Апелляционное определение № 33-3-2044/2026 от 30 марта 2026 г.

Судья Руденко Е.В. Дело № 2-1916/2025

№ 33-3-2044/2026

УИД 26RS0003-01-2025-000475-55


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Ставрополь 31 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда

в составе: председательствующего Трушкина Ю.А.,

судей Загорской О.В., Савина А.Н.,

при секретаре судебного заседания Павловой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца ФИО1 в лице законного представителя – ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Ставрополя от 08.10.2025 по гражданскому делу по иску Г.В.К. в лице законного представителя - ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения и компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Загорской О.В.,

установила:

Г.В.К. в лице законного представителя - ФИО2 (далее – истец) обратился в суд с иском к ФИО3 (далее – ответчик), в котором просил взыскать с ответчика в свою пользу стоимость неосновательного обогащения в размере 200000 руб., компенсацию за причиненные моральные и материальные страдания, создание препятствий в пользовании своими денежными средствами на необходимые траты, приобретение лекарств, проведение ремонта в сожженной квартире, продуктов питания, одежды на протяжении в размере 50000 руб.

Иск мотивирован следующим.

ФИО2 является матерью и опекуном Г.В.К.

При этом ФИО2 утверждает, что её родная сестра и второй опекун Г.В.К. – ответчик ФИО3 незаконно присвоила крупную сумму денежных средств в размере 450000 руб. от продажи дачи, полученную в 2018, якобы, на хранение от Г.М.В. (бабушки Г.В.К.).

Впоследствии, по утверждению истца, Г.М.В. вывела эту сумму из наследственной массы и «спрятала» её на счёте ФИО3

ФИО3 воспользовалась «психическим дефектом» 94-летней Г.М.В. и забрала указанную сумму денег без оформления правовых документов, без расписки о получении, без договора дарения.

ФИО2 также указано на то, что в 2019 умер её муж – Г.К.Б., после чего возник вопрос о наследственном имуществе, в том числе даче, которая была приобретена истцом и её мужем Г.К.Б. в период брака. Истец потребовала возвратить ей дачу после смерти мужа. Однако позднее ей стало известно, что дача была продана свекровью (матерью мужа) Г.М.В., а деньги в сумме 450000 руб. переданы ответчику «на хранение».

ФИО2 обратилась к ФИО3 с требованием о возврате денежных средств от продажи дачи, переданных ей на хранение, однако получила отказ, в связи с чем была вынуждена обратиться в правоохранительные органы.

Сама ФИО3 не отрицает, что взяла деньги в сумме 450000 руб. от Г.М.В. Более того, после вмешательства прокуратуры Промышленного района ФИО3 перевела на банковский счет истца 100000 руб. Остальные денежные средства ответчик оставила себе, не имея на то законных оснований.

Присвоив денежные средства, ФИО3 на протяжении 7 лет незаконно получает доходы в виде банковских процентов.

ФИО2 указывает также на то, что ФИО3 будучи опекуном, действует против интересов своего подопечного Г.В.К. Она отказывается предоставить деньги для срочных ремонтных работ в сгоревшей квартире по ул. Серова, 6/2, кв. 34, которая принадлежит Г.В.К., намеренно создает трудную жизненную ситуацию, чем причиняет моральный вред.

Сын ФИО2 на протяжении года вынужденно жил в сгоревшей квартире, дышал ядовитыми продуктами горения, обходился без мебели и других необходимых вещей, которые сгорели. ФИО3 возражала против вселения Г.В.К. в квартиру бабушки и дедушки, затем возражала против вселения в квартиру его матери и опекуна.

Определением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 19.02.2025 гражданское дело по исковому заявлению Г.В.К. в лице опекуна ФИО2, к ФИО3 передано на рассмотрение по подсудности в Октябрьский районный суд г. Ставрополя.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела Октябрьским районным судом г. Ставрополя ФИО2 ранее заявленные исковые требования уточнила, просила взыскать с ФИО3 неосновательное обогащение в размере 350000 руб., компенсацию за причиненные моральные и материальные страдания, создание препятствий в пользовании своими денежными средствами на необходимые траты, приобретение лекарств, проведение ремонта в сожженной квартире, продуктов питания, одежды на протяжении в размере 50000 руб.

