Решение № 2-610/2017 2-610/2017~М-111/2017 М-111/2017 от 7 июня 2017 г. по делу № 2-610/2017

Дело №2-610/2017

Поступило 23.01.2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 июня 2017 года г.Бердск

Бердский городской суд Новосибирской области в составе: председательствующего судьи Кадашевой И.Ф., при секретаре Решетниковой Н.А., с участием представителя истца ФИО1, представителей ответчика - ФИО2, ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании денежной компенсации морального вреда, судебных расходов,

у с т а н о в и л :

Представитель ФИО4 ФИО1 обратился с иском к ФИО5 с требованием об обязании ответчика опровергнуть следующие не соответствующие действительности и порочащие истца сведения, содержащиеся в электронном письме от 11.10.2016 г., направленном ответчиком с электронного адреса <адрес> по адресам электронной почты <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес> «Я уверен, что как и ранее БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ... . Я прошу сделать все необходимое для пресечения вероломных действий со стороны БЕВ и ее отца ФИО4...», а именно: утверждение о том, что ФИО4 являлся участником коррупционных схем по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ в прошлом; утверждение о том, что ФИО4 является участником коррупционных схем по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ в настоящем; утверждение о том, что ФИО4 совершал и совершает вероломные действия. Форма и способ опровержения: путем направления с адреса электронной почты <адрес> по адресам электронной почты <адрес> письма следующего содержания: «Не соответствуют действительности и являются ложными следующие сведения, содержащиеся в моем электронном письме, направленном вам 11.10. 2016 г.: «Я уверен, что, как и ранее, БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ.» Также являются ложными и не соответствующими действительности мои слова в указанном электронном письме о якобы имеющих место вероломных действиях ФИО4. С уважением, ФИО5».» (л.д.13). Также просил взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы на оплату госпошлины 600 руб., расходы на юридическую помощь 20 000 руб. (л.д.2 оборот). В обоснование требований указал, что 11.10.2016 года ответчик путем отправки писем с адреса электронной почты <адрес>.com распространил сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца. Распространение сведений произошло путем направления прилагаемого к настоящему исковому заявлению электронного письма по нескольким электронным адресам, среди которых официальные электронные адреса ректора Новосибирского Государственного Университета (<адрес> и декана факультета естественных наук НГУ (<адрес>). Также указанное электронное письмо было направлено ответчиком по электронным адресам <адрес>. которые являются электронными адресами заместителей декана факультета естественных наук НГУ Свидетель №2 и Свидетель №3. Порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца ФИО4 сведения содержатся в следующих предложениях упомянутого электронного письма: «Я уверен, что, как и ранее, БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ. Ранее уже поднимался вопрос недобросовестного распределения денежных средств между сотрудниками совместной лаборатории НГУ зав. ФИО4. Я прошу сделать все необходимое для пресечения вероломных действий со стороны БЕВ и ее отца ФИО4...». Таким образом ответчик указывает на якобы имеющее место участие ФИО4 в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ. Указанные сведения являются ложными и не соответствующими действительности. Говоря о якобы имеющем место участии истца в коррупционных схемах, ответчик употребляет оборот «как и ранее». Таким образом ответчик вне рамок оценочных категорий и не высказывая свое личное мнение, безусловно утверждает об участии ФИО4 в коррупционных схемах в прошлом как об известном обстоятельстве и неоспоримом факте. Между тем указанное утверждение является бездоказательным и ложным. Ни в прошлом, ни в настоящем он не участвовал ни в каких коррупционных схемах. Упоминание о недобросовестности истца, как о его вероломстве является распространением ложных сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию. Истец является академиком РАН, доктором химических наук, профессором, является специалистом в области химии твердого тела, механохимии неорганических веществ и молекулярных кристаллов, автором и соавтором более 900 научных работ, в том числе 16 монографий, обладателем 41 авторского свидетельства СССР, 24 патентов РФ и 7 международных патентов. За последние пять лет им в соавторстве опубликовано более 100 научных работ. Истец является Лауреатом государственной премии РФ в области науки и техники 1993 г., основателем и руководителем широко известной в стране и за рубежом научной школы по химии твердого тела, с 1996 года получающей поддержку президентской программы «Ведущие научные школы Российской Федерации». Среди его учеников 18 докторов и 87 кандидатов наук. Он является членом Азиатско-Тихоокеанской академии перспективных материалов Японского общества порошковых технологий, Американского химического общества квалификационной комиссии Международного научно-исследовательского общества Sigma Xi, Консорциума по исследованию свойств материалов в науках о Земле «COMPRES», создателем и директором Научно-образовательного центра «Молекулярный дизайн и экологически безопасные технологии», организованного в 2000 году при Новосибирском государственном университете в рамках совместной программы Американского фонда гражданских исследований и развития (СRDF). И Министерства образования РФ «Фундаментальные исследования и высшее образование». Награжден орденом «Знак почета» (1981 г.), орденом Трудового Красного знамени (1987 г.), медалью «Ветеран труда» (1996 г.), медалью «За заслуги перед Отечеством» П степени (1999 г., почетным званием «Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации» (2004 г.), золотой медалью РАН им.Н.С.Курнакова (2005 г.), знаком отличия «За заслуги перед Новосибирской областью», поощрен благодарностью Президента РФ (2007 г.), медалью имени Н.С.Семенова Российской академии инженерных наук (2010 г.), памятной медалью в честь 100-летия со дня рождения академика ФИО6 (2011 г.). Распространение ответчиком порочащих сведений причиняет достаточные нравственные страдания истцу. Ложные сведения распространены среди людей той сферы, в которой у истца существует сложившаяся десятилетиями безупречная научная и профессиональная репутация. 23.05.2017 г. представитель истца требования уточнил в связи с допущенной технической неточностью п. 1 своих исковых требований, изложив их в следующей редакции: «1. Обязать ответчика ФИО5 опровергнуть следующие не соответствующие действительности и порочащие меня сведения, содержащиеся в электронном письме от 11.10.2016 г., направленном ответчиком с электронного адреса <адрес> по адресам электронной почты <адрес>: «Я уверен, что, как и ранее, БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ... . Я прошу сделать все необходимое для пресечения вероломных действий со стороны БЕВ и ее отца ФИО4...», а именно: утверждение о том, что ФИО4 являлся участником коррупционных схем по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ в прошлом; утверждение о том, что ФИО4 является участником коррупционных схем по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ в настоящем; утверждение о том, что ФИО4 совершал и совершает вероломные действия. Форма и способ опровержения: путем направления с адреса электронной почты <адрес> по адресам электронной почты <адрес> письма следующего содержания: «Не соответствуют действительности и являются ложными следующие сведения, содержащиеся в моем электронном письме, направленном вам 11 октября 2016 г.: «Я уверен, что, как и ранее, БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ.» Также являются ложными и не соответствующими действительности мои слова в указанном электронном письме о якобы имеющих место вероломных действиях ФИО4. С уважением, ФИО5.». Истец извещен. Не явился. Его представитель ФИО1 требования поддержал. При этом уточнил, что просит обязать ответчика направить письменное опровержение либо с электронного адреса, с которого они была направлены ответчиком, либо с любого иного адреса, принадлежащего ФИО5 в настоящее время.

