Апелляционное определение № 22-176/2026 от 1 марта 2026 г.

Судья Галаган А.В. Дело 22-176/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Иваново 02 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда в составе председательствующего судьи Мутовкиной О.В.,

судей Денисовой С.В., Мадаминовой Ю.Б.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем Даниловской С.С.,

с участием

осужденных ФИО1 посредством видео-конференц-связи,

адвокатов Шерышева В.А., Зиминой Н.В.,

прокурора Кананяна А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы с дополнениями осужденных ФИО1, адвокатов Гороховой Н.Л. и Груздева С.В. на приговор Вичугского городского суда Ивановской области от 28 ноября 2025 года, которым

ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, несудимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и возложения обязанностей, приведённых в приговоре;

ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, несудимый;

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год с установлением ограничений и возложения обязанностей, приведённых в приговоре.

Заслушав доклад судьи Денисовой С.В., выслушав осужденных ФИО1, адвокатов Шерышева В.А. и Зимину Н.В., мнение прокурора Кананяна А.А., судебная коллегия

установила:

ФИО8 и ФИО8 признаны судом виновными каждый в совершении покушения на убийство, то есть в совершении умышленных действий, непосредственно направленных на умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц по предварительному сговору, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО8 выражает несогласие с приговором, считает его несправедливым, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что привело к неверной квалификации содеянного. Оспаривает совершение преступления в группе лиц по предварительному сговору, совместность и согласованность их действий, отмечая намерение только поговорить с потерпевшим и отсутствие договоренности с братом о координации действий и распределении ролей между ними. Указывает, что потерпевший первым нанес ему удар в голову газовым ключом, после чего он упал и защищался от действий потерпевшего, брат в это время стоял в стороне и никаких действий не совершал, как и действий в группе с ним, что подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №3; что до удара ФИО6 №1 ему по голове они никаких действий в отношении него не совершали, ножа потерпевший не видел, но первым спровоцировал драку и напал на него; что написание им угроз в адрес потерпевшего не подтверждено. Полагает, что его действия должны квалифицироваться по ч.1 ст.114 УК РФ. Просит признать смягчающим обстоятельством аморальное поведение ФИО6 №1, его оскорбления, угрозы убийством, и его нападение с нанесением удара газовым ключом по голове, что спровоцировало нанесение ему в ответ удара ножом.

В апелляционной жалобе адвокат Горохова Н.Л. выражает несогласие с приговором, считая его необоснованным, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, и неподтверждения исследованными доказательствами выводов суда о совершении осужденными покушения на убийство. Полагает, что отсутствуют доказательства предварительного сговора осужденных на причинение смерти ФИО6 №1; что осужденные отрицали такой сговор, указывая на договоренность поговорить с потерпевшим и припугнуть его, продемонстрировав нож. Считает, что показания осужденных о том, что Алексей не воспринял всерьез слова брата об убийстве, в то время как ФИО6 №1 сам угрожал ему убийством, опровергают выводы суда о договоренности осужденных на убийство ФИО6 №1; что сообщение ФИО47 в полицию не соответствовало действительности и было обусловлено только ее желанием предотвратить конфликт между сыновьями и ФИО6 №1, и не является доказательством их сговора. Отмечает, что свидетель Свидетель №2 в суде уточнил, что не слышал разговоры осужденных о цели их поездки и не видел ножа, опровергал показания, данные в ходе следствия, в связи с чем его показания и производные от них показания свидетеля ФИО48 не могут выступать доказательствами данной квалификации. Полагает недоказанным установленные судом обстоятельства совершения преступления и игнорирование того, что ФИО6 №1, будучи в состоянии опьянения, первым инициировал конфликт, оскорбил и ударил газовым ключом по голове ФИО12, который, опасаясь за свою жизнь, позвал брата на помощь. Отмечает, что обильное кровотечение из раны ФИО12 подтверждено экспертом ФИО49; что агрессивное состояние осужденных не подтверждено доказательствами; что до действий ФИО6 №1 осужденные противоправных действий в отношении него не совершали; что неучастие ФИО12 в конфликте его брата с ФИО6 №1 опровергает согласованность их действий и единый умысел на причинение смерти потерпевшему; что показания осужденных о состоянии ФИО6 №1 на момент их ухода с места событий и наличии телесных повреждений у ФИО12, что отражено на видеозаписи, опровергает убежденность осужденных в причинении смерти ФИО6 №1; что нанесение Александром только 2 ударов в бок потерпевшему опровергает наличие у него умысла на причинение смерти потерпевшему; что судом не доказано нанесение ФИО12 ударов ключом потерпевшему, поскольку сам осужденный это отрицал, экспертизой указанное не установлено. Отмечает, что Александр признал вину, не судим, официально работал, характеризуется положительно, принимал участие в проверке показаний на месте, не привлекался к административной ответственности, <данные изъяты>, оказывал помощь престарелым родителям. Просит приговор изменить, квалифицировать действия ФИО8 по ч.1 ст. 114 УК РФ, с назначением минимального наказания.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО8, выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным, а выводы суда - не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Считает, что выводы суда основаны на предположениях. Отмечает, что умысла на причинение смерти потерпевшему он не имел, от его действий смерть потерпевшего наступить не могла, договоренности с братом о распределении ролей не было, ехали к потерпевшему, чтобы просто поговорить с ним; что свидетель Свидетель №3 подтвердила, что он в драке брата с ФИО6 №1 не участвовал; что нанес удары ФИО6 №1 ножом, испугавшись за жизнь брата, которого ФИО6 №1 ударил по голове ключом; что прекратил свои действия, увидев, что брат освободился от ФИО6 №1. Просит приговор отменить, его оправдать в совершении покушения на убийство, но готов нести ответственность за причинение вреда здоровью ФИО6 №1, в чем раскаивается, вину признает частично и просит снизить наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Груздев С.В. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, а выводы суда - не соответствующими фактическим обстоятельствам. Отмечает, что ФИО12 стабильно отрицал наличие умысла на причинение смерти ФИО6 №1 и предварительный сговор с братом на это, его действия об этом не свидетельствуют; что братья поехали к потерпевшему, чтобы поговорить с ним, ФИО6 №1 сам спровоцировал конфликт и нанес удар ключом Александру по голове, Алексей ударил потерпевшего ножом, чтобы заступиться за брата и прекратить конфликт, причинять смерть ФИО6 №1 не хотел и больше никаких действий в отношении него не совершал. Считает, что выводы суда о совместном и согласованном характере действий осужденных в рамках достигнутой договоренности о реализации единого умысла на причинение смерти ФИО6 №1 не подтверждены доказательствами; что выводы суда об осознании осужденными, что их действия приведут к его смерти не соответствуют фактическим обстоятельствам, поскольку перед уходом с места происшествия они убедились, что ФИО6 №1 жив и в сознании. Указывает, что из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что угроз ФИО6 №1 они не высказывали; из показаний эксперта ФИО50 определить давность повреждений и количество травматических воздействий, степень тяжести вреда здоровью каждого повреждения невозможно, в связи с чем вывод суда о количестве ударов, поочередно нанесенных осужденными, основан на предположениях. Полагает, что приведенными судом доказательствами установлен только факт причинения ФИО6 №1 телесных повреждений, при этом факт покушения на убийство не доказан. Просит приговор отменить, ФИО8 оправдать.

