Решение № 2-757/2019 2-757/2019~М-510/2019 М-510/2019 от 9 июля 2019 г. по делу № 2-757/2019

ДЕЛО №2-757/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ишимбай 10 июля 2019 года

Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Шагизигановой Х.Н.,

при секретаре Бадртдиновой Д.Н.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2, его представителя ФИО3,

прокурора Исламшина Р.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 о возмещении материального и морального вреда, причиненного ДТП,

у с т а н о в и л :

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 500000 руб., утраченного заработка – 117229 руб. Далее в порядке ст. 39 ГПК РФ исковые требования уточнил в части размера утраченного заработка, просил взыскать с ответчика в его пользу утраченный заработок в сумме 114868.15 руб.

В обоснование иска указано, что вечером 13.10.2017 истец ФИО4 на своем велосипеде, оборудованНОМ световозвращателями, двигался по обочине автодороги <адрес> в сторону <адрес>, почувствовал удар сзади, потерял сознание, очнулся, лежа на асфальте. Попытался подняться, но не смог, <данные изъяты> В результате ДТП ему были причинены тяжкие телесные повреждения, он был сбит автомашиной марки <данные изъяты>» г.р.з. № под управлением ФИО2, не имеющего прав на управление транспортным средством и страховку ОСАГО. С места ДТП службой скорой медицинской помощи он был доставлен в ГБУЗ РБ Ишимбайская ЦРБ, где ему оказали первую помощь, из-за сильных болей назначили сильнодействующие наркотические и иные лекарственные средства (<данные изъяты>), проведена операция-<данные изъяты>, при котором в целях <данные изъяты> он 2 недели находился в неподвижном состоянии, конечности были зафиксированы при помощи грузов, в ногу были вставлены <данные изъяты>. 30.10.2017 выписан из стационара на амбулаторное лечение у травматолога. 31.10.2017 в связи с сильными болями вновь госпитализирован в травматологическое отделение ГБУЗ РБ «Ишимбайская ЦРБ» с диагнозом: <данные изъяты>. 01.11.2017 была проведена 2-х часовая операция: <данные изъяты>) <данные изъяты>, в правую ногу <данные изъяты>. 14.11.2017 со стационара выписали, он продолжил амбулаторное лечение у травматолога, был временно нетрудоспособен по 01.11.2018 с диагнозом «<данные изъяты>», передвигался сначала с помощью костылей, потом с тростью. Нога не заживала, постоянно мучали невыносимые боли. В связи с полученными в ДТП травмами ФИО4 всего находился на больничном с 13.10.2017 по 23.08.2018 (315 дней) и с 23.09.2018 по 01.11.2018 (43 дня). До сих пор истец не оправился от полученных травм, хромота не исчезла, его мучают сильные боли. Приказом директора ООО «<данные изъяты>» от 02.11.2018 № № на основании медицинского заключения № № от 01.11.2018 в соответствии со ст.ст. 73, 76 ТК РФ ФИО4 был отстранен от работы без сохранения заработной платы на период с 02.11.2018 по 02.01.2019 (62 дня). То есть, по вине ответчика в связи с полученными в ДТП травмами истец в течение 420 дней был нетрудоспособен, утратил заработок в размере 114686.15 руб. (расчет приведен в заявлении об уточнении исковых требований). Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела он неоднократно обжаловал в силу необъективного расследования, они отменялись, вновь выносились, последнее постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено 30.06.2018, им обжаловано Ишимбайскому межрайонному прокурору 30.10.2018, получено письмо от 09.11.2018 №426м-2018/3509 об отмене постановления руководством следственного органа, но ему об этом следственным органом не сообщено. По его мнению, причиной ДТП явилось нарушение ФИО2 п. 10.1. Правил дорожного движения - в условиях недостаточной видимости он должен был вести автомобиль со скоростью, обеспечивающей контроль за его движением, однако выбранная ответчиком скорость движения не обеспечила безопасность, исключила возможность предотвращения наезда на истца. После ДТП он больше года страдал физическими болями, перенес операции, многочисленные болезненные процедуры, был вынужден принимать по назначению врача лекарственные препараты, в т.ч. наркотические средства, передвигался с помощью костылей, в период длительной нетрудоспособности, ухудшилось качество его жизни, то есть ему причинен моральный вред (нравственные и физические страдания), размер компенсации которого оценивает 500000 руб.

В судебное заседание истец ФИО4, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, не явился, не просил отложить поддержал судебное заседание, не представил суду доказательства уважительности причин неявки, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело без его участия.

