Решение № 2-2149/2020 2-2149/2020~М-1692/2020 М-1692/2020 от 6 октября 2020 г. по делу № 2-2149/2020

Дело № 2-2149/2020

25RS0010-01-2020-003644-07


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 сентября 2020 года г. Находка Приморского края

Мотивированное решение составлено 07 октября 2020 года (в порядке статьи 199, части 3 статьи 107 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Алексеева Д. А., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Горбуновой Е. П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации по Находкинскому городскому округу Приморского края о признании решения незаконным,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2 (паспорт, доверенность),

от ответчика – ФИО3 (служебное удостоверение, доверенность),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с данным исковым заявлением, в обоснование которого указала, что 17 марта 2020 года она обратилась в Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по Находкинскому городскому округу Приморского края (далее по тексту – ГУ – УПФ РФ по НГО ПК) с заявлением о назначении страховой пенсии по старости. Решением ГУ – УПФ РФ по НГО ПК от 27 марта 2020 года № 133583/20 истцу отказано в назначении страховой пенсии по причине недостижения истцом возраста, дающего право на назначение страховой пенсии (56 лет 6 месяце). Истец просила признать незаконным решение ГУ – УПФ РФ по НГО ПК и обязать ГУ – УПФ РФ по НГО ПК назначить страховую пенсию по старости с 17 марта 2020 года.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования, при этом согласился с доводами ГУ – УПФ РФ по НГО ПК о том, что в связи с представлением уточнённой информации работодателем истца о периодах работы и отпусков у истца действительно отсутствует право на назначение страховой пенсии.

ГУ – УПФ РФ по НГО ПК против удовлетворения иска возражало со ссылкой на недостижение истцом возраста, необходимого для назначения пенсии, с учётом изменений в пенсионном законодательстве в части увеличения пенсионного возраста и недостаточности у истца стажа работы на государственной службе. Суду представлены письменные возражения ГУ – УПФ РФ по НГО ПК на исковое заявлено, согласно доводам которых ответчик считает оспариваемое решение законным и обоснованным

Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 (дата рождения: ДД.ММ.ГГ.) 17 марта 2020 года обратилась в ГУ – УПФ РФ по НГО ПК с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением ГУ – УПФ РФ по НГО ПК от 27 марта 2020 года № 133583/20 истцу отказано в назначении страховой пенсии по причине недостижения истцом возраста 56 лет 6 месяцев, требуемого для назначения пенсии с учётом изменений в пенсионное законодательство, внесённых Федеральным законом от 23 мая 2016 года № 143-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части увеличения пенсионного возраста отдельным категориям граждан», Федеральным законом от 03 октября 2018 года № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий».

В соответствии со статьёй 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее по тексту – Закон № 400-ФЗ право на страховую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 60 лет (с учётом положений, предусмотренных приложением 6 к данному закону). Граждане, которые в период с 01 января 2019 года по 31 декабря 2020 достигли ранее установленного пенсионного возраста и приобрели необходимый стаж, могут получать страховую пенсию по старости на 6 месяцев раньше достижения событий, предусмотренных приложением 6. При этом необходимая продолжительность страхового стажа и величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости на общих основаниях определяются на день достижения общеустановленного пенсионного возраста, но не ранее 01 января 2015 года.

Также с 01 января 2017 года статья 8 Закона № 400-ФЗ Федеральным законом от 23 мая 2016 года № 143-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части увеличения пенсионного возраста отдельным категориям граждан» дополнена частью 1.1, предусматривающей поэтапное увеличение пенсионного возраста, дающего право на назначение страховой пенсии по старости, ежегодно на 6 месяцев до 63 лет для женщин, замещающим государственные (муниципальные) должности и должности государственной (муниципальной) службы. Исходя из данных норм, пока лицо замещает соответствующую должность, страховая пенсия по старости будет назначаться исключительно по достижении возраста, установленного Законом № 400-ФЗ.

При рассмотрении заявления истца ГУ – УПФ РФ по НГО ПК было установлено, что ФИО1 на дату подачи заявления о назначении страховой пенсии по старости занимала должность государственной гражданской службы Российской Федерации, являясь <данные изъяты>, соответственно, право на страховую пенсию по старости в соответствии с частью 1 статьи 8 Закона № 400-ФЗ у истца возникнет 07 марта 2021 года, то есть по достижении ею возраста 56 лет и 6 месяцев.

Истцом в обоснование иска указано на то обстоятельство, что частями 1, 2 статьи 8 Закона 400-ФЗ предусмотрено, что лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины). По мнению истца, у неё имеется 37 лет страхового стажа, что, по мнению истца, является основанием для назначения ей страховой пенсии по старости.

Оценивая данные доводы, суд учитывает, что в соответствии с частью 9 статьи 13 Закона № 400-ФЗ при исчислении страхового стажа лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 настоящего Федерального закона, в целях определения их права на страховую пенсию по старости в страховой стаж включаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные частью 1 статьи 11 настоящего Федерального закона, а также периоды, предусмотренные пунктом 2 части 1 статьи 12 настоящего Федерального закона. При этом указанные периоды включаются (засчитываются) без применения положений части 8 статьи 13 Закона № 400-ФЗ.

Частью 1 статьи 11 Закона № 400-ФЗ предусмотрено включение в страховой стаж периодов работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации гражданами Российской Федерации, застрахованными в системе обязательного государственного пенсионного обеспечения, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

При этом в стаж учитываются: периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации, при условии начисления и уплаты страховых взносов; периоды получения пособия по обязательному пенсионному страхованию в период временной нетрудоспособности.

При расчёте данного страхового стажа истцом, как следует из объяснений представителя истца в ходе рассмотрения дела, оцененным судом по правилам части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), включён период работы с октября 1993 года по октябрь 1995 года.

Вместе с тем, как следует из ответа Главного управления Министерства юстиции Российской Федерации по Приморскому краю от 12 августа 2020 года № 25/5-17/5927, в период с 06 мая 1993 года истец находилась в декретном отпуске, в дальнейшем с 05 мая 1993 года по 16 октября 1995 года истцу был предоставлен отпуск по уходу за ребёнком до 3-х лет.

Периоды нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 – 3-х лет не засчитываются в 37-летний стаж, дающий право для снижения возраста выхода на пенсию. Законодательством предусмотрено исчисление стажа только из периодов работы и (или) иной деятельности, при условии уплаты страховых взносов и периодов получения пособия в период временной нетрудоспособности, в целях подсчёта стажа в соответствии с частью 1.2 статьи 8 ФЗ № 400-ФЗ.

В период отпуска по уходу за ребёнком до 1,5 – 3-х лет отсутствует начисление заработной платы и уплата страховых взносов в соответствии с действующим законодательством, в связи с чем указанные периоды не могут быть включены в стажа при досрочном назначении страховой пенсии по старости в связи с длительным стажем.

Данные выводы подтверждаются правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2019 года № 3373-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 на нарушение ее конституционных прав частью 9 статьи 13 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Каких-либо доказательств нахождения ФИО1 в отпуске по уходу за ребёнком в период только с мая 1993 года по октябрь 1993 года, а не по 16 октября 1995 года, истцом не представлено.

В судебном заседании представитель истца согласился с доводами ГУ – УПФ РФ по НГО ПК о том, что в связи с представлением Главным управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Приморскому краю информации о периодах работы и отпусков ФИО1 у истца действительно отсутствует право на назначение страховой пенсии.

С учётом изложенного суд не находит оснований для удовлетворения иска.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Находкинский городской суд Приморского края.

Судья Д. А. Алексеев