При апелляционном рассмотрении дела оба осужденных ФИО13, их адвокаты Зимина Н.В. и Шерышев В.А. доводы апелляционных жалоб поддержали, дополнительно отметив, что ФИО8 имеет на иждивении малолетнего ребенка, является единственным кормильцем в семье, 28.01.2026 года зарегистрировал официальный брак; его супруга находится в отпуске по уходу за ребенком и проживает с их сыном отдельно от родителей; что суд, уточнив обвинение указанием на нанесение потерпевшему ударов газовым ключом, который не исследован по весу и размеру, вышел за пределы предъявленного обвинения; что показания малолетнего свидетеля ФИО51 не являются допустимым доказательством, поскольку текст допроса изложен юридическим языком, недоступным свидетелю в силу возраста, как и сведения о разъяснении ей ст.51 Конституции РФ, из показаний педагога-психолога следует, что допрос проходил в форме ответов на вопросы и текст допроса не соответствует его ходу; что нарушения, допущенные при допросе ФИО52 повлияли на производные от них показания свидетеля ФИО53, которая отрицала, что слышала какие-либо договоренности и разговоры между сыновьями и знает о них со слов дочери; что недопустимыми доказательствами являются показания осужденного ФИО12 в качестве подозреваемого, обвиняемого и на очной ставке, поскольку они основаны на явке с повинной, признанной недопустимым доказательством; что состояние потерпевшего на момент ухода осужденных, когда он подавал признаки жизни, дышал, перемещался, пытался говорить, опровергает наличие у осужденных прямого умысла на его убийство, какие-либо независящие от воли осужденных обстоятельства отсутствовали; что, нанося удары потерпевшему в ногу, ФИО12 действовал в пределах необходимой обороны.

Прокурор Кананян А.А. считал приговор законным, обоснованным и справедливым и полагал, что доводы жалоб удовлетворению не подлежат.

Проверив материалы дела и судебное решение, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.

Фактические обстоятельства совершенного деяния правильно установлены судом первой инстанции на основании исследованных доказательств. Выводы суда о виновности осужденных в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ подтверждены совокупностью приведенных в приговоре доказательств и никаких сомнений не вызывают.

Виновность ФИО8 и ФИО8 в совершении покушения на убийство, то есть в совершении умышленных действий, непосредственно направленных на умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц по предварительному сговору, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам, подтверждается:

- показаниями свидетеля ФИО54 о конфликте ее сына Алексея с сожительницей Свидетель №12 и ее жалобах своему отцу на сына; о распитии ее сыновьями Алексеем и Александром спиртных напитков в их доме, после чего один из них предложил другому поехать убивать ФИО6 №1; о ее попытках остановить их; о сообщении ей дочерью ФИО10 после отъезда сыновей о том, что они взяли с собой нож; о предупреждении ею ФИО6 №1 по телефону, что сыновья поехали убивать его - зарезать, и просьбе не выходить к ним, о вызове ею полиции с тем же сообщением; о звонке Свидетель №3, которая рассказала, что ее сыновья порезали ФИО6 №1; об их возвращении домой с телесными повреждениями, порезанной рукой у Алексея и пробитой головой у Александра; об их задержании;

- показаниями малолетнего свидетеля ФИО55. о совместном распитии ее братьями Алексеем и Александром спиртного в доме родителей; об услышанном ею предложении Александра к Алексею поехать убивать отца ФИО11, жены Алексея, с которой Алексей до этого поссорился; о том, что Александр перед отъездом с Алексеем из дома взял нож в чехле;

- показаниями свидетеля Свидетель №12 об употреблении спиртных напитков ее сожителем ФИО12 и его братом Александром в доме их родителей; об услышанных ею вопросах ФИО57 к своим сыновьям, куда они пошли и зачем взяли нож; об уходе братьев; об услышанном ею разговоре между ФИО56 и ее отцом, в ходе которого свекровь предупредила ее отца, что осужденные едут его убивать, и чтобы он не выходил к ним; о сообщении ею свекрови по ее просьбе адреса места жительства ее отца; о звонке Свидетель №3, которая сообщили о том, что осужденные порезали ее отца; о рассказе отца об обстоятельствах нанесения ему телесных повреждений; об имевшем место у нее с сожителем конфликте за неделю до случившегося и ее жалобах на поведение Алексея своему отцу, который пытался их помирить и хотел поговорить с Алексеем; об агрессивном состоянии Алексея в алкогольном опьянении;

- содержанием телефонного обращения ФИО58 в полицию, где та сообщила, что ее сыновья ФИО4 взяли нож и поехали убивать отца сожительницы Алексея;

- показаниями свидетеля Свидетель №2 о вызове такси осужденными, которых он привез к месту жительства потерпевшего, об их разговоре во время поездки, когда Александр сказал, что они едут применять насилие к человеку и о наличии при себе ножа; о его вызове через 40 минут свидетелем ФИО60, которая в разговоре сообщила, что мужа ее подруги два парня порезали у дома, куда он отвозил осужденных;

- показаниями свидетеля Свидетель №11 об употреблении К-выми Александром и Алексеем алкоголя до событий преступления; о частых конфликтах Алексея с отцом его сожительницы из-за их семейных ссор; о его осведомленности о событиях преступления от Свидетель №12;

- показаниями потерпевшего ФИО6 №1 о бытовом конфликте его дочери со своим сожителем ФИО12 и ее просьбе поговорить с ним; о его неоднократных попытках связаться с Алексеем по телефону для разговора и поступлении ему смс-сообщения от Алексея о намерении приехать и поговорить; о звонке ФИО59 которая в слезах предупредила его о намерении ее сыновей по приезду к нему убить его и вызове ею полиции, ее просьбе не выходить к ним, нахождении сыновей в состоянии алкогольного опьянения; о телефонном разговоре его сожительницы Свидетель №3 с ФИО12, который нагрубил ей, высказался нецензурной бранью и угрожал расправой по приезду; о выходе его супруги к ФИО5, чтобы успокоить их; о взятии им газового ключа для самообороны и следовании за супругой; о нахождении осужденных в состоянии алкогольного опьянения; о его конфликте с ФИО12, который оскорбил Свидетель №3, их падении в ходе драки на землю и удерживании в это время Алексеем Свидетель №3, которая просила их остановиться; о нахождении Александра, который был физически сильнее потерпевшего, на нем, его попытках выдавить глаз потерпевшему и нанесении им не менее 5 ударов кулаками по лицу, удерживании его за шею и удушении; о нанесении ФИО6 №1 в ответ одного удара газовым ключом, лежавшим рядом с ним, Александру в лоб; о крике последнего к Алексею присоединиться к избиению; о нанесении ему Алексеем ударов по ноге, после чего Александр продолжил наносить ему удары по голове и телу; о нанесении ему Александром колющих ударов ножом не менее 3 ударов в тело и не менее 3 ударов в бедро; о нанесении кем-то из них ему ударов газовым ключом, в том числе, по ноге; о нанесении ему одного из ударов, от которого у него впоследствии шатались все зубы; об испытанной им острой боли в боку слева, от чего он потерял сознание; об известных ему со слов Свидетель №3 ее обвинениях, высказанных осужденным, что они убили его, ввиду отсутствия у него признаков жизни, после чего Алексей отпустил ее, о ее побеге от них и наблюдении, как они вернулись к нему, о вызове ею скорой помощи после их ухода; о нахождении его падчерицы ФИО9 на балконе во время этих событий; об имевшихся у него телесных повреждениях, их локализации, длительности лечения и последствиях от действий осужденных;

