Решение № 2-597/2019 2-597/2019~М-553/2019 М-553/2019 от 14 ноября 2019 г. по делу № 2-597/2019

2-597/2019

УИД: 25RS0033-01-2019-000724-63


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Черниговка 15 ноября 2019 г.

Черниговский районный суд Приморского края

в составе: председательствующего судьи Т.В. Жестковой,

при секретаре судебного заседания Покидько Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.С.В. к КГБУЗ «Черниговская центральная районная больница» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в 18-05 час в КГБУЗ «Черниговская ЦРБ» была констатирована смерть её отца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в результате «двусторонней гнойной пневмонии, осложненной дыхательной недостаточностью и шоком». По данному факту в производстве СО по г. Спасск-Дальний СУ СК РФ по Приморскому краю находится уголовное дело, в рамках которого была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза. Из выводов судебно-медицинской экспертной комиссии следует, что медицинская помощь ФИО2 была оказана сотрудниками КГБУЗ «Черниговская ЦРБ» несвоевременно и некачественно, что в итоге привело к скоропостижной смерти ФИО2 Неправомерными действиями сотрудников больницы ей причинены нравственные страдания, поскольку её отцу была оказана несвоевременная и некачественная медицинская помощь, в связи со смертью которого она лишилась дорогого и родного человека. Просит взыскать с КГБУЗ «Черниговская центральная районная больница» в её пользу компенсацию морального вреда в сумме 3000000 руб.

Истец ФИО1, извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения гражданского дела, в судебное заседание не явилась.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержал и пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ отец истицы ФИО2 поступил из отделения сестринского ухода КБУЗ «Уссурийская ЦГБ» в Спасский дом-интернат на основании путевки ДТСР Приморского края № 3 от 12.01.2017. Ранее ФИО2 проживал с бывшей супругой в г. Уссурийске, периодически находился в больнице, так как перенес несколько инсультов, злоупотреблял спиртными напитками. Истец полагала, что для здоровья её отца будет лучше в случае его нахождения под наблюдением медицинских работников. В начале марта 2017 г. состояние здоровья ФИО2 ухудшилось, у него поднялась температура. Полагает, что по заключению экспертизы ФИО2 была оказана ненадлежащая медицинская помощь. В связи с недостатками этой помощи, повлекшей смерть отца, истице был причинен моральный вред, который она оценивает в 3000000 руб. и просит взыскать.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала и пояснила, что из искового заявления и приложенных к нему материалов видно, что ФИО2 поступил в Спасский ДИПИ ДД.ММ.ГГГГ как инвалид, который нуждается в постоянном бытовом обслуживании. ДД.ММ.ГГГГ он был доставлен в «Черниговскую ЦРБ», где наступила его смерть, была проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно выводов которой прямая причинно-следственная связь между недостаточно оказанной медицинской помощью и смертью ФИО2 отсутствует. Медицинскими работниками «Черниговской ЦРБ» была оказана адекватная медицинская помощь ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Врачом выставлен правильный диагноз, назначено лечение, тактика ведения пациентом была верной. Однако малоподвижный образ жизни ФИО2, последствия после перенесенных инсультов, тяжелой сердечно-сосудистой патологии привели к застойным явлениям легочной системы. Атипичное течение пневмонии, отдельное отклонение ряда показаний и медицинской помощи, согласно заключения экспертизы, расценивается не как дефект оказания помощи, а как недостатки, не повилявшие на исход, поскольку ФИО2 по тяжести сердечно-сосудистых заболеваний находился в группе заболеваний с крайне высокими рисками смерти в любой промежуток времени. Истица лично не ухаживала за отцом, он практически проживал в квартире с бывшей женой и на койках сестринского ухода в больнице, после перенесенных инсультов был оформлен в Спасский дом-интернат, в котором надлежащего медицинского ухода не имеется, поскольку в штате сотрудников работает только медицинская сестра. Просит в иске отказать.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании пояснила, что ФИО2 приходился ей мужем, с которым она находилась в разводе, вместе не проживали и близких отношений у них не было. Ей известно, что дочь привозила ФИО2 продукты и по его звонку приезжала к нему. Когда ФИО2 находился в ДИПИ с. Борисовка, дочь навещала его и звонила, интересовалась о состоянии его здоровья.

Суд, выслушав представителей истца, ответчика, опросив свидетеля, заслушав заключение старшего помощника прокурора Черниговского района Атаевой А.А., полагавшей в удовлетворении заявленных требований отказать, приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Полномочия и ответственность органов государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере охраны здоровья граждан определяются Федеральным законом от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В соответствии со ст. 19 названного закона каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, предоставляемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Статьей 98 указанного Закона установлено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленными законодательством Российской Федерации.

В силу п.п. 1, 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктами 1, 2 ст. 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Постановлением следователя СО по г. Спасск-Дальний следственного управления Следственного комитета РФ по Приморскому краю от 18.08.2019 уголовное дело по факту смерти ФИО2 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях сотрудников Черниговского отделения КГБУСО «Спасский дом-интернат для престарелых и инвалидов» и сотрудников КГБУЗ «Черниговская центральная районная больница» составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 109, п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ.