В судебном заседании 17.06.2019 ФИО4 поддержал иск, пояснил, что он ехал в Кузьминовку на велосипеде по своей стороне, было уже темно, купил бутылку минералки. Там камеры стоят, он ехал по дороге, у него на велосипеде на передних и задних колесах стоят отражатели, получил удар. Он ехал по своей стороне со скоростью 3 км/час, встречные едут, хотел на обочину съехать – ближе к обочине. ФИО2 приносил ему блок фар, принес жене 10000 руб. Он до сих пор прыгает, до сих пор ходит со штырем в ноге, ходит с палкой. Работает в ООО «<данные изъяты>». 13-го в школе на троих выпили 1 бутылку спиртного, целый день отработал. У ответчика руль не мог заклинить, если из зажигания ключ не вытащил.

Его представитель ФИО1 поддержал уточненные исковые требования, пояснил, что наезд был совершен на истца, т.к. нарушил п. 10.1 Правил дорожного движения: в вечернее время в условиях дорожного движения ответчик выбрал не ту скорость, совершил наезд. ФИО5 не нарушал ПДД, двигался в соответствии с ПДД. 1 месяц лежал в больнице, ему делали скелетовытяжение – делают дырку в пятке, потом ставили металлоконструкцию. Вынесены 3 постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, он получил тяжкий вред здоровью, 3 раза отменялись, он обжаловал, потом не получил результат, не дождавшись объективного расследования, подал в суд. Он был на больничном 315 +43 дня, потом был отстранен работодателем от работы, он ничего не получал, в это время его мучали физические боли, он двигался с тростью, хромота не прошла, кости не срослись, действительно тяжкий вред здоровью Ответчик управлял источником повышенной опасности без прав, без полиса страхования, должен возместить утраченный заработок и компенсацию морального вреда. Попытка заглаживания вреда со стороны ответчика была, он оплатил гипс 15.11.2017, в 2017 году оплатили около 14000 руб. В декабре 2018 истец обращался к травматологу. В объяснениях говорится, что истец двигался на обочине, что велосипед оборудован световозвращателями, в том числе повлияло на ДТП то, что ответчик был лишен прав управления транспортным средством и не был включен в полис. В схеме есть исправление места столкновения. Нет строгого запрета двигаться по краю проезжей части, по обочине, рекомендуемая норма - велосипед должен быть оборудован световозвращателем. ФИО5у в больнице давали трамадол после ДТП, т.к. были сильные боли. Нет акта освидетельствования, не указанные внешние признаки алкогольного опьянения, в крови 1.32 - это легкая степень опьянения. В экспертном заключении эксперт учел тормозной путь 16 м, хотя ответчик говорил, что он нажал на тормоз, потом отпустил, двигался со скоростью 60-70 км/час. Эксперт не дает четких и достоверных ответов. Схему не обжаловали, но обжаловали постановление.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал, пояснил, что ехал домой по <адрес>, набрал скорость 60-70 км/час, встречная автомашина с мощными фарами его осветила, она проехала и он увидел, что едет велосипедист по середине дороге, а не на обочине, нажал на тормоз, а автомашина все равно юзом идет на него, тогда отпустил тормоз, успел свернуть направо, но все равно чуть-чуть задел его. Если бы истец ехал на обочине, он никак не мог задеть его правую ногу, тогда должен был бы ехать по кювету. Был вечер, сумерки, темно, у него были включены ближние фары, встречные фары осветили, у него простая фара. Ограничения движения нет, там считается внутри города. Он не терял сознания, лежал, кричал: «моя водка!», когда скорая приехала: «моя нога!». После того, как сбил истца, он ударил его левой частью машины, никто не останавливался. Он хотел поднять его, но он сказал: «Ой, нога!». Истец был пьяный, говорил эвакуаторщику, что у него там водка лежит. Его машина была в исправном состоянии, автомашина блокируется на тормозах, был тормозной занос, потом он отпустил тормоз. Он был лишен водительских прав в апреле 2017 за управление в нетрезвом виде. Автомашина принадлежит ему, страхового полиса не было. Его срочно вызвали на работу и он поехал на машине, был трезв, живет в <адрес>. Пенсионер, пенсия – 12600 руб., сейчас не работает, иждивенцев нет, инвалидом не является. Он больницу посещал, истцу гипс купил, операцию оплатил. ГАИ его не винит, но водитель без вины виноват. Весной 2019 года экзамен сдал, комиссию прошел, права получил.

