Решение № 2-3618/2017 2-3618/2017~М0-2543/2017 М0-2543/2017 от 10 сентября 2017 г. по делу № 2-3618/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11.09.2017 года Автозаводский районный суд г.Тольятти Самарской области в составе председательствующего судьи Тарасюк Ю.В.,

с участием прокурора Трониной Т.Н.,

при секретаре Никитиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3618/2017 по иску ФИО1 к ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в результате повреждения здоровья,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Автозаводский районный г.Тольятти с исковым заявлением к ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» о возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, указав при этом на следующее.

22.01.2014 года между истцом и ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» был заключен договор «оказания стоматологических услуг» № 3534/14, в соответствии с п. 1 которого клиника приняла на себя обязательство, с учетом предварительного диагноза и плана лечения, внесенными в амбулаторную карту пациента, врачом клиники осуществить качественное лечение.

В соответствии с п.2 договора осуществление лечения было поручено врачу ФИО2, который, в соответствии с договором, принял обязанность обеспечить качественные и наиболее безболезненные методы лечения.

В последующем, клиника стала оказывать не предусмотренные договором услуги, а именно:

- 24.01.2014 года за ознакомление с планом лечения, истец была вынуждена оплатить 1400 рублей,

- 27.01.2014 года истец была направлена на консультацию к ортодонту, которая ей не требовалась, но по счету она была вынуждена оплатить 250 рублей, несмотря на то, что в плане лечения такой консультации не предусматривалось.

31.03.2014 года в соответствии с планом работ по лечению, врач ФИО2, во время удаления коренных зубов за № 18 и № 48 и установления импланта зуба № 45, удалил и зуб № 16, что в согласованный план не входило. Предварительного согласия на удаление зуба № 16, при первом шаге плана, истец ни врачу, ни клинике не давала.

В общей сложности истец была вынуждена оплатить по чеку № 00000007 денежную сумму в размере 70 208 рублей за лечение.

При проверке оплаты истец установила, что оплатила следующие работы:

51688 рублей - за имплантацию 45 зуба (28488 + 8240 + 15000);

3200 рублей - за снятие коронок с 18, 17, 16, 45 зубов (800x4);

6624 рубля - за сложное удаление 18 и 16 зуба (3312x2);

6624 рубля - за удаление полуритинированного 48 зуба;

А всего 68 136 рублей, то есть клиника необоснованно удержала 2 072 рубля,

За необоснованно удаленный зуб № 16, с учетом снятия коронки, с истца удержали 4112 рублей (800 рублей + 3312 рублей). До момента удаления какого-либо дискомфорта данный зуб не доставлял. Более того, этот зуб она перелечивала с февраля по март 2011 года, о чем имеется запись в медицинской карте стоматологического больного № 5/1994 г. в МУЗ г.о. Тольятти Стоматологическая поликлиника № 1, и во время лечения были проведены следующие операции: снятие коронки, удаление штифта, каналов, установка нового штифта, покрытие зуба новой коронкой.

Вследствие безосновательного удаления зуба № 16 истец была вынуждена обратиться за восстановлением зуба № 16 в клинику ООО «32 КАРАТА». Поскольку одновременно восстанавливала в этой клинике зуб № 16 и зуб № 17, то и оплата производилась сразу за 2 зуба - 120 281 рублей. Следовательно, восстановление 1 зуба составило 60140 рублей 50 копеек. Восстановление зуба - это только этап установка штифта. Для возможности использовать зуб по назначению необходимо на этот штифт установить керамическую коронку и 2 февраля 2016 года она обратилась за данной услугой к доктору ФИО3 в ООО «МиСС-лаб», который и установил керамическую коронку «Cerec», за оказанные услуги оплатила 13 300 рублей.

Истец считает, что 48 зуб полуритинированным считать нельзя, т.к. на снимке видно, что он имеет пломбу со стороны примыкания челюстей, он не может быть не прорезавшимся, а в связи с этим, она должна была произвести за него оплату в размере 3 312 рублей, а не 6 624 рублей, то есть и в данном случае с истца необоснованно удержали денежную сумму в размере 3 312 рублей.

05.04.2014 года во время повторного обращения истца к врачу, в связи с болезненностью в области 18 удаленного зуба, лечащий врач, имея в своем кабинете устройство, позволяющее делать снимок одного зуба и выводить на экран компьютера, необоснованно направил истца на круговой снимок, за который она оплатила 1 900 рублей.

28.04.2014 года по требованию врача ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» истец была вынуждена оплатить за осмотр 1 550 рублей, несмотря на то, что в плане лечения таких сумм и в карточке нет записи о проведенной услуге.

В своем ответе на претензию истца ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» от 21.02.2017 года выразило согласие с требованиями истца в части возврата денежной суммы в размере 5212 рублей, а в остальной части было отказано. Кроме того, было предложено по вопросу выплаты денежной суммы в размере 5 212 рублей обратиться в суд.

27.02.2017 года истец обратился в адрес ответчика с дополнительной претензией, в которой просила возместить ей расходы на установку коронки Cerec d 33 в ООО «МиСС-лаб» в размере 13300 рублей, поскольку данные расходы также связаны с необоснованным удалением зуба №16 в ООО ««Диастом. Клиника доктора ФИО2». В своем ответе ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» в удовлетворении данного требования отказало.

С учетом вышеизложенного, ФИО1 была вынуждена обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав и охраняемых законом интересов с соответствующим исковым заявлением, в котором просит взыскать с ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» в свою пользу - 14596 рублей в качестве возврата денежной суммы, оплаченной по необоснованному требованию лечащего врача, 73440 рублей 50 копеек в качестве возврата расходов на восстановление зуба №16, 100000 рублей в качестве компенсации морального вреда, неся дополнительные судебные расходы в размере 2000 рублей за составление искового заявления в суд и в размере 20000 рублей по оплате за услуги представителя.

В ходе судебного разбирательства по делу ФИО1 исковые требования были уточнены следующим образом.

28.08.2013 года истец обратилась в зубную клинику ООО «Практик-Д» за консультацией с проблемой стираемости нижних зубов. Других, кроме эстетических проблем у неё не было.

03.09.2013 года истцу сделали слепок нижних и верхних зубов и 11.09.2013 года в ходе очередной консультации доктор ФИО4 сообщил, что у истца был глубокий прикус и посоветовал обратиться в ООО «Ирбис» к доктору ФИО5

21.01.2014 года истец обратилась с проблемой стираемости нижних зубов в ООО «Ирбис» к доктору ФИО5 На тот момент у истца все зубы были вылеченные, отсутстующие 3 зуба (45,17,27) были под мостовидными коронками и других, кроме эстетических проблем у истца не было. Поскольку в ООО «Ирбис» не было хирургического кабинета, доктор отправил истца на консультацию в ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» по клиническому замещению (протезированию) и спросил его рекомендации еще по 11 и 21 зубам. Это усматривается из направления №1 на консультацию.

22.01.2014 года истец обратилась за консультацией в ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2», где был заключен договор «Оказания стоматологических услуг» № 3534/14. В указанном учреждении истцу сделали снимки и предоставили план совместного лечения доктора ФИО5 и ФИО2 На этом плане ФИО2 шариковой ручкой проставил примерные сроки действий, сказал, что план предварительный и он может меняться. Затем доктор попросил написать, что истец с планом ознакомлена. Истец написала, что ознакомлена и сообщила, что 1,5 миллиона для оплаты этого плана у неё нет. Но за ознакомление с планом истцу был выставлен счет в размере 1400 рублей. Истец считает, что данная сумма должна быть возвращена ей.

27.01.2014 года доктор ФИО2 поставил истца перед фактом о проведении консультации у ортодонта, для чего неожиданно для истца, пригласили в кабинет какого-то специалиста, данная консультация не предусматривалась планом лечения но ФИО2 настоял на том, чтобы истец произвела оплату за консультацию в размере 250 рублей, что она и сделала.

31.03.2014 года истец пришла в ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» на восстановление зуба № 45 имплантом и удаление коренных зубов № 18 и 48. При этом, истец сообщила доктору, что зуб № 28 она удалять не собирается. В ходе этих операций, доктор ФИО2 удалил истцу еще и зуб №16, удалять который истец не просила, и согласия на это не давала.

Истец считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, поскольку действиями ответчика ей причинен физический вред и нравственные страдания. Физический вред заключается в том, что вопреки предварительному плану лечения зубов истца в первом шаге доктор ФИО2 удалил истцу зуб № 16, в отсутствие её согласия, чем многократно увеличил болевые ощущения истца. Кроме того, после этой операции истец была вынуждена нести затраты на восстановление этого зуба № 16, с установкой штифта и керамической коронки, что также сопровождалось болевыми ощущениями. Действиями ответчика истцу причинены нравственные страдания, так как в её возрасте необоснованное удаление коренного зуба для истца является катастрофическим событием, которое причинило истцу несколько бессонных ночей, переживания, связанные с порядком восстановления данного зуба и наступлением каких-либо последствий.

В результате уточнения исковых требований ФИО1 окончательно просит суд взыскать с ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» в свою пользу 73440 рублей 50 копеек (60140 рублей 50 копеек за восстановление зуба № 16 и 13300 рублей за установку керамической коронки зуба № 16); 9384 рубля в качестве возврата денежной суммы, оплаченной по необоснованному требованию лечащего врача и 100000 рублей в качестве компенсации морального вреда (л.д. 76-78).

Истец ФИО1 в судебное заседание явилась, на исковых требованиях настаивала в полном объеме, дополнительно пояснила следующее.

После начала лечения она дошла до первого шага плана лечения, до второго шага не дошла, ушла в Клинику «32 Карата». Разночтения в сумме 2000 рублей, в частности, в результате чего возникла эта разница и за какую услугу по ее мнению она заплатил больше, чем это положено, пояснить затруднилась.

Оплату за удаление 16 зуба она произвела 31 марта 2017 года.

Подпись по предоставленным услугам клиники она поставила не обдумано, не прочитав полностью перечень услуг, кроме того, в течение года она имела право не согласиться с услугами, предоставленными клиникой. Жалоб на зуб у неё не было, зуб её не беспокоил, проблемы были только эстетические, в связи с чем считает, что зуб удалили неправомерно, не спросив её согласия на это.

Дополнительно предоставила письменные дополнения к исковому заявлению (л.д.63).

Представитель истца ФИО6, действующий на основании ордера № 008935 от 28.04.2017 года (л.д. 46), в судебное заседание явился, исковые требования с учетом уточнения поддержал в полном объеме, дополнительно пояснил следующее.

Просит взыскать с ответчика сумму в размере 73 440,50 рублей за оказанные медицинские услуги истице в клинике «32 Карата», которые состоят из 60140,50 рублей за восстановление зуба № 16 и 13 300 рублей за установку керамической коронки на зуб № 16. Сумма в размере 9 384 рубля - это денежные средства, оплаченные в клинику ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2», из которых на сумму 3 200 рублей квитанции имеются в материалах дела, а также сумма 4112 рублей, которая состоит из 800 рублей - за снятие коронки с 16 зуба и 3 312 рубля - за само удаление 16 зуба.

Истице причинен моральный вред, поскольку в ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» ФИО1 не обращалась с просьбой по удалению зуба № 16. Это решение доктор принял самостоятельно. План лечения, который сделала клиника, истец не подписывала, она только с ним ознакомилась. У ФИО1 таких денежных средств, указанных в плане лечения, не было. Она не собиралась проходить там лечение и удалять 16 зуб.

В результате уточнения исковых требований, не настаивает на том, что услуга была некачественной, недостатков услуги не было. Поэтому исключают из основания иска положения ст. 1095 ГК РФ. Полагает назначение экспертизы нецелесообразным.

Доктор ФИО2 удалил зуб, который не беспокоил, он удалил 16 зуб не получив согласия от истца на это.

ФИО1 начала исполнять план лечения.

Представитель ответчика ФИО7, действующий на основании доверенности № 2 от 05.04.2017 года (л.д.33), в судебное заседание явился, исковые требования не признал в полном объеме, дополнительно пояснил следующее.

Первая консультация истице была представлена 22.01.2014 года главным врачом клиники, ее стоимость 900 рублей, 24.01.2014 года состоялась консультация врача стоматолога с получением снимков и составлением диагностической модели, ее стоимость 500 рублей, 27.01.2014 года состоялась консультация врача стоматолога без составления плана лечения, ее стоимость 250 рублей, 05.04.2014 года произвели лечение альвеолита стоимостью 1550 рублей. Стоимость услуг соответствует ценам, отраженным в действующем на тот момент прейскуранте.

Согласно амбулаторной карте все лечение обошлось на сумму в размере 70 208 рублей.

Письменное согласие истца на удаление 16 зуба было получено.

Не может предоставить сведения о том, в какое конкретно время в день удаления 16 зуба истец произвела оплату за это.

Дополнительно предоставил письменные возражения на исковое заявление (л.д.24-32).

Прокурор Автозаводского района г.о. Тольятти Тронина Т.Н., давшая заключение по настоящему делу в порядке ч.3 ст.45 ГПК РФ, считает, что в соответствии с договором об оказании стоматологических услуг, который был заключен между истцом и ответчиком 22.01.2014 года был прописан ряд обязательств, содержащих услуги медицинского характера, детализация, которых была установлена планом лечения, фактически являющимся неотъемлемой частью указанного договора. Договор подписан сторонами и начал исполняться в соответствии с планом лечения. План лечения так же подписан истицей без возражений. Полагает, что следует исходить из того, что истец ознакомилась с указанным планом и согласилась с ним. Доказательств причинения вреда здоровью суду не предоставлено, от проведения экспертизы истец отказалась. Свои требования о компенсации морального вреда истец не основывает на нормах права содержащихся в законе о защите прав потребителей. Таким образом, доказательств причинения прямого действительного ущерба, в том числе вреда здоровью, истцом в судебном заседании не предоставлено. С учетом изложенного требования удовлетворению не подлежат.

Выслушав пояснения лиц участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Ст. 12 ГК РФ относит возмещение убытков и компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела и какой стороне надлежит их доказывать.

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции "О защите прав человека и основных свобод".

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из руководящих разъяснений Постановления Пленума ВС РФ № 1 от 26.01.2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Обобщая вышеизложенное, суд полагает, что истцу в данном случае необходимо было предоставить доказательства, соответствующие принципам относимости и допустимости, позволяющие установить то обстоятельство, что ответчик является причинителем вреда и в результате именно его действий либо бездействий наступили вредные последствия для истца.

Лишь после предоставления совокупности доказательств о том, что ответчик является причинителем вреда, обязанность по доказыванию своей невиновности в причинении ущерба, лежит на лице, его причинившем.

Учитывая нормы закона во взаимосвязи с фактическими обстоятельствами дела суд приходит к убеждению в том, что ФИО1 в ходе судебного разбирательства не были предоставлены достаточные, достоверные и убедительные доказательства, позволяющие считать, что имеет место быть факт причинения вреда ее здоровью, а также то, что ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» является причинителем такого вреда.

Так, в соответствии со статьей 31 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, каждый гражданин имеет право в доступной для него форме получить имеющуюся информацию о состоянии своего здоровья, включая сведения о результатах обследования, наличии заболевания, его диагнозе и прогнозе, методах лечения, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, их последствиях и результатах проведенного лечения.

Гражданин имеет право непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, и получать консультации по ней у других специалистов. По требованию гражданина ему предоставляются копии медицинских документов, отражающих состояние его здоровья, если в них не затрагиваются интересы третьей стороны.

Согласно со статьей 32 Основ необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является информированное добровольное согласие гражданина.

В соответствии Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 года №1006 «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг» платные медицинские услуги предоставляются на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров.

Судом в ходе судебного разбирательства по делу было установлено, что 22.01.2014 года между ФИО1 и ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2» был заключен договор № 3534/14 оказания стоматологических услуг (л.д.6).

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как следует из условий поименованного выше договора, клиника приняла на себя обязательства в соответствии с предварительным диагнозом и планом лечения, внесенными в амбулаторную карту пациента врачом клиники, осуществить качественное лечение.

В соответствии с ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. При этом, по смыслу ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Ч. 2 ст. 779 ГК РФ предусмотрено, что правила главы 39 (возмездное оказание услуг) применяются, в том числе, к договорам оказания медицинских услуг.

Существенными условиями конкретно договора возмездного оказания услуг являются предмет и цена договора. Договор возмездного оказания услуг не признается незаключенным (в отличие от договора подряда) в отсутствие условия о сроках их оказания, поскольку в этом случае они могут быть определены в соответствии с п. 2 ст. 314 ГК РФ.

Подписанный между сторонами договор № 3534/14 не содержит в себе ни перечень медицинских услуг, ни их стоимость. Наряду с этим, все это указано в плане лечения, с которым ФИО1 была ознакомлена лично под роспись, каких-либо возражений относительно него в письменной форме не изложила (л.д. 19-20).

Исходя из анализа вышеустановленного, суд приходит к выводу о том, что план лечения является неотъемлемой частью договора. Поскольку договор, содержащий в себе условие отсылающее к плану лечения, ФИО1 подписан, то собственноручного указания пациентки в плане лечения на то, что последняя с ним ознакомлена, является достаточным для того, чтобы считать договор заключенным на условиях, изложенных в плане лечения.

В последующем договор истцом не оспорен, недействительным, незаключенным либо расторгнутым не признан.

Исходя из системного толкования положений п. 1 ч. 1 ст. 8 ГК РФ, ч. 2 ст. 307 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

Согласно ст. 319 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Как следует из амбулаторной карты ФИО1 приступила к исполнению договора со своей стороны, в частности:

27.01.2014 года проведена консультация врача стоматолога без составления плана лечения;

31.03.2014 года проведена плановая операция по удалению 28, 18, 48 зубов по показаниям;

05.04.2014 года проведено лечение альвеолита.

Шаг 6 плана лечения предполагал удаление 16 зуба истца для последующей имплантации (л.д. 20).

Следовательно, доводы ФИО1 и ее представителя о том, что ей была оказана медицинская услуга, не предусмотренная договором, о которой истец ответчика не просила, являются несостоятельными.

Удаление зуба № 16 было произведено лечащим врачом ФИО1 – ФИО2, действительно, 31.03.2017 года, то есть произошло изменение порядка осуществления работ по лечению.

Однако, как следует из текста договора стоматологических услуг № 3534/14 от 22.01.2014 года, истец согласилась с тем, что план лечения является предварительным, возможны изменения в ходе лечебных процедур, что оплачивается дополнительно согласно действующего прейскуранта. То обстоятельство, что ФИО1 была с этим согласна подтверждается тем, что в этот же день ФИО1 оплатила удаление 16 зуба, что ею не оспаривалось.

Кроме того, представитель ответчика в ходе судебного разбирательства указал на то обстоятельство, что такое изменение плана лечения было произведено в интересах истца, одновременно с иными лечебными манипуляциями в целях снижения интенсивности возможных болевых ощущений, уменьшения числа анестезиологических мероприятий.

Судом в целях определения качества оказанных ФИО1 медицинских услуг, правильности поставленного диагноза, назначения и проведения лечения, в также размера вреда здоровью, по настоящему гражданскому делу дважды назначались судебные медицинские экспертизы (л.д. 48-52), в том числе, по ходатайству истца (л.д. 37-38).

Первый раз проведение судебной экспертизы было поручено эксперту ФИО8, работающему в Фонде «Больница №1 г.Тольятти», от которого 18.07.2017 года поступило сообщение о невозможности провести судебную экспертизу в связи с тем, что после встречи ФИО1 со специалистом ФИО9, последний отказался оказывать эксперту консультационную помощь (л.д. 56).

Второй раз проведение судебной экспертизы было поручено экспертам ФГБУ РЦ СМЭ Минздрава России (л.д. 66-67). Однако, экспертиза не была проведена, в силу того, что от истца 14.08.2017 года поступило заявление с просьбой о возобновлении производства по делу в связи с уточнением заявленных ею ранее исковых требований (л.д. 75).

