Решение № 2-184/2017 2-184/2017~М-180/2017 М-180/2017 от 23 ноября 2017 г. по делу № 2-184/2017

Дело №2-184/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Ельники 24 ноября 2017 г.

Ельниковский районный суд Республики Мордовия в составе

судьи Кашуркина В.Н.,

при секретаре Шаталиной Е.М.,

с участием:

истца ФИО5,

представителя истца ФИО6, действующего на основании устного заявления истца в суде,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску индивидуального предпринимателя ФИО5 к ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, взыскании расходов на оплату государственной пошлины,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее по тексту - ИП) обратился в суд с иском к ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, взыскании расходов на оплату государственной пошлины.

В обоснование заявленных требований, указал, что 01 февраля 2016 г. между сторонами заключен трудовой договор № 87, в соответствии с которым ответчик принят на работу к ИП ФИО5 на должность продавца магазина «Продукты», расположенного по адресу: <адрес>. В тот же день между истцом (работодатель) и ответчиком ФИО7 (работник) заключен договор о полной материальной ответственности. В период с 31 августа 2016 г. по 01 сентября 2016 г. в магазине «Продукты» была проведена ревизия, в ходе которой выявлена недостача на сумму 165 304 рубля. От дачи объяснений о причинах недостачи ФИО7 отказался. С 31 августа 2016 г. трудовые отношения с ФИО7 были прекращены на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. По факту недостачи в отношении ответчика возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации. Согласно заключению судебной бухгалтерской экспертизы №3221 от 31 января 2017 г. недостача товарно-материальных ценностей (далее по тексту – ТМЦ) в магазине «Продукты» ИП ФИО5 за период с 01 февраля 2016 г. по 31 августа 2016 г. составила 163 105 рублей. Постановлением дознавателя ГД ММО МВД России «Краснослободский» от 21 мая 2017 г. уголовное преследование в отношении ФИО7 в части недостачи ТМЦ и денежных средств на общую сумму 134 917 рублей прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Постановлением и.о. мирового судьи судебного участка Ельниковского района Республики Мордовия от 22 июня 2017 г. уголовное дело в отношении ФИО7 прекращено на основании статьи 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. По состоянию на 25 апреля 2017 г. в кассу магазина от покупателей поступила часть долгов, образовавших недостачу, в сумме 34 357 рублей 70 копеек. 22 июня 2017 г. ФИО7 в счет возмещения недостачи выплатил истцу 30 000 рублей, в том числе ущерб, связанный с хищением ТМЦ на сумму 28 188 рублей. На настоящее время ФИО7 не возмещена недостача ТМЦ в сумме 98 747 рублей 30 копеек. Ссылаясь на нормы статей 243, 244 Трудового кодекса Российской Федерации истец просил суд взыскать с ФИО7 в его пользу причиненный вследствие недостачи товарно-материальных ценностей ущерб в сумме 98 747 рублей, а также расходы на оплату государственной пошлины в сумме 3162 рубля.

В судебном заседании истец ФИО5 исковые требования изменил, от части иска к ФИО7 в сумме 1500 рублей 60 копеек отказался в связи с тем, что указанная сумма возвращена покупателями, бравшими в долг продукты в магазине, в период работы в магазине ФИО7, просил производство по делу в этой части прекратить. В обосновании заявленных требований пояснил, что основанием для проведения ревизии в магазине явилось то, что ФИО7, работая один, часто не выходил на работу, объясняя разными причинами, в связи с чем необходимо было принять второго продавца. О проведении ревизии ФИО7 был заблаговременно предупрежден, с приказом о проведении инвентаризации ознакомлен, но от подписи отказался, о чем составлен акт. Перед началом инвентаризации в магазине ФИО7 было предложено дать расписку в инвентаризационной описи о том, что все расходные и приходные документы на ценности включены в товарные отчеты, сданы в бухгалтерию и все ценности, поступившие на под ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход, но он отказался что либо подписывать. 31 августа 2016 г. ФИО7 в течении всего дня принимал участие в инвентаризации. 01 сентября 2016 г. ФИО7 участвовав немного в инвентаризации, покинул магазин под предлогом срочного дела. По завершении инвентаризации ФИО7 неоднократно предлагалось ознакомиться с инвентаризационной описью, подписать ее, дать объяснения о причинах образовавшейся недостачи, однако, от этого отказался без объяснения причин. Разрешения продажи товарно-материальных ценностей в долг населению ФИО7 не давалось. Доступ кто-либо в магазин «Продукты» кроме ФИО7 не имел. В магазине была установлена камера видеонаблюдения. По завершении инвентаризации он, просматривая записи видеонаблюдения за период с конца июля 2016 г. по август 2016 г. установил неоднократные факты того, как ФИО7 перед закрытием магазина на обеденный перерыв, по завершению рабочего дня набирал большое количество продуктов питания, не расплачиваясь за них и не записывая их количество, выносил с собой. Были случаи прихода его жены, которая также брала продукты питания, не расплачиваясь, уходила. Также установлены случаи, когда ФИО7 забирал часть выручки от продажи себе.

