Апелляционное определение № 22-199/2026 от 18 марта 2026 г.

Судья Вавилов И.О. №22-199/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Курск 19 марта 2026 года

Курский областной суд в составе:

председательствующего судьи Бурундуковой С.И.,

судей Ковалевой Е.С., Феоктистова А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем

А.,

с участием:

прокурора Темираева К.О.,

осужденных В., М., Ш.,

их защитников - адвокатов Потаповой Т.Г., Степановой И.А., Халина Р.Н.,

представителя потерпевшего ФИО24,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело, поступившее по апелляционному представлению государственного обвинителя - помощника прокурора Центрального административного округа г.Курска Буниной О.А. на приговор Ленинского районного суда г. Курска от 16 января 2026 года, которым

В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, женатый, имеющий малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, военнообязанный, работающий в <данные изъяты>», не судимый,

осужден:

по ч.4 ст.274.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ на срок 2 года;

по ч.2 ст.159 УК РФ к 1 году лишения свободы;

на основании ч.ч.3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ на срок 2 года;

в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года, с возложением на осужденного <данные изъяты> обязанности в период испытательного срока не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, и два раза в месяц являться на регистрацию в указанный орган;

М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, холостой, военнообязанный, не работающий, не судимый,

осужден:

по ч.4 ст.274.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ на срок 2 года;

по ч.2 ст.159 УК РФ к 1 году лишения свободы;

на основании ч.ч.3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ на срок 2 года;

в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года, с возложением на осужденного <данные изъяты> обязанности в период испытательного срока не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, и два раза в месяц являться на регистрацию в указанный орган;

Ш., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, женатый, имеющий несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, военнообязанный, работающий в <данные изъяты>, не судимый,

осужден:

по ч.4 ст.274.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ на срок 2 года;

по ч.2 ст.159 УК РФ к 1 году лишения свободы;

на основании ч.ч.3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ на срок 2 года;

в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года, с возложением на осужденного <данные изъяты> обязанности в период испытательного срока не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, и два раза в месяц являться на регистрацию в указанный орган;

до вступления приговора в законную силу мера процессуального принуждения В., Ш., М. оставлена без изменения в виде обязательства о явке;

производство по гражданскому иску <данные изъяты> к В., М., Ш. о возмещении имущественного ущерба прекращено в соответствие с ч.5 ст.44 УПК РФ в связи с отказом от иска;

разрешена судьба вещественных доказательств,

выслушав доклад судьи Ковалевой Е.С., изложившей содержание приговора Ленинского районного суда г. Курска от 16 января 2026 года, существо апелляционного представления государственного обвинителя - помощника прокурора ЦАО г. Курска Буниной О.А., возражений на апелляционное представление осужденного М., защитника осужденного В. – адвоката Потаповой Т.Г., защитника осужденного Ш. – адвоката Халина Р.Н., выслушав мнение прокурора Темираева К.О., представителя потерпевшего ФИО24, осужденных В., М., Ш. и их защитников-адвокатов Потаповой Т.Г., Бычковой Е.В., Халина Р.Н., проверив материалы уголовного дела,

установил:

по приговору суда В., М., Ш. признаны виновными и осуждены за совершение неправомерного доступа к охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, повлекшего причинение вреда критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, нарушение правил эксплуатации средств обработки охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, повлекшего причинение вреда критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения.

Кроме того, В., М., Ш. признаны виновными и осуждены за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору.

Преступления осужденными совершены на территории г. Курска в период с октября 2022 года по январь 2023 года при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, которым установлено, что подсудимые Ш., М. и В., работая в <данные изъяты>, действуя группой лиц по предварительному сговору, осуществили незаконное внесение подложных сведений о создании заявок и оказании услуг связи на подключение пакетных предложений в информационную систему <данные изъяты> (система управления обеспечения аутентификации и авторизации клиентов (абонентов) и сбора сведений об использованных ресурсах клиента («ACP Старт IP»), систему управления расчетом стоимости и выполнения начислений за оказанные услуги («ACP Старт»), а также систему продаж и управления услугами («SAP CRM» или «CRM»), являющихся объектами критической информационной инфраструктуры (КИИ) РФ, чем нарушили правила эксплуатации средств хранения, обработки и передачи охраняемой компьютерной информации, содержащейся в КИИ РФ, информационных систем, относящихся к КИИ РФ, правила доступа к указанным информации, информационным системам. Внесение подложных сведений в указанные системы В., М. и Ш. нанесло вред КИИ РФ, выражающийся в модификации содержащейся в КИИ информации, нарушении целостности информационных систем, в результате чего циркулирующая в них информация об абонентах и оказанных им услугах перестала соответствовать критериям оценки объективности, достоверности и актуальности.

Кроме того, Ш., М. и В., действуя группой лиц по предварительному сговору с корыстной целью, путем обмана, предоставляя ложные сведения о созданных и подключенных заявках на услуги связи <данные изъяты> злоупотребляя в силу занимаемых должностей и исполняемых функций, доверием руководства <данные изъяты>, а также злоупотребляя доверием ФИО1 №2 – знакомого В., ФИО1 №4 – сестры М. и знакомой Ш., используя их учетные данные «<данные изъяты>» в специализированном программном обеспечении для незаконной деятельности, незаконно, за фиктивно подключенные услуги на имя ФИО1 №7, ФИО1 №3, ФИО1 №8, ФИО1 №1 и ФИО1 №6 получили денежное вознаграждение в общей сумме 29 965,58 рублей.