- показаниями свидетеля Свидетель №3 о периодических ссорах дочери ФИО6 №1 со своим сожителем ФИО12 и ее жалобах своему отцу; о поступившем ФИО6 №1 сообщении от ФИО12 о его намерении приехать разобраться; о ее звонке Алексею и оскорблениях и угрозах, высказанных ей его братом; о звонке ФИО61 подтвердившей, что ее сыновья едут к нему; о ее выходе к ФИО5, чтобы успокоить их; об их агрессивном состоянии; о ее попытках выяснить причину разборок, после чего Александр оттолкнул ее; о выходе к ним ФИО6 №1 и начавшейся драке между ФИО6 №1 и Александром, в ходе которой они упали на землю; об удерживании ее Алексеем в стороне; о нахождении Александра сверху над ФИО6 №1, удерживании того за шею и нанесении ему кулаком ударов по голове, лицу и шее, надавливании Александром на глаза ФИО6 №1 и его криках от боли; о ее попытках помочь ФИО6 №1 и оттаскивании ее Алексеем; об увиденной ею крови на лбу Александра, после чего тот позвал брата поучаствовать в избиении ФИО6 №1; о нанесении обоими осужденными ударов ФИО6 №1, в том числе, по голове, нанесении Александром не менее 15 ударов ФИО6 №1, Алексеем – не менее 5 ударов; о невозможности ею видеть все обстоятельства нанесения ударов ФИО6 №1, поскольку Алексей, склонившись к ФИО6 №1, своим телом закрывал ей обзор; о ее попытках оттащить Алексея, который отшвырнул ее, и она упала; о наблюдении ею, как ФИО6 №1 захрипел, закрыл глаза и перестал двигаться, после чего Александр остановился и отошел него; о высказанном ею осужденным обвинении, что они убили ФИО6 №1, их приближении к ней, нанесении Александром ей удара по лицу, угрозах осужденных в ее адрес; о представившейся ей возможности убежать от них и наблюдении, как они вернулись к ФИО6 №1; об уходе осужденных с места событий; о ее возвращении к ФИО6 №1, который открыл глаза и сказал о переломе ребер; о вызове ею скорой помощи;

- показаниями малолетнего свидетеля ФИО20 о наблюдении ею с балкона, как ее отчима ФИО6 №1 избивали ФИО4; нанесении Александром, сидя сверху на ФИО6 №1, множественных ударов ему, нахождении Алексея при этом рядом с ее мамой Свидетель №3; о наблюдении ею, как Александр наносил удары Свидетель №3, просившей ее уйти с балкона; о дальнейшем наблюдении ею, как отчим один лежал у подъезда и не шевелился;

- показаниями свидетеля Свидетель №10 об услышанном ею из окна разговоре на повышенных тонах у подъезда; о наблюдении ею, как молодой человек в белой футболке сидел сверху на мужчине, а рядом с ними стояли еще один молодой человек и женщина; о наблюдении ею на следующий день лужи крови в том месте, где лежал потерпевший;

- показаниями свидетеля ФИО21 о звонке Свидетель №3 с сообщением, что ФИО14 порезали ее мужа ФИО6 №1 и избили ее саму; о ее поездке на такси к Свидетель №3 и рассказе таксиста, что он вез двух парней, у одного из которых был нож, и он говорил, что они едут убивать кого-то; о рассказе Свидетель №3 об обстоятельствах причинения телесных повреждений ей и ФИО6 №1;

- показаниями свидетелей Свидетель №9 и Свидетель №7, а также содержанием карты вызова скорой помощи, о поступлении вызова скорой помощи к мужчине, которого избили парни у подъезда дома, и он лежит без сознания; об обнаружении им по приезду потерпевшего с колото-резаными ранами в области грудной клетки слева, в области спины, в области левой голени и бедра; о его спутанном сознании и доставлении его в больницу в тяжелом состоянии;

- протоколом осмотра сотового телефона ФИО8, где обнаружена его переписка с ФИО6 №1 с 30 июня по 13 июля 2026 года с предложением ФИО6 №1 обсудить бытовой конфликт ФИО12 с дочерью Свидетель №12 и напоминанием об угрозах ФИО5 нанести ФИО6 №1 телесные повреждения в области головы; с инициированием ФИО5 общения с ФИО6 №1 13 июля в ночное время и сообщением о намерении приехать поговорить; а также переписка с Свидетель №11 после событий преступления, где ФИО12 сообщает об осознанном нанесении телесных повреждений ФИО6 №1, в том числе, ножом; 3 ножевых ранениях; фотографии и видеозаписи ФИО12 со следами крови на его лице в белой футболке с пятнами крови на ней, а также ФИО12 со следами крови на его кроссовках и на его руках,

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому у подъезда дома обнаружены пятна крови, а также найден разводной ключ;

- протоколом осмотра придомовой территории у дома К-вых в помещении летнего душа под половицей обнаружен нож, которым со слов ФИО12 они наносили удары ФИО6 №1;

- заключением судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств об обнаружении на изъятом ноже крови ФИО6 №1; на газовом ключе крови ФИО6 №1 и ФИО12;

- заключениями судебно-медицинских экспертиз, установивших наличие у обоих осужденных телесных повреждений в виде кровоподтеков и ссадин, а также резаной раны у ФИО8 на пальце правой руки, а у ФИО8 ссадины в лобной области и волосистой части головы;

- заключением судебно-медицинской экспертизы ФИО6 №1, установившей причинение потерпевшему телесных повреждений в виде ран грудной клетки (2), поясничной области (3), наружной поверхности левого бедра (1), верхней губы (1), левой голени (4), с открытым переломом левой малоберцовой кости; перелом костей носа с кровоизлиянием в мягких тканях окологлазничных областей; их образование минимум от 12 травматических воздействий, осложнение этих повреждений развитием шока тяжелой степени; их тяжесть, давность, локализация; показаниями эксперта ФИО22, подтвердившего выводы экспертного исследования, отметившего, что каждое из повреждений сопровождалось кровотечением;