Ответчик не явился. Судебное извещение, направленное по адресу его регистрации по месту жительства, возвращено почтой в суд по истечении срока хранения, что расценено судом как отказ от получения (часть вторая статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Представители ответчика по доверенности ФИО2 и ФИО3 требований не признали. В возражение пояснили, что истец не представил доказательств распространения данных сведений ответчиком. Указанный истцом адрес электронной почты ответчику не принадлежит. В обоснование доводов истец ссылается на распечатку письма, которое было перенаправлено. Первоисточника не представлено. При этом текст перенаправленного письма может исправляться, корректироваться. Полагают, что и данное письмо могло подвергаться изменению третьими лицами, которым могло быть известно о взаимоотношениях истца и ответчика.

Выслушав представителей сторон, исследовав представленные доказательства, установлено следующее.

Согласно частей 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно статьи 151 Кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из объяснений представителя истца, его доверителю стало известно о данном письме от своей дочери БЕВ, которой, в свою очередь, о содержании данного письма стало известно от ректора НГУ – Свидетель №1.

В письме указано: … «Я уверен, что как и ранее БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ… Я прошу сделать всё необходимое для пресечения вероломных действий со стороны БЕВ и её отца ФИО4…» (л.д.3).

В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (1). Порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 2 - 5 настоящей статьи, устанавливается судом (6). Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (9). Правила пунктов 1 - 9 настоящей статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности (10).