В судебном заседании суда первой инстанции В., М., Ш. свою вину в совершении инкриминируемых им преступлений признали в полном объеме.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора Центрального административного округа г.Курска Бунина О.А., не оспаривая фактических обстоятельств дела, выражает несогласие с приговором суда, считает его подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального закона.

Ссылаясь на пп.19, 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», обращает внимание, что при описании деяния, предусмотренного ст. 274.1 УК РФ, суд указал о совершении осужденными неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации, в то время как диспозиция указанной нормы предусматривает уголовную ответственность за совершение неправомерного доступа к охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, в связи с чем приговор в данной части подлежит изменению, а действия В., М., Ш. - квалификации по ч. 4 ст. 274.1 УК РФ как совершение неправомерного доступа к охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, нарушение правил эксплуатации средств обработки охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, повлекший причинение вреда критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, группой лиц по предварительному сговору с использованием своего служебного положения.

Кроме того, ссылаясь на п.31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», полагает, что при описании преступного деяния, предусмотренного ст. 159 УК РФ, квалифицирующий признак «в значительном размере» подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора, поскольку ущерб в размере 29 956 рублей 58 копеек причинен не гражданину, а юридическому лицу <данные изъяты>». При этом указывает, что квалифицирующий признак «с использованием своего служебного положения» по данному преступлению был необоснованно исключен судом, поскольку совершение преступления стало возможным лишь благодаря наличию у каждого из осужденных полномочий по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, в связи с чем действия В., М., Ш., по мнению автора представления, подлежат квалификации по ч. 3 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору с использованием своего служебного положения, а назначенное им наказание – усилению до 3 лет 8 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ на срок 2 года.

Считает, что при вынесении приговора неверно разрешена судьба вещественных доказательств, поскольку суд, в нарушение требования п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, не разрешил вопрос о конфискации телефонов, которые Ш. и М. использовали при совершении преступления, предусмотренного ст. 274.1 УК РФ, а вернул их по принадлежности, в связи с чем, решение суда в данной части также подлежит изменению, а указанные в приговоре телефоны конфискации, как и сумма похищенных денежных средств в размере 29 965 рублей 58 копеек на основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1, ст. 104.2 УК РФ.

Просит состоявшееся судебное решение изменить по основаниям, изложенным в апелляционном представлении.

В возражениях на апелляционное представление осужденный М. выражает несогласие с доводами апелляционного представления об усилении наказания, считает его незаконным и необоснованным.

Полагает, что постановленный в отношении него приговор является справедливым, квалификация его действиям дана правильно, а назначенное наказание соразмерно содеянному. Отмечает, что он полностью признал вину, раскаялся в содеянном, в полном объеме возместил причиненный преступлением материальный ущерб, ранее не судим, положительно характеризуется, в связи с чем считает, что наказание за совершенные преступления в виде реального лишения свободы, на котором настаивает автор в апелляционном представлении, является чрезмерно суровым и не отвечает требованиям разумности и справедливости.

Вопреки доводам апелляционного представления, ссылаясь на п. 1 примечаний к ст. 201 УК РФ, отмечает, что его трудовые отношения с <данные изъяты> были урегулированы договором, в связи с чем он не являлся и не является должностным лицом и не выполнял организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в <данные изъяты> поскольку оказание им услуг по договору не давало права на принятие решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия.

Оспаривает доводы апелляционного представления в части конфискации денежных средств в размере 29 956 рублей 58 копеек, поскольку причиненный преступлением вред был возмещен в полном объеме, что явилось основанием для отказа <данные изъяты>» от заявленного гражданского иска.

Просит приговор суда как законный и обоснованный оставить без изменения, а апелляционное представление - без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление защитник осужденного В. – адвокат Потапова Т.Г. также выражает несогласие с доводами апелляционного представления.

Считает постановленный по делу приговор законным, обоснованным и справедливым. Отмечает, что выводы суда основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, юридическая оценка действиям В. дана верно.

Вопреки доводам апелляционного представления, ссылаясь на п.29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», утверждает, что осужденный В. не относится к лицам, обладающими признаками, предусмотренными п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ, а также, отвечающим требованиям п. 1 примечаний к ст. 201 УК РФ, в связи с чем полагает, что судом верно сделан вывод об отсутствии в действиях ее подзащитного признака «с использованием своего служебного положения».

Отмечает, что каких-либо существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, при проведении судебного разбирательства допущено не было. Полагает, что назначенное В. наказание соответствует требованиям закона, соразмерно содеянному и является справедливым.

Просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционное представление - без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление защитник осужденного Ш. – адвокат Халин Р.Н. выражает несогласие с апелляционным представлением.

Ссылаясь на п.29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», полагает, что квалифицирующий признак «с использованием своего служебного положения» по преступлению, предусмотренному ст. 159 УК РФ, исключен судом обосновано.

Считает несостоятельными доводы апелляционного представления относительно конфискации в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ принадлежащих осужденным мобильных телефонов, так как они не могут быть отнесены к средствам совершения преступления, а также относительно конфискации в доход государства денежной суммы в размере 29 956 рублей 58 копеек в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, так как изменения в данный пункт в части включения в него ст. 274.1 УК РФ внесены после совершения осужденным преступлений.