- показаниями осужденного ФИО8, где тот указал о неоднократных бытовых конфликтах со своей сожительницей Свидетель №12 и ее жалобах своему отцу ФИО6 №1 на его поведение; о его конфликтах с ее отцом; о совместном распитии спиртного 13 июля 2025 года с братом Александром в доме родителей; о телефонном разговоре с ФИО6 №1, в ходе которого его брат Александр влезал в разговор, оскорблял нецензурной бранью и угрожал избиением; о предложении брата поехать к ФИО6 №1 убивать его; о его согласии поехать с братом; о передаче ему братом ножа «на всякий случай», который он положил в карман; о сообщении братом всем родственникам в доме, что они поехали убивать ФИО6 №1; о сообщении братом водителю такси, что они поехали убивать человека; о выходе к ним Свидетель №3, которая стала ссориться с братом, и ФИО6 №1, у которого в руках был газовый ключ и который стал заступаться за Свидетель №3; о возникшем конфликте брата с ФИО6 №1 и начавшейся между ними драки, в результате которой они упали на землю; о его нахождении с Свидетель №3; о нанесении ФИО6 №1 удара в лоб брату газовым ключом, отчего у того потекла кровь и он крикнул ему (Алексею), чтобы он действовал; о нанесении им не менее 4 ударов по ноге ФИО6 №1 ножом; о нанесении братом не менее 6 ударов газовым ключом по ноге ФИО6 №1; об убирании им ножа в карман, выхватывании из его рук ножа братом, отчего он порезал ему палец; о нанесении Александром не менее 7 ударов по телу ФИО6 №1 ножом по бокам и в область спины; о хрипах ФИО6 №1, который стал задыхаться; о нанесении им удара по лицу Свидетель №3, после чего та убежала; об их уходе с места событий, возвращении домой, где он по предложению брата спрятал нож;

- показаниями осужденного ФИО8 о совместном распитии спиртного с братом Алексеем в доме родителей; о конфликте брата с отцом его сожительницы ФИО6 №1; о его предложении брату поехать к ФИО6 №1 и взять с собой нож; о возникшем у него конфликте с ФИО6 №1, переросшим в драку; о нанесении ФИО6 №1 ему в лоб удара газовым ключом, от чего у него потекла кровь; о его обращении к брату за помощью; о нанесении в ходе конфликта ими обоими ударов ФИО6 №1 ножом и газовым ключом; о нанесении им удара Свидетель №3 по лицу; об их уходе с места событий и сокрытии ножа;

- а также другими доказательствами, полностью согласующимися между собой, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все представленные суду доказательства оценены в соответствии со ст.ст.17, 87-88 УПК РФ. Приговор основан на относимых, допустимых и достоверных доказательствах, совокупности которых достаточно для вывода о виновности осужденных в инкриминированном деянии. Все юридически значимые обстоятельства, необходимые для правильного разрешения уголовного дела, судом учтены.

Позиция осужденных об отсутствии у них умысла на причинение смерти ФИО6 №1, об отсутствии между ними сговора на это и намерении только поговорить с потерпевшим, припугнув его ножом, о нанесении потерпевшим удара первым, инициировании им конфликта, и их действиях в условиях необходимой обороны от действий потерпевшего, о ненаблюдении ими действий друг друга, об их уходе с места преступления, убедившись, что ФИО6 №1 жив, поскольку он перемещался и разговаривал, о несогласии с количеством ударов, нанесенных ФИО6 №1, и их локализацией, была предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнута.

Высказанная осужденными версия противоречива и непоследовательна. Их показания в указанной части противоречат между собой относительно круга лиц, которых они известили о цели поездки к ФИО6 №1, использованных формулировках, хронологии событий, обстоятельств начала конфликта ФИО12 с ФИО6 №1, последовательности их действий, взаиморасположении потерпевшего и ФИО12 во время конфликта, обстоятельств их ухода с места преступления и состояния потерпевшего на тот момент.

Вышеуказанная позиция осужденных опровергается показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей ФИО62., ФИО63., Свидетель №12, а также осужденного ФИО8 о том, что перед поездкой к ФИО6 ФИО12 предложил Алексею поехать убивать его тестя и передал ему нож, чтобы взять с собой; это же озвучил присутствовавшим при их отъезде родственникам; о телефонных звонках ФИО65 ФИО6 №1 и в полицию с предупреждением о цели поездки ее сыновей к потерпевшему; показаниями свидетелей Свидетель №2, ФИО21 и осужденного ФИО8 о высказанном во время поездки ФИО12 их намерении убить человека; показаниями потерпевшего ФИО6 №1 и свидетелей Свидетель №3 о начале конфликта ФИО12 с Свидетель №3, ее оскорблении, о ее защите ФИО6 №1 и начале драки ФИО12 с ФИО6 №1, в ходе которой они упали на землю; о совместности и согласованности действий осужденных при избиении ФИО6 №1, оказании осужденными помощи друг другу в достижении цели, когда при нанесении потерпевшему ударов Александром Алексей удерживал в стороне Свидетель №3, отталкивал ее, не давал ей помочь ФИО6 №1 и помешать действиям Александра, о нанесении Александром, находившимся сверху над ФИО6 №1 ударов ему по голове, и нанесении ФИО6 №1 удара газовым ключом Александру, защищаясь от него; о нанесении Алексеем ударов ножом потерпевшему после требования Александра присоединиться; об их совместном нанесении ударов ножом и газовым ключом по голове и телу потерпевшего; о прекращении ими действий по нанесению ударов потерпевшему только после того, как тот потерял сознание, закрыл глаза, перестал двигаться и высказанного обвинения Свидетель №3 им, что они убили его; показаниями свидетелей Свидетель №3 и ФИО20 об отсутствии у потерпевшего внешних признаков жизни, когда осужденные ушли с места событий; показаниями свидетелей Свидетель №10, Свидетель №9, Свидетель №7 и картой вызова скорой помощи, где отражена эта же причина вызова медицинских работников – нахождение у подъезда дома потерпевшего без сознания, и нахождение в этом же месте обширных пятен крови; показаниями свидетеля Свидетель №11 и содержанием его переписки с ФИО12 о нахождении обоих осужденных в состоянии сильной степени алкогольного опьянения, и об осознании Алексеем характера и последствий своих действий и желании их наступления; заключением судебно-медицинской экспертизы о количестве и локализации нанесенных потерпевшему телесных повреждений; заключением судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств о наличии на ноже и газовом ключе крови ФИО6 №1, а на ключе его крови в смеси с кровью ФИО12; заключениями судебно-медицинских экспертиз осужденных о наличии ссадины на лбу ФИО12 и резаной раны на пальце ФИО12.

При этом показания осужденного ФИО8, данные им в ходе предварительного расследования, где он последовательно, обстоятельно и подробно описал события преступления, содержание высказанного намерения ФИО12 о цели поездки к ФИО6 №1, с которым он согласился; взятие им по предложению Александра с собой ножа; лиц, осведомленных Александром о цели их поездки; обстоятельства драки между Александром и ФИО6 №1, нанесения последним удара газовым ключом Александру по голове, после чего брат потребовал от него присоединиться к избиению, а он стал наносить удары потерпевшему ножом в ногу; нанесение братом ударов ФИО6 №1 газовым ключом и ножом; прекращение ими своих действий, когда потерпевший захрипел; как и показания осужденного ФИО8, данные им в ходе следствия, где он подтверждал предложение брату поехать к ФИО6 №1 и взять с собой нож, обращение к брату присоединиться к нему после нанесения ФИО6 №1 удара ему в лоб газовым ключом, нанесение ими обоими ударов потерпевшему ножом и газовым ключом, - обоснованно признаны судом первой инстанции допустимыми, достоверными и положены в основу приговора.

Эти показания полностью подтверждаются показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей ФИО67, Свидетель №3, Свидетель №12, ФИО68., ФИО20, Свидетель №2, ФИО21, Свидетель №11, Свидетель №10, содержанием карты вызова скорой помощи, протоколом осмотра места происшествий у подъезда дома, где лежал потерпевший, заключениями судебно-медицинских экспертиз осужденных о локализации обнаруженных у них телесных повреждений, заключением судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств об обнаружении крови на ноже ФИО6 №1 и на газовом ключе, и крови ФИО2 на газовом ключе в смеси с кровью ФИО6 №1, заключением судебно-медицинской экспертизы ФИО6 №1 о локализации обнаруженных у него телесных повреждений и их количестве, содержанием сообщения в полицию ФИО69, содержанием переписки ФИО2 с Свидетель №11, фото и видеоматериалами с телефона ФИО2.

Оснований сомневаться в достоверности данных показаний и не доверять им у суда апелляционной инстанции не имеется. Они подробны, последовательны, стабильны, обстоятельны, непротиворечивы и с достоверностью свидетельствуют о достижении предварительной договоренности между осужденными на причинение смерти потерпевшему, совершении ими совместных и согласованных действий по достижению этой цели, убежденности в достижении цели при уходе с места преступления и не доведении ими своего единого умысла до конца только ввиду своевременного оказания ему медицинской помощи, то есть по независящим от них обстоятельствам.

Ссылки защитника на недопустимость показаний осужденного ФИО8 в качестве подозреваемого, обвиняемого и на очной ставке ввиду их производности от явки с повинной, признанной недопустимым доказательством ввиду отсутствия при ее получении защитника, несостоятельны и опровергаются содержанием данных им показаний, которые подробны, обстоятельны и конкретны, различны по полноте содержания и манере изложения, содержат детали преступления, не отраженные в явке с повинной, а также показаниями свидетелей ФИО23, ФИО24, видеозаписью проверки показаний осужденного на месте об обстоятельствах проведения следственных действий с его участием и изложении им показаний в соответствии с целями проводимого следственного действия, о присутствии при проведении следственных действий защитника, отсутствия со стороны осужденного и его защитника замечаний к полноте и правильности изложения показаний.

Вопреки доводам жалоб наличие между осужденными предварительной договоренности на причинение смерти ФИО6 №1 достоверно установлено достаточной совокупностью доказательств, в том числе, показаниями осужденного ФИО8, который после высказывания братом предложения поехать убивать ФИО6 №1 согласился с этим, взял с собой предложенный братом нож, не возражал на заявления брата в такси о цели их совместной поездки – убить человека; удерживал Свидетель №3, пытавшуюся помешать действиям брата и помочь ФИО6 №1; сразу же откликнулся на призыв и присоединился к действиям брата, начав наносить удары ножом; не препятствовал дальнейшему нанесению братом ударов ножом потерпевшему; показаниями свидетелей ФИО70 и ФИО71 о том, что после объявления Александра о намерении причинить смерть ФИО6 №1 Алексей никаких возражений не высказывал, взял переданный братом нож; показаниями свидетеля Свидетель №3 о согласованности действий осужденных, ее удерживании Алексеем во время действий ФИО12 и оказании им помощи Александру в избиении ФИО6 №1; их совместном прекращении действий в отношении ФИО6 №1 после того, как тот перестал подавать признаки жизни, и она сказала, что они его убили.

Наличие у осужденных единого умысла на причинение смерти потерпевшему, осознание последствий своих действий и желание их наступления, их уход с места преступления только ввиду убежденности в достижении поставленной цели и не наступление желаемых последствий по независящим от них обстоятельствам также достоверно установлено достаточной совокупностью доказательств, в том числе, показаниями свидетеля Свидетель №3 о совместных интенсивных действиях осужденных по нанесению ударов потерпевшему и прекращении ими своих действий в отношении него только после того, как потерпевший потерял сознание, закрыл глаза и перестал двигаться, то есть подавать признаки жизни; показаниями осужденных о нанесении ими неоднократных сильных и интенсивных ударов потерпевшему ножом и газовым ключом в жизненно-важные органы до тех пор, пока они не увидели в состоянии ФИО6 №1 очевидные признаки достижения задуманного результата; картой вызова скорой помощи, где отмечено, что обращение за медицинской помощью поступило ввиду избиения мужчины парнями до потери сознания, показания свидетелей Свидетель №3 и ФИО20 о нахождении ФИО6 №1 без признаков жизни на момент ухода осужденных; перепиской ФИО12 со свидетелем Свидетель №11 и фото и видеоматериалами с телефона ФИО12 об осознанном нанесении потерпевшему ножевых ранений и осознании осужденными последствий своих действий в виде наступления смерти потерпевшего и желании этого; показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №9 и Свидетель №7 о спутанном сознании и тяжелом состоянии ФИО6 №1 по приезду скорой помощи, доставившей его в больницу, показаниями эксперта ФИО22 об осложнении состояния ФИО6 №1 развитием шока на фоне кровотечений; заключением судебно-медицинской экспертизы ФИО6 №1 о локализации и количестве причиненных ему телесных повреждений.

При этом применение обоими осужденными при нанесении ударов ФИО6 №1 и ножа, и газового ключа подтверждается, помимо показаний обоих осужденных о применении каждым из них вышеуказанных предметов, показаниями потерпевшего ФИО6 №1 о примененных к нему предметах каждым из осужденных, а также заключением судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств об обнаружении крови потерпевшего не только на ноже, но и на газовом ключе в примеси с кровью ФИО12, применявшего этот ключ после того, как ему порезал палец ФИО12, выхватывая у него из рук нож, при этом кровотечение из пальца установлено заключением судебно-медицинской экспертизы ФИО8 и показаниями эксперта ФИО22, фото и видеоматериалами из телефона ФИО12.