Следствием установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 05 минут сотрудниками скорой медицинской помощи в приемный покой КГБУЗ «Черниговская ЦРБ» из КГБУСО «Спасский дом-интернат для престарелых и инвалидов» для оказания медицинской помощи доставлен ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, с диагнозом: внебольничная пневмония справа в верхней и средней долях, слева в нижней доле тяжелой степени тяжести. Впоследствии ФИО2 был переведен в отделение реанимации и интенсивной терапии, где в 18 часов 05 минут констатирована его смерть в результате «двусторонней гнойной пневмонии, осложненной дыхательной недостаточностью и шоком».

По заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 20.05.2017 № 10-6/73/2019, непосредственной причиной смерти ФИО2 явился шок (септический, инфекционно-токсический), развившийся вследствие двусторонней фибринозно-гнойной пневмонии, которая протекала в атипичной форме без явно выраженной клиники на фоне ряда сопутствующих тяжелых заболеваний, затрудненного контакта с больным.

Комиссией обнаружены недостатки на этапе скорой медицинской помощи при осмотре ФИО2 сотрудниками скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, при осмотре врачом-терапевтом ДД.ММ.ГГГГ в виде недооценки состояния больного, в КГБУЗ «Черниговская ЦРБ» нарушен п. "3.1.18 «Критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при септицемии (сепсисе)» Приказа МЗ РФ от 10.05.2017 № 203н.

Отдельные отклонения от порядков оказания медицинской помощи связаны с атипичным течением пневмонии, что расценивается экспертной комиссией не как дефект оказания медицинской помощи, а как недостатки, не повлиявшие на исход.

По тяжести течения сердечно-сосудистой патологии ФИО2 находился в группе заболеваний с крайне высоким риском смерти в любой промежуток времени. Развитие инфекционного процесса в легких увеличило этот риск в несколько раз.

Имеющиеся у ФИО2 основные заболевания относятся к группе сердечно-сосудистых патологий, которые не только оказывают влияние на течение остро возникшего воспаления легочной ткани, но и самостоятельно являются заболеваниями с высоким риском смерти. Наличие факторов риска (мужской пол, возраст старше 55 лет, пульсовое давление больше 60 мм рт.ст.), поражение органов мишеней: гипертрофия миокарда левого желудочка, сердечная недостаточность II ст., постинфарктный кардиосклероз, хроническое заболевание почек, дважды ОНМК (последний в 2016 г.) - все эти данные свидетельствуют об очень высоком факторе риска смерти.

Вероятность летального исхода у ФИО2 была крайне высокой. Тактика ведения пациента была верной. Малоподвижный образ жизни, грубая неврологическая симптоматика после перенесенных инсультов, тяжелая сердечно-сосудистая патология способствовали возникновению застойных явлений в легочной системе, микроаспирации, ухудшению дренажной и защитной функции легких с развитием воспаления.

При проведении экспертного исследования экспертами изучены материалы уголовного дела №, журналы учета приема больных и отказов в госпитализации, регистрации лабораторных исследований КДЛ «Черниговская ЦРБ», рентген - кабинета «Черниговской ЦРБ», протокол заседания комиссии по изучению летального исхода № от ДД.ММ.ГГГГ, карта вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, карта вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинская карта № стационарного больного, «Дело» ФИО2 на имя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, протокол вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ, гистологические препараты от трупа ФИО2, проанализированы и сопоставлены все имеющиеся исходные данные, исследование проведено объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своих специальностей, всесторонне и в полном объеме.

В ходе проведенной судебно-медицинской экспертизы прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников КГБУЗ «Черниговская ЦРБ» и наступлением смерти ФИО2 установлено не было.

Указанное заключение истицей не оспорено, иных доказательств, опровергающих выводы заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы истицей в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Для возникновения обязательства по возмещению вреда необходима совокупность следующих условий: наличие вреда жизни или здоровью гражданина, противоправность действий (бездействия) медицинского учреждения, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда.

Как следует из п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Суду не предоставлены доказательства того, что установленные экспертным заключением недостатки в оказании медицинской помощи ФИО2 с учетом возрастных особенностей больного, имевшего ряд хронических заболеваний, могли привести к его смерти.

Наличие недостатков оказанной ответчиком медицинской помощи при отсутствии сведений о том, что именно они привели к смерти данного лица, могло свидетельствовать о причинении морального вреда только самому ФИО2, а не его дочери ФИО1 Данный вред мог быть компенсирован ФИО2 как потребителю в отношениях с ответчиком на основании ст. 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Однако право на компенсацию морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего, а потому не может перейти к истцу по наследству либо в порядке иного правопреемства.

Ссылка представителя истца на выводы экспертного заключения о том, что имеются недостатки оказания медицинской помощи ФИО2, судом не принимается во внимание, поскольку эксперты пришли к выводу о том, что данные недостатки оказания медицинской помощи, установленные в ходе производства экспертного исследования, в прямой либо косвенной причинно-следственной связи с наступлением его смерти не состоят.

Отсутствие вины является основанием для освобождения медицинской организации от гражданско-правовой ответственности. Понятие невиновности связывается с принятием медицинской организацией всех необходимых мер для надлежащего исполнения обязательства при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру оказываемых услуг.

Поскольку истцом в подтверждение доводов, изложенных в исковом заявлении, не представлены доказательства того, что недостатки оказанной персоналом КГБУЗ «Черниговская ЦРБ» медицинской помощи состоят в причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти ФИО2, суд полагает в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

По изложенному и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований К.С.В. к КГБУЗ «Черниговская центральная районная больница» о компенсации морального вреда отказать.

Решение в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Черниговский районный суд.

Решение принято в окончательной форме 20.11.2019.

Судья Т.В. Жесткова