В обоснование заявленных уточнений указано на то, что ФИО3 не предоставила ни одного документа, подтверждающего передачу ей 450000 руб. ФИО2 является матерью и опекуном истца Г.В.К., который не нуждается в дополнительной заботе со стороны ФИО3 Истец в состоянии обеспечить опеку своему сыну и содержать его за свои средства.

У ответчика ФИО3 нет ни одного доказательства о распоряжении Г.М.В. тратить спорные деньги по своему усмотрению. ФИО3 забрала 450000 руб. у Г.М.В, 100000 руб. она перевела на счет истца в банке, остальные средства в сумме 350000 руб. ФИО3 тратила по своему усмотрению, которые ей не принадлежали на законном основании.

Истец также указывает на то, что доводы ФИО3 о том, что она тратила взятые деньги на покупку одежды и сотовых телефонов не выдерживают критики. Являясь опекуном, ФИО3 получала пенсию Г.В.К., компенсацию за ЖКХ и проценты по счету на 450000 рублей. С 2018 года по 2023 года все расходы на истца Г.В.К. оплачивала его бабушка, давая ФИО3 деньги наличными, поскольку получала пенсию в размере 75000 рублей.

Просил исковые требования удовлетворить.

В судебном заседании 15.07.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Комитет труда и социальной защиты населения администрации г. Ставрополя.

Решением суда от 08.10.2025 в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе истец Г.В.К. в лице законного представителя – ФИО2 просит обжалуемое решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права, ссылаясь на неправильность произведенной судом первой инстанции правовой оценки обстоятельств дела.

Приводит доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Ссылается на процессуальные нарушения, допущенные судом первой инстанции, выразившиеся в необоснованном отказе в удовлетворении ходатайств стороны истца об истребовании доказательств по делу и допросе свидетелей.

Просит решение суда от 08.10.2025 отменить, направить на новое рассмотрение, принять новое решение об удовлетворении исковых требований.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО3 просит оставить решение суда от 08.10.2025 без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Истец Г.В.К., третье лицо Комитет труда и социальной защиты населения Администрации г. Ставрополя, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте краевого суда в сети Интернет, участия в нем не принимали, об уважительности причин неявки суд не уведомили, ходатайств об отложении судебного заседания либо заявлений о рассмотрении дела в свое отсутствие не подавали.

Судебная коллегия, руководствуясь ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ст.ст. 117, 167, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, выслушав законного представителя истца Г.В.К. – ФИО2, поддержавшую и просившую удовлетворить апелляционную жалобу, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (ст. 196 ГПК РФ).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Согласно Конституции Российской Федерации признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина составляют обязанность государства (ст. 2). Право частной собственности как элемент конституционного статуса человека и гражданина охраняется законом; каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (части 1, 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации).

Действующее нормативное регулирование частно-правовых отношений исходит из того, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (п. 1 ст. 9 ГК РФ).

В соответствии с п.п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5).

Согласно ст. 1102 гл. 60 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 этого Кодекса (п. 1).

Правила, предусмотренные данной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2).

Таким образом, ст. 1102 ГК РФ дает определение понятия неосновательного обогащения и устанавливает условия его возникновения.

Так, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий:

имеет место приобретение или сбережение имущества;

приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица;

приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в иске.

В силу ст. 1103 ГК РФ нормы о неосновательном обогащении субсидиарно применяются также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке, об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения, к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством и к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Пункт 4 ст. 1109 ГК РФ подлежит применению в исключительных случаях, когда «лицо действовало с намерением одарить другую сторону и с осознанием отсутствия обязательства перед последней» (п. 5 Информационного письма ВАС РФ от 11.01.2000 № 49); «передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение) либо с благотворительной целью» (Постановление Президиума ВАС РФ от 15.02.2002 № 2773/01).