Отсутствие у потерпевшего признаков жизни на момент ухода осужденных от него, убедившее их в достижении поставленной цели – причинения смерти потерпевшему, отсутствие с его стороны разговоров и передвижений, достоверно установлено показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей Свидетель №3, ФИО20, картой вызова скорой помощи. Ненаступление смерти потерпевшего в результате действий осужденных от их воли не зависело.

Отсутствие распределения ролей между осужденными до начала выполнения объективной стороны преступления, равно как и нанесение ФИО12 ударов потерпевшему после призывов ФИО12 не опровергает выводы суда о совершении осужденными преступления в группе лиц по предварительному сговору.

Ссылки в жалобах об инициировании конфликта потерпевшим и нанесении им первого удара газовым ключом в голову ФИО12, что повлекло их дальнейшие действия, об их действиях в условиях необходимой обороны опровергаются показаниями потерпевшего ФИО6 №1 и свидетеля Свидетель №3 об инициировании конфликта ФИО12 в отношении Свидетель №3, требованиях ФИО6 №1 прекратить противоправные действия, продолжении конфликта ФИО12 с ФИО6 №1 и их драки, в ходе которой они упали, а ФИО12 в силу физического превосходства, оказался над потерпевшим, который защищаясь от его ударов и попыток удушения, ударил его в лоб газовым ключом, а также показаниями осужденного ФИО8 о начале конфликта ФИО12 с Свидетель №3, выступлении в ее защиту ФИО6 №1, и начавшейся драке ФИО12 с ФИО6 №1, в ходе которой, находясь на земле, ФИО6 №1 ударил брата ключом в лоб.

В этой связи, оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством аморального и противоправного поведения потерпевшего также не имеется.

Ненаблюдение потерпевшим ФИО6 №1 ножа в начале конфликта, как и нахождение его в состоянии опьянения, отсутствие со стороны осужденных угроз убийством непосредственно при совершении преступления, кровотечение из раны на лбу ФИО12 от действий ФИО6 №1, не влияют на правильность выводов суда в части квалификации действий осужденных.

Вопреки доводам осужденных и их защитников из показаний потерпевшего и свидетелей Свидетель №12, Свидетель №3, ФИО72 следует, что со стороны потерпевшего в адрес осужденных каких-либо угроз убийством либо применением насилия не поступало, из контекста переписки ФИО12 и потерпевшего ФИО6 №1 это также не следует, в то время как угрозы применения к потерпевшему насилия со стороны ФИО12 содержанием их переписки подтверждены.

Заявления осужденного ФИО8 о том, что он не воспринял всерьез предложение брата об убийстве ФИО6 №1 опровергается его же показаниями о взятии с собой ножа по предложению брата, содержанием его переписки с Свидетель №11, фото и видеоматериалами с телефона ФИО12, показаниями свидетелей ФИО73, ФИО74, Свидетель №12, содержанием обращения ФИО75 в полицию о серьезном настрое осужденных на совершение озвученного ими преступления, показаниями потерпевшего ФИО6 №1 о реальной обеспокоенности ФИО76 на момент ее телефонного звонка намерением ее сыновей, ее слезах при этом; показаниями свидетеля Свидетель №2 об отсутствии возражений со стороны ФИО12 после заявления его брата об их намерениях.

Ссылки в жалобах на недостоверность сообщения ФИО77 в полицию опровергаются показаниями осужденного ФИО12, потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей ФИО78., ФИО79., Свидетель №12, о передаче ФИО80. достоверных сведений сотрудникам полиции и потерпевшему о действительных намерениях осужденных.

Доводы жалоб о недоказанности агрессивного состояния осужденных на момент их приезда к ФИО6 №1 и совершения преступления опровергаются показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей Свидетель №3, ФИО81, ФИО20, об их возбужденном состоянии и агрессивном настрое, выразившимся в высказываниях и действиях как в отношении потерпевшего, так и свидетелей, содержанием фото и видеоматериалов с телефона ФИО2, его перепиской с Свидетель №11

Принимая во внимание достоверно установленные совокупностью исследованных доказательств, в том числе, показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей Свидетель №3, Свидетель №10, ФИО20, заключением судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств, заключениями судебно-медицинских экспертиз осужденных и потерпевшего, показаниями эксперта ФИО22, показаниями осужденного ФИО2, обстоятельства причинения потерпевшему телесных повреждений, применение при этом осужденными ножа и газового ключа, отсутствие у потерпевшего до действий осужденных телесных повреждений, обнаруженных судебно-медицинским исследованием, - само по себе отсутствие в заключении судебно-медицинской экспертизы ФИО6 №1 выводов эксперта в части давности обнаруженных телесных повреждений и механизма их образования, степени тяжести вреда здоровью каждого телесного повреждения не влияет на полноту и достоверность установленных судом первой инстанции обстоятельств совершения осужденными преступления, имеющих значение для дела, и не опровергает выводов суда в части юридической оценки действий осужденных. Доводы жалоб в этой части необоснованны.

При этом количество нанесенных потерпевшему травматических воздействий достоверно установлено заключением судебно-медицинской экспертизы, которое полностью согласуется с показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетеля Свидетель №3, показаниями осужденного ФИО2 о количестве нанесенных потерпевшему ударов, их локализации, использованных при этом предметах, и очередности нанесения ударов обоими осужденными.

Ссылки адвокатов на нарушение судом первой инстанции пределов предъявленного обвинения конкретизацией использованного осужденными газового ключа для нанесения ударов потерпевшему вместо инкриминированного «неустановленного тупого предмета», надуманны. Вышеуказанное обстоятельство достоверно установлено из показаний осужденных и потерпевшего, заключения судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств, протокола осмотра места происшествия. Сомнений в применении осужденными при совершении преступления данного предмета не имеется. Сама по себе конкретизация указанного обстоятельства положение осужденных не ухудшает и о расширении объема обвинения не свидетельствует. При этом вопреки доводам адвоката размеры газового ключа идентифицированы при проведении судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств. Отсутствие показателей массы этого предмета выводы суда первой инстанции о нанесении им ударов потерпевшему не опровергает.

Вместе с тем, принимая во внимание конкретизацию судом первой инстанции предъявленного осужденным обвинения в части применения ими при нанесении ударов потерпевшему газового ключа, судебная коллегия полагает необходимым уточнить допущенные судом технические описки в описательно-мотивировочной части приговора на странице 33 в последнем абзаце и на странице 34 в абзаце 3 сверху в части указания о нанесении ФИО6 №1 ударов «неустановленным тупым предметом» вместо уточненного ранее «газового ключа». Данные уточнения носят технический характер, не влияют на правильность выводов суда о виновности осужденных и не ухудшают их положение.

