Решение № 2-4565/2019 2-4565/2019~М-3665/2019 М-3665/2019 от 2 декабря 2019 г. по делу № 2-4565/2019

Дело № 2-4565/2019

(34RS0002-01-2019-004702-23)


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 декабря 2019 года город Волгоград

Дзержинский районный суд города Волгограда в составе

председательствующего судьи Землянухиной Н.С.,

помощника судьи Корневой Е.В.,

с участием прокурора Куликовой Н.Н.,

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя третьего лица ГУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи № 25» - ФИО3,

представителя третьего лица ГУ «ТФОМС Волгоградской области» - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Жилстрой» о взыскании утраченного заработка, расходов на лечение, специальное питание, приобретение лекарственных средств, медицинское обслуживание, посторонний уход, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Жилстрой» о взыскании утраченного заработка, расходов на лечение, специальное питание, приобретение лекарственных средств, медицинское обслуживание, посторонний уход, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 упал с крыши строящегося пятиэтажного дома, расположенного по адресу: <адрес>, при выполнении работ на кровле.

По результатам проведенного расследования несчастного случая на производстве было установлено, что в момент происшествия ФИО1 фактически был допущен к выполнению работ на строящемся объекте, между тем трудовой договор с ФИО1 в письменной форме работодателем ООО «Жилстрой» заключен не был.

Вступившим в законную силу решением Дзержинского районного суда г.Волгограда от 07 ноября 2018 года правоотношения между ФИО1 и ООО «Жилстрой» признаны трудовыми. На ООО «Жилстрой» возложена обязанность по заключению государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ оформить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, уплатить страховые взносы по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с требованиями ст. 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ за период работы ФИО1 в ООО «Жилстрой», оплатить листы нетрудоспособности, выданные ФИО1, в связи с несчастным случаем на производстве.

Между тем, до настоящего времени вышеуказанное решение суда ответчиком не исполнено.

Кроме того, при рассмотрении вышеприведенного спора Дзержинским районным судом города Волгограда на рассмотрение не были поставлены вопросы о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка, расходов на лечение.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит суд взыскать с ООО «Жилстрой» в пользу ФИО1 2 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда в связи с понесенной производственной травмой; 308 000 рублей в качестве утраченного заработка за период полной нетрудоспособности с мая 2018 года по май 2019 года; 241 873 рубля в качестве компенсации расходов на лечение, специальное питание, приобретение лекарств, протезирование, медицинское обслуживание и посторонний уход.

В ходе рассмотрения спора, истец уточнил заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ в части заявленной суммы компенсации расходов на лечение, специальное питание, приобретение лекарств, протезирование, медицинское обслуживание и посторонний уход, просил взыскать сумму в размере 146 831 рубль.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещён надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, причины неявки суду не сообщил.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивает в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Жилстрой» в судебное заседание не явился, извещён надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, причины неявки суду не сообщил.

Представитель третьего лица ГУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи № 25» - ФИО3 в судебном заседании поддерживает исковые требования ФИО1 в полном объеме.

Представитель третьего лица ГУ «ТФОМС Волгоградской области» - ФИО4 в судебном заседании при вынесении решения полагается на усмотрение суда.

Разрешая вопрос о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд исходит из того, что ответчику судом своевременно по месту его регистрации было направлено извещение, которое возвращено почтовым отделением с отметкой «за истечением срока хранения», в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

В абз. 2 п. 1 ст. 165.1 ГК РФ указано, что сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 67 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Судом в полной мере выполнены предусмотренные статьей 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации требования по направлению ответчику судебных извещений. Факт того, что суд заблаговременно направил ответчику судебные извещения о дате, времени и месте рассмотрения дела объективно подтверждается материалами дела.

Суд, выслушав представителя истца, представителей третьих лиц, заключение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования ФИО1 удовлетворить частично, проверив и исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующему.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда определены статьей 212 ТК РФ. Так, работодатель обязан обеспечить принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

Как следует из материалов дела, 07 мая 2018 года ФИО1 упал с крыши строящегося пятиэтажного дома, расположенного по адресу: <адрес>, при выполнении работ на кровле.

По результатам проведенного расследования несчастного случая на производстве было установлено, что в момент происшествия ФИО1 фактически был допущен к выполнению работ на строящемся объекте, между тем трудовой договор с ФИО1 в письменной форме работодателем ООО «Жилстрой» заключен не был.

Вступившим в законную силу решением Дзержинского районного суда города Волгограда от ДД.ММ.ГГГГ правоотношения между ФИО1 и ООО «Жилстрой» признаны трудовыми. На ООО «Жилстрой» возложена обязанность по заключению государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ оформить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, уплатить страховые взносы по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с требованиями ст. 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ за период работы ФИО1 в ООО «Жилстрой», оплатить листы нетрудоспособности, выданные ФИО1, в связи с несчастным случаем на производстве.

В силу части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 просит суд взыскать утраченный заработок, компенсацию морального вреда, а также расходы на лечение, причиной несения которых стал вышеприведенный несчастный случай на производстве.

Всеобщая декларация прав человека провозглашает право каждого на жизнь (статья 3). Обязательность установления такого жизненного уровня, который необходим для поддержания здоровья его самого и его семьи, и обеспечения в случае болезни, инвалидности или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам предусмотрена в статье 25 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.

Положения названных международных актов отражены и в Конституции Российской Федерации.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно ст. ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснению п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (должностных) обязанностей.

Согласно ч. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии со ст. 1086 ГК РФ размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности – степени утраты общей трудоспособности за двенадцать месяцев, предшествующих повреждению здоровья.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности.

Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

В соответствии с п. 2. Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морально вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В этой связи, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается; установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как следует из выписки к истории болезни № от ДД.ММ.ГГГГ ГУЗ «Государственная клиническая больница скорой медицинской помощи № 25» ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ поступил в учреждение здравоохранения с диагнозом: Сочетанная травма. ОЧМТ. Перелом свода и основания черепа с ушибом головного мозга средней степени тяжести. Множественные переломы костей лицевого скелета. ТТГК. Закрытые переломы 2,3,4,5,6 ребер справа. Пневмоторакс справа. Закрытый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости. Закрытый оскольчатый перелом проксимального отдела левой локтевой кости. Открытый оскольчатый перелом дистальных отделов костей левого предплечья, закрытые переломы ладьевидной и головчатой костей левой кисти. Закрытые переломы лонной кости и боковых масс крестца справа. Закрытый перелом шейки левой бедренной кости со смещением. Открытый оскольчатый перелом средней трети левой бедренной кости со смещением. Закрытые оскольчатые переломы обеих костей левой голени в Средне-нижней трети со смещением. Посттравматическая нейропатия малоберцового нерва слева. Гепатит смешанного генеза с синдромом цитолиза и холестаза.

В ходе медицинского обследования были проведены следующие манипуляции:

ДД.ММ.ГГГГ осмотрен терапевтом, гастроэнтерологом, нейрохирургом.

ДД.ММ.ГГГГ выполнена КТ черепа, таза, левой верхней и нижней конечности. Осмотрен нейрохирургом в динамике. По стабилизации состояния ДД.ММ.ГГГГ операция в объеме: Закрытая репозиция, геосинтез шейки левой бедренной кости, открытая репозиция остеосинтез средней трети левой бедренной кости гамма-штифтом с интраоперационным переливанием одногрупной эритроцитарной массы, с наблюдением в отделении реанимации.

ДД.ММ.ГГГГ переведен в травматологическое отделение, где проводилась антибактериальная терапия.

ДД.ММ.ГГГГ операция в объеме: закрытая репозиция, наложение аппарата ФИО5 на левую голень.

ДД.ММ.ГГГГ операция в объеме: открытая репозиция, остеосинтез проксимального отдела локтевой кости левого предплечья пластиной и винтами.

ДД.ММ.ГГГГ наложена циркулярная гипсовая повязка на левую верхнюю конечность.

Послеоперационные раны зажили первичным натяжением. Швы сняты. Через 2 месяца с момента травмы вертикализирован с помощью ходунков. За время лечения больной получал обезболивающую терапию, ЛФК, профилактика тромбоэмболических осложнений

Согласно выписки ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая больница № 1» ФИО1 находился на лечении в отделении челюстно-лицевой хирургии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с проведённой операцией - остеотомия и остеосинтез скулоорбитального комплекса справа под общей анестезией (в связи с диагнозом - перелом скулоорбитального комплекса справа, консолидировавшемся в порочном положении в области суставных отростков).

Согласно выписки ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая больница № 1» ФИО1 находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где был дообследован и госпитализирован в отделение челюстно-лицевой хирургии ГБУЗ ВОКБ № 1 для планового оперативного лечения.

Разрешая заявленные ФИО1 требования, суд приходит к выводу, что в результате производственной травмы, истец находился на стационарном, амбулаторном лечениях, перенес операции, испытывал сильную физическую боль. По настоящее время истец продолжает лечение, испытывает боль, имеет ограничения в подвижности, локтевой сустав ФИО1 в полном объеме восстановлению не подлежит, лицо истца подлежит пластической коррекции, вид не эстетичный, истцу присвоена третья группа инвалидности, в настоящее время истец не работает.

Принимая во внимание, что истец получил травму на производстве, при исполнении должностных обязанностей, в связи с ненадлежащим обеспечением безопасных условий труда, руководствуясь положениями ст. ст. 1064, 1085, 1086, 1079 ГК РФ, Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 26 января 2010 года № 1, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 вправе требовать взыскания с работодателя компенсации морального вреда.

Таким образом, суд, определяя размер компенсации морального вреда истцу, принимает во внимание степень вины ответчика в причинении ему вреда здоровью, степень физических страданий, перенесенных истцом, а также степень его нравственных страданий по причине временной утраты самостоятельного передвижения, обслуживания; степень причиненного вреда, который квалифицируется как тяжкий вред здоровью, и считает разумным размером компенсации морального вреда определить в размере 700 000 рублей.

Данную сумму компенсации морального вреда суд взыскивает с ответчика в пользу истца, отказав в удовлетворении оставлявшей части иска о компенсации морального вреда.

Статьёй 1085 ГК РФ установлено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии с частью 1 статьи 1086 ГК РФ размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» размер утраченного заработка потерпевшего, согласно пункту 1 статьи 1086 ГК РФ, определяется в процентах к его среднему месячному заработку по выбору потерпевшего - до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им профессиональной трудоспособности, а в случае отсутствия профессиональной трудоспособности - до утраты общей трудоспособности.

Судом установлено, что среднемесячный заработок ФИО1 определить невозможно, ввиду отсутствия официального оформления его трудоустройства, в связи, с чем установить среднемесячный заработок (доход) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, установить не представляется возможным.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», разъяснено, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 ТК РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с вышеуказанным, суд приходит к выводу об обоснованности расчета среднемесячного заработка истца, исходя из среднего заработка по представленной информации ФИО1 с сайтов по предложению трудоустройства о размере заработной платы, который по должности истца - «разнорабочий» - за период март 2018 года по апрель 2018 года составляет 25 700 рублей.

Поскольку сведения о размере заработной платы по указанной должности не представлены, при определении размера заработной платы суд полагает возможным руководствоваться представленными истцом сведениями.

Иного расчета ответчиком суду не представлено не было.

Таким образом, утраченный заработок ФИО1 за период с мая 2018 года по май 2019 года составила 308 000 рублей, из расчета 25 700 рублей х 12 месяцев.

При взыскании утраченного заработка, суд соглашается с расчетом, произведенным истцом. Расчет судом проверен, является математически верным.

В силу ст. 38 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», страховая медицинская организация оплачивает медицинскую помощь, оказанную застрахованным лицам в соответствии с условиями, установленными территориальной программой обязательного медицинского страхования за счет целевых средств.

На основании ч. 1 ст. 31 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», расходы, осуществленные в соответствии с настоящим Федеральным законом страховой медицинской организацией, на оплату оказанной медицинской помощи застрахованному лицу вследствие причинения вреда его здоровью (за исключением расходов на оплату лечения застрахованного лица непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве) подлежат возмещению лицом, причинившим вред здоровью застрахованного лица.

Частью 3 ст. 31 Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» установлено, что размер расходов на оплату оказанной медицинской помощи застрахованному лицу вследствие причинения вреда его здоровью определяется страховой медицинской организацией на основании реестров счетов и счетов медицинской организации.

В соответствии с п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из смысла указанной нормы следует, что именно истец, обращаясь в суд, должен доказать, что он нуждается в лечении, то есть в дополнительных расходах и в каком размере они были оплачены.

Расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Истцом заявлены требования о взыскании расходов на лечение в сумме 241 873 рубля.

В ходе судебного разбирательства, ГУЗ «Государственная клиническая больница скорой медицинской помощи № 25» произвела истцу выплату денежных средств в счет возмещения расходов на лечение в размере 95 041 рубль 03 копейки, подлежащих оплате из фонда социального страхования.

В порядке статьи 39 ГПК РФ истец уточнил исковые требования и просит взыскать с ответчика в свою пользу расходы на лечение в сумме 146 831 рубль.

Из разъяснений, содержащихся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что согласно ст. 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается: расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора об объеме подлежащих возмещению потерпевшему расходов на его лечение и иных понесенных им дополнительных расходов в связи с причинением вреда его здоровью, обязанность доказать которые законом возложена на истца (потерпевшего), относятся: наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, отсутствие права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью.

Нуждаемость в лечении истца подтверждена медицинскими документами, представленными в материалы дела, которые не опровергнуты стороной ответчика. Необходимость проведения указанных платных медицинских услуг установлена и документально подтверждена. Часть обследования и лечения проводились на платной основе, доказательств, подтверждающих, что потерпевший имел право на их бесплатное получение, ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Поскольку несчастный случай произошел с истцом по вине ответчика, ненадлежащим образом осуществлявшего надзор за безопасностью в ходе осуществления трудовой деятельности, то суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании расходов на лечение, специальное питание, приобретение лекарственных средств, медицинское обслуживание, посторонний уход в сумме 120 491 рубль 97 копеек, отказав в удовлетворении требования о взыскании расходов на комбинированный наркоз в сумме 26 340 рублей (9 000 рублей + 9 000 рублей + 8 340 рублей), поскольку истец имел право на бесплатное получение данного вида медицинской помощи и не лишен права обратиться с соответствующим заявлением о взыскании указанной суммы в ГУЗ «Государственная клиническая больница скорой медицинской помощи № 25».

Удовлетворяя требования в указанной части, суд исходит из того, что истцом представлено достаточно доказательств необходимости проведенного лечения.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты государственной пошлины. В связи с тем, что исковые требования истца подлежат удовлетворению частично, на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ООО «Жилстрой» подлежит взысканию государственная пошлина, исходя из удовлетворённых требований в размере 7 784 рубля 92 копейки. Размер государственной пошлины установлен п.п.1, 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ.

С учетом требований ст. ст. 61.1, 61.2 Бюджетного кодекса РФ государственная пошлина подлежит зачислению в местный бюджет в размере 7 784 рубля 92 копейки.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Жилстрой» о взыскании утраченного заработка, расходов на лечение, специальное питание, приобретение лекарственных средств, медицинское обслуживание, посторонний уход, компенсации морального вреда- удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Жилстрой» в пользу ФИО1 700 000 рублей в счет компенсации морального вреда, утраченный заработок за период с мая 2018 года по май 2019 года в сумме 308 000 рублей, компенсацию расходов на лечение, специальное питание, приобретение лекарственных средств, медицинское обслуживание, посторонний уход в сумме 120 491 рубль 97 копеек.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Жилстрой» о взыскании расходов на лечение, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Волгограда.

Мотивированное решение составлено машинописным текстом с использованием технических средств 09 декабря 2019 года.

Судья Н.С. Землянухина