Апелляционное определение № 33-15168/2026 от 15 марта 2026 г.

Судья: Махмудова А.А.

Дело № 33-15168/2026УИД 50RS0026-01-2025-000650-30


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 16 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Цуркан Л.С.,

судей Петруниной М.В., Колесникова Д.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО

при участии прокурора Коростелевой А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску ФИО к ГБУ "Автомобильные дороги" о признании незаконным и отмене приказа о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе "Автомобильные дороги" на решение Люберецкого городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>,

заслушав доклад судьи Колесникова Д.В.,

объяснения представителя истца, представителя ответчика,

заключение прокурора Коростелевой А.В.,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО обратился в суд к ГБУ «Автомобильные дороги» с исковыми требвоаниями, в которых просил суд признать незаконным и отменить приказ <данные изъяты> от 27.12.2024г. о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановить истца в должности оператора ЕТС с 28.12.2024г., взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с 28.12.2024г. по <данные изъяты> в размере 175 194,12 руб., взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В обосновании своих исковых требований указал, что с <данные изъяты> по <данные изъяты> работал у ответчика по трудовому договору <данные изъяты>, выполняя трудовую функцию: «Осуществление непрерывного мониторинга поступающей информации относительно передвижения транспорта, местоположения, пройденного километража, расхода топлива, контроль слива топлива и заправок транспортных средств» в системе ГЛОНАСС, что подтверждается Графиками работы сотрудников за август-декабрь 2017 г. и «Графиков работы операторов ЕТС» за апрель 2018 - декабрь 2024 гг. Формальность указания в трудовом договоре истца <данные изъяты> должности «механика», подтверждается тем фактом, что его коллега ФИО, принятый на работу в ПК «Юг» в 2017 году также «механиком», а фактически работающий «оператором ЕТС», что подтверждается «Графиками работ» за 2017- 2022 гг., все еще числится в должности «механика».

Функциональные обязанности по должности механика не исполнял. Вид работы, которую выполнял истец у ответчика, подтверждается записью в электронной трудовой книжке в разделе «Трудовая функция» (Колонка <данные изъяты>) и «Код выполняемой функций»"<данные изъяты>.2 (Колонка <данные изъяты>). Согласно «ОК 010-2014 (МСКЗ-08). Общероссийский классификатор занятий» (принят и введен в действие Приказом Госстандарта <данные изъяты>-ст от <данные изъяты> в ред. от <данные изъяты>) код выполняемой функции <данные изъяты>.2 соответствует «Служащим, занятым диспетчерской подготовкой производства», в том числе «Оператор диспетчерской службы».

27.12.2024г. истцу был вручен приказ <данные изъяты> от <данные изъяты> о прекращении (расторжении) трудового договора с работником. Основаниями для увольнения послужили: «Заключение о результатах проверки по факту подложности документов от <данные изъяты>, служебная записка ФИО, копия диплома НВС <данные изъяты> Государственной академии нефти и газа им. И.М. Губкина от <данные изъяты>, копия диплома РП <данные изъяты> Ноябрьского нефтяного техникума от <данные изъяты>, письмо Российского государственного университета нефти и газа (Национальный исследовательский университет) имени И.М. Губкина «О подтверждении диплома» от <данные изъяты><данные изъяты> на № <данные изъяты> от <данные изъяты>, письмо Ноябрьского института нефти и газа (филиал ТИУ в <данные изъяты>) «О предоставлении информации по подлинности диплома» от <данные изъяты><данные изъяты> на <данные изъяты> от <данные изъяты>, копия заявления о приеме на работу от <данные изъяты>, копия заявления о переводе от 16.ОЗ:2018г., копия заявления о переводе от <данные изъяты> г».