Просит апелляционное представление удовлетворить частично, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на «неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации», а также квалифицирующий признак по преступлению, предусмотренному ст. 159 УК РФ, «в значительном размере».

Остальные доводы возражений адвоката Халина Р.Н. на апелляционное представление сводятся к несогласию с приговором суда по иным, не указанным в апелляционном представлении основаниям.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции:

прокурор Темираев К.О. доводы, изложенные в апелляционном представлении, поддержал в полном объеме, просил приговор суда изменить по основаниям, в нем изложенным;

осужденные В., М., Ш. и их защитники-адвокаты Потапова Т.Г., Бычкова Е.В. и Халин Р.Н. возражали против удовлетворения апелляционного представления, просили приговор суда оставить без изменения.

Проверив представленные материалы, выслушав участников судебного заседания, а также обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении и возражениях на него, суд апелляционной инстанции находит, что обвинительный приговор в отношении В., М. и Ш. вынесен обоснованно.

Выводы суда о виновности В., М., Ш. в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.274.1, ч.2 ст.159 УК РФ, при изложенных в приговоре обстоятельствах соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности собранных по делу и исследованных в суде первой инстанции доказательств, которым судом дана надлежащая оценка.

В основу обвинительного приговора судом правомерно положены показания самих осужденных В., М., Ш., данные ими в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемых и обвиняемых, и оглашенные в судебном заседании в установленном законом порядке, в которых они полностью признали вину и подробно пояснили об обстоятельствах совершенных ими преступлений.

Так, осужденный В. показал, что он, будучи сотрудником <данные изъяты>», с целью получения премиальных выплат компании, вносил в охраняемые информационные системы <данные изъяты> недостоверные сведения о клиентах, якобы подключавших себе пакетные предложения «ШПД+IPTV+СПС». Он понимал, что вход в систему компании под чужой учетной записью и внесение недостоверных сведений может нанести ущерб информационной системе РФ. В октябре 2022 года, следуя ранее достигнутым с М. и Ш. договоренностям, они сформировали в Единой интернет-системе сервиса дистрибуции/Модуль приема заявок (ЕИССД/МПЗ) фиктивные заявки на подключение ФИО1 №7 и ФИО1 №3 пакетных предложений «ШПД+IPTV+СПС», он позвонил в диспетчерскую службу с просьбой о распределении подключений на имя указанных лиц именно ему. В период, примерно с 25 по 26 октября 2022 года у себя дома по адресу: <адрес>, используя учетную запись <данные изъяты>», принадлежащую ФИО1 №2, являющегося номинально сотрудником <данные изъяты>инсталлятором), через ПО «<данные изъяты>», установленного на своем мобильном телефоне «<данные изъяты>», внес в информационные системы «CRM», «АСР Старт», «АСР Старт IР» <данные изъяты> недостоверные сведения о якобы подключенных ФИО1 №7 и ФИО1 №3 пакетных предложениях «ШПД+IPTV+СПС», а именно без их согласия ввел установочные данные об оказании услуги. Затем сообщил М. о необходимости внесения стартовых платежей в размере 333 рублей по каждой заявке, которые должен оплатить потенциальный абонент за начало оказания услуги компании, согласно договоренности М. сообщил об этом Ш., который внес в <данные изъяты> денежные средства в размере 333 рубля за каждую оформленную заявку на имя ФИО1 №7 и ФИО1 №3; после чего процесс оформления подключений услуг компании на ФИО1 №7 и ФИО1 №3 был окончен. Аналогичным образом оформлялось фиктивное подключение услуг на имя ФИО1 №8, ФИО1 №1, ФИО1 №6 Документы формировались с помощью электронного документооборта, денежные средства за оказание услуг по подключению пакетных предложений «ШПД+IPTV+СПС» он получал от <данные изъяты> через ФИО1 №2

Осужденный М. показал, что в период примерно с начала октября 2022 года по январь 2023 года он и его непосредственный начальник – супервайзер Ш. заранее договорившись, через зарегистрированный на его сестру ФИО1 №4 аккаунт в единой информационной системе <данные изъяты>» оформляли фиктивные заявки на подключение пакетных предложений (ШПД+IPTV+СПС) с целью получения премиальных выплат. Данные заявки, по предварительной договоренности с Ш. принимал технический специалист <данные изъяты> В., который в последующем заключал фиктивные договоры на оказание услуг связи. Так, примерно 25 ноября 2022 года он, находясь дома у ФИО1 №20 по адресу: <адрес>, согласно ранее достигнутой договоренности между ним, Ш. и В.., имея доступ к учетной записи ФИО1 №4 – «<данные изъяты>, через мобильное приложение «Мобильный агент» в ЕИССД/МПЗ, установленное на его мобильный телефон «<данные изъяты>, сформировал фиктивные заявки на подключение ФИО1 №7 и ФИО1 №3 пакетных предложений «ШПД+IPTV+СПС», сообщил об этом В.., который осуществил фиктивные инсталляционные работы по заявкам на ФИО1 №7 и ФИО1 №3, а именно якобы подключил пакетные предложения «ШПД+IPTV+СПС», о чем внес сведения в ПО «<данные изъяты>». В. сообщил ему о необходимости внесения стартовых платежей в размере 333 рубля за каждую заявку в <данные изъяты>», он перезвонил Ш., который перевел нужную сумму. Аналогичным образом он создал фиктивные заявки на имя ФИО1 №8 Учитывая, что агентом в компании юридически значилась ФИО1 №4, она перевела ему полученные ей за оформленные заявки денежные средства на банковскую карту.