По смыслу приведенных выше норм материального права, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения ответчиком имущества за счет истца либо факт сбережения ответчиком имущества за счет истца, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебнымпостановлениемпо ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено и усматривается из исследуемых материалов дела следующее.

Приказом Комитета труда и социальной защиты населения администрации г. Ставрополя от 06.12.2018 № 219-од установлена опека над недееспособным Г.В.К., ДД.ММ.ГГГГ г.р. Опекуном назначена ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Приказом Комитета труда и социальной защиты населения администрации г. Ставрополя от 19.06.2023 № 187-од ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., назначена вторым опекуном над недееспособным Г. В.К., …. г.р.

На ФИО2 в целях устранения рисков угрозы жизни и здоровью Г.В.К. возложена обязанность исполнять обязанности опекуна солидарно с первым опекуном ФИО3, без права открытия номинального счета, бенефициаром которого является Г.В.К.

Заявляя настоящие исковые требования процессуальный истец ФИО2, не оспаривая наличествующие родственные отношения с ответчиком, фактически ссылается на то, что последняя получила неосновательное обогащение за счет денежных средств, вырученных от продажи ранее принадлежавшей истцу и ее мужу дачи, а равно на получение доходов в виде процентов на размещенные денежные средства на депозитном счете в банке, а также на нецелевое расходование данных денежных средств.

Как следует из представленной суду выписки из ЕГРН от 09.06.2023 № …6290 ФИО2 принадлежит (принадлежало) на праве собственности следующее недвижимое имущество: жилое помещение с кадастровым номером …:1469, площадью 35,5 кв.м, расположенное по адресу: г. Ставрополь, … (основание государственной регистрации права собственности – договор мены квартиры на долю в праве общей долевой собственности на квартиру от 02.06.2020).

Сведения о принадлежности истцу спорной дачи (земельного участка и строения) в ЕГРН отсутствуют.

Как следует из представленной в материалы дела копии согласия от 11.07.2018, удостоверенного нотариусом Ставропольского городского нотариального округа ФИО4, свекор истца – Г.Б.С. дал согласие своей супруге –. ГМ.В. произвести отчуждение в любой форме, на ее условиях и по ее усмотрению, за цену на ее усмотрение, нажитого в браке имущества, состоящего из земельного участка и жилого строения, расположенных по адресу: г. Ставрополь, Садоводческое товарищество ….