Суд подробно и всесторонне проанализировал показания потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей ФИО82 Свидетель №3, Свидетель №12, ФИО83 ФИО20, Свидетель №2, ФИО21, Свидетель №11, Свидетель №10, Свидетель №9, ФИО25, эксперта ФИО22, положенные в основу приговора, об обстоятельствах совершения осужденными преступления и обоснованно признал их достоверными и допустимыми доказательствами, поскольку их показания в указанной части являются последовательными, логичными, обстоятельными, стабильными, согласуются между собой, дополняют друг друга и объективно подтверждаются другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении не выявлено. Оснований для признания показаний указанных потерпевшего и свидетелей недостоверными и недопустимыми доказательствами, верно не имеется. Оснований для оговора ими осужденных либо наличия у них личных неприязненных отношений к осужденным, либо их заинтересованности в исходе дела не установлено.

Вопреки доводам адвоката ФИО17 оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний свидетеля ФИО85. судебная коллегия не усматривает.

В период предварительного расследования малолетний свидетель ФИО84 допрошена с соблюдением требований ст. 190, 191 УПК РФ. В целом ход и результаты допроса отражены в протоколе. В допросе данного свидетеля принимали участие законный представитель ФИО86 педагог-психолог ФИО26, от которых замечаний к содержанию протокола, а также к ходу данного следственного действия не поступило. Несовершеннолетнему свидетелю разъяснена необходимость говорить правду. Из содержания данного протокола следует, что следователем заданы необходимые вопросы, направленные на установление юридически значимых обстоятельств дела и получение всей относимой к делу информации. Как следует из показаний свидетелей ФИО24, ФИО26 и ФИО87 наводящие вопросы ФИО88. не задавались, ей было предложено говорить правду, что она и делала, отвечая на вопросы следователя. То обстоятельство, что в протоколе допроса свидетеля ФИО89. не отражены заданные ей вопросы, не является существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона и не влечет признание данного доказательства недопустимым. Согласно ч.2 ст.189 и ч. 2 ст. 190 УПК РФ показания допрашиваемого лица записываются от первого лица и по возможности дословно, при этом не допускаются наводящие вопросы, в остальном следователь свободен в тактике допроса. Утверждение адвоката ФИО17 о недопустимости протокола допроса свидетеля ФИО90 ввиду того, что малолетний ребенок такими словами не выражается, несостоятельно. Показания свидетеля изложены понятным и доступным для обывателя языком. Отражение в начале протокола допроса стандартных разъяснений требований закона при его проведении не искажает существа показаний свидетеля и не влечет возможности их неправильного понимания. Отсутствие аудио- и видеозаписи при допросе малолетнего свидетеля ввиду отказа ее и законного представителя от кино и видеосъемки также не ставит под сомнение достоверность ее показаний.

Какой-либо производности показаний свидетеля ФИО92. от показаний свидетеля ФИО93 не имеется. Каждый свидетель пояснил об обстоятельствах, известных им в силу непосредственного наблюдения и участия.

Показания свидетеля ФИО3 Е.Н. в судебном заседании, отрицавшей, что она слышала разговоры сыновей и осведомленность о них только со слов дочери справедливо признаны недопустимыми доказательствами, поскольку показания свидетеля в указанной части опровергаются показаниями осужденного ФИО2 о сообщении ФИО7 перед поездкой к ФИО6 №1 их намерений, показаниями потерпевшего ФИО6 №1 о содержании сообщения ФИО91. и содержанием ее обращения в полицию, где ею изложены имеющие значение для дела детали разговоров ее сыновей, известные ей лично.

Анализируя показания свидетеля Свидетель №2 в совокупности с показаниями осужденного ФИО2 о сообщении ФИО7 в машине таксисту, что они едут убивать человека, с показаниями свидетеля ФИО21 о сообщении ей таксистом, что он подвозил осужденных до места жительства потерпевшего и высказанном им намерении убить человека, судебная коллегия полагает достоверными показания свидетеля Свидетель №2 о том, что он был свидетелем разговора осужденных о намерении применить насилие к человеку и наличии у них при себе ножа. Его отрицание в судебном заседании данного обстоятельства и оспаривание его показаний в ходе следствия в этой части, с учетом приведенной совокупности доказательств обратного, неубедительно. Учитывая показания свидетеля ФИО27 о соблюдении требований закона при проведении допроса свидетеля, изложении ею его показаний в протоколе допроса с его слов, отсутствие от него замечаний к полноте и правильности этих показаний, оснований для признания недопустимыми его показаний в оспариваемой части не имеется.

Оснований для признания недостоверными и недопустимыми доказательствами показаний свидетеля ФИО21 также не имеется. Они непротиворечивы и последовательны, и полностью согласуются с показаниями свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2 в части, признанной судом первой инстанции достоверной.

Вопреки доводам жалоб все доказательства, исследованные в судебном заседании подробно и правильно изложены в приговоре, тщательно проанализированы и обстоятельно оценены судом в совокупности, с изложением мотивов, по которым суд признал одни доказательства допустимыми и достоверными, а другие отверг. Каких-либо предположений, противоречий и сомнений выводы суда не содержат. Фактических ошибок при вынесении приговора судом не допущено.

Судебная коллегия считает правильной произведенную судом первой инстанции оценку всех исследованных доказательств по этому преступлению. Сомнений в виновности осужденных в совершении покушения на убийство, то есть в совершении умышленных действий, непосредственно направленных на умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц по предварительному сговору, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам, и в правильности квалификации их действий не имеется.

Анализируя содержание апелляционных жалоб и доводов осужденных и их защитников в судебном заседании, судебная коллегия отмечает, что все они сводятся фактически к переоценке доказательств по делу, надлежащая и правильная оценка которым дана в приговоре. Однако несогласие осужденных и защитников с судебной оценкой доказательств не свидетельствует о допущенных судом нарушениях норм материального и процессуального права.

Исходя из фактических обстоятельств содеянного, судебная коллегия не усматривает оснований, как для оправдания осужденных по этому преступлению, так и для изменения юридической квалификации преступления, данной судом первой инстанции по ч.3 ст.30 п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, в том числе, на предложенную по ч.1 ст.114 УК РФ. Выводы суда первой инстанции в части квалификации действий осужденных подробно и должным образом мотивированы, с ними судебная коллегия соглашается, признавая их правильными.

О наличии у осужденных умысла на убийство потерпевшего, в силу личных неприязненных отношений, в составе группы лиц по предварительному сговору, свидетельствуют имевшаяся между ними договоренность до начала выполнения объективной стороны на причинение смерти ФИО6 №1, взятие в этих целях ножа, последовательные и целенаправленные совместные и согласованные действия обоих осужденных по нанесению потерпевшему неоднократных ударов ножом и газовым ключом в жизненно-важные органы, продолжение своих действий несмотря на сопротивление потерпевшего и попытки Свидетель №3 помочь ему, которым препятствовал осужденный ФИО8, прекращении ими своих действий только после того, как потерпевший перестал подавать признаки жизни.