Его представитель ФИО3 иск не признал, пояснил, что телесные повреждения получены при ДТП, но безосновательно утверждение стороны истца о том, что велосипед был оборудован световозвращателями, что ФИО5 двигался по обочине, это опровергается схемой ДТП, объяснениями свидетелей, что он ехал посередине. ФИО5 находился в состоянии алкогольного опьянения, он не мог продувать, его кровь взяли на анализ и направили на освидетельствование, обнаружена алкоголь 1.3 г/л, промадол, прокаин. ФИО2 был трезв. По заключению эксперта скорость машины ФИО2 была 58.3 км/час. Зарплата истца взята не за 12 мес., а за 3 мес. работы в «<данные изъяты>», с предыдущего места работы нет. Он был отстранен от работы. Из представленных документов не следует, что он именно в связи с этой травмой находится на больничном. По его мнению, ДТП совершено по вине ФИО5 – он ехал не по краю проезжей части, должен был управлять велосипедом в трезвом виде, велосипед должен был быть оборудован световозвращателями, нарушил пункты 1.9, 24.1, 2.8 ПДД. Ответчик должен был полагаться, что все должны соблюдать ПДД, в том числе велосипедист.

Прокурор Исламшин Р.А. в заключении считал необходимым удовлетворить исковые требования частично: в части взыскания компенсации морального вреда – 150000 руб., утраченный заработок - в документально подтвержденной сумме, т.к. истцу вред причинен владельцем источника повышенной опасности.

Выслушав указанных лиц и заключение прокурора, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья.

Пункт 2 ст. 1086 ГК РФ предусматривает, что в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Пунктами 1, 2, 3 № ст. 1086 ГК РФ установлено, что размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности. В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за 12 месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев. Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.

Если в заработке (доходе) потерпевшего произошли до причинения ему увечья или иного повреждения здоровья устойчивые изменения, улучшающие его имущественное положение (повышена заработная плата по занимаемой должности, он переведен на более высокооплачиваемую работу, поступил на работу после окончания учебного учреждения по очной форме обучения и в других случаях, когда доказана устойчивость изменения или возможности изменения оплаты труда потерпевшего), при определении его среднемесячного заработка (дохода) учитывается только заработок (доход), который он получил или должен был получить после соответствующего изменения.

В силу статей 7 и 8 Федерального закона от 16 июля 1999 года N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" (в ред. Федерального закона от 14 июля 2008 года N 117-ФЗ) временная нетрудоспособность является страховым риском, а пособие по временной нетрудоспособности - одним из видов страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию. При наступлении временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы и поэтому, в данном случае, утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается, заключение экспертизы в данном случае не требуется. Таким образом, не полученная потерпевшим за период временной нетрудоспособности, возникшей вследствие наступления страхового случая, заработная плата, исчисленная исходя из его среднемесячного заработка, является утраченным заработком, подлежащим возмещению причинителем вреда вне зависимости от размера выплаченного пособия по нетрудоспособности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 13.10.2017 около 19.45 час. водитель ФИО2, управляя принадлежащей ему на праве собственности технически исправной автомашиной <данные изъяты> г.р.з. № РУС, следуя по автодороге <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес> в темное время суток, при включенных фарах ближнего света, при нормальных дорожных и метеорологических условиях, на которой каких-либо дорожных знаков, ограничивающих либо запрещающих движение не установлено, при движении по неосвещенному электрофонарями участку со скоростью около 60 км/час, совершил наезд на движущегося в попутном направлении по той же полосе движения велосипедиста ФИО4, который в результате ДТП получил тяжкий вред здоровью. Наезд произошёл передней левой стороной автомашины марки «<данные изъяты>» г.р.з. № РУС под управлением водителя ФИО2 на правой полосе автодороги на расстоянии 100 м от автомойки, расположенной на <адрес>, на расстоянии 1.6. м от правого края дороги по ходу движения автомашины марки <данные изъяты> г.р.з. №, что подтверждается схемой ДТП, протоколами осмотра ТС и другими материалами проверки.

По данному факту выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые неоднократно были отменены. Согласно материалам проверки сообщения о преступлении, зарегистрированного в КУСП №№ от 07.12.2017, последнее постановление вынесено 30.06.2018, в котором с учетом заключения эксперта №№ от 25.01.2018 и собранных материалов следователь пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, т.к. у водителя ФИО2 даже при выполнении им требований п. 10.1 ПДД РФ отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд на движущегося по проезжей части дороги велосипедиста ФИО6 путем принятия мер к торможению, в связи с чем в возбуждении уголовного дела отказано на основании ст. 24 ч.1 п. 2 УПК РФ.