Оценив фактические обстоятельства дела и представленные доказательства, руководствуясь нормами действующего законодательства, регулирующими спорные правоотношения, суд первой инстанции установил, что вышеуказанное недвижимое имущество – дача, ранее на праве собственности истцу никогда не принадлежала; указал, что наличие каких-либо устных договоренностей о распределении имущества между членами семьи, в том числе между истцом и ныне покойными Г.М.В. и Г.Б.С., на которые истец ссылается в обоснование доводов о наличии права как на сам объект недвижимого имущества, так и на полученные в последствии денежные средства от его продажи, в ходе судебного разбирательства подтверждено не было; отметил, что реализация объекта недвижимости и передача денежных средств его собственником Г.М.В. ответчику – ФИО3 ранее сторонами по данному делу либо иными членами семьи истца, ответчика, не оспаривались, какие-либо правопритязания истца не изъявлялись; также учел, что предметом спора договор купли-продажи, сам объект недвижимости, - не являются, исковые требования заявлены по отношению к денежным средствам, которые, как предполагает истец, получены от продажи имущества и переданы ответчику; при таких обстоятельствах счел доводы истца о получении ответчиком неосновательного обогащения от продажи указанного недвижимого имущества суду в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ не подтвержденными; суд учел позицию ответчика – ФИО3, которая не отрицала в ходе судебного разбирательства факт передачи ей денежных средств от продажи дачи в размере 200000 руб., а равно последующую передачу Г.М.В. денежных средств в сумме 250000 руб., как опекуну недееспособного Г.В.К. для использования указанных средств на нужды опекаемого; указал, что в обоснование трат, указанных денежных средств в интересах Г.В.К. ответчиком суду представлены доказательства – платежные документы, договоры на купли-продажи, оказания услуг, документы в подтверждение оплаты коммунальных платежей и покупки различных товаров для бытовых нужд Г.В.К., совокупность которых свидетельствует о целевом расходовании полученных ФИО3 денежных средств именно в интересах опекаемого недееспособного Г.В.К; также указал, что факт целевого использования ответчиком денежных средств также подтверждается представленными суду формами отчета опекуна о хранении, об использовании имущества совершеннолетнего недееспособного гражданина и управления этим имуществом от 27.01.2021, 24.01.2022, 11.02.2023, представленными ФИО3 в Комитет труда и социальной защиты населения администрации г. Ставрополя; факт исполнения обязанностей опекуна над Г.В.К. ответчиком, а равно принятие вышеуказанных отчетов подтверждаются письмом Комитета труда и социальной защиты населения администрации г. Ставрополя от 29.09.2025 № 13/01-8033-15; таким образом, суд пришел к выводу, что в ходе рассмотрения данного гражданского дела истцом факт неосновательного обогащения ответчика ФИО3 не доказан, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований судом не установлено; кроме того, судом принято во внимание и то, что 30.06.2023 между ФИО2 и ответчиком заключен договор дарения денег, по условиям которого ФИО3 подарила своей сестре ФИО2 денежные средства в сумме 100000 руб. путем перевода на счет последней 408178***1320 в АО «Всероссийский банк развития регионов»; также суд указал, что вышеизложенные обстоятельства, в том числе в части отчуждения Г.М.В. спорного объекта недвижимости, передачи денежных средств ответчику и их целевого назначения, подтверждаются представленными суду материалами проверки по сообщениям ФИО2 о преступлении, процессуальные решения по которым незаконными и необоснованными не признавались, и постановил вышеуказанное решение об отказе в иске.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия также считает необходимым указать следующее.

По смыслу положений ст. 11 ГК РФ, ч. 1 ст. 3 ГПК РФ судом осуществляется судебная защита нарушенных, оспариваемых гражданских прав и законных интересов, за которой в суд вправе обратиться любое заинтересованное лицо в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве.

Свобода выбора способа защиты гражданских прав означает, что никто не может быть понужден к выбору того или иного способа защиты. Это в полной мере соответствует основным началам гражданского законодательства, согласно которым гражданское законодательство основывается на необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (ст. ст. 1, 9 ГК РФ).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2).

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с ч. 3 названной выше статьи суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 и п. 2 ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в Определении от 25.05.2017 N 1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Данные требования корреспондируют обязанности суда полно и всесторонне рассмотреть дело, что невозможно без оценки каждого представленного доказательства и обоснования преимущества одного доказательства над другим.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (ч. 2 ст. 55 ГПК РФ).

Доказательства по гражданскому делу должны также соответствовать критериям относимости и допустимости (ст. ст. 59, 60 ГПК РФ).

Когда сведения о фактах не соответствуют перечисленным выше требованиям, они не принимаются судом в качестве доказательства. Лишь в этом случае на суд не возлагается обязанность по их исследованию и оценке, в остальных ситуациях суд обязан исследовать и оценить принятые доказательства, чтобы правильно и законно разрешить спор, обеспечив соблюдение прав его участников и принципа состязательности.

Исходя из положений ст. ст. 67, 71, 195 - 198 ГПК РФ суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Свои требования о взыскании «неосновательного обогащения» ФИО2 обосновывает тем, что переданные мне деньги получены после продажи дачи, в строительстве которой принимал участие ее муж Г.В.К., и которая принадлежала ей и ее мужу. Никаких документов, подтверждающих право собственности на дачу, истцом не представлено. В материалах дела имеются письменные доказательства того, что после смерти бывшего мужа истца Г.К.Б. и принятии наследства его сыном Г.В.К., в наследственном имуществе Г.К.Б. никакой дачи не имелось. Судом также установлено, что дача на правах собственности ФИО2 не принадлежала. Следовательно, претендовать на деньги с проданной дачи истица не вправе.

