был удостоверен нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО5 Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован переход права собственности на указанную выше квартиру к ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ Б умер в <адрес>, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 является родным сыном Б, что подтверждается свидетельством о рождении и справкой о заключении брака, согласно которой И присвоена фамилия ФИО1, который является наследником по линии отца.

В соответствии со ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим, гражданские права и обязанности возникают: из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

Согласно абз.2 п.2 ст.218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст.1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В соответствии со ст.1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Считая, что в силу имевшихся у Б заболеваний он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, его наследник по закону ФИО1 обратился в суд с иском о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, заключенного ДД.ММ.ГГГГ.

На основании ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

При этом, оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п.73 постановления Пленума № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Из приведенной правовой нормы и акта ее толкования следует, что правом на обращение в суд с иском о признании недействительной сделки, совершенной гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, обладает потерпевший, а после его смерти - его наследники.

В ходе рассмотрения дела судом была назначена посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза Б, производство которой поручено ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В» Минздрава России.

Согласно выводам, изложенным в заключении комплексной судебно психолого-психиатрической комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В» Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, у Б в период оформления договора пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ отмечалось <данные изъяты>

<данные изъяты>

Анализ материалов гражданского дела и медицинской документации позволяет сделать вывод о том, что применявшиеся для лечения Б перечисленные в заключении лекарственные препараты назначались в терапевтических дозах и не оказали влияния на его психическое состояние (в том числе на его волю и сознание) в период оформления договора пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ, он мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Таким образом у Б в период заключения договора пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ не обнаруживалось каких-либо существенных нарушений в интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сферах, в том числе признаков повышенной внушаемости, подчиняемости, которые могли бы оказать влияние на его способность к осознанию и произвольной регуляции собственных действий.

Вышеуказанное заключение комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В» Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ № суд принимает, поскольку данное заключение является ясным, полным, логичным, достаточным, научно обоснованным, в экспертном заключении содержится подробное описание сделанных в результате проведенной экспертизы выводов, исключающих двоякое толкование, оно соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ и положениям статей 67, 68 ГПК РФ, проведена компетентными экспертами, имеющими высшее образование и длительный стаж экспертной работы, которые в установленном порядке были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований сомневаться в объективности и обоснованности выводов экспертов у суда не имеется, таковые не противоречат иным, исследованным в судебном заседании и представленным сторонами доказательствам. Данное заключение подтверждается совокупностью имеющихся в деле доказательств, свидетельствующих о том, что в значимый период Б осознавал значение своих действий и руководил ими, в частности: показаниями свидетелей Г, Ю, Н, А, отмечающими у Б при жизни адекватное поведение. Показания Р о том, что у Б она отмечала ухудшение психологического состояния, сами по себе не свидетельствуют об неадекватности и не способности Б понимать значение своих действий и руководить ими и таковые доводы не могут поставить под сомнение заключение судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов, поскольку данные Р не обладает специальными познаниями в области психиатрии. Вместе с тем, данные показания свидетеля в части психологического состояния Б подтверждаются и выводами экспертов относительно наличия эмоционального расстройства последнего.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Тогда как истец по правилам вышеуказанной нормы процессуального права каких-либо допустимых и относимых доказательств, опровергающих выводы заключения экспертов, суду не представил.

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств суд приходит к выводу, что Б на момент заключения ДД.ММ.ГГГГ договора пожизненного содержания с иждивением был способен понимать значение своих действий и руководить ими, заключение данного договора, отчуждение квартиры происходили по его воле, а, следовательно, исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела наряду с другими относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку заключение ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В» Минздрава России от 03.06.2019г. № имело доказательственное значение при рассмотрении и разрешении настоящего дела, и расходы по экспертизе были возложены на истца, то с учетом ходатайства экспертного учреждения и отказа истцу в удовлетворении требований, таковые расходы в размере 40 000 рублей подлежат взысканию с ФИО1 в пользу экспертного учреждения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 - 199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФГБУ «НМИЦ ПН им. В» Минздрава России стоимость экспертизы в размере 40000 (сорок тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд через Туапсинский районный суд, в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: