Решение № 2-269/2023 2-269/2023(2-979/2022;)~М-929/2022 2-979/2022 М-929/2022 от 16 ноября 2023 г. по делу № 2-269/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 ноября 2023 года г. Нягань

Няганский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Низовой Ю.Е.,

при секретаре Галенко С.Д.,

с участием истца ФИО4, ее представителей Карикова О.А., ФИО5, ответчика ФИО6, ее представителя ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

установлено:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, в котором истец просила взыскать с ответчика в свою пользу сумму ущерба в размере 1 215 042 руб. – стоимость работ по устранению дефектов внутренней отделки и конструкций элементов жилого помещения, 113 068,57 руб. – стоимость поврежденного движимого имущества, компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., а также судебные расходы по оплате услуг оценщика – 25 000 руб., услуги представителя – 40 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 841 руб.

В обоснование доводов истец указала, что она является собственником квартиры <адрес>

дата в соседней квартире <адрес>, собственником которой является ответчик ФИО6, произошел пожар.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от дата по факту пожара установлено, что пожар произошел в пристрое квартиры <адрес>.

Виновным в возникновении пожара является ФИО6, чьи непосредственные действия (бездействия) в нарушение п. 1.2.2 приказа Минэнерго России от 13.01.2003 № 6 привели к возникновению пожара.

В результате пожара от воздействия огня и высокой температуры повреждена кровля квартир № 1 и № 2, внутреннее пространство квартиры № 2 повреждено по всему объему. В стенах двух спальных комнат, смежных с квартирой № 2 в верхнем объеме имеются прогары, ведущие в квартиру № 1. Внутренний объем квартиры № 1, отделка и личные вещи повреждены продуктами тушения (водой).

Указанные убытки причинены имуществу истца пожаром, возникшим, по ее мнению, по вине ответчика ФИО6

Истец неоднократно обращалась к ответчику с требованием о возмещении причиненного ущерба, однако до сих пор ничего не возмещено.

От ответчика ФИО6 поступили возражения на иск и дополнения к ним, в которых она просила в удовлетворении требований отказать.

В обоснование возражений ответчик указала, что ее виновных действий в возникновении пожара не установлено. Жилое помещение, в котором возник пожар, на момент пожара принадлежало ФИО1 и ее матери ФИО3, которые как собственники должны нести ответственность.

Кроме того, после смерти ФИО3, помимо ответчика ФИО8, на .... долю в праве собственности квартиры <адрес>, вступили и иные наследники - ее племянники ФИО9, ФИО10 и ФИО11

Таким образом, заявленная сумма ущерба подлежит уменьшению на .... часть.

Полагает заявленные требования истца о компенсации морального вреда необоснованными.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: собственник .... доли в праве квартиры <адрес> несовершеннолетний ФИО1 в лице законного представителя ФИО12

Также к участию в деле в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО9, ФИО10 и ФИО11 в лице законного представителя ФИО13, как наследники, принявшие также как и ответчик ФИО6 наследство после смерти ФИО3, являющейся вторым собственником .... доли в праве квартиры <адрес>

В судебное заседание третьи лица не явились о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд счет возможным рассмотреть дело без участия третьих лиц.

В судебном заседании, посредством видеоконференц-связи был опрошен эксперт ФИО2, проводивший экспертизу по определению суда от дата, который дал пояснения относительно выводов, указанных в заключение судебной экспертизы №.

Так на вопросы сторон эксперт пояснил, что им были даны ответы на поставленные судом в определении вопросы, в связи с чем им выведено две разные суммы по определению ущерба: первая на сумму 308 954,72 руб. и 639 733,46 руб., итого 948 688,18 руб. – это сумма, определяющая объем материалов и стоимость восстановительных работ необходимых для приведения жилого помещения в состояние до возникновения пожара, а вторая на 1 035 299 руб. – это величина затрат, которая необходима для воспроизводства улучшений, которые фактически выполнил истец.

Участвующая в судебном заседании истец ФИО4 уточнила заявленные требования относительно суммы ущерба по стоимости работ по устранению дефектов внутренней отделки и конструкций элементов жилого помещения и просила взыскать с ответчика в свою пользу 948 688,18 руб. Остальные требования оставила без изменений.

В обосновании требований о компенсации морального вреда истец указала, что произошедший пожар повлиял на состояние ее здоровья – на фоне перенесенного стресса обострился сахарный диабет, артрит.

Участвующий в судебном заседании представитель истца ФИО4 - ФИО5, действующий по устному заявлению, суду пояснил, что, несмотря на то, что собственниками данного жилого помещения, где произошел пожар, являются мать ответчика ФИО3, которая умерла, ущерб подлежит взысканию именно с ФИО6, поскольку она вступила в наследство после смерти матери и проживала в этой квартире со своей семьей. Второй собственник данной квартиры является несовершеннолетний ФИО1, который в данной квартире не проживает.

Представитель истца просил обратить внимание, что ФИО6 не отрицала, что пожар произошел ввиду замыкания кабеля, который был установлен ее бывшим мужем для работы дополнительного обогрева бани.

Участвующая в судебном заседании ответчик ФИО6 и ее представитель ФИО7 заявленные требования не признали.

При этом суду пояснили, что обстоятельства пожара они не отрицают. Сумму стоимости поврежденного движимого имущества 113 068,57 руб., а также сумму восстановительного ремонта с учетом уточнений истцом требований в размере 948 688,18 руб., ответчик не оспаривает. Ответчик готова возместить ущерб истцу движимого имущества 113 068,57 руб., а также стоимость восстановительного ремонта в сумме 237 172,05 руб.

Ответчик пояснила, что собственником данной квартиры по .... доли в праве являлась ее ныне умершая мать, с согласия которой ФИО6 проживала в данном жилом помещении со своей семьей. Второй собственник квартиры – несовершеннолетний племянник ФИО1 около 7 лет проживает в <адрес>.

Ответчик подтвердила, что она и третьи лица вступили в наследство после смерти ее матери ФИО3 и унаследовали, помимо .... части на жилое помещение и иное недвижимое имущество и денежные средства.

При этом свидетельства о наследстве на квартиру, в которой произошел пожар, нотариус не посчитал нужным выдать, поскольку она сгорела, а фактически она есть.

Участвующая в судебном заседании представитель ответчика ФИО7 указала, что пожар в доме произошел после смерти матери ответчика, но до вступления в наследство. Помимо ответчика ФИО6 в наследство на имущество матери также вступили и иные наследники – привлеченные к участию в деле третьи лица, при этом истцом заявлено требование только к одному из наследников, принявших наследство.

Таким образом, заявленная сумма ущерба должна быть разделена на всех наследников.

Также ФИО7 указала, что требования истца о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку вред пожаром ФИО4 причинен не был. Заявленную сумму судебных расходов представитель ответчика полагала завышенной и просила снизить.

Полагала, что расходы по оплате оценки и государственной пошлины подлежат удовлетворению пропорционально удовлетворенным судом требованиям. Расходы на услуги адвоката документально не подтверждены, кроме того, заявленная истцом сумма является чрезмерной.

Заслушав пояснения сторон, опросив эксперта, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, дата в жилом двухквартирном доме по адресу<адрес> произошел пожар.

Данный дом состоит из двух квартир: квартиры № 1, принадлежащей на праве собственности ФИО4, и квартиры № 2, принадлежащей на момент возникновения пожара в равных долях ФИО1 и ФИО3, умершей дата.

Указанные обстоятельства подтверждены материалами дела, в частности отказным материалом № по факту пожара, произошедшего дата, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от дата (том 1 л.д. 205).

Согласно вышеуказанного постановления, техническим заключением ФГБУ СЭУ ФПС «ИПЛ» по ХМАО – Югре № от дата установлен, что очаг пожара располагался в северо-западном углу пристроя квартиры <адрес>. Причиной возникновения пожара явилось загорание горючих материалов под воздействием источников зажигания, образованных в результате теплового проявления электрического тока в процессе пожароопасного аварийного режима работы электроустановок (электрическая сеть греющего кабеля).

В результате пожара от воздействия огня и высокой температуры повреждена кровля квартир № 1 и № 2, внутреннее пространство квартиры № 2 повреждено по всему объему. Внутренний объем квартиры № 1 поврежден продуктами тушения (водой).

Вышеуказанные обстоятельства подтверждены материалами дела и сторонами не оспаривались.

Со ссылкой на то, что очаг возгорания был установлен в квартире ответчика, в которой после смерти матери ФИО3 ответчик ФИО6 являлась ответственным квартиросъемщиком, а также что причиной возгорания был кабель, которая установила ответчик, истец полагала, что материальный ущерб причинен по вине ФИО6 и должен быть ей возмещен.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества, в том числе и вследствие несоблюдения мер пожарной безопасности.

Как следует из положений абз. 3 ст. 34, абз. 8 ст. 38 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ «О пожарной безопасности», граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством; ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества, ответственные квартиросъемщики, а также лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

Согласно п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из выше приведенных норм материального права следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба. При этом ответственными лицами за вред, причиненный из деликтных правоотношений (вследствие пожара), могут являться: собственники имущества, ответственные квартиросъемщики, лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом допустившие нарушение требований пожарной безопасности, либо виновное в поджоге лицо.

Исходя из п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 N 581-О-О, положение п. 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливает в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагает на последнего бремя доказывания своей невиновности.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер пожарной безопасности при содержании своего имущества.

Обязанность доказать отсутствие вины в таком случае должна быть возложена на собственника, не обеспечившего пожарную безопасность своего имущества, вина которого предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2023 № 33-КГ23-4-К3, заключение собственником имущества договора, в силу которого другая сторона обязуется перед собственником содержать имущество в надлежащем состоянии, само по себе не освобождает собственника от ответственности за вред, причиненный третьим лицам ненадлежащим содержанием этого имущества, и не ограничивает права таких лиц (потерпевших) на возмещение ущерба собственником имущества. Иное означало бы, что собственник, заключив договор с любым лицом по своему усмотрению, фактически снимал бы с себя всякую ответственность за содержание и безопасное состояние своего имущества перед третьими лицами.

Материалами дела достоверно установлено и сторонами не отрицалось, что на момент пожара собственниками квартиры <адрес>, в которой произошел пожар, являлись в равных долях ФИО1 и ФИО3, которые в силу вышеприведенных положений как собственники имущества обязаны принимать необходимые и достаточные меры по соблюдению пожарной безопасности при содержании своего имущества.

При этом ответственность за ненадлежащее содержание своего имущества сама по себе не связана с непосредственным присутствием собственника на месте и в момент происшествия (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.09.2022 № 46-КГ22-25-К).

В материалах проверки по факту пожара действий, направленных на умышленное уничтожение имущества, не установлено, в возбуждении уголовного дела по факту пожара в отношении ФИО6 было отказано в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 168 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Доказательств о неосторожном обращении ФИО6 с огнем материалы дела не содержат.

Таким образом, ссылка истца на то, что ФИО6 несет единоличную ответственность по возмещению ущерба как лицо, проживающее в квартире, где был очаг возгорания, несостоятельна.

Ссылка представителя истца на Правила технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных Приказом Минэнерго РФ от 13.01.2003 N 6, действовавшими в период возникновения пожара, является несостоятельной, поскольку указанные Правила имели своей целью обеспечить надежную, безопасную и рациональную эксплуатацию электроустановок и содержание их в исправном состоянии. При этом материалы дела данных о неисправности электроустановок, а также их возгорании не содержат.

Согласно выводам ФГБУ СЭУ ФПС «ИПЛ» по ХМАО – Югре пожар произошел в результате короткого замыкания электропроводки кабеля (том 1 л.д. 315).

Требований к собственнику ? доли жилого помещения ФИО1, где возник пожар, истец ФИО4 не предъявляет.

Второй собственник квартиры, где произошел пожар, ФИО3 – умерла.

Таким образом, ответчик ФИО6, не являясь непосредственным причинителем вреда, выступает как субъект, в собственность которого перешло наследственное имущество, принадлежащее ранее на праве общей долевой собственности ее матери ФИО3, в связи с чем она может нести ответственность не более половины заявленной суммы ущерба (поскольку ее матери принадлежала только .... доля в праве собственности на квартиру) и только в объеме суммы наследуемого имущества.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности, что предусмотрено п. 1 ст. 1112 ГК РФ.

Согласно наследственного дела, после смерти ФИО3, помимо ответчика ФИО6, в наследство также вступили: ФИО10, ФИО9 и ФИО14, действующего от имени ФИО11 (том 2 л.д. 16-46).

Таким образом, помимо ФИО6 .... долю в праве на квартиру <адрес>, унаследовали и иные родственники.

В соответствии с п. 1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно.

Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (ст. 323 ГК РФ) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

В силу ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Выбор одного из способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК РФ, принадлежит истцу, который определяет в исковом заявлении избранный им способ защиты своего права.

Истцом заявлено требование только к одному из принявших наследство лиц – ответчику ФИО6, что является правом истца по реализации защиты своих прав.

Согласно представленным материалам наследственного дела, после смерти ФИО3 осталось наследственное имущество в виде:

.... доли в праве общей долевой собственности на квартиру <адрес>.

.... доли в праве в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>

.... доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>

права на денежные средства, находящиеся на счетах ПАО «Сбербанк» с причитающимися процентами и компенсациями, с том числе суммы в размере 259 215,87 руб., что подтверждено материалами дела и не отрицалось ответчиком ФИО6 (том 2 л.д. 38).

С учетом установленных обстоятельств, вышеприведенных положений закона, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации с ФИО6 в пользу истца подлежит возмещению ущерб в размере 530 878,37 руб. ((113 068,57 руб. стоимость поврежденного движимого имущества + 308 954,72 руб. стоимость материалов, + 639 733,46 руб. стоимость работ)/2).

Согласно материалам дела, размер принятого ответчиком ФИО6 наследства превышает взысканную с нее сумму ущерба.

Разрешая заявленные требования о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В силу ст. 2 ГК РФ неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Из этого следует, что виновное нарушение этих благ в любых отношениях, влечет последствия, предусмотренные гражданским законодательством, включая компенсацию морального вреда на основании ст. 151 ГК РФ, в соответствии с которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность возмещения денежной компенсации указанного вреда.

На основании ст. 1099 ГК РФ, причиненный действиями (бездействиями), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Таких доказательств в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено, сам истец в судебном заседании причинение вреда здоровью в результате пожара отрицала.

Компенсация морального вреда допускается, когда совершаются действия, посягающие на личные неимущественные права граждан.

Причинение морального вреда истец связывает со своими переживаниями по поводу повреждения ее имущества пожаром и отказа ответчика в возмещении ущерба, то есть, с нарушением имущественных прав, при этом нематериальные блага истца затронуты не были. Доказательств обратного суду не представлено. В этой связи требования ФИО4 о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования о взыскании судебных издержек, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом заявлено о взыскании расходов в размере 25 000 руб., затраченных на проведение экспертизы по установлению размера ущерба.

Фактическое несение указанных расходов подтверждено договором от дата № и кассовым ордером № (том 1 л.д. 20-22).

Истцом заявлялись материальные требования на общую сумму 1 328 110,57 руб. Требования удовлетворены судом на сумму 530 878,37 руб. что составляет 40% от суммы изначально заявленных требований.

При указанных обстоятельствах, с учетом положений ст. 98 ГПК РФ, закрепляющих право истца, понесшего судебные расходы, требовать их возмещения пропорционально удовлетворенной части исковых требований, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы за проведение экспертизы по установлению размера ущерба в размере 10 000 руб.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просил взыскать с ответчика понесенные им расходы по оплате юридических услуг в размере 40 000 руб.

По данному гражданскому делу интересы ФИО4 представляли адвокат Кариков О.А. на основании ордера от дата № и представитель ФИО5, действующий по устному ходатайству истца.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 12 постановления от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Несмотря на участие адвоката и представителя в судебных заседаниях в рамках рассмотрения гражданского дела, документов, подтверждающих фактическое несение ФИО15 расходов в размере 40 000 руб. на оплату юридических услуг не имеется. На данные обстоятельства также ссылался в судебном заседании и представитель ответчика.

Ввиду отсутствия документа, подтверждающего фактическое несение истцом расходов по оплате юридических услуг, а также соглашения или договора, определяющих объем оказываемых услуг и их стоимость, заявление о взыскании судебных расходов на услуги адвоката удовлетворению не подлежит.

При подаче иска истцом уплачена госпошлина в размере 14 841 руб. (чек ордер том 1 л.д. 3), которую истец просил взыскать с ответчика.

Ввиду частичного удовлетворения требований с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 8 508, 78 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 к ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО6 (паспорт №) в пользу ФИО4 (паспорт №) ущерб, причиненный пожаром движимому и недвижимому имуществу, в размере 530 878 рублей 37 копеек, расходы за услуги оценщика в размере 10 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 8 508 рублей 78 копеек, а всего 549 387 рублей 15 копеек.

В удовлетворении остальной части требований ФИО4, - отказать.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Няганский городской суд.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 24.11.2023.

Судья Ю.Е. Низова