В судебном заседании представитель истца ФИО6, действующий на основании устного заявления истца в суде, иск с учетом изменения поддержал, суду пояснил, что порядок проведения инвентаризации истцом полностью соблюден. Результаты инвентаризации и сумма недостачи ответчику были известны, поскольку по факту присвоения денежных средств в отношении ФИО7 было возбуждено уголовное дело. В ходе дознания была проведена судебная бухгалтерская экспертиза, по заключению которой подтвержден факт недостачи товарно-материальных ценностей 163 105 рублей. Указанная сумма и взята за основу предъявленного к ФИО7 иска. Ни в ходе дознания, ни по завершению дознания ФИО7 не оспаривалась сумма недостачи, выявленной по результатам инвентаризации, как и заключение судебной бухгалтерской экспертизы.

Определением суда от 24 ноября 2017 г. производство по делу по иску ФИО5 к ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей в части взыскания с ответчика ущерба в размере 1500 рублей 60 копеек прекращено.

В судебное заседание ответчик ФИО7 не явился, о дате и месте судебного разбирательства уведомлен путем почтового отправления, которое в отношении ответчика возвращено за истечением срока хранения (л.д. 202). Кроме этого, о дате и месте судебного разбирательства ответчик также 23 ноября 2017 г. был уведомлен телефонограммой (л.д. 132). Ответчик о причинах неявки суд не известил, доказательств в подтверждение наличия уважительных причин неявки суду не представил, и отложить разбирательство дела суд не просил. С учетом положений статей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о рассмотрении дела в отсутствие ответчика.

Суд, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, приходит к следующему.

Свидетель ФИО1 суду пояснила, что она работает бухгалтером у ИП ФИО5 29 августа 2016 г. в связи с принятием второго продавца в магазине «Продукты» ИП ФИО5 было решено провести инвентаризацию, о чем был издан приказ, создана комиссия. Продавец ФИО7 о проведении инвентаризации был уведомлен, ознакомлен с приказом о ее проведении, однако от подписи отказался, в связи с чем был составлен акт. В первый день инвентаризации ФИО7 присутствовал и совместно со вторым продавцом весь имевшийся товар пересчитывали, перевешивали. Ключи от магазина были только у ФИО7 Во второй день инвентаризации ФИО7 открыл магазин, побыл некоторое время, а потом уехал. Члены комиссии неоднократно звонили на мобильный телефон ФИО7, просили вернуться, завершить ревизию, но он отказался. По завершении инвентаризации были оформлены инвентаризационная опись и сличительная ведомость, результаты инвентаризации были отражены также в акте результатов проверки ценностей. ФИО7 неоднократно по телефону предлагалось ознакомиться с инвентаризационной описью, сличительной ведомостью, дать объяснения о причинах недостачи, однако, он отказался без объяснения причин, о чем был составлен акт.

Свидетель ФИО2 – член инвентаризационной комиссии и бухгалтер ИП ФИО5 дала аналогичные, что и свидетель ФИО1 показания.

Свидетель ФИО3 суду показала, что в конце августа 2016 г. ее пригласили в качестве второго продавца в магазин «Продукты» ИП ФИО5 С 31 августа 2016 г. по 01 сентября 2016 г. в магазине проводилась инвентаризация в составе членов комиссии: ФИО5, ФИО1, ФИО2, продавца ФИО7 и ее. 31 августа 2016 г. ФИО7 в течении дня участвовал в инвентаризации магазина, на второй день, открыв магазин, побыл некоторое время, уехал без объяснения причин. Члены комиссии неоднократно звонили ФИО7, просили вернуться, но тот отказался. Инвентаризационную опись она подписала, ревизию провели честно, учли также долги населения, которые во второй день ревизии принесли в магазин. В ходе ее работы с 02 сентября 2016 г. до мая 2017 г. покупатели приносили деньги за товар, проданный ФИО7 в долг. Все суммы она приходовала и сдавала в бухгалтерию.

Материалами дела установлено, что ФИО7 на основании приказа от 01 февраля 2016 г. ИП ФИО5 был принят на работу продавцом в магазин «Продукты» <адрес> (л.д. 10).