Осужденный Ш. показал, что примерно с октября 2022 года по январь 2023 года он с М., действуя совместно по договоренности, через зарегистрированный на ФИО1 №4 аккаунт в единой информационной системе <данные изъяты> оформляли фиктивные заявки на подключение пакетных предложений с целью получения премиальных выплат, эти заявки, по предварительной договоренности с ними принимал технический специалист <данные изъяты> В., который заключал фиктивные договоры на оказание услуг связи. Примерно в декабре 2022 года в информационной системе <данные изъяты>», находясь у себя дома по адресу: <адрес>, используя мобильный телефон «<данные изъяты>, он регистрировал заявки на подключение пакетных услуг, по которым заключались договоры на имя ФИО1 №1 и ФИО1 №6, фиктивные инсталляционные работы по этим заявкам осуществлял В., который тоже за это получал премиальные выплаты компании. Расчет денежного вознаграждения за октябрь и декабрь 2022 года, осуществлял именно он.

Кроме того, вина осужденных В., М., Ш. в инкриминируемых им деяниях подтверждается показаниями представителя потерпевшего <данные изъяты>» - ФИО24, которая показала, что в январе 2024 года в ходе исследования сотрудниками Курского филиала <данные изъяты> подключений абонентов к услугам связи «ШПД+IPTV+СПС» по договорам об оказании услуг связи с договором об оказании услуг подвижной связи на ФИО1 №3, ФИО1 №7, ФИО1 №8, ФИО1 №1, ФИО1 №6, выяснилось, что под учетными данными ФИО1 №2 в ПО «<данные изъяты>» выполнено 6 фиктивных (фродовых) подключений абонентов Курского филиала <данные изъяты>». Впоследствии от сотрудников правоохранительных органов ей стало известно, что фиктивные заявки и подключения осуществлялись бывшими сотрудниками <данные изъяты>» В.., Ш. и М. В результате внесения недостоверных сведений о создании заявок и оказании услуг связи на подключение пакетных предложений информационным системам «CRM», «ACP Старт» и «ACP Старт IP» <данные изъяты>» причиняется вред, выражающийся в модификации информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, и внесении в нее недостоверных сведений, что нарушает целостность информационных систем, в результате чего циркулирующая в них информация об абонентах и оказанных им услугах перестает соответствовать критериям оценки объективности, достоверности и актуальности. <данные изъяты>» был причинен материальный ущерб в виде выплат вознаграждений агентам и техническим специалистам по фиктивным подключениям абонентов в размере 29 965 рублей 58 копеек, который был полностью возмещен виновными.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных по делу свидетелей и специалистов, содержание которых приведено в приговоре, включая показания:

свидетелей ФИО1 №3, ФИО1 №1, ФИО1 №6, ФИО1 №7, ФИО1 №8, а также свидетелей ФИО1 №9 и ФИО1 №10, ФИО1 №11, ФИО1 №12, ФИО1 №13, ФИО1 №14, ФИО1 №15, ФИО1 №17, ФИО1 №18 о том, что услугами <данные изъяты>» они не пользовались, договоры с указанной организацией не заключали, авансовые платежи не вносили;

свидетеля ФИО1 №2 о том, что в 2022 года по просьбе своего знакомого В., работавшего в <данные изъяты>», сообщил свои паспортные данные для заключения гражданско-правового договора, по которому В. создал учетную запись и осуществлял подключения услуг компании; полученные от <данные изъяты>» денежные средства он переводил либо передавал В.;

свидетеля ФИО1 №4, пояснявшей, что по просьбе своего брата М. и его знакомого Ш. она передала им данные к аккаунту, т.е.доступ к своей учетной записи, чтобы те создавали заявки на подключение услуг <данные изъяты>», за что на ее банковскую карту от <данные изъяты> поступали денежные средства, которые она переводила М. и Ш.;

свидетеля ФИО1 №20, работавшей в сентябре-октябре 2022 года агентом Курского филиала <данные изъяты> пояснившей порядок продажи, подключения клиентам пакетных предложений, выплаты вознаграждения, а также показавшей, что М. и Ш. пользовались учетной записью ФИО1 №4, которую та вверила им для получения дополнительного заработка, ей на банковскую карту поступала зарплата по договору от <данные изъяты>» за соответствующие заявки, частью денег распоряжался М., который переводил или отдавал наличными денежные средства Ш. Примерно сентябре-октябре 2022 года Ш. через мессенджер прислал ФИО1 №4 аудиосообщение с просьбой уволиться из <данные изъяты> потому что через ее учетную запись он планирует создавать заявки на подключение услуг компании. В октябре 2022 года М. просил передать ему установочные данные ее матери ФИО1 №7 и дедушки ФИО1 №8, что ему нужно было для работы;