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Представитель ответчика отрицает факт принадлежности ответчику электронного адреса <адрес>, указанного в электронном письме.

Кроме того, считает, что данное письмо является не надлежащим доказательством в подтверждение факта распространения содержащихся в нем сведений, поскольку надлежащим образом не заверено.

Как пояснила свидетель Свидетель №4 по состоянию на 11.10.2016 г. она работала секретарем деканата факультета естественных наук НГУ. В её обязанности входил разбор поступающей почты. Просматривая почту, по содержанию данного письма поняла, что это письмо адресовано ректору. В связи с чем посредством электронного перенаправления оно тут же было отправлено ею данному адресату.

Опрошенный в качестве свидетеля Свидетель №1 пояснил, что получив данное электронное письмо, у него не было сомнений в том, что его отправитель – ФИО5, поскольку это следовало из предыдущих сложившихся взаимоотношений между истцом и ответчиком. Так со слов ФИО4 ему было известно, что в начале 2016 г. ФИО5 уже обвинял истца в коррупции. Это же следовало из содержания письма.

Ранее на запрос суда был получен ответ за подписью Свидетель №1 (л.д.20), из которого следует, что адрес электронной почты ФИО5 -<адрес>. В судебном заседании свидетель Свидетель № 1 пояснил, что нашел этот адрес на странице кафедры химии твердого тела, когда писал ответ на запрос суда, выйдя через Интернет на страничку «преподаватели и контакты». В настоящее время пока нет жестких требований о регистрации на кафедре электронных адресов сотрудников. Данный проект находится лишь в разработке. Сотрудники и студенты могут направлять письма с любого электронного адреса.

Свидетель Свидетель №3 пояснил, что ни близко ни лично с ФИО5 не знаком. Письмо от 16.10.2016 г. он получал. Сообщил о нем Свидетель №1, со слов которого понял, что тому также известно о содержании письма. Переписки, в том числе электронной с ФИО5 никогда не вел. Ответа на данное письмо не направлял.

Ни ответчиком, ни его представителями не представлено доказательств, опровергающих доводы истца о принадлежности адреса электронной почты <адрес>. ФИО5, как и доказательств внесения в него каких-либо изменений.

Совокупность исследованных судом доказательств позволяет придти к выводу, что авторство представленного истцом письма (л.д.3) принадлежит ответчику. И именно последним оно было направлено по электронным адресам, указанным в данном письме.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Таким образом, при рассмотрении дел о защите чести и достоинства суду следует установить, является ли распространенная ответчиком информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.

Как указано в пунктах 15 и 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда. Данное правило в части, касающейся деловой репутации гражданина, соответственно применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (пункт 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица. Компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. … При удовлетворении иска суд в резолютивной части решения обязан указать способ опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений и при необходимости изложить текст такого опровержения, где должно быть указано, какие именно сведения являются не соответствующими действительности порочащими сведениями, когда и как они были распространены.

Как пояснил свидетель Свидетель №1, истец ФИО4 является уважаемым человеком, имеет множество заслуг и наград. В отношении него никогда не возбуждалось уголовных дел, он не привлекался к ответственности. Также он (свидетель) никогда ни от кого не слышал (кроме обвинений со стороны ФИО5 – что ему стало известно со слов самого ФИО4), чтобы кто-то когда-то высказывался негативно в отношении истца либо обвинял его в коррупции.

Сведения, оспариваемые истцом по настоящему делу, представляют собой информацию о незаконном и недобросовестном поведении истца, которые сформулированы в форме утверждений. Изложение информации не указывает на то, что факты, описанные в письме, предполагаются автором, либо ответчик таким образом оценивает поведение истца.

Избранный ответчиком стиль изложения указывает на наличие описываемых фактов в реальной действительности. При этом по смыслу письма следует, что истец занимается участием в коррупционных схемах на протяжении длительного времени, т.к. ответчик использует выражение «как и ранее».

Доказательств соответствия распространенных сведений действительности ответчиком не представлено.

Доводы представителей ответчика о том, что данные сведения не повлекли причинения истцу моральных и нравственных страданий, поскольку со стороны коллег к нему не изменилось отношение в связи с сведениями, указанными в данном письме, не могут быть приняты во внимание. Так причинение гражданину морального вреда статьи 150-151 Гражданского кодекса Российской Федерации связывают не с фактом изменения отношения к лицу, в отношении которого распространены соответствующие сведения, а с самим фактом распространения в отношении этого лица сведений, которые не соответствуют действительности и порочат честь, достоинство гражданина, деловую репутацию, чем причиняется моральный вред, размер которого определяется, в том числе, характером и содержанием данных сведений, иными обстоятельствами дела в каждом конкретном случае.