ФИО4 к исковому заявлению приложена его жалоба на указанное постановление от 30.10.2018 и копия ответа заместителя Ишимбайского межрайонного прокурора РБ от 09.11. 2018 о вынесении постановления об отказе в удовлетворении его жалобы виду отмены обжалуемого постановления руководством следственного органа в ходе осуществления ведомственного контроля. Однако доказательства отмены данного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.06.2019 материалы проверки не содержат, оно вступило в законную силу, в связи с чем суд исходит из данного постановления.

Доводы представителя ответчика о том, что ДТП произошло по вине самого ФИО4 являются частично обоснованными: согласно п. 24. 2 Правил дорожного движения движение велосипедистов в возрасте старше 14 лет допускается по правому краю проезжей части в случае отсутствия велосипедной и велопешеходной дорожки, полосы для велосипедистов либо отсутствия возможности двигаться по ним, тогда как согласно материалам проверки по факту ДТП (схема ДТП, протоколы осмотра ТС, места происшествия и т.д.) велосипедист ФИО4 двигался по проезжей части по своей полосе ближе к середине дороги, довод истца о своем движении по обочине собранным материалом по факту ДТП не подтвержден. Однако остальные доводы безосновательны – медицинского заключения, акта освидетельствования о нахождении истца в состоянии алкогольного опьянения нет, согласно исследованной судом стационарной и амбулаторной медкарт при доставлении истца после ДТП клинические признаки алкогольного опьянения у него не зафиксированы, кроме того в силу получения тяжких телесных повреждений были назначены сильнодействующие обезболивающие препараты, в том числе в приемном покое АС 0.5 прокаин, далее - трамадол, которые в дальнейшем были обнаружены в моче, в его крови обнаружен этиловый спирт – 1.32 г/л, доказательства о заборе анализа крови и мочи до применения медицинских препаратов суду не представлены. Довод об отсутствии на велосипеде световозвращателей опровергается письменными объяснениями самого ФИО2, согласно которому «обратив внимание на велосипед он заметил, что на нем имелся отражатель, однако он при движении его не заметил, так как на встречном ему направлении двигался вышеуказанный автомобиль и от его освещения отражателя не было видно», объяснениями ФИО4

Гражданская ответственность причинителя вреда - владельца повышенной опасности ФИО2 в момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована, он был лишен прав управления транспортным средством по ст. 12.8 КоАП РФ, что не оспаривал.

В результате ДТП ФИО4 получил тяжкие телесные повреждения: <данные изъяты>, что подтверждается заключением эксперта №1040 от 27.11.2017.

Как следует из исследованной судом медицинской документации, после ДТП ФИО4 на автомашине «скорой помощи» был доставлен в травматологическое отделение ГБУЗ РБ Ишимбайская ЦРБ, где ему была оказана первая помощь, проведена операция «<данные изъяты>» 13.10.2017, далее в ногу были вставлены металлические спицы. 30.10.2017 выписан из стационара на амбулаторное лечение у травматолога.

31.10.2017 в связи с полученными в результате ДТП травмами с тем же диагнозом <данные изъяты>» ФИО4 вновь госпитализирован в травматологическое отделение ГБУЗ РБ «Ишимбайская ЦРБ». 01.11.2017 ему проведена операция: <данные изъяты>) <данные изъяты>»

14.11.2017 со стационара истец выписан, продолжил амбулаторное лечение у травматолога, был временно нетрудоспособен по 01.11.2018 с диагнозом «<данные изъяты>», то есть именно с травмой, полученной в ДТП, что подтверждается медицинской документацией (исследованной судом амбулаторной картой, протоколами врачебных комиссии и т.д., содержание которых правильно отображены в подготовленных представителем истца извлечениях из медкарты №90361 ФИО4) опровергает в этой части доводы представителя ответчика.

Всего ФИО4 находился на больничном с 13.10.2017 по 23.08.2018 (315 дней) и с 23.09.2018 по 01.11.2018 (43 дня). Далее, приказом директора ООО «<данные изъяты>» от 02.11.2018 № № на основании медицинского заключения № № от 01.11.2018 в соответствии со ст.ст. 73, 76 ТК РФ ФИО4 был отстранен от работы без сохранения заработной платы на период с 02.11.2018 по 02.01.2019 (62 дня).