В этот же день с ФИО7 был заключен трудовой договор №87 (л.д. 7-8). А также договор о полной индивидуальной материальной ответственности, в соответствии с которым ответчик принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, и ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба третьим лицам (л.д. 9).

На основании приказа № 31 от 29 сентября 2016 г. ФИО7 уволен за прогулы на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации с 31 августа 2016 г. (л.д. 13).

В период работы ФИО7 истцом была проведена ревизия товарно-материальных ценностей, по результатам которой была выявлена недостача на общую сумму 165 304 рубля, что подтверждается инвентаризационной описью, сличительной ведомостью, актом результатов проверки ценностей от 02 сентября 2016 г. (л.д. 139-178, 181, 12).

О проведении инвентаризации работодателем был издан приказ №29 от 30 августа 2016 г., о чем ответчик ФИО7 был уведомлен, однако от подписи в ознакомлении с приказом о проведении инвентаризации отказался о чем был составлен акт от 30 августа 2016 г. (л.д. 179).

ФИО7 один день участвовал при проведении ревизии, с результатами проведения инвентаризации, со сличительной ведомостью ознакомиться отказался, о чем составлен акт (л.д. 180).

Судом установлено, что 30 ноября 2016 г. в отношении ФИО7 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту недостачи, выявленной в период с 31 августа по 01 сентября 2017 г. в ходе проведенной ревизии (л.д. 183).

Согласно материалам уголовного дела, представленного по запросу суда, проведенной в рамках уголовного дела судебной бухгалтерской экспертизой установлено, что в результате инвентаризации товарно-материальных ценностей в магазине «Продукты» ИП ФИО5 за период с 01 февраля 2016 г. по 31 августа 2016 г. недостача товарно-материальных ценностей составила 163 105 рублей. В исследовательской части судебной экспертизы, экспертом сделан вывод, что представленные на исследование товарные отчеты, инвентаризационная опись составлены в соответствии с требованиями нормативных документов (л.д. 184-187).

Заключение эксперта ФИО4, которая имеет квалификационный стаж работы – 14 лет, специальное высшее экономическое образование, не вызывает сомнения у суда, и принимается как надлежащее доказательство по делу. Оснований сомневаться в объективности эксперта, его состоятельности и компетентности у суда не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заключение судебной бухгалтерской экспертизы, проведенной ЭКЦ МВД по Республике Мордовия соответствует требованиям статей 84, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в нем дана оценка всей совокупности представленных доказательств, заключение дано с учетом особенностей ведения бухгалтерского учета у ИП ФИО5 Кроме того, данная экспертиза проведена именно в рамках уголовного дела по обвинению ФИО7 в совершении присвоения вверенного ему имущества, эксперт предупрежден об ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением дознавателя группы дознания ММО МВД России «Краснослободский» от 21 мая 2017 г. уголовное преследование ФИО7 по части 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации в части совершения растраты товарно-материальных ценностей на сумму 134 917 рублей прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Прекращая уголовное преследование дознавателем сделан вывод о том, что недостача в сумме 134 917 рублей образовалась в результате передачи ФИО7 товаров из магазина в долг населению (л.д. 188-189).

Судом установлено, что постановлением и.о. мирового судьи судебного участка Ельниковского района Республики Мордовия 22 июня 2017 г. уголовное дело в отношении ФИО7 по обвинению, в том числе, в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту присвоения товарно-материальных ценностей ИП ФИО5 в сумме 28 188 рублей прекращено на основании статьи 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением сторон. Из указанного постановления, следует, что ФИО7 возместил ущерб в рамках предъявленного обвинения в сумме 28 188 рублей, а также материальный ущерб, допущенный им при работе продавцом в размере 1812 рублей. Указанное постановление не обжаловано и вступило в законную силу (л.д. 194-195).

Из справки ИП ФИО5 о возврате долга, без даты, следует, что за период 02 сентября 2016 г. по 02 августа 2017 г. (день предшествующий предъявлению иска в суд) в счет погашения недостачи, установленной ревизией в кассу ИП ФИО5 поступило 34 357 рублей 70 копеек (л.д. 15).

Суд, разрешая исковые требования, пришел к выводу о том, что факт недостачи материальных ценностей, полученных ответчиком в период действия договора о полной материальной ответственности, был подтвержден соответствующими доказательствами, а также доказана причинно-следственная связь между действиями ФИО7 и причиненным ущербом.

Согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Общие условия наступления материальной ответственности работника закреплены законодателем в статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации, действующей во взаимосвязи с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", согласно которым материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба у работодателя; противоправности поведения работника; его вины в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из этих обстоятельств материальная ответственность работника (ответчика) исключается.

В статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность. В частности, в соответствии с пунктом 2 частью 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации таким случаем является недостача ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора.

К такому специальному письменному договору, исходя из части 1 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации относится письменный договор о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества.

Согласно статье 244 Трудового договора Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности могут заключаться с работником, достигшим возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающим или использующим денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с первым разделом Перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 31.12.2002 N 85, продавцы, товароведы всех специализаций, в том числе старшие и главные, а также иные работники, выполняющие аналогичные функции, являются работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности.

В соответствии со статьей 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Кроме того, работодатель обязан истребовать от работника письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба. Отказ или уклонение работника от дачи объяснений оформляется актом (часть 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 разъяснено, что работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 Трудового кодекса Российской Федерации). Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, также может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

Как указывалось выше, 01 февраля 2016 г. с ответчиком заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Данный договор ответчиком подписан, ФИО7 при рассмотрении дела не оспорен.

В соответствии с названным договором ФИО7 принял на себя ответственность за необеспечение сохранности вверенных ему материальных ценностей индивидуального предпринимателя и обязался бережно относиться к переданным для хранения или для других целей материальным ценностям индивидуального предпринимателя, принимать меры к предотвращению ущерба, своевременно сообщать работодателю либо непосредственно руководителю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества, вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенных ему материальных ценностей.

ФИО7 о проведении инвентаризации был уведомлен, принимал частичное участие в проведении инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3, от ознакомления с инвентаризационной описью, сличительной ведомостью отказался, о чем был составлен акт, от дачи объяснений о причинах недостачи отказался, о чем также был составлен акт (л.д. 11, 179, 180).

Кроме того, часть ущерба, причиненного недостачей, была частично возмещена ФИО7 как в рамках предъявленного обвинения (28 188 рублей), так и за ущерб, допущенный им при работе (1812 рублей), что подтверждается постановлением о прекращении уголовного преследования.

Доводы истца ФИО5 о бесконтрольном изъятии ответчиком в период его работы материально-ответственным лицом товарно-материальных ценностей подтверждаются также обозренной в судебном заседании и приобщенной к материалам дела видеозаписью.

Таким образом, из представленных в материалы дела документов следует, что недостача образовалась за период работы ответчика, его вина как материально-ответственного лица при рассмотрении дела установлена, а также установлена причинная связь между противоправным поведением ФИО7 и наступившим ущербом.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что причиной возникновения недостачи у ИП ФИО5 явилось недобросовестное исполнение ответчиком своих должностных обязанностей по сохранению вверенного имущества, а также в отсутствие должного и эффективного контроля над своими действиями.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, наличие причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба (абзац 2).

ФИО7 каких-либо доказательств, исключающих его материальную ответственность, суду не представил.

Учитывая обстоятельства дела, положения действующего законодательства, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ИП ФИО5 о взыскании с ФИО7 материального ущерба в сумме 97 246 рублей 70 копеек (163 105 (размер ущерба установленный заключением эксперта) –30000 (сумма, возмещенная ответчиком в рамках уголовного дела) – 34 357,7 (сумма, возвращенная покупателями до предъявления иска) – 1500,6 (сумма, возвращенная покупателями после предъявления иска, от которой истец отказался) = 97 246, 7).

Довод ответчика, указанный в ходатайстве о передаче дела по подсудности (л.д. 38-39) о том, что при рассмотрении уголовного дела претензий со стороны истца ФИО5 по настоящему гражданскому делу не было, сумма ущерба, заявленная в рамках уголовного дела, по гражданскому иску возмещена, не может явиться основанием для отказа в удовлетворения иска, поскольку нормы Трудового Кодекса Российской Федерации не исключают материальную ответственность по иным основаниям.

Обстоятельств, предусмотренных статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации, для освобождения ответчика от материальной ответственности не установлено, в связи с чем ущерб, причиненный ИП ФИО8, подлежит возмещению ФИО7 в полном размере.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 3117 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО5 к ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, взыскании расходов на оплату государственной пошлины, удовлетворить.

Взыскать с ФИО7 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 материальный ущерб в сумме 97 246 (девяноста семь тысяч двести сорок шесть) рублей 70 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 117 (три тысячи сто семнадцать) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Ельниковский районный суд Республики Мордовия.

Решение в окончательной форме изготовлено 27 ноября 2017 г.

Судья Ельниковского районного

суда Республики Мордовия В.Н. Кашуркин