свидетеля ФИО1 №22, заместителя директора Курского филиала <данные изъяты>», подтвердившим, что в октябре и декабре 2022 года сотрудником компании В. и несколькими сотрудниками коммерческого блока компании (агент и супервайзер) были осуществлены несколько фиктивных подключений абонентов к услугам компании; свидетеля ФИО1 №19, начальника отдела продаж Курского филиала <данные изъяты> о том, что с октября по декабрь 2022 года в его подчинении находились руководитель группы продаж ФИО1 №21, в подчинении которого работали супервайзер Ш. и агент М., формально выполнявший трудовую деятельность по продажам со своего аккаунта и аккаунта ФИО1 №4 При подписании ежемесячных отчетов об исполнении поручений по договорам за оказание услуг <данные изъяты> у ФИО1 №4 он замечал нехарактерную высокую выплату денежного вознаграждения с сентября 2022 года по январь 2023 года. В начале февраля 2023 года после получении отчета о неиспользованном трафике интернета по подключениям услуг пакетных предложений, выполненных инсталляторами технического блока по заявкам с учетной записи агента ФИО1 №4, проверил подключения на предмет фиктивности и выяснил, что жители квартир не подтвердили пользование услугами <данные изъяты>», о чем он сообщил руководству филиала. После чего проведена служебная проверка в отношении супервайзера Ш. и подчиненных ему агентов, и установлены фиктивные подключения, выполненные с аккаунта ФИО1 №4; свидетеля ФИО1 №21, возглавлявший группу продаж в филиале <данные изъяты>» подтвердил, что в ежемесячных отчетах по договорам оказания услуг <данные изъяты> у его подчиненных супервайзера Ш. и ФИО1 №4 замечал нехарактерную для их сферы деятельности высокую выплату денежного вознаграждения, при этом Ш. утверждал, что деньги начисляются обосновано и заслужено. Также пояснил, что оплата агенту за сформированные заявки на подключение услуг компании осуществляется после инсталляционных работ и внесения стартового платежа абонентом; расчет денежного вознаграждения в период с октября 2022 года по январь 2023 года, осуществлял супервайзер Ш.;

специалистов ФИО13, работника блока технической инфраструктуры Курского филиала <данные изъяты> ФИО14, начальник отдела учета заработной платы Центра учета и отчетности филиала <данные изъяты>», ФИО15, экономиста, главного бухгалтера, подтвердивших, что внесение недостоверных сведений о создании заявок и оказании услуг связи на подключение пакетных предложений информационным системам «CRM», «ACP Старт» и «ACP Старт IP» <данные изъяты>» привело к модификации содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации информации, ее необъективности и недостоверности; при этом, исходя из произведенных расчетов, общей суммой выплат и вознаграждений агенту и инсталлятору, за вычетом 333 рублей является 34443 рублей 20 копеек, физическим лицам за вычетом НДФЛ выплачено 29965 рублей 58 копеек, что и является размером причиненного <данные изъяты> материального ущерба. Размер причиненного осужденными ущерба <данные изъяты> сторонами не оспаривался.

Не доверять показаниям представителя потерпевшего и указанных свидетелей у суда оснований не имелось, поскольку они логичны и последовательны, согласуются как между собой, так и с показаниями ФИО16, Ш., В., а также с иными письменными доказательствами по делу, исследованными судом первой инстанции, а именно, сведениями, содержащимися:

в договоре от 08 июля 2022 №0308/25/347/22, заключенному между <данные изъяты> и ФИО1 №2; нарядах по договорам оказания услуг №, которым соответствуют наряды инсталлятора: №; сообщении <данные изъяты> о перечислении по находящемуся в пользовании ФИО1 №2 расчетному счету ДД.ММ.ГГГГ 27343 рубля, ДД.ММ.ГГГГ 26956 рублей;

в агентском договоре от ДД.ММ.ГГГГ № с приложениями и дополнительными соглашениями, согласно которому ФИО1 №4 оказывает услуги <данные изъяты>

сообщением <данные изъяты>» о том, что по расчетному счету, находящемуся в пользовании у ФИО1 №4, 29 ноября 2022 года поступила денежная сумма в размере 149 284,4 рублей со счета открытого <данные изъяты>», 29 ноября 2022 года ФИО1 №4 перечислила с расчетного счета денежные средства в размере 43861 рублей на счет, находившийся в пользовании у М.; ФИО1 №4 с расчетного счета <данные изъяты> поступили денежные средства в размере 167101,9 рублей; 31 января 2023 года ФИО1 №4 перевела 92700 рублей на счет, открытый Ш.; 29 ноября 2022 года ФИО1 №4 перечислила денежные средства в размере 43861 рублей на счет М.; на находящийся в пользовании у Ш. расчетный счет 31 января 2023 года от ФИО1 №4 переведено 92 700рублей;

протоколах осмотра от 18 сентября 2024 года оптических дисков «DVD-R №/DVD от 01.03.2024», «Рег. №/DVD от 24.07.2023» с результатами ОРД – записями телефонных переговоров между В., Ш. и М., при которых последними обсуждается в том числе деятельность по созданию и регистрации фиктивных заявок на подключение услуг <данные изъяты>; от 11 января 2025 года оптических дисков с данными абонентов подвижной радиотелефонной связи, и информацией о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, «Приложение к письму Исх. №-Ц-2024 от 11.07.2024» с данными абонентов подвижной радиотелефонной связи, а также информацией о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами по номерам телефонов, находящихся в пользовании В., Ш. и М.;

