Решение № 2-131/2019 2-131/2019(2-9203/2018;)~М-9200/2018 2-9203/2018 М-9200/2018 от 11 ноября 2019 г. по делу № 2-131/2019

К делу № 2-131/2019

УИД 23RS0041-01-2018-011993-10


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2019 года г. Краснодар

Прикубанский районный суд г. Краснодара в составе

председательствующего судьи Дворникова В.Н.,

помощника судьи Смирнова А.Р.,

секретаря судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Шиян М,Ю. к ГБУЗ «НИИ-ККБ № 1» им. Проф. Очаповского С.В., ООО «Клиника Екатерининская» о взыскании морального вреда, третьи лица – прокурор Прикубанского административного округа г. Краснодар, ФИО2,,

установил:

Шиян М,Ю. обратилась в суд с исковым заявлением к ГБУЗ «НИИ-ККБ № 1» имени профессора Очаповского С.В., ООО «Клиника Екатерининская» о взыскании с ответчиков солидарно компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что ее мать ФИО3 на протяжении длительного времени страдала мочекаменной болезнью. С периодичностью два раза в год проходила необходимые обследования, в том числе УЗИ почек. В марте 2018 года было очередное плановое обследование в ООО «Клиника Екатерининская». Результаты анализов были аналогичные тем, что были ранее, и не предполагали хирургического вмешательства. 2 апреля мама поехала на консультацию к урологу ФИО2 в стационар клиники на <адрес>. Самочувствие у мамы было хорошее, никаких экстренных ситуаций не возникало. Врач, вместо того, чтобы детально обследовать и назначить консервативное лечение воспалительного процесса, настоял на срочной операции, которую и провел ДД.ММ.ГГГГ Операция, в которой не было острой необходимости, повлекла за собой огромные негативные последствия, выразившиеся в резком ухудшении здоровья ее мамы. Уже ДД.ММ.ГГГГ она была переведена в реанимационное отделение ГБУЗ «НИИ-ККБ №1» им. проф. Очаповского С.В., где ДД.ММ.ГГГГ ей была удалена прооперированная в ООО «Клиника Екатерининская» почка. Мама находилась в тяжелом состоянии, рану на месте операции очень долго не зашивали, а просто заклеивали медицинским скотчем. После десяти дней пребывания в реанимации образовались пролежи. Рану в итоге зашили лишь через три недели. Последствиями халатного отношения к своим профессиональным обязанностям врачей обеих клиник (безграмотно выполненная операция) стало развитие пневмонии у ее мамы. На фоне отсутствия должного ухода и ненадлежащего исполнения должностными лицами своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе ДД.ММ.ГГГГ мать истицы умерла. Ненадлежащие диагностика и лечение находятся в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния и наступлением смерти матери истицы, то есть повлекли за собой «неблагоприятный исход медицинского вмешательства». Смерть матери принесла истице огромное горе и моральные страдания, компенсацию которых она оценивает в <данные изъяты> рублей. Данные обстоятельства послужили поводом для обращения в суд.

Истец Шиян М,Ю. и ее представитель по доверенности ФИО4 в судебном заседании поддержали исковые требования, просили их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Клиника Екатерининская» по доверенности ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель прокуратуры ПАО г. Краснодара ФИО6 в судебном заседании полагала, что заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Ответчик ГБУЗ «НИИ-ККБ № 1» имени профессора Очаповского С.В. явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, о месте и времени его проведения был уведомлен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Третье лицо ФИО2, в судебное заседание не явился, в материалах дела имеется ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд посчитал возможным провести судебное заседание в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав присутствовавших в судебном заседании участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства отдельно и в совокупности, приходит к следующему.

Как установлено судом, истица Шиян М,Ю. является дочерью ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с представленным в материалы дела медицинским свидетельством о смерти (л.д. 5, I том), ее смерть наступила дома в результате несчастного случая, не связанного с производством. Причина смерти – пневмония.