Кроме того, ФИО2, действующая в интересах опекаемого истца – Г.В.К., не представила доказательств того, что дача продана за 450000 руб. Согласно Постановлению ОП № 3 (КУСП № …от 22.02.2023) опрос свекра истицы Г.Б.К. 04.03.2023, в котором он, якобы, подтвердил факт передачи ФИО3 450000 руб. на хранение, вопреки утверждениям истца, не проводился. Из объяснений Г.М.В. и ее племянницы ФИО5, имеющихся в материалах проверки КУСП № … от 22.02.2023, следует, что дача продана за 200000 руб. Данная проверка проводилась на основании заявления ФИО2 в полицию о возбуждении уголовного дела против Г.М.В. и ФИО3 и обвинении их в «мошеннических действиях». Постановлением ОП № 3 от 29.08.2023 (КУСП №.. .3 от 22.02.2023) в возбуждении уголовного дела ФИО2 отказано в связи с отсутствием состава преступления.

Апеллянт утверждает, что суд оставил недоказанным вопрос, кому принадлежала дача и что Г.М.В. не была собственником этой недвижимости. В решении суда указано, что «из представленной в материалы дела копии Согласия от 11.07.2018, удостоверенного нотариусом Ставропольского городского нотариального округа ФИО4, свекор ФИО2 (дедушка истца Г.В.К.) – Г.Б.С. давал согласие свое супруге – Г.М.В. произвести отчуждение в любой форме, на ее условиях и по ее усмотрению, за цену по ее усмотрению, нажитого в браке имущества, состоящего из земельного участка и жилого строения, расположенных по адресу: г. Ставрополь, садоводческое товарищество ….

В материалах проверки ОП №3, КУСП № …3 от 22.02.2023 имеются сведения о том, что Г.М.В. купила дачу в районе … в 1989 году, а продала в 2018. Закон о государственной регистрации недвижимого имущества и сделок с ним (Федеральный закон от 21.07.1997 № 122-ФЗ) вступил в силу 31.01.1998.

Сам факт того, что бабушка истца Г.В.К. – Г.М.В. продала дачу в 2018 по нотариально удостоверенному договору купли-продажи, заключенному с нотариально удостоверенного согласия своего супруга – Г.Б.С (дедушки истца), свидетельствует о том, что дача по адресу: г. Ставрополь, садоводческое товарищество … являлась совместной собственностью супругов Г.М.В. и Г.Б.С., нажитой в период брака, что опровергает доводы ФИО2 о том, что дача являлась собственностью её супруга – Г.К.В., после смерти которого должна была перейти по наследству сыну – Г.В.К.

Доводы ФИО2 о том, что деньги, вырученные Г.М.В. от продажи спорной дачи, не были потрачены супругами Г.М.В. и Г.Б.С. по своему усмотрению при жизни, а были переданы «на хранение» второму опекуну их внука Г.В.К. – ФИО3 и оставались у неё на хранении до самой смерти Г.М.В. и Г.Б.С., в связи с чем являются неосновательным обогащением ФИО3 – отклоняются судебной коллегией, как несостоятельные, бездоказательные, носящие предположительный характер.

По тем же основаниям отклоняются и доводы ФИО2 о том, что деньги, вырученные Г.М.В. от продажи спорной дачи, супруги Г.М.В. и Г.Б.С. должны были передать своему внуку – Г.В.К., но при жизни не успели ему передать, в связи с чем после смерти дедушки и бабушки к внуку эти деньги подлежали передаче по наследству, в связи с чем внук вправе требовать эти деньги в качестве неосновательного обогащения у своего второго опекуна и родной тёти – ФИО3