протоколах обыска от 27 марта 2024 года, в ходе которых в жилище В. изъяты мобильный телефон <данные изъяты>) с SIM- картой провайдера «<данные изъяты>», копия паспорта на имя ФИО1 №2, заявление от его имени в <данные изъяты> о необходимости направления по адресу уведомления о заключении гражданско-правового договора, согласие на обработку персональных данных от имени ФИО1 №2, анкета персонала <данные изъяты>» на имя ФИО1 №2; в жилище Ш. изъяты мобильный телефон «<данные изъяты> вместе с SIM-картой; в жилище М. изъяты мобильный телефон <данные изъяты> с двумя SIM-картами провайдеров «<данные изъяты> при осмотре 29 ноября 2023 года в принадлежащем М. телефоне имеется аудиозапись разговора между Ш. и ФИО1 №4, касающаяся создания и регистрации фиктивных заявок на подключение услуг <данные изъяты>»;

выводах заключений эксперта №503/5-1-24 от 14 августа 2024 года, и №5э-367/з от 11 октября 2024 года, согласно которым в памяти принадлежавшего В. мобильного телефона имеется информация о тесном общении с Ш. и М., касающаяся создания и регистрации фиктивных заявок на подключение услуг <данные изъяты>», а также фактические действия подсудимых по осуществлению вышеуказанной незаконной деятельности; сумма денежных средств, поступивших на счет ФИО1 №4 от <данные изъяты>» за период с 20 октября 2022 года по 30 января 2023 года составляет 211620 рублей; сумма денежных средств, поступивших на счет ФИО1 №2 от <данные изъяты>» за период с 20 октября 2022 года по 30 января 2023 года составляет 131102 рубля 52 копейки;

в актах исследования подключений абонентов к услугам связи («Широкополосный доступ в Интернет, Интерактивное телевидение, Услуги связи в сетях подвижной радиотелефонной связи для физических лиц (ШПД+IPTV+СПС) №б/н от 25 января 2024 года - по 4 договорам (лицевым счетам): №№ выявлены несоответствие данных авторизации сервиса с данными авторизации адресов предоставления услуги, содержащих идентификатор VLAN в логах авторизации № №б/н от ДД.ММ.ГГГГ, - по договору № выявлено несоответствие данных авторизации сервиса с данными авторизации адресов предоставления услуги, содержащих идентификатор VLAN в логах авторизации №

договорах об оказании услуг и сообщении <данные изъяты>» от 23 мая 2024 года, о том, что заявки на подключение услуг <данные изъяты>» по договорам №№ создавались с использованием логина <данные изъяты> а подключение услуг осуществлялось с учетной записи «<данные изъяты> в частности, в соответствии с договорами об оказании услуг связи № от 19 декабря 2022 года на имя ФИО1 №6, № от 09 декабря 2022 года на имя ФИО1 №1; № от 25 октября 2022 года на имя ФИО1 №3, № от 28 октября 2022 года на имя ФИО17, № от 25 октября 2022 года на имя ФИО1 №7, № от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО17; услуги <данные изъяты>» в соответствии с договорами об оказании услуг подвижной связи от 20 декабря 2022 года на имя ФИО1 №6 подключены по адресу: <адрес>, от 14 декабря 2022 года на имя ФИО1 №1 по адресу: <адрес>, от 30 октября 2022 года на имя ФИО17 по адресу: <адрес>, от 30 октября 2022 года на имя ФИО17 по адресу: <адрес>, от 26 октября 2022 года на имя ФИО1 №7 по адресу: <адрес>, от 26 октября 2022 года на имя ФИО1 №3 по адресу: <адрес>;

реестрах о зачислении в период с 25 ноября 2022 года по 31 января 2023 года на расчетные счета, открытые в <данные изъяты> ФИО1 №2 и ФИО1 №4, денежных средств с расчетного счета <данные изъяты> (т.8 л.д.119,120, 121, 146, 115, 116, 148); актах сдачи-приемки выполненных работ за инсталляции по Договору на выполнение работ с физическим лицом №0308/25/347/22 от 08 июля 2022 года, согласно которым инсталлятору положено 480 рублей за каждое подключение по наряду; ежемесячных отчётах агента о выполнении поручений, выполненных по Договору за период с 01 по 31 октября 2022 года по договору № вознаграждение агента 2730 руб.; дополнительная выплата агенту 2628,17 руб.; по договору № вознаграждение агента 2730 руб.; дополнительная выплата агенту 2628,17 руб.; по договору № вознаграждение агента 2730 руб.; дополнительная выплата агенту 2628,17 руб.; по договору № вознаграждение агента 2730 руб.; дополнительная выплата агенту 2 628,17 руб.; за период с 01 по 31 декабря 2022 года по договору № вознаграждение агента 2 730 руб.; дополнительная выплата агенту 3 334, 26 руб.; по договору № вознаграждение агента 2 730 руб.; дополнительная выплата агенту 3 334, 26 руб.;

результатах полученных в соответствии с нормами Федерального закона №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» оперативно-розыскных мероприятий, рассекреченных на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, свидетельствующих об осуществлении неправомерного доступа к охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации;

и в других, на которые имеется ссылка в приговоре.