Истец считает указанный приказ необоснованным, а увольнение незаконным по следующим основаниям. ГБУ «Автомобильные дороги» не уведомляло истца о намерении проверить его дипломы об образовании, а также не получало от последнего письменного согласия на истребование персональных данных у третьих лиц, что является нарушением ст. 86 ТК РФ. Нарушение процедуры проверки сведений об образовании делает письма Российского государственного университета нефти и газа (Национальный исследовательский университет) имени И.М. Губкина и письма Ноябрьского института нефти и газа (филиал ТИУ в <данные изъяты>) недопустимыми доказательствами по делу.

Кроме того истец соответствовал квалификационным требованиям, поскольку имел среднее профессиональное образование по специальности «монтажник радиоаппаратуры и приборов» (Диплом серия В <данные изъяты> от 15,07.1986 г. СПТУ <данные изъяты> г, Москва, <данные изъяты>) и стаж работы по специальности более 23 лет. До трудоустройства в ГБУ «Автомобильные дороги» последние 15 лет ФИО занимал должность «Старшего диспетчера Управления производственно-хозяйственной деятельности Дирекции по имущественным отношениям, административно-хозяйственной деятельности, транспорту и связи ПАО «ЛУКОЙЛ»» и был уволен в связи с сокращением штата <данные изъяты>, что подтверждается трудовой книжкой <данные изъяты><данные изъяты>.

Дипломы РП <данные изъяты> от <данные изъяты> Ноябрьского нефтяного техникума по специальности «Разработка нефтяных и газовых скважин» и НВС <данные изъяты> от <данные изъяты> Государственной академии нефти и газа им. И.М. Губкина по специальности «Экономика и управление» не являлись профильными для той специальности, на которую претендовал истец, поэтому не могли являться основаниями для принятия его на работу в ГБУ «Автомобильные дороги», что подтверждается Приказом Роструда <данные изъяты> от <данные изъяты>.

В марте 2018 года ответчик разработал «Должностную инструкцию оператора ЕТС», предусмотрев в п. 1.2 которой более высокие требования к должности: высшее профессиональное образование без предъявления требований к стажу работы или среднее профессиональное (техническое) и стаж работы по специальности не менее 1 года.

Поскольку представление работодателю непрофильных дипломов не было препятствием для трудоустройства, то увольнение истца по части 11 п. 1 ст. 81 ТК РФ является незаконным.

Протокольным определением от 13.02.2025г. гражданское дело <данные изъяты> объединено с гражданским делом <данные изъяты> по иску ФИО к ГБУ «Автомобильные дороги» об обязании предоставить право на ознакомление с материалами служебных проверок, послуживших основанием для вынесения Приказа <данные изъяты> л/с от 20.12.2024г. о дисциплинарном взыскании и Приказа <данные изъяты> от 27.12.2024г. об увольнении, а также о компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

Определением суда от 10.03.2025г. производство по гражданскому делу <данные изъяты> прекращено в части исковых требований о взыскании процентов за несвоевременную выплату заработной платы, начиная с 15.01.2025г., обязании предоставить право на ознакомление с материалами служебных проверок, послуживших основанием для вынесения Приказа <данные изъяты> л/с от 20.12.2024г. и Приказа <данные изъяты> от 27.12.2024г., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

Истец ФИО и его представитель ФИО в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении, при этом пояснили, что не возражают против взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула в размере, рассчитанном ответчиком в сумме 174 930,58 руб.

Представители ответчика ГБУ «Автомобильные дороги» ФИО и ФИО в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме, по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск.

Решением Люберецкого городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> исковые требования ФИО удовлетворены частично.

Суд признал незаконным и отменил приказ Государственного бюджетного учреждения <данные изъяты> «Автомобильные дороги» <данные изъяты> от <данные изъяты> о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО ФИО восстановлен на работе в должности оператора единой транспортной системы (ЕТС) в диспетчерской службе <данные изъяты> (Производственный комплекс ЮГ) Государственного бюджетного учреждения <данные изъяты> «Автомобильные дороги» с <данные изъяты>.

С ГБУ <данные изъяты> «Автомобильные дороги» в пользу ФИО взыскан средний заработок за время вынужденного прогула за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> в размере 174 930,58 руб., компенсация морального вреда в размере 30 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО в части взыскания компенсации морального вреда в большем размере – отказано.

Кроме того, суд взыскал с ГБУ <данные изъяты> «Автомобильные дороги» в пользу бюджета расходы по оплате госпошлины в размере 12 248 руб.

Несогласившись с постановленным решением суда, ответчик обжаловал его в апелляционном порядке.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец не явился, обеспечил явку своего представителя, который возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам изложенным в письменных возражениях, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, просил судебную коллегию решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Судебная коллегия в порядке ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся лиц.

Решение суда в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула с ГБУ «Автомобильные дороги» сторонами не обжаловано, в связи с чем в апелляционном порядке не подлежит.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителя ответчика, представителя истца, возражавший против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагавшей, что решение суда отмене не подлежит, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 11 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем представления работником работодателю подложных документов при заключении трудового договора.

Как разъяснено в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в силу пункта 11 части 1 статьи 77 и статьи 84 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен вследствие нарушения установленных Трудовым кодексом Российской Федерации или иным Федеральным законом правил заключения трудового договора, если нарушение этих правил исключает возможность продолжения работы и работник не может быть переведен с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу.

При этом необходимо учитывать, что если правила заключения трудового договора были нарушены по вине самого работника вследствие представления им подложных документов, то трудовой договор с таким работником расторгается по пункту 11 части первой статьи 81 Кодекса, а не по пункту 11 части первой статьи 77 Кодекса.

В силу статьи 65 Трудового кодекса РФ если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, при заключении трудового договора лицо, поступающее на работу, предъявляет работодателю: паспорт или иной документ, удостоверяющий личность; трудовую книжку и (или) сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса), за исключением случаев, если трудовой договор заключается впервые; документ, подтверждающий регистрацию в системе индивидуального (персонифицированного) учета, в том числе в форме электронного документа; документы воинского учета - для военнообязанных и лиц, подлежащих призыву на военную службу; документ об образовании и (или) о квалификации или наличии специальных знаний - при поступлении на работу, требующую специальных знаний или специальной подготовки; справку о наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования либо о прекращении уголовного преследования по реабилитирующим основаниям; справку о том, является или не является лицо подвергнутым административному наказанию за потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ.

В свою очередь, представление работником работодателю подложных документов при заключении трудового договора может быть основанием для расторжения с работником трудового договора по пункту 11 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ при условии, что отсутствие подлинных документов, которые работник должен был представить, могло явиться законным основанием для отказа в заключении с ним трудового договора.

По данному делу, исходя из предмета спора, юридически значимыми и подлежащими установлению являлись следующие обстоятельства: какие квалификационные требования предъявлялись к должности на момент трудоустройства работника; имел ли место факт предоставления работником подложного документа об образовании при трудоустройстве.

Представление работником работодателю подложных документов при заключении трудового договора может являться основанием для расторжения с работником трудового договора при условии, когда документы, которые представил работник, действительно являются подложными и этот факт установлен соответствующими компетентными учреждениями (органами).

Судом первой инстанции установлено, что 10.07.2017г. ФИО обратился в ГБУ «Автомобильные дороги» с заявлением о приеме на работу на должность механика в АТУПК-ЮГ. При этом на указанном заявлении стоит отметка «на должность механика нет».

Согласно личной карточки работника 13/22, работник ФИО имеет высшее образование, содержатся сведения о следующих документах об образовании: диплом об окончании Ноябрьского нефтяного техникума РП <данные изъяты> от <данные изъяты> по специальности «Техник-технолог», и диплом об окончании Государственной академии нефти и газа им. И.М. Губкина, НВС <данные изъяты> от <данные изъяты>, по специальности «Экономика и управление». В личной карточке содержится подпись истца и специалиста по кадрам ФИО.

В тот же день <данные изъяты> между сторонами был заключен трудовой договор <данные изъяты>. Истец был принят на работу на должность механика Автотранспортного участка ЮГ на основании приказа от <данные изъяты><данные изъяты>.

При приеме на работу до подписания трудового договора истец был ознакомлен с локальными нормативными актами ответчика, в том числе с Должностной инструкцией / ЕТКС, что подтверждается его подписью в Приложении к трудовому договору.

На основании заявления ФИО от 16.03.2018г. между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение, и ФИО был переведен на должность оператора единой транспортной системы (ЕТС) в Производственный комплекс ЮГ с 16.03.2018г., в соответствии с приказом от 16.03.2018г. <данные изъяты>.

23.01.2020г. ФИО обратился с заявлением о переводе на должность оператора Единой транспортной системы (ЕТС) в Диспетчерскую службу <данные изъяты> (ЮГ).

31.01.2020г. между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение и ФИО был переведен на должность оператора единой транспортной системы (ЕТС) в Диспетчерскую службу <данные изъяты> (ЮГ), на основании приказа от 01.02.2020г. <данные изъяты>.

Согласно материалам служебной проверки по факту подложности документов указано, что на основании служебной записки и.о. начальника ПК «ЮГ» ФИО от 01.11.2024г. дано указание провести подлинности документов ФИО в связи с поступившей (не проверенной) информацией о фальсификации его документов об образовании.

По сообщению ФГАОУ ВО «РГУ нефти и газа (НИУ) имени И.М. Губкина» от <данные изъяты><данные изъяты>, в документальных материалах Архивного фонда учреждения высшего образования сведений об окончании данного университета ФИО не обнаружено, диплом НВС <данные изъяты> от <данные изъяты>, регистрационный <данные изъяты>, не выдавался.

Филиал ТИУ в <данные изъяты> также опровергает факт выдачи ФИО диплома РП <данные изъяты> Ноябрьского нефтяного техникума, регистрационный <данные изъяты> от <данные изъяты>. Как указано в сообщении Филиала ТИУ в <данные изъяты> от <данные изъяты><данные изъяты>, диплом Ноябрьского нефтяного техникума с регистрационным номером <данные изъяты> выдан другому выпускнику (Протокол Государственной квалификационной комиссии от <данные изъяты><данные изъяты>). Кроме того, в приказах Ноябрьского нефтяного техникума за 1991 год о допуске к защите дипломных проектов и об исключении из техникума студентов, в связи с окончанием обучения и успешной защитой дипломных проектов, фамилия ФИО отсутствует.

В результате проверки составлено 27.12.2024г. заключение заместителем начальника отела кадров ФИО согласованное с начальником объединенного комплекса ФИО и заместителем начальника правового управления ФИО, утвержденное советником руководителя ГБУ <данные изъяты> «Автомобильные дороги» ФИО. Согласно данному заключению, ФИО с целью трудоустройства в учреждение представил заведомо подложные документы об образовании, наличие которых позволило ему быть назначенным на должности механика и оператора ЕТС.

Приказом <данные изъяты> от <данные изъяты> на основании п.11 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ (предоставление работников работодателю подложных документов при заключении трудового договора) расторгнут трудовой договор с ФИО., истец уволен с 28.12.2024г. Основаниями для увольнения послужили: «Заключение о результатах проверки по факту подложности документов от <данные изъяты>, служебная записка ФИО, копия диплома НВС <данные изъяты> Государственной академии нефти и газа им. И.М. Губкина от <данные изъяты>, копия диплома РП <данные изъяты> Ноябрьского нефтяного техникума от <данные изъяты>, письмо Российского государственного университета нефти и газа (Национальный исследовательский университет) имени И.М. Губкина «О подтверждении диплома» от <данные изъяты><данные изъяты> на № <данные изъяты> от <данные изъяты>, письмо Ноябрьского института нефти и газа (филиал ТИУ в <данные изъяты>) «О предоставлении информации по подлинности диплома» от <данные изъяты><данные изъяты> на <данные изъяты> от <данные изъяты>, копия заявления о приеме на работу от <данные изъяты>, копия заявления о переводе от 16.ОЗ:2018г., копия заявления о переводе от 23.01.2020г».