При таких обстоятельствах, ФИО3 в данном споре является ненадлежащим ответчиком, поскольку в силу положений ст. 162 ГК РФ передача денег по сделке ( в долг, в дар, за выполнение работ и оказание услуг и т.п.) должна быть подтверждена письменными доказательствами, тогда как таких доказательств не представлено. К тому же не приведено логического обоснования факта передачи Г.М.В. денежных средств «на хранение» постороннему человеку - ФИО3, а не супруге своего умершего сына (невестке) ФИО2, являющейся матерью и опекуном их внука Г.В.К.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, ФИО2, поддерживая иск в интересах опекаемого и сыны Г.В.К., прояснила, что «её обворовала родная сестра – ФИО3, которая вторглась в доверие её 94-летней свекрови, которая страдала деменцией и, не зная, кто такая ФИО3, передала ей 450000 руб., о чём сестра скрывала». Об этом ФИО2 узнала от свёкра Г.Б.С. и сразу же обратилась в правоохранительные органы, в полицию, была проверка, по результатам которой прокурор рекомендовал ей обратиться в суд. В ходе проверки был допрошен её свёкр, который показал, что дача принадлежала мужу ФИО2 – Г.К.Б., который строил её вместе со свёкром. Также ФИО2 пояснила, что в 1989 она с мужем купили дачу в СНТ … у директора школы, данного договора у нее нет. Впоследствии она развелась с мужем, имущество в судебном порядке не делили. Она ФИО2 отказалась делить дачу в пользу сына – Г.В.К. После развода муж стал жить со своими родителями и в 2018 родители продали дачу мужа. Вырученные деньги родители отдали ФИО3, будучи уверенными, что она отдаст деньги родной сестре – ФИО2, но та не отдала. Деньги, полученные от третьих лиц, ФИО3 не принадлежат, в ее частную собственность не перешли, то есть являются неосновательным обогащением ответчицы. ФИО3 подтвердила в судебном заседании, что она действительно получила от Г. 4500000 руб. и разместила на счете в банке, на протяжении 7 лет получала доходы – всего 160000 руб.

Анализируя изложенную позицию представителя истца Г.В.К. - опекуна ФИО2, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО2 преследовала собственный интерес в получении денег от родной сестры – ФИО3, с которой сложились недоверительные спорные отношения. При этом в силу закона опекун должен действовать строго от имени и в интересах опекаемого.

Судебная коллегия считает, что пока не доказано иное, презюмируется то обстоятельство, что супруги Г.М.В. и Г.Б.С. при жизни распорядились вырученными от продажи спорной дачи денежными средствами по своему усмотрению. Участниками настоящего дела они не являются. ФИО3 за счёт них не обогащалась и, тем более, не обогащалась за счет своего опекаемого племянника – истца Г.В.К.

Таким образом, судом первой инстанции правильно определен характер спорных правоотношений, с достаточной полнотой исследованы обстоятельства дела, имеющие значение для правильного его разрешения. Выводы суда, положенные в основу обжалуемого решения, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требования закона об их относимости и допустимости, содержат исчерпывающие суждения, вытекающие из установленных фактов.

По сути, доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, поддержанную им в суде первой инстанции, направлены на переоценку обстоятельств, установленных и исследованных судом в полном соответствии со статьями 12, 56, 67 ГПК РФ, и фактически основаны на ошибочном толковании истцом норм права, а также его несогласии с существом вынесенного решения, что само по себе не может служить основанием к отмене законного и обоснованного решения.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, фактически они выражают несогласие стороны истца с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене решения не содержат.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом необоснованно было отклонены ходатайства об истребовании дополнительных доказательств и вызове свидетеля судебная коллегия отклоняет, поскольку в силу ч. 2 ст. 56 ГПК РФ именно суд, определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. По правилам ст. 166 ГПК РФ удовлетворение ходатайств стороны является правом, а не обязанностью суда.

Нарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, регламентирующей основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, судом первой инстанции не допущено.

Решение суда является законным и обоснованным и оснований для его отмены или изменения, в том числе по приведенным апеллянтом в жалобе доводам, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 327-1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Октябрьского районного суда г. Ставрополя от 08.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Г.В.К. в лице законного представителя - ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу в кассационном порядке в Пятый кассационный суд общей юрисдикции (г. Пятигорск) по правилам, установленным главой 41 ГПК РФ через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14.04.2026

Председательствующий:

Судьи: