Решение № 2-2056/2023 2-99/2024 2-99/2024(2-2056/2023;)~М-1813/2023 М-1813/2023 от 26 марта 2024 г. по делу № 2-2056/2023

Дело № 2-99/2024 (2-2056/2023;)

УИД 53RS0002-01-2023-002582-55


Решение именем Российской Федерации

27 марта 2024 года г. Боровичи

Боровичский районный суд Новгородской области в составе председательствующего судьи Константиновой Т.Г.,

при секретаре Пауковой М.А.,

с участием истца ФИО1, его представителя – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – Теняевой Г.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

08 ноября 2023 года ФИО1 обратился в Боровичский районный суд Новгородской области с иском к наследственному имуществу ФИО4 о признании права собственности на часть наследственного имущества в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

В обоснование заявленного требования истец указал, что он является действующим сотрудником Вооруженных сил РФ. Как военнослужащий, он состоит на очереди на улучшение жилищных условий и при увольнении из рядов вооруженных сил должен получить субсидию на приобретение жилья при условии, что у него нет другого жилого помещения. С 2014 года по октябрь 2022 года он проживал совместно без регистрации брака с ответчиком ФИО3, отцом которой были ФИО5, умерший ДД.ММ.ГГГГ и ФИО4, умершая ДД.ММ.ГГГГ, которые всецело друг другу доверяли.

У матери истца (ФИО6) имелись денежные средства, которые она предложила подарить ему для целей приобретения квартиры в <адрес>. Квартира была подобрана истцом по адресу: <адрес>, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ между ним и продавцом квартиры ФИО7 был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, в котором они оговорили продажную цену 640000 рублей. При заключении предварительного договора он внес продавцу задаток 5000 рублей. Предварительный договор был заключен в присутствии свидетелей ФИО8 (риелтор) и ФИО3 (ответчик). В данном договоре истец фигурировал как покупатель квартиры, поскольку фактически квартиру покупал ФИО1

Поскольку он не хотел утратить право на получение субсидии на жилье от Министерства обороны РФ, а также в целях получения налогового вычета на покупку квартиры (которым уже пользовался), в кругу его семьи было принято решение об оформлении квартиры (заключении основного договора купли-продажи квартиры) на ФИО5 (отца ответчика), для оформления сделки по купле-продажи квартиры им была выдана доверенность на дочь (ответчицу) ФИО3, которая действуя в интересах отца, подписала договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ. При этом ДД.ММ.ГГГГ мать истца передала ему в дар 500000 рублей, после чего на следующий день он обменял имеющиеся у него 1500 долларов, выручив 93600 рублей, добавил порядка 40000 рублей своих денег и при совершении сделки передал ФИО7 (продавцу) 635000 рублей, в связи с чем, ФИО7 собственноручно написала расписку о получении от него 640000 рублей, а также подписала печатную расписку аналогичного содержания.

С момента приобретения квартиры только истец нес бремя ее содержания, оплачивал коммунальные платежи, а также извлекал небольшую выгоду, сдавая ее в аренду. ФИО5 и ФИО4 никогда не оспаривали тот факт, что квартира приобретена на его деньги и является фактически его, говорили, что как только будет нужно, перепишут ее на него.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер, в связи с чем было принято решение, что в наследство, в том числе и в права на квартиру вступит его супруга ФИО4, которая также обещала, что в случае необходимости перепишет квартиру на него. При этом незадолго до ее кончины (в октябре 2022 года) у истца разлаживаются отношения с сожительницей ФИО3, которая теперь утверждает, что квартира в <адрес> будет принадлежать ей, а истец никакого отношения к данной квартире не имеет.

При приобретении квартиры ФИО5 не имел никакого намерения приобрести квартиру в г. Боровичи, он всегда жил в г. Москве и к Новгородской области не имеет никакого отношения. У истца же неподалеку от г. Боровичи проживает мать, а поскольку Боровичи является вторым по численности населения городом Новгородской области и жилье здесь более ликвидное, квартиру он решил приобрести именно в г. Боровичи.

Причины, по которым он ранее не обращался в суд с аналогичным иском связана с тем, что вплоть до смерти ФИО4 никто не оспаривал его права на данную квартиру, более того, его отношения с ФИО5 и ФИО4 были настолько хорошими, что он никогда не сомневался в том, что они перепишут на него квартиру, как только в этом появится необходимость. После смерти ФИО4 он полагал, что ему удастся договориться об этом с ФИО3, однако этого не случилось.

Истец полагает, что спорная квартира, являющаяся в настоящее время частью наследственного имущества умершей ФИО4 и наследницей которой является ее дочь ФИО3, появилась в собственности ее отца ФИО5 при приобретении квартиры за счет его личных денежных средств оформлением прав как собственника на ФИО5 В связи с этим полагает, что квартира является неосновательным обогащением ФИО5 как наследственным имуществом после смерти ее матери ФИО4

19 января 2024 года в ходе рассмотрения дела истец, изменив исковые требования, просит взыскать с ответчика ФИО3 неосновательное обогащение в размере денежной суммы, предоставленной им ФИО5 для приобретения спорной квартиры в сумме 640000 рублей, а также процентов, исчисленных по правилам ст. 395 ГК РФ в сумме 425106 р. 94 к., всего в сумме 1065106 р. 94 к.

Заявленное требование мотивирует тем, что отец ответчика ФИО3 – ФИО5 приобрел спорную квартиру за счет личных денег ФИО1, в связи с чем ФИО5 неосновательно обогатился за счет средств ФИО1

Как было указано в первичном исковом заявлении, истец изначально заявлял требования ссылался на ст. 1102 ГК РФ. В рамках уточненного искового заявления сторона истца считает, что данная норма также подлежит применению, поскольку полученная ФИО3 в наследство спорная квартира в г. Боровичи была приобретена за счет средств, являющихся неосновательным обогащением ее отца.

Передавая продавцу квартиры денежные средства ФИО1 добросовестно рассчитывал, что в свое время станет собственником квартиры, поскольку об этом у него имелась договоренность с отцом ФИО3 ФИО5

Таким образом, с юридической точки зрения ФИО5 стал собственником спорной квартиры, которая на момент ее продажи была оценена в 640000 рублей, получив необоснованную выгоду в виде указанной суммы денежных средств, на которые был приобретен объект недвижимости.

Став собственником квартиры ФИО5 не понес никаких расходов на ее приобретение, в связи с чем ФИО1 считает, что именно с даты совершения сделки 31.10.2015 на сумму сделки в 640000 рублей подлежат начислению проценты по правилам ст. 395 ГК РФ., размер которых по состоянию на 16.01.2024 года равен 425106 р. 94 к.

В судебное заседание ответчик ФИО3 не явилась, извещена надлежаще, просила о рассмотрении дела без её участия, направив в суд своего представителя.

Третье лицо нотариус ФИО9 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, представила заявление о рассмотрении дела в её отсутствие.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся ответчика ФИО3 и третьего лица ФИО9

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании измененные в порядке ст. 39 ГПК РФ исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить. Истец ФИО1 дополнительно пояснил, что ответчик ФИО3 сама предложила ему приобрести квартиру на имя её отца для получения налогового вычета. Его мать имеет преклонный возраст, проживает в <адрес> в неблагоустроенном жилье. По согласованию с матерью ФИО1 принял решение приобрести квартиру в г. Боровичи Новгородской области, чтобы мать ФИО1 смогла там жить в хороших условиях, когда захочет. Для этих целей его мать передала ему в дар 500000 рублей.

Спорная квартира была приобретена ДД.ММ.ГГГГ на его денежные средства в сумме 640000 рублей от ФИО7, но оформлена в регистрирующем органе на отца его сожительницы ФИО3, - ФИО5, который скоропостижно скончался в ДД.ММ.ГГГГ года. Наследником его имущества стала пережившая его супруга, - ФИО4, которая обещала после вступления в наследство переоформить спорную квартиру на него, однако этого не случилось и в марте 2023 года, когда он находился в служебной командировке, ФИО4 скончалась. При этом с осени 2022 года отношения между ФИО1 и ФИО3 разладились. В это же время имел место спор о квартире, поскольку доверенность на управление квартирой ФИО4 не выдавала ФИО1, а квартира нуждалась в ремонте. Спорную квартиру сдавал в аренду гражданам, которые не спрашивали его полномочий на это. Также указал, что, начиная с 2015 года устно обращался к ФИО5, после его смерти – ФИО4, а после ее смерти, - к ФИО3 с требованием переоформить квартиру на него. Договоренность о переоформлении в будущем спорной квартиры на него была также устной. Доверенности от ФИО5 на внесение денежных средств в счет оплаты приобретаемой квартиры у истца не было. Для совершения сделки по приобретению спорной квартиры ФИО5 выдал доверенность своей дочери ФИО3, которая действовала от его лица и в его интересах при оформлении купли-продажи квартиры. Почему ФИО5 при жизни оформил завещание на спорную квартиру своему внуку, ФИО1 не известно. Истец полагает, что недобросовестность и противоправность действий ответчика заключается в том, что она предложила истцу оформить спорную квартиру на ее отца, зная, что квартира приобретается на денежные средства истца.

Представитель ответчика ФИО3, - адвокат Теняева Г.Н. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, заявила о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, просила в иске отказать. Опровергая доводы истца Теняева Г.Н. указала, что оплата квартиры по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ была произведена покупателем ФИО5 в лице его представителя по доверенности ФИО3 Истец присутствовал при заключении Договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО5 и своими действиями фактически содействовал его заключению ФИО5, а следовательно, был хорошо осведомлен о том, кто является покупателем квартиры по адресу: <адрес>, и несет обязанность по оплате приобретаемой квартиры. Вопреки указанному, по утверждению истца, он оплатил указанную квартиру, передав 640000 руб. ФИО7, в подтверждение чего ФИО7 были выданы две расписки. Содержание представленных истцом расписок также свидетельствует, что истец передал средства ФИО7 в счет оплаты квартиры по адресу: <адрес>, то есть произвел оплату за ФИО5 Таким образом, представитель ответчика полагает, что истец оплатил квартиру за ФИО5 как третье лицо и к отношениям сторон спора подлежат применению нормы ст. 313 ГК РФ об исполнении обязательства третьим лицом. Вместе с тем, по заявленным требованиям истцом пропущен срок исковой давности, в связи с чем сторона ответчика просила применить последствия пропуска истцом срока исковой давности, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 отказать в полном объеме, одновременно с принятием решения по делу отменить обеспечительные меры, принятые согласно определению Боровичского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО7 следует, что в 2015 году через риелтора она продала за 640000 рублей квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. При этом до заключения основного договора купли-продажи квартиры был заключен предварительный договор, по которому она получила от ФИО1 задаток в сумме 5000 рублей. В день основной сделки ей были переданы остальные денежные средства, в связи с чем она написала расписку о получении по сделке 640000 рублей, также подписала документы, подготовленные риелтором, а также текст напечатанной расписки в получении денежных средств ФИО1 При совершении сделки купли-продажи квартиры присутствовала лично ФИО7, ее риелтор, ФИО1 и неизвестная ей женщина. Также свидетель указала, что юридически безграмотна, поэтому всецело доверяла профессионализму своего риелтора, кто юридически является покупателем квартиры она не интересовалась, при этом деньги за проданную квартиру она получила от ФИО1

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО6 следует, что она является матерью истца ФИО1 От продажи полученного ею в наследство недвижимого имущества, на располагала некоторой суммой денежных средств, 500000 рублей от которых она передала своему сыну ФИО1 в дар для приобретения им квартиры в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ. При совершении сделки по приобретению квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, она не присутствовала, продажная стоимость указанной квартиры ей не известна, о том, что покупателем квартиры являлся ФИО5 узнала позже от своего сына. ФИО1 объяснил ей, что квартира была оформлена на ФИО5 для получения налогового вычета, потом планировалось переоформить квартиру на ФИО1 Кроме того, указала, что проживает в <адрес>, также имеет в <адрес> две квартиры: по <адрес>.

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется поскольку они согласуются между собой, показаниям сторон и иным материалам дела не противоречат.

Заслушав пояснения сторон, допросив свидетелей ФИО7 ФИО6, исследовав письменные материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, указанных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 названного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Согласно п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. В силу указанной правовой нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что они передавались лицом, требующим их возврата, заведомо для него в отсутствие какого-либо обязательства, то есть безвозмездно и без встречного предоставления.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения ответчиком имущества за счет истца либо факт сбережения ответчиком имущества за счет истца, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления.

В соответствии со ст. 55, ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются, полученные в предусмотренном законом порядке сведения о факте, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут быть подтверждены никакими другими доказательствами.

Судом установлено, что 31 октября 2015 года между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель) действующей от имени ФИО5 заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО7 передала в собственность ФИО5 квартиру по адресу: <адрес>.

Из п. 3 Договора следует, что по обоюдному согласию указанный объект недвижимости оценен сторонами в сумме 640000 рублей, которые покупатель уплачивает продавцу при подписании договора.

Передача денежных средств продавцу ФИО7 в счет оплаты стоимости квартиры подтверждается собственноручно подписанными ею расписками 31 октября 2015 года, в соответствии с которыми она получила от ФИО1 денежную сумму в размере 635000 рублей и 5000 рублей аванса по ранее составленному предварительному договору от 19.09.2015 года о покупке квартиры по адресу: <адрес> полном объеме (л.д. 24,25).

На основании указанного договора купли-продажи 13 ноября 2015 года ФИО5 выдано свидетельство о государственной регистрации права.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер.

Из материалов наследственного дела № к имуществу умершего ФИО5 установлено, что наследником спорной квартиры по адресу: <адрес> является его супруга ФИО4, которой ДД.ММ.ГГГГ выдано свидетельство о праве на наследство по закону.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО4, к ее имуществу открыто наследственное дело №.

Наследником первой очереди после смерти ФИО4 является её дочь (ответчик) ФИО3

Как пояснил в судебном заседании представитель истца, денежные средства в размере 640000 рублей, потраченные им на приобретение в пользу ФИО5 спорной квартиры, являются неосновательным обогащением ФИО3, так как квартира является неосновательным обогащением ее отца ФИО5, в интересах которого истец уплатил цену за приобретенную на имя ФИО5 квартиру в размере 640000 рублей.

Истцом в подтверждение своих доводов о том, что квартира по адресу: <адрес>, приобретена на имя ФИО5 на его деньги, представил:

- предварительный договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО1 о намерении продажи квартиры ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым ФИО1 выдал в качестве аванса ФИО7 денежную сумму в размере 5000 рублей,

- нотариально заверенную расписку о получении денежных средств в дар ФИО1 от ФИО6 в размере 500000 для целей приобретения квартиры по адресу: <адрес>

- нотариально заверенную расписку о получении денежных средств ФИО7 от ФИО1 в полном объеме в размере 640000 рублей за продажу объекта недвижимости - квартиры по адресу: <адрес>.

- справку-подтверждение Филиала ПАО «Бинбанк» в Санкт-Петербурге, ОО «Боровичи/53» об осуществлении операции с наличной иностранной валютой.

Оценивая представленные истцом ФИО1 документы, а также учитывая пояснения, данные истцом ФИО1 в ходе судебного заседания, суд приходит к выводу, что указанные документы не является относимым, допустимым и достоверным доказательством по делу, поскольку факт неосновательного обогащения ответчика ФИО3 не подтверждают.

Так, предварительный договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО1 свидетельствует о намерении продажи квартиры ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ, как и Расписка от ДД.ММ.ГГГГ о получении ФИО1 от ФИО6 денежных средств в сумме 500000 рублей в дар для целей приобретения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, вместе с тем, указанная сделка между данными лицами не состоялась, ФИО1 указанную квартиру не приобрел, поскольку согласно Договору купли-продажи спорной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ее покупателем и владельцем стал ФИО5

Сторонами представлены расписка продавца ФИО7 о получении как от истца, так и от ответчика денежных средств в счет оплаты приобретаемой квартиры в размере 640000 рублей, при этом свидетель ФИО7 пояснила, что денежные средства в размере 5000 рублей она получила от ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в качестве задатка при заключении предварительного договора купли-продажи спорной квартиры, как и оставшуюся сумму в размере 635000 рублей в счет окончательного расчета за проданную ею квартиру. Иных денежных средств от ФИО1 и от ФИО3 она не получала.

Каких-либо относимым, допустимым и достоверным доказательством в подтверждение доводов истца о том, что ФИО5 после приобретения спорной квартиры за счет денежных средств, предоставленных ФИО1, обязался когда-либо передать ее во владение и пользование ФИО1 в материалы дела истцом не представлено.

Кроме того, суд полагает, что внесенные денежные средства в сумме 640000 рублей в счет оплаты по договору купли-продажи спорной квартиры в отсутствие заключенного в установленной форме соглашения в период сожительства сторон, не может рассматриваться как неосновательное обогащение ответчика.

Таким образом, судом установлено, что воля ФИО1 по передаче ФИО7 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ денежных средств в счет оплаты приобретаемой ФИО5 спорной квартиры, осуществлена ФИО1 в отсутствие обязательств ФИО5, то есть безвозмездно и без встречного предоставления, а потому денежные средства в сумме 640000 рублей не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения.

Доводы представителя ответчика о том, что правоотношения, возникшие ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5 в связи с внесением ФИО1 в интересах ФИО5 денежных средств в сумме 640000 рублей по договору купли-продажи спорной квартиры, подлежат регулированию в соответствии со ст. 313 ГК РФ, отвергаются судом, поскольку основаны на неверном толковании закона.

Вместе с тем, ответчиком ФИО3 в лице ее представителя Теняевой Г.Н. заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Разрешая вопрос о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения, поскольку о предполагаемом нарушении своих прав истец узнал в период с 19 сентября по 31 октября 2015 года, при этом с настоящим иском обратился в суд только 08 ноября 2023 года, то есть по истечении срока, установленного ст. 196 ГК РФ.

Поскольку, как указывает сам истец, каких-либо обязательств, обусловивших передачу денежных средств по договору купли-продажи спорной квартиры, как между ним и ФИО5, так и между ним и ответчиком ФИО3 не имелось, суд исходит из того, что о нарушении своих прав истец узнал непосредственно в момент передачи денежных средств, то есть в отношении денежных средств в сумме 5000 рублей 19 сентября 2015 года, а в отношении денежных средств в сумме 635000 рублей - 31 октября 2015 года.

Пропуск истцом срока исковой давности, о применении последствий которого заявлено ответчиком в процессе судебного разбирательства дела, в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом исковых требований в полном объеме.

Поскольку решение суда состоялось в пользу ответчика, то в силу требований ст. 98 ГПК РФ судебные расходы истца относятся на его счет.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, отказать.

Решение может быть обжаловано в Новгородский областной суд через Боровичский районный суд Новгородской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда – 22 апреля 2024 года.

Судья Т.Г. Константинова