Данный приказ и трудовая книжка вручены истцу под роспись 27.12.2024г. Как следует из акта от 27.12.2024г. в тот же день ему предложено ознакомиться с заключением о результатах проверки по факту подложности документов от <данные изъяты>., но ознакомится с заключением он отказался.

Разрешая заявленные исковые требования и частично их удовлетворяя, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, пояснения свидетелей, пришел к выводу, что с <данные изъяты> истец фактически осуществлял трудовые функции оператора ЕТС, что следует из графиков работы сотрудников ГЛОНАСС» за август-декабрь 2017 г. и «Графиков работы операторов ЕТС» за апрель 2018 - декабрь 2024 гг. Кроме того, согласно отметке на заявлении о приеме ФИО на работу от 10.07.2017г. «документы проверены, механиком нет». При этом доказательств о выполнении истцом трудовых обязанностей механика стороной ответчика в суд не представлено. Кроме того, признавая увольнение незаконным, суд учел, что истец при принятии на его работу предоставил сведения о среднем образовании диплом серии В <данные изъяты> от <данные изъяты> СПТУ <данные изъяты><данные изъяты> по специальности «монтажник радиоаппаратуры и приборов», что в целом соответствовало требованиям к должности «Оператор диспетчерской службы», предъявляемые «Единым тарифно-квалификационным справочником» утвержденного Постановлением Правительства РФ <данные изъяты> от 31.10-2002 г., а также имеющийся опыт его работы по предыдущему месту трудовой деятельности в ПАО «Лукойл».

Признав увольнение истца незаконным, суд удовлетворил требования о восстановлении истца на работе, взыскал с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд, руководствуясь положениями ст. 237 Трудового кодекса РФ, удовлетворил требования о взыскании компенсации морального вреда, определив размер такой компенсации 30 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, они подробно мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на представленных доказательствах и нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В силу части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (абзацы 1 и 2 части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Обязанность работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров предусмотрена статьей 22 Трудового кодекса РФ.

Как разъяснено в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Проверяя законность произведенного ГБУ "Автомобильные дороги" увольнения, суд первой инстанции исследовал письменные доказательства, допросил свидетелей и обоснованно не усмотрел в поведении ФИО какой-либо недобросовестности при трудоустройстве на работу в ГБУ «Автомобильные дороги».

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты>-О и в Обзоре практики Верховного Суда РФ <данные изъяты> (2021), само по себе представление работником подложных документов, если работник фактически может выполнять порученную работу и обладает необходимыми знаниями и навыками, не может служить безусловным основанием для увольнения по п. 11 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Увольнение является крайней мерой, допустимой лишь в случае, когда отсутствие обязательного документа объективно препятствует выполнению трудовой функции.

Судом установлено, что ФИО проработал в ГБУ «Автомобильные дороги» более 7 лет, не имел дисциплинарных взысканий, добросовестно исполнял свои обязанности. Более того, из пояснений ответчика руководство намеревалось предложить истцу более высокую должность в связи с его успешной работой.

Данные обстоятельства в их совокупности однозначно свидетельствуют о том, что отсутствие у истца подложных (и необязательных для работы) дипломов никак не повлияло на возможность выполнения им трудовой функции и не создало угрозы для работодателя. Цель законодателя при введении п. 11 ч. 1 ст. 81 ТК РФ — защита работодателя от заведомо некомпетентных работников, но не формальный повод для увольнения добросовестного сотрудника спустя 7 лет работы.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что увольнение ФИО по п. 11 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является незаконным, поскольку представленные им подложные документы не были обязательными для выполнения работы, а сам истец фактически соответствовал занимаемой должности и успешно выполнял трудовую функцию, при этом необходимое образование на дату трудоустройства у истца имелось.

Вместе с тем, судебная коллегия обращает внимание, на вывод суда о том, что направление запросов в учебные заведения является проверкой достоверности персональных данных, уже предоставленных самим истцом. Это право работодателя, корреспондирующее его обязанности проверять документы при приеме на работу (ст. 65 ТК РФ), и не требует отдельного согласия работника, так как не связано со сбором новых данных у третьих лиц без его ведома.

Довод ответчика о том, что диплом Московского СПТУ <данные изъяты> при трудоустройстве не предъявлялся, не может является основанием для признания увольнения законным, поскольку согласно п. 1 ст. 66 ТК РФ, трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. Внесенные в нее записи об образовании вносятся на основании соответствующих документов. Трудовая книжка истца содержит запись о его обучении в СПТУ <данные изъяты><данные изъяты> по специальности «монтажник радиоаппаратуры и приборов». Данная запись была произведена работодателем при заполнении трудовой книжки и никем не оспорена.

Представленный диплом СПТУ <данные изъяты> в судебном заседании, не свидетельствует о законности увольнения истца, поскольку работа ФИО в должности оператора ЕТС не требует обязательного наличия какого-либо специального диплома. Обязанность доказать, что представление работником подложного документа повлекло невозможность продолжения работы, возлагается на работодателя. Неисполнение этой обязанности влечет признание увольнения незаконным.

Согласно ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается непосредственно работнику в месте и в сроки, указанные коллективным или трудовым договором и не реже, чем каждые полмесяца.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ. Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ). При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).

Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула рассчитывается в общем порядке исходя из среднего дневного заработка и количества рабочих дней за время вынужденного прогула (ст. 139 ТК РФ, п. 9 Положения о средней заработной плате, п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 2).

Производя расчет среднего заработка, суд первой инстанции применил нормы статьи 139 Трудового кодекса РФ, Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от <данные изъяты> N 922, верность расчета, как истцом, так и ответчиком в апелляционной жалобе не оспаривается.

Порядок расчета заработной платы за время вынужденного прогула совпадает с Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от <данные изъяты> N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы".

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 237 Трудового кодекса РФ, суд, установив нарушение трудовых прав истицы, частично удовлетворил требование о взыскании компенсации морального вреда, определив размер такой компенсации в сумме 30 000 руб.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац четвертый пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Как следует из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ) (п. 46); суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя (п. 47).

Таким образом, суд, определяя размер компенсации, действует не произвольно, а на основе вытекающих из законодательства критериев.

Такое правовое регулирование, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника, имеет целью защиту прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору (Определение Конституционного Суда РФ от <данные изъяты> N 538-О-О).

Принимая во внимание приведенные нормативные положения, судебная коллегия соглашается с размером взысканной компенсации морального вреда и не находит данную сумму необоснованной поскольку определенный судом размер компенсации морального вреда мотивирован с учетом степени нравственных страданий истца, конкретных обстоятельств дела, характера допущенных нарушений трудовых прав истца, а также их длительности до момента восстановления, судебная коллегия полагает, что размер компенсации морального вреда в сумме 30 000 руб., применительно к рассматриваемому делу, соответствует требованиям разумности и справедливости. Указанная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Несогласие истца с взысканной компенсации морального вреда, не может являться основанием для изменения или отмены решения суда, поскольку при определении суммы компенсации морального вреда суд первой инстанции дал надлежащую оценку обстоятельствам.

Судебная коллегия в целом соглашается с выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Таким образом, апелляционная жалоба отражает правовую позицию ответчика, основанную на ином толковании закона, с которой судебная коллегия не может согласиться по вышеизложенным основаниям, не указывает на обстоятельства, которые в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса РФ могут служить основанием для отмены решения, и удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Люберецкого городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> оставить без изменения, апелляционную жалобу ГБУ "Автомобильные дороги" без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03.04.2026.