В результате уточнения исковых требований ФИО1 и ее представитель ФИО6 обосновали нецелесообразность проведения по делу судебной экспертизы тем, что они не считают действия врача ФИО2 врачебной ошибкой. Так же они не считают, что вред здоровью истца был причинен некачественно оказанной услугой, поэтому исключили из искового заявления ссылки на положения ст. 1095 ГК РФ, предусматривающей ответственность за вред, причиненный здоровью вследствие недостатков услуг.

В соответствии с ч. 1 ст. 39 ГПК РФ лишь истец вправе изменять указанное им основание иска (обстоятельство, на котором истец основывает свое требование). Суд в данном случае произвольно за истца согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ делать этого не может и обязан рассматривать дело по заявленным требованиям.

Ч. 3. ст. 79 ГПК РФ предусмотрено, что при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

Согласно ч. 2 ст. 68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания полагать, что удаление истцу 16 зуба доктором ФИО2 явилось врачебной ошибкой, а также то, что к тому не было медицинских показаний. Кроме того, суд считает установленным, что изменение порядка лечения было обоснованным, поскольку произведено в интересах пациента с целью уменьшения числа анестезиологических мероприятий.

Обобщая вышеустановленное, принимая во внимание то обстоятельство, что договором предусмотрено удаление 16 зуба истца, учитывая то, что медицинская услуга ФИО1 была оказана качественно, суд приходит к выводу о том, что ответчиком не был причинен вред здоровью истца. Таким образом, требования истца о взыскании расходов, понесенных на восстановление зуба №16, удовлетворению не подлежат.

Требования о компенсации морального вреда являются производными и не подлежат удовлетворению ввиду отказа в удовлетворении основного требования.

ФИО1 также предъявила к ответчику требования о возврате денежных средств в размере 9384 рубля по необоснованному требованию лечащего врача, из которых 800 рублей за снятие коронки с 16 зуба, 3312 рублей – за его удаление, 900 рублей – за консультацию главным врачом, 500 рублей – за консультацию врача-стоматолога с анализом снимков и составлением диагностической модели, за консультацию врача-стоматолога без составления плана лечения и за лечение альвеолита -1550 рублей.

Данные требования также не подлежат удовлетворению.

Выше указывалось, что гражданские обязанности возникают, в том числе, из договоров.

По смыслу ч. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Поименованные в иске медицинские услуги ООО «Диастом.Клиника доктора ФИО2» фактически были оказаны ФИО1, о чем в амбулаторной карте имеются соответствующие записи от 22.01.204 года, 24.01.2014 года, 27.01.2014 года, 31.03.2017 года и 05.04.2014 года. Оплата по ним истцом произведена, что частично подтверждается кассовыми чеками (л.д. 7, 8, 10) и не оспаривается сторонами, по ценам, предусмотренным действующим на тот момент прейскурантом «Стоимость стоматологических услуг ООО «Диастом. Клиника доктора ФИО2.» (л.д. 105-142).

При таких обстоятельствах, требования ответчика об оплате ФИО1 денежных средств в сумме 9384 рубля за оказанные последней первым медицинские услуги, являются правомерными.

Понесенные истцом судебные расходы за составление иска в размере 2000 рублей и по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей (л.д. 24) не подлежат возмещению истцу за счет ответчика в соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, поскольку настоящим решением требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Учитывая то, что в силу требований ст. 89 ГПК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 33336 НК РФ, истец при подаче искового заявления была освобождена от уплаты государственной пошлины, то возмещение судебных расходов, понесенных судом в связи с рассмотрением дела, должно осуществляться по правилам ст. 103 ГПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 года №1006 «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг», ст. ст. 8, 12, 15, 307, 314, 319, 421, 431, 432, 779, 1064 ГК РФ, ст.ст. 56, 68, 79, 98, 103, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Диастом.Клиника доктора ФИО2» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в результате повреждения здоровья, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г.Тольятти с момента его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 15.09.2017 года.

Судья Ю.В.Тарасюк