В подтверждение тому, что <данные изъяты> которому принадлежат информационные системы, информационно-телекоммуникационные сети, автоматизированные системы управления, в том числе, система управления обеспечения аутентификации и авторизации клиентов (абонентов) и сбора сведений об использованных ресурсах клиента, система расчета стоимости и выполнения начислений за оказанные услуги, система продаж и управления услугами, относящимися к объектам КИИ и содержащими охраняемую компьютерную информацию, тайну связи и персональные данные, является субъектом критической информационной инфраструктуры Российской Федерации, судом приведены Устав <данные изъяты>», утвержденный протоколом №1 от 01 июля 2022 года, Этический кодекс <данные изъяты>», Политика управления доступом к информационным активам в <данные изъяты>», утвержденной соответствующим приказом от 08 декабря 2017 года №01/01/1204-17, сведения ФСТЭК России об осуществлении деятельности в сфере связи, и иные.

Об осуществлении В. трудовой деятельности, Ш. и М. деятельности по оказанию услуг <данные изъяты> свидетельствуют данные:

трудового договора от 18 марта 2020 года № с приложениями и дополнительными соглашениями, согласно которому В. принят на работу в качестве мастера по обслуживанию абонентов участка сервисно-технологической поддержки №1 цеха сервисной и технологической поддержки Курского городского центра технической эксплуатации телекоммуникаций Курского филиала <данные изъяты>, 01 июня 2021 года переведен на должность мастера по обслуживанию абонентов участка сервисно-технологической поддержки, 29 ноября 2022 года переведен на должность старшего мастера по обслуживанию абонентов участка сервисно-технологической поддержки;

договора от 01 ноября 2021 года № с приложениями и дополнительными соглашениями, согласно которому Ш. оказывает услуги Обществу, включая мониторинг эффективности работы агентов – физических лиц; мониторинг качества подключений услуг фиксированной телефонии, доступа в интернет, интерактивного телевидения, услуг мобильной связи; не вправе осуществлять передачу персональных данных третьим лицам как ограниченному, так и неограниченному кругу лиц их распространение предоставление доступа к ними использование персональных данных в своей деятельности не связанной с исполнением обязательств по договору;

агентских договоров от 01 июля 2022 года №, от 14 декабря 2022 года № с приложениями и дополнительными соглашениями, согласно которым М. оказывает услуги Обществу, включая поиск потенциальных абонентов оператора, заинтересованных в получении услуг и приобретении оборудования; приёмку заявок на услуги связи и оборудования.

Ни одно из доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, каких-либо сомнений в своей достоверности у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ проверил и оценил их с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал достаточными для разрешения уголовного дела.

Оценив представленные и исследованные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции установил фактические обстоятельства дела и пришел к верному выводу о доказанности вины В., М. и Ш. в совершении инкриминируемых преступления, правильно квалифицировав их действия по по ч.4 ст.274.1 УК РФ, как совершение неправомерного доступа к охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, повлекшего причинение вреда критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, нарушение правил эксплуатации средств обработки охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, повлекшего причинение вреда критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения; по ч.2 ст.159 УК РФ, совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, что надлежащим образом мотивировано в приговоре.

Вместе с тем, при описании преступного деяния, предусмотренного ч.4 ст. 274.1 УК РФ, и квалификации действий осужденных, суд в приговоре указал о совершении ими неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации, в то время, как в диспозиции статьи указано об уголовной ответственности за неправомерный доступ к охраняемой компьютерной информации, содержащейся в критической информационной инфраструктуре.

В связи с чем, приговор подлежит изменению, из описательно-мотивировочной части при описании преступного деяния и квалификации действий каждого из осужденных по ч. 4 ст. 274.1 УК РФ следует исключить указание о совершении неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации, указав о совершении осужденными неправомерного доступа к охраняемой компьютерной информации. Таким образом доводы апелляционного представления в этой части подлежат удовлетворению.

Кроме того, являются заслуживающими внимания доводы апелляционного представления об исключении из приговора при описании преступного деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, указания о совершении осужденными хищения денежных средств «в значительном размере», поскольку, по делу установлено о причинении В., М. и Ш. ущерба в размере 29 965 рублей 58 копеек не гражданину, а юридическому лицу <данные изъяты>

Оценивая изложенные в апелляционном представлении доводы о переквалификации действий осужденных, совершивших хищение с использованием своего служебного положения, на ч.3 ст.159 УК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для их удовлетворения.

Как верно указал суд первой инстанции, установив, что В., М. и Ш. в силу своих должностных обязанностей и обязанностей по договору гражданско-правового характера, не обладали какими-либо организационно-распорядительными или административно-хозяйственными функциями, применительно к преступлению, предусмотренному ст.159 УК РФ, в связи с чем в действиях каждого из них отсутствовал квалифицирующий признак «с использованием служебного положения», а потому действия квалифицированы по ч.2 ст.159 УК РФ. При этом указание о том, что Ш. был наделен полномочиями по составлению документов для выплаты и осуществлял контроль за рабочим процессом подчиненных агентов <данные изъяты>, не является основанием для признания его обладающим признаками должностного лица, что согласуется с разъяснениями, содержащимися в п.29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции, не имеется.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, председательствующим по делу были созданы необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Из протокола судебного заседания следует, что нарушений принципа состязательности сторон, ограничения защиты на представление доказательств судом не допущено. В судебном заседании были непосредственно исследованы все собранные по делу допустимые доказательства, при этом стороны обвинения и защиты были равноправными перед судом, предусмотренные законом процессуальные права осужденных на всех стадиях уголовного процесса, в том числе их права на защиту, включая предоставление возможности выступления в прениях, были реально обеспечены.

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на исход уголовного дела, но не установленных или в недостаточной степени учтенных судом первой инстанции, включая изложенные в возражениях защитника доводы, с учетом положений ст.389.19 УПК РФ, в суде апелляционной инстанции не приведены.

При назначении В., М., Ш. наказания суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, степень фактического участия каждого из осужденных, данные о личности виновных: В., который на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту работы положительно, ранее к уголовной ответственности не привлекался; М., который на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, в целом характеризуется удовлетворительно, ранее к уголовной ответственности не привлекался; Ш., который на учете у врача-психиатра не состоит, состоит на учете у нарколога с диагнозом «Синдром зависимости от алкоголя», по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту работы положительно, ранее к уголовной ответственности не привлекался, а также все обстоятельства по делу, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

При этом судом по каждому преступлению в достаточной степени учтены смягчающие каждому из осужденных наказание обстоятельства, на которые имеется ссылка в приговоре, как предусмотренные ч.1 ст.61 УК РФ, так и признанные таковыми в силу ч.2 ст.61 УК РФ, а именно: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, полное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья как самих осужденных, так и их близких родственников, по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.159 УК РФ, - полное добровольное возмещение имущественного ущерба, по двум преступлениям Ш. и В. - наличие у них малолетних детей; а Ш. - наличие несовершеннолетнего ребенка, что позволило суду первой инстанции назначить наказание не в максимально возможном размере, предусмотренном санкциями уголовного закона, по которым они осуждены, и, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, применить положения ч.1 ст.62 УК РФ.

При этом каких-либо иных, не учтенных судом обстоятельств, которые могли повлиять на назначение осужденным наказания, не выявлено.

Вместе с тем, с учетом фактических обстоятельств совершенных преступлений, степени их общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, учитывая конкретные обстоятельства по делу, оснований для изменения категории совершенных преступлений на менее тяжкие, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ не имеется, как и не имеется оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

При указанных обстоятельствах, учитывая необходимость соответствия характера и степени общественной опасности преступлений обстоятельствам их совершения и личности виновных, а также необходимость влияния назначаемого наказания на их исправление, суд первой инстанции верно полагал, что справедливым, законным и в полной мере отвечающим целям и задачам наказания будет наказание в отношении В., М., Ш. в виде лишения свободы в пределах санкции совершенных преступлений, с применением положения ст. 73 УК РФ.

При этом суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о назначении осужденным по преступлению, предусмотренному ч.4 ст.274.1 УК РФ, дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с доступом к критической информационной инфраструктуре РФ, полагая возможным не назначать дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.2 ст. 159 УК РФ. Выводы суда в этой части в достаточной степени аргументированы.

Такое наказание соответствует требованиям ст.ст. 43, 60 УК РФ и разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», и является справедливым, в связи с чем считать его чрезмерно мягким, как указано в апелляционном представлении, оснований нет, поэтому отсутствуют основания для его усиления, как о том ставится вопрос в апелляционном представлении.

Производство по иску по иску <данные изъяты> к В., М., Ш. обоснованно прекращено судом в соответствии с ч.5 ст.44 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, судьба вещественных доказательств по делу разрешена в соответствии с требованиями закона. Оснований для конфискации мобильных телефонов и отнесения их к средствам совершения преступления по смыслу п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ, а также конфискации денежных средств в сумме 29 965 рублей 58 копеек согласно п. «а» ч.1 ст.104.1 УК РФ, не усматривается.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора подлежат деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения преступления, в том числе, предусмотренного ст.274.1 УК РФ.

Как установлено судом, преступления, предусмотренные ч.2 ст.159, ч.4 ст. 274.1 УК РФ, совершены В., М. и Ш. в период с октября 2022 года по январь 2023 года. Принимая во внимание, что изменения в части включения ст. 274.1 УК РФ в п. «а» ч.1 ст.104.1 УК РФ, внесены Федеральным законом №214-ФЗ от 13 июня 2023 года, то есть после совершения преступлений, применение конфискации невозможно в силу положений ст.10 УК РФ.

Иных оснований, кроме изложенных выше, для удовлетворения доводов апелляционного представления в оставшейся части и изменения приговора суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л :

приговор Ленинского районного суда г. Курска от 16 января 2026 года в отношении В., М., Ш. изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части при описании преступного деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, указание о совершении хищения денежных средств «в значительном размере»;

исключить из описательно-мотивировочной части при описании преступного деяния и квалификации действий осужденных по ч. 4 ст. 274.1 УК РФ указание о совершении неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации, указать о совершении неправомерного доступа к охраняемой компьютерной информации.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя - помощника прокурора Центрального административного округа г. Курска Буниной О.А., - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам 1-го Кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями Главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вынесения.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья С.И. Бурундукова

Судьи Е.С. Ковалева

А.В. Феоктистов