Из совокупности исследованных судом доказательств следует, что при совершении преступления осужденные имели умысел на причинение смерти потерпевшего, осознавали характер своих действий, предвидели возможность наступления его смерти в результате нанесения неоднократных интенсивных ударов ножом и газовым ключом, обладающими существенными поражающими свойствами, с приложением значительной силы, в области сосредоточения жизненно важных органов человека, и желали этого. Объективная сторона инкриминированного преступления не выполнена осужденными до конца только по независящим от их воли обстоятельствам, ввиду своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи. Указанное следует, в том числе, из поведения осужденных, которые после нанесения ударов потерпевшему ФИО6 №1 прекратили противоправные действия и скрылись с места преступления только после наблюдения достигнутого своими действиями результата - отсутствия у потерпевшего признаков жизни, что ими было ошибочно воспринято как достижение цели.

Вопреки доводам адвокатов все обстоятельства совершения преступления, имеющие значение для дела и влияющие на правильность квалификации преступления, достоверно установлены судом первой инстанции совокупностью исследованных доказательств.

Принимая во внимание достоверно установленные судом первой инстанции обстоятельства совершения осужденными преступления, отсутствие в отношении них угроз либо посягательства на их жизнь со стороны потерпевшего, права на самооборону у осужденных не возникало. Оснований полагать, что они действовали в состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов не имеется. Нанесение единичного удара потерпевшим газовым ключом в лоб ФИО12, защищаясь от его интенсивных ударов по голове и задыхаясь от сдавливания ему шеи Александром, не свидетельствует об обратном.

При назначении наказания осужденным суд первой инстанции учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, личность каждого осужденного, наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отягчающего наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей, а также иные обстоятельства, указанные в приговоре, в связи с чем пришел к правильному выводу о достижении целей наказания только при назначении каждому осужденному наказания в виде реального лишения свободы, поскольку в противном случае наказание не будет отвечать принципу справедливости, способствовать исправлению осужденных и предупреждению совершения ими новых преступлений.

Все установленные по делу смягчающие обстоятельства в отношении каждого осужденного, а именно активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника; иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему; частичное признание вины, раскаяние в содеянном, молодой возраст, оказание ими помощи престарелым родственникам, <данные изъяты>, принесение извинений потерпевшему, а также ФИО8 – наличие малолетнего ребенка, ФИО8 - состояние здоровья, - признаны судом таковыми и в полной мере учтены при назначении наказания, наряду с отсутствием у них судимостей, сведений об их состоянии на учетах у нарколога и психиатра, их удовлетворительными и положительными характеристиками; в отношении ФИО8 – отсутствие привлечений к административной ответственности, а также со всеми иными сведениями о личности каждого осужденного, имеющимися в материалах дела и сообщенными суду.

Иных смягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции правильно не усмотрено.

Вопреки доводам жалоб отношение к содеянному, все сведения о личности осужденных, их трудовая занятость, влияние назначенного им наказания на условия жизни их семей, в полной мере учтены судом при назначении наказания, что отражено в приговоре.

Совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, верно признано судом обстоятельством, отягчающим наказание каждого осужденного, с приведением обоснованных мотивов, достаточных с точки зрения принципа разумности.

Нахождение осужденных во время событий преступления в состоянии алкогольного опьянения, которое в значительной степени повлияло на их поведение, ослабило контроль за своими действиями, сняло границы самоконтроля и способствовало совершению преступления, достоверно установлено показаниями потерпевшего ФИО6 №1, свидетелей ФИО94., ФИО95, Свидетель №12, Свидетель №11, Свидетель №3, перепиской, фото и видеоматериалами в телефоне ФИО12, об употреблении осужденными алкоголя, имевшихся у них явных признаках алкогольного опьянения, агрессивности их поведения в таком состоянии, не свойственного им в обычной жизни.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с правильными выводами суда первой инстанции о том, что состояние алкогольного опьянения способствовало ослаблению контроля осужденных за своими действиями и тем самым существенно повлияло на их поведение и явилось одним из факторов, способствующих совершению преступления.

При определении вида и размера наказания судом первой инстанции правильно применены положения ч.3 ст. 66 УК РФ.

В силу требований ст.67 УК РФ наказание каждому осужденному определено судом первой инстанции в соответствии с установленным в приговоре характером и степенью фактического участия осужденного в совершении преступления и значением этого участия для достижения целей преступления.

С учетом наличия отягчающего наказание обстоятельства, судом обоснованно при назначении наказания не применены положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих применить ст.64 УК РФ, судом первой инстанции правильно не установлено. Мотивы, приведенные в обосновании этого, являются убедительными и достаточными, с ними судебная коллегия соглашается.

Судом обсуждалась возможность применения к каждому осужденному положений ст.73, ч.2 ст.53.1 и ч.6 ст.15 УК РФ, однако оснований к этому верно не усмотрено. Выводы суда в этой части надлежащим образом мотивированы.

С учетом всех сведений о личности каждого осужденного и установленных фактических обстоятельств дела, принимая во внимание определенные законом цели назначения наказания, судебная коллегия также не находит оснований для применения в отношении ФИО8 и ФИО8 указанных положений закона.

Назначение дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч.2 ст. 105 УК РФ, в виде ограничения свободы мотивировано в приговоре должным образом, с учетом всех сведений о характере и степени общественной опасности содеянного и личности каждого осужденного. Срок дополнительного наказания определен правильно с учетом принципов разумности и справедливости, оснований для его снижения не имеется.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденным предстоит отбывать наказание, назначен судом правильно в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

При назначении наказания осужденным все заслуживающие внимания обстоятельства, относящиеся к личности каждого осужденного учтены в полном объеме и указаны в приговоре. Назначенное наказание по своему виду отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений. Оснований для смягчения наказания не имеется.

Сами по себе официальная регистрация брака ФИО8 не является безусловным основанием для смягчения наказания ФИО8.

Судебное разбирательство проведено полно, объективно и беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Предвзятости, необъективности, формализма либо предпочтений одной из сторон председательствующим судьей предоставлено не было. Нарушения права на защиту осужденных и базовых принципов уголовного судопроизводства при рассмотрении дела не допущено. Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы явиться основанием к отмене обжалуемого решения, судебной коллегией не установлено.

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Вичугского городского суда Ивановской области от 28 ноября 2025 года в отношении ФИО8 и ФИО8 – изменить.

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговора на странице 33 в последнем абзаце и на странице 34 в абзаце 3 сверху указание о нанесении потерпевшему ударов «газовым ключом» вместо «неустановленного тупого предмета».

В остальной части приговор - оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления апелляционного определения в законную силу, а осужденными в том же порядке и в тот же срок со дня вручения копии определения. В случае подачи кассационной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

(удовлетворить или оставить без удовлетворения)

Председательствующий

Судьи