В настоящем случае ответчиком распространены сведения о нечестном, корыстном, антиобщественном поступке истца, который нарушает действующее законодательство. Так в подпункте а) пункта 1) статьи 1 Федерального закона №273-ФЗ от 25.12.2008 г. «О противодействии коррупции» дано следующее понятие коррупции: злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», в целях уголовно-правового обеспечения противодействия коррупции и в интересах выполнения международных обязательств Уголовный кодекс Российской Федерации устанавливает ответственность за совершение коррупционных преступлений. Среди них наиболее распространенным и опасным является взяточничество. Оно посягает на основы государственной власти, нарушает нормальную управленческую деятельность государственных и муниципальных органов и учреждений, подрывает их авторитет, деформирует правосознание граждан, создавая у них представление о возможности удовлетворения личных и коллективных интересов путем подкупа должностных лиц, препятствует конкуренции, затрудняет экономическое развитие.

Также является не соответствующим действительности и порочащим утверждение о вероломных действиях истца. По смысловому понятию «вероломство» означает крушение веры, нечестный поступок, неэтичное поведение, нарушающее догмы.

Исходя из обстоятельств дела суд приходит к выводу об обоснованности требований истца и о взыскании денежной компенсации морального вреда, который безусловно причинен ответчиком распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца. В соответствии со статьей 1101 ГК Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию компенсация в размере 70 000 руб..

Также истец вправе требовать опровержения распространенных ответчиком сведений тем же способом, как они были распространены и по форме, как заявлено истцом, что согласуется с положениями части 6 статьи 152 ГК Российской Федерации.

При этом фраза в конце письма «с уважением» не является обязательным элементом требуемого опровержения. В связи с чем её наличие в письменном опровержении относится на усмотрение ответчика.

Поскольку суд пришел по существу к выводу об удовлетворении исковых требований, в соответствии с частью 1 статьи 98 и статьей 100 ГПК Российской Федерации судебные расходы, понесенные истцом в связи с предъявлением иска подлежат возмещению с ответчика. Исходя из фактической занятости представителя, количества судебных заседаний, сложности дела, нет оснований считать заявленные расходы чрезмерно завышенными. Из материалов дела усматривается, что представителем истца составлялось и подписывалось исковое заявление, уточнения к иску, дополнительные письменные пояснения, письменные ходатайства. В подтверждение соответствующих расходов представлен договор и квитанция на оплату данных расходов (л.д.5, 6).

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Обязать ФИО5 опровергнуть не соответствующие действительности и порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения, содержащиеся в электронном письме от 11.10.2016 г., направленном ответчиком с электронного адреса <адрес>. по адресам электронной почты <адрес> «Я уверен, что как и ранее БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ... . Я прошу сделать все необходимое для пресечения вероломных действий со стороны БЕВ и ее отца ФИО4...», а именно утверждения о том, что ФИО4 являлся и является участником коррупционных схем по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ (1); что ФИО4 совершает вероломные действия (2).

В порядке опровержения не соответствующих действительности и порочащих честь, достоинство и деловую репутацию ФИО4 сведений обязать ФИО5 направить с электронного адреса <адрес>. или любого другого электронного адреса ответчика по адресам электронной почты <адрес> письмо следующего содержания: «Не соответствуют действительности и являются ложными следующие сведения, содержащиеся в моем электронном письме, направленном Вам 11.10.2016 г.: «Я уверен, что как и ранее БЕВ при участии своего отца ФИО4 участвует в коррупционных схемах по распределению денежных средств по программе поощрения публикационной активности сотрудников НГУ в части совместных лабораторий НГУ.» Также являются ложными и не соответствующим действительности мои слова в указанном электронном письме о якобы имеющих место вероломных действиях ФИО4. ФИО5».

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 денежную компенсацию морального вреда, причиненного распространением сведений, не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, в размере 70 000 руб., судебные расходы в размере 20 600 руб., всего 90 600 руб..

Апелляционная жалоба на решение суда может быть подана в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд через суд, принявший решение.

Судья (подпись) Кадашева И.Ф.