В соответствии с представленным в материалы дела переводным эпикризом ООО «Клиника Екатерининская» (л.д. 16-17, I том), ФИО3 находилась на стационарном лечении в хирургическом стационаре с 04.04.2018 г. по 05.04.2018 г., где ДД.ММ.ГГГГ ей была проведена операция. ДД.ММ.ГГГГ с 12:00 отмечается ухудшение состояния в виде <данные изъяты>. По согласованию с заместителем главного врача ККБ № 1 ФИО9 больная была переведена в ККБ № 1 с диагнозом <данные изъяты>

В соответствии с заключением эксперта № Отдела экспертизы трупов ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Краснодарского края Министерства здравоохранения Краснодарского края (Том 1, л.д. 29-39), на основании проведенной судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, результатов лабораторных исследований, данных медицинской карты стационарного больного № НИИ ККБ № 1, эксперт пришел к следующим выводам: <данные изъяты>

В соответствии с актом проверки Территориальным органом Росздравнадзора по Краснодарскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № в отношении ООО «Клиника Екатерининская» (Том 1, л.д. 63-65), медицинская помощь ФИО3 оказывалась в соответствии с порядками оказания медицинской помощи на основании стандартов оказания медицинской помощи, осуществлялся внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности. Нарушений обязательных требований или требований, установленных муниципальными правовыми актами в результате проверки не выявлено.

В соответствии с актом проверки Министерства здравоохранения Краснодарского края, проведенной в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности № от ДД.ММ.ГГГГ (Том 1, л.д. 84-88), в отношении ГБУЗ «НИИ ККБ № 1», нарушения обязательных требований правовых актов при лечении ФИО3 не выявлено.

В соответствии с актом внутренней экспертизы контроля качества лечения ГБУЗ «НИИ ККБ №1» от ДД.ММ.ГГГГ (Том 1, л.д. 89-93), диагноз ФИО3 был установлен своевременно и правильно, сформулирован полно и точно; <данные изъяты> Избранная тактика ведения пациента является обоснованной; объем рекомендованной медикаментозной терапии соответствовал установленному диагнозу и клинической ситуации; дефектов по избранной тактике ведения и лечения пациента не выявлено; медицинская помощь оказана в полном объеме, в соответствии с Порядками по профилю «Урология» и «Анестезиология и реаниматология», квалифицированными специалистами.

Исходя из представленных документов и пояснений представителей ответчиков, последние отрицают факт оказания некачественной медицинской помощи и наличия причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и смертью ФИО3

В соответствии с ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 1084 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Поскольку истец настаивал на вине ответчиков в причинении смерти ФИО3 и оказании ими некачественной медицинской помощи, судом на основании ст. 79 Гражданского процессуального кодекса РФ по ходатайству представителя истца была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Краснодарского края.

В соответствии с выводами, изложенными в заключении комиссии экспертов Отдела судебно-медицинских экспертиз по делам о профессиональных нарушениях медицинских работников № от ДД.ММ.ГГГГ:

– согласно данным, изложенным в медицинской карте, ФИО3 поступила в ООО «Елиника Екатерининская» ДД.ММ.ГГГГ в 8 час 10 мин в удовлетворительном состоянии;

– в результате проведенного обследования ФИО3 был установлен диагноз: <данные изъяты>

Диагноз установлен правильно, однако не в полном объеме.

В клиническом диагнозе не отражены <данные изъяты>

В ГБУЗ «НИИ – ККБ № 1» сформулирован диагноз: <данные изъяты> Функционирующие стент внутреннего дренирования слева от ДД.ММ.ГГГГ, нефростомический дренаж слева от ДД.ММ.ГГГГ, уретральный кастер Фоллея от ДД.ММ.ГГГГ.

Диагноз сформулирован правильно и своевременно.

<данные изъяты>

Методика выполнения данной операции для визуализации конкремента и полостной системы почек предполагает подачу жидкости под давлением в полостную систему, что может вызвать повышение внутрилоханочного давления и способствовать обострению пиелонефрита. Согласно литературным данным и клиническим рекомендациям EAU от 2017 г., обострение пиелонефрита после ПНЛТ составляет 0-32,1%, в свою очередь пиелонефрит может осложняться сепсисом (0,3-1,1%) и бактериотоксическим шоком. Летальность составляет 0-0,3%.

В ГБУЗ «НИИ ККБ-1» пациентка ФИО3 поступила в крайне тяжелом состоянии с клинической картиной сепсиса, септического шока и полиорганной недостаточности.

Медицинская помощь оказывалась правильно и своевременно, с использованием современных методов лечения, в соответствии с установленным диагнозом.

<данные изъяты>

Однозначно высказаться о необходимости выполнения нефрэктомии не представляется возможным, так как не определена раздельная функция почек (Риносцинтиграфия не выполнялась).

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Имело место недооценка стадии пиелонефрита, что свидетельствовало о латентном течении заболевания.

<данные изъяты>

Медицинская помощь пациентке ФИО3, в условиях ГБУЗ «НИИ-ККБ 1» была оказана в полном объеме. Упущений и недостатков при проведении лечебных мероприятий не выявлено.

<данные изъяты>

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 N 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» в целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса.

<данные изъяты>

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО12 пояснила суду, что пояснить ответ на вопрос № 2 о правильности поставленного диагноза пациентка она не может, поскольку эти вопросы входят в компетенцию узкого клинического специалиста. Эту часть результатов экспертизы подписывает врач – уролог, который был ими приглашен. На вопрос о том, как повлиял факт, наличия дефектов медицинской организации на возможность эксперта ответить в полном объеме на вопрос № 7 эксперты не смогли ответить. Причинно-следственная связь со смертью пациента определяется в результате дефектов в записях, противоречивых записях. Дефекты документации не позволяют экспертам сделать выводы. И на основании той документации, которую представил им врач–уролог, они не могут установить причинно-следственную связь.

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО13 пояснила суду, что все дефекты лечения пациента были описаны в заключении экспертизы. Сказать о том, были ли противопоказания к хирургическому вмешательству, сейчас установить не представляется возможным. Необходимо было выполнить риносцинтиграфию, которая представляет собой метод лучевой диагностики почки, позволяющий определить ее состояние. Это напрямую влияет на метод проведения операции. Был нарушен стандарт. Это исследование является обязательным в соответствии с признаком МЗ. Рекомендации давались пациенту за несколько дней до операции. «Диагноз установлен не в полном объеме» в экспертном заключении означает, что не до конца правильно установлена стадия <данные изъяты>. Для ее установления причинно-следственной связи необходимо наличие всей совокупности медицинской документации. Сведения должны быть исчерпывающими, экспертам же этих сведений не хватило для однозначного вывода.

Оценивая выводы заключения комиссии судебных экспертов и их пояснения, данные в рамках судебного процесса, суд полагает, что экспертами в полном объеме было проведено исследование по поставленным судом вопросам, заключение экспертов в достаточной степени мотивированно и сомнения у суда не вызывает.

При этом, оценив представленные сторонами доказательства, заключение экспертов и их показания в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчиков и причинении истцу морального вреда.

Так, из указанного заключения экспертов и их показаний следует, что проведение операции пациентке ФИО3 было показано. Сама по себе операция несет на себе определенные риски ухудшения здоровья, в том числе и наступление сепсиса и летального исхода (ответ на вопрос № 3 в экспертном заключении), о данных рисках пациентка была уведомлена и взяла их на себя, согласившись на операцию. Наличие дефектов в диагностировании состояния пациентки не находится в прямой причинно-следственной связью с ее смертью.

Согласно ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 N 323-ФЗ, для целей настоящего Федерального закона используются следующие основные понятия: медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

В соответствии со статьей 1095 Гражданского кодлекса РФ вред, причиненный недостатками оказанной услуги, либо вследствие недостаточной или недостоверной информации об услуге, подлежит возмещению за счет исполнителя, при этом в силу статьи 1098 того же Кодекса исполнитель может быть освобожден от ответственности, если вред причинен в результате непреодолимой силы либо по вине самого потребителя. При этом под недостатками оказанной услуги понимаются конструктивные, рецептурные или иные подобные недостатки, связанные как с самим содержанием услуги, так и с фактическим ее оказанием. Из указанных правовых норм следует, ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами.

При таких обстоятельствах, ввиду отсутствия доказательств прямой причинно-следственной связи между смертью ФИО3 и действиями ответчиков, отсутствия доказательств вины ГБУЗ «НИИ-ККБ № 1» им. Проф. Очаповского С.В., ООО «Клиника Екатерининская», тогда как в силу ст.ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, суд полагает необходимым отказать в удовлетворении заявленных исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковое заявление Шиян М,Ю. к ГБУЗ «НИИ-ККБ № 1» им. Проф. Очаповского С.В., ООО «Клиника Екатерининская» о взыскании морального вреда, третьи лица – прокурор Прикубанского административного округа г. Краснодар, ФИО2, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Прикубанский районный суд г. Краснодара в течение одного месяца со дня его вынесения.

Председательствующий