Согласно справкам ООО «<данные изъяты>» от 05.02.2019 ФИО4 работает в данном обществе с 01.08.2017, с 13.10.2017 находился на больничном по временной нетрудоспособности, получал пособие по временной трудоспособности; с 02.11.2018 по 02.01.2019 находился в отпуске без сохранения заработной платы-отстранен от работы с сохранением места работы в соответствии с медзаключением ГБУЗ РБ Ишимбайская ЦРБ №493 от 01.01.2018, эта информация дополнительно подтверждается и записями амбулаторной карты. Согласно данной справке среднемесячная заработная плата ФИО4 составляла 8373.50 руб.

Однако на подготовку по запросу суда (в СМС-извещении закреплен запрос) представителем истца представлена справка ООО «<данные изъяты>» от 26.04.2019, согласно которому на дату наступления временной нетрудоспособности - 13.10.2017 среднемесячная заработная плата ФИО4 составила 8249.75 руб., среднедневной заработок – 329.99 руб., данную справку суд считает достоверным и допустимым докзательством, т.к. представлен по запросу суда.

Согласно трудовой книжке за 12 мес. до ДТП ФИО4 работал:

с 03.04.2017 по 30.06.2017 в МАДОУ детский сад №№ «<данные изъяты>», согласно справке о среднемесячной зарплате №342 от 09.07.2019 начальника этого учреждения заработная плата ФИО4 составляла за апрель 2017 -7500 руб., май- 7500 руб., июнь – 9332.46 руб., всего за 3 мес. 24332.46 руб./3 = 8110.82 руб. среднемесячная зарплата, что ниже заработной платы ООО «<данные изъяты>» от 05.02.2019;

с 01.07.2017 по 31.07.2017 – в ООО «<данные изъяты>», однако по запросу суда справка о среднемесячной зарплате истца не представлена, по официальному месту нахождения юридического лица ООО «<данные изъяты>» там не находится, согласно данным МИ ФНС №25 России по РБ в этот период ФИО4 не имел доходов, зарплаты, поэтому доход истца в этот период не подтвержден.

Ввиду того, что произошли устойчивые изменения, улучшающие имущественное положение истца – по новому месту работы в ООО «<данные изъяты>» заработная плата стала выше, суд при определении его среднемесячного заработка учитывает только заработок по месту работы в ООО «<данные изъяты>» - 8249.75 руб. по следующему расчету: 8249.75Х 12 мес.+ 8249.75/21 раб.дняХ13 дн. (нетрудоспособности в октябре 2017 года) +8249.75/22 раб.дняХ16 дн. (нетрудоспособности в августе 2018 года) +8249.75/20 раб.дняХ 7 дн. (нетрудоспособности в сентябре 2017 года) =112991.22 руб.

Указанная сумма утраченного заработка истца подлежит взысканию с ФИО2 в пользу ФИО4

Далее. В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье отнесены к нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст.1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда ( ч. 1 статья 151 ГК РФ).

Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ч. 2 ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от 26.01.2010 г. №1 при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В результате полученного в ДТП тяжкого вреда здоровью причинителем вреда ФИО2 ФИО4 причинен моральный вред, который выразился в испытании сильных физических болей (физические страдания) при непосредственном получении травм, при оперативном хирургическом вмешательстве, дальнейшем длительном лечении, так и нравственных страданий от этих повреждений и их последствий (ограничение в движении, хромота,..). Нравственные и физические страдания довольно подробно изложены в исковом заявлении, они подтверждаются материалами дела, медицинской документацией, то есть причинение морального истцу ответчиком доказано.

В силу требований ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца с ответчика, суд учитывает фактические обстоятельства ДТП, изложенные выше; степень и характер нравственных страданий истца в связи с причинением ему телесных повреждений в ДТП и его индивидуальные особенности, а также принцип разумности и справедливости, материальное положение ответчика, принятие им мер по заглаживанию вреда (покупал гипс, давал деньги на операцию). Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства и требования закона, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению ответчиком истцу в рамках данного дела в размере 140000 руб.

Таким образом, суд частично удовлетворяет иск.

В силу положений ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований,- в сумме 3759.82 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в сумме 140000 руб., утраченный заработок – 112991.22 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу местного бюджета государственную пошлину в сумме 3759.82 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме – 15.07.2019 г.

Судья подпись Х.Н. Шагизиганова