Решение № 2-217/2018 2-217/2018 (2-3910/2017;) ~ М-3966/2017 2-3910/2017 М-3966/2017 от 4 февраля 2018 г. по делу № 2-217/2018

Дело № 2-217/18


Решение в окончательной форме изготовлено 05 февраля 2018 года

(с учетом выходных дней)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2018 года город Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Гедымы О.М.,

при секретаре Нефедовской И.И.,

с участием:

истца ФИО12,

представителя истца ФИО13,

представителей ответчика ФИО14, ФИО15,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО12 к войсковой части 77360-Ч, федеральному казенному учреждению «Объединенное стратегическое командование Северного флота» - «2 финансово-экономическая служба» об отмене дисциплинарного взыскания, признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО12 обратился в суд с иском к войсковой части 77360-Ч об отмене дисциплинарного взыскания, признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с 18 января 2016 года состоит с ответчиком в трудовых отношениях на основании трудового договора в должности начальника пожарного надзора. Приказом № 412 от 16 ноября 2017 года истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Полагает выводы, изложенные в приказе о привлечении его к дисциплинарной ответственности, не соответствующими фактическим обстоятельствам. Кроме того, обращает внимание на то обстоятельство, что ответчиком не соблюден порядок применения дисциплинарного взыскания, установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации. Незаконными действиями ответчика ему причинен моральный вред.

С учетом изложенного, просит отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенное приказом № 412 от 16 ноября 2017 года, признать незаконным и отменить приказ № 412 от 16 ноября 2017 года, взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Определением суда от 11 января 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Федеральное казенное учреждение «Объединенное стратегическое командование Северного флота» в лице филиала «2 финансово-экономическая служба».

В судебном заседании истец ФИО12 и представитель истца ФИО13 поддержали заявленные требования по основаниям, указанным в исковом заявлении. Дополнительно истец сообщил, что приказом от 19 сентября 2017 года на него была возложена обязанность по проверке склада в отделе хранения (ВиС РХБЗ) п. Росляково (военный городок №), в связи с чем он ежедневно, а впоследствии 1 раз в неделю проверял данный склад, для чего покидал свое рабочее место – склад (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч (военный городок №) в г. Североморске Мурманской области. К месту проверки и обратно он добирался на общественном транспорте либо на собственной автомашине. Каждый раз после проверки истец возвращался на свое рабочее место. Сведения, изложенные в оспариваемом приказе о его отсутствии на рабочем месте в указанные в приказе дни, находит несостоятельными, поскольку после проверки склада, он возвращался на свое рабочее место. Также указал, что письменные объяснения работодателем у него не отбирались, о проводившейся в его отношении проверке он узнал только после ознакомления с приказом от 16 ноября 2017 года. Дополнительно пояснил, что время в пути от склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч до отдела хранения (ВиС РХБЗ) п. Росляково составляло от 20 до 30 минут на автомобиле или на общественном транспорте без учета времени ожидания общественного транспорта, времени нахождения в заторах и времени прохождения контрольно-пропускных пунктов. Не отрицали, что приказом работодателя от 04.12.2017 наложенное на истца дисциплинарное взыскание в виде выговора было снято, однако на удовлетворении требований настаивали.

Представители ответчика в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме. Представили письменный отзыв, в котором указано, что 20 октября 2017 года поступила докладная записка начальника КВО об отсутствии ФИО12 на рабочем месте, в связи с чем было дано поручение врио начальника склада (КХМ и ТС) войсковой части 77360-Ч о проведении по данному факту административного расследования. В ходе административного расследования были установлены факты отсутствия ФИО12 на рабочем месте 26 сентября 2017 года в течение 1 часа, 28 сентября 2017 года в течение 01 часа 15 минут, 17 октября 2017 года в течение 20 минут. В ходе проведения административного расследования ФИО12 предлагалось дать письменное объяснение по вышеуказанным фактам, но от дачи объяснений он отказался, о чем был составлен акт от 16 ноября 2017 года. На основании материалов административного расследования начальником склада (комплексного хранения материальных и технических средств) войсковая часть 77360-Ч был издан оспариваемый истцом приказ. Кроме того, представили приказ № 434 от 04 декабря 2017 года, которым с ФИО12 было снято наложенное приказом № 412 от 16 ноября 2017 года дисциплинарное взыскание в виде выговора. В связи с изложенным, просили отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика ФКУ «Объединенное стратегическое командование Северного флота» в лице филиала «2 финансово-экономическая служба» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, в случае удовлетворения исковых требований просил снизить размер компенсации морального вреда.

Выслушав истца и его представителя, представителей ответчика, заслушав показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 352 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. К основным способам защиты трудовых прав и свобод относится, в том числе, судебная защита.

В соответствии со статьей 349 Трудового кодекса Российской Федерации на работников, заключивших трудовой договор о работе в воинских частях, учреждениях, военных образовательных учреждениях высшего и среднего профессионального образования, иных организациях Вооруженных сил Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, в которых законодательством Российской Федерации предусмотрена военная служба, а также на работников, проходивших заменяющую военную службу альтернативную гражданскую службу, распространяются трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права с особенностями, установленными данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

В силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, привлекать работников к дисциплинарной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Неисполнение трудовых обязанностей без уважительных причин является нарушением трудовой дисциплины (нарушение правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов руководителя организации, технических правил и т.д.).

В соответствии со статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно части первой статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время – время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО12 с 18 января 2016 по настоящее время работает в должности начальника пожарного надзора склада комплексного хранения материальных и технических средств (КХМ и ТС) войсковая часть 77360-Ч на основании трудового договора № от 18 января 2016 года (л.д. 29-30).

Согласно пункту 4.1 трудового договора работник обязан добросовестно выполнять свои обязанности в соответствии с должностной инструкцией.

Пунктом 4.3 трудового договора установлено, что работник обязан соблюдать трудовую дисциплину, правила внутреннего трудового распорядка, требования охраны труда, локальные нормативные акты.

18 июля 2016 года между сторонами указанного трудового договора заключено дополнительное соглашение, которым увеличен должностной оклад работника (л.д. 31).

Пунктом 5.1 Правил внутреннего трудового распорядка гражданского персонала склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч, утвержденных начальником склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч, установлено, что для работников склада (за работников, для которых установлены графики сменности) устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов для мужчин и 36 часов для женщин с двумя выходными (суббота, воскресенье). При этом для мужчин время начала работы – 08 часов 30 минут, время окончания работы – 18 часов 00 минут, перерыв – с 13 часов 00 минут до 14 часов 30 минут (л.д. 88).

Судом установлено, что в период трудовых отношений, на основании приказа № 412 от 16 ноября 2017 ФИО12 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение статей 91, 189 Трудового кодекса Российской Федерации, выразившееся в нарушении правил внутреннего трудового распорядка и отсутствии на рабочем месте 2 часа 35 минут суммарно (л.д. 51-53).

С указанным приказом ФИО12 ознакомлен 16 ноября 2017 года, в отметке об ознакомлении с приказом письменно выразил несогласие с привлечением к дисциплинарной ответственности (л.д. 53 оборот).

Из приказа № 412 от 16 ноября 2017 года следует, что в соответствии с пунктом 9 приказа начальника склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч от 19 сентября 2017 года № 332 начальнику пожарного надзора ФИО12 было предписано ежедневно производить проверки отдела хранения (ВиС РХБЗ) на предмет взрыво-пожаробезопасности с письменным докладом начальнику склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч для принятия мер по устранению недостатков.

26 сентября 2017 года в 13 часов 00 минут ФИО12 покинул рабочее место на складе (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч (военный городок №) г. Североморск и прибыл с целью проверки состояния пожарной безопасности в отдел хранения (ВиС РХБЗ) п. Росляково (военный городок №) в 14 часов 35 минут. С территории отдела хранения (ВиС РХБЗ) ФИО12 убыл в 17 часов 00 минут, однако на рабочее место на складе (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч до окончания рабочего дня не прибыл.

28 сентября 2017 года в 13 часов 20 минут ФИО12 покинул рабочее место на складе (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч (военный городок №) г. Североморск и прибыл с целью проверки состояния пожарной безопасности в отдел хранения (ВиС РХБЗ) п. Росляково (военный городок №) в 14 часов 32 минуты. С территории отдела хранения ФИО12 убыл в 16 часов 45 минут, однако на рабочее место на складе (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч до окончания рабочего дня не прибыл.

17 октября 2017 года в 17 часов 40 минут ФИО12 покинул рабочее место на складе (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч. В этот день он на территорию отдела хранения (ВиС РХБЗ) не прибывал и на рабочее место не возвращался, чем нарушил правила внутреннего трудового распорядка.

Во время своего отсутствия в вышеуказанные дни начальник пожарного надзора ФИО12 о своем местонахождении никому не сообщал и никого в известность не ставил.

Таким образом, как указано в оспариваемом приказе, ФИО12 отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин 26 сентября 2017 года в течение 1 часа, 28 сентября 2017 года в течение 01 часа 15 минут, 17 октября 2017 года в течение 20 минут.

В подтверждение указанных нарушений приложены докладная записка начальника КВО ФИО10 (л.д. 42), объяснение ФИО1 от 03 ноября 2017 года (л.д. 43), объяснительная ФИО2 от 26 октября 2017 года (л.д. 45), докладная ФИО6 от 17 октября 2017 года (л.д. 46), объяснительная ФИО3 от 25 октября 2017 года (л.д. 47), докладная ФИО4 от 10 ноября 2017 года (л.д. 48), докладная ФИО5 (л.д. 49).

Кроме того, в материалы дела представлена выписка из журнала № прибытия и убытия гражданского персонала в/ч 77360-Ч Фиксация нарушений, из которой следует, что 26 сентября 2017 года ФИО12 прибыл в 08 часов 20 минут, убыл в 13 часов 00 минут, 28 сентября 2017 года прибыл в 08 часов 20 минут, убыл в 13 часов 20 минут, 17 октября 2017 года прибыл в 08 часов 25 минут, убыл в 17 часов 40 минут (л.д. 60-63). Также в материалы дела представлена выписка из журнала № регистрации входа и выхода работников и служащих через КПП № 1 в/ч 77360-Ч (п. Росляково), из которой следует, что ФИО12 26 сентября 2017 года прибыл в 14 часов 35 минут, убыл в 17 часов 00 минут, 28 сентября 2017 года прибыл в 14 часов 35 минут, убыл в 16 часов 45 минут, а также о том, что 17 октября 2017 года фамилия ФИО12 в соответствующий журнал не вносилась (л.д. 54-59).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 пояснил, что работает в в/ч 77360-Ч начальником смены КСО. При дежурстве осуществляется фиксация прибытия гражданского персонала на территорию склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч и убытия с территории, а также фиксация нарушений в случаях, если кто-либо приходил позже времени начала работы или уходил раньше окончания рабочего дня. При этом фактически производится фиксация нарушений ПВТР, то есть в журнале отмечаются только те сотрудники, которые прибыли на рабочее место с опозданием и покинули рабочее время раньше окончания рабочего дня. Подтвердил, что 17.10.2017 им была написана докладная в отношении ФИО12 (л.д. 46).

Оснований не доверять показаниям свидетеля, предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется. Показания свидетеля последовательны и согласуются с материалами дела и пояснениями сторон, в связи с чем принимаются в качестве доказательства по делу.

Проверяя доводы истца о том, что при привлечении его к дисциплинарной ответственности, работодатель в нарушение требований статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации не истребовал у него письменные объяснения по факту нарушения трудовой дисциплины, суд приходит к следующему.

В материалы дела представлен акт об отказе дачи объяснений по факту ненадлежащего исполнения должностных обязанностей начальником пожарного надзора ФИО12, подписанный заместителем начальника склада ФИО11, начальником отдела хранения (ВиС РХБЗ) ФИО8, начальником отделения отдела хранения (ВиС РХБЗ) ФИО9, утвержденный начальником склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч ФИО7 16 ноября 2017 года, из которого следует, что в ходе проведения административного расследования по факту нарушения трудовой дисциплины начальником пожарного надзора ФИО12 26 сентября 2017 года, 28 сентября 2017 года, 17 октября 2017 года ему в соответствии со статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предлагалось дать объяснения в письменном виде, однако объяснения в двухдневный срок представлены не были (л.д. 50).

Из показаний допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 следует, что он работает <данные изъяты>. 13 ноября 2017 года после совещания ФИО9, проведя служебное расследование, попросил ФИО12 представить объяснение. Спустя два дня (15 ноября 2017 года) им был подписан акт об отказе дачи объяснений ФИО12 по факту нарушений трудовой дисциплины. Дополнительно пояснил, что время нахождения в пути между складом (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч и отделом хранения (ВиС РХБЗ) п. Росляково оставляет 20-30 минут, в зависимости от времени прохождения контрольно-пропускных пунктов и времени ожидания общественного транспорта.

Оснований не доверять показаниям свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не заинтересованного в исходе дела, у суда не имеется. Показания свидетеля последовательны, согласуются с пояснениями сторон и материалами дела, в связи с чем принимаются судом в качестве доказательства по делу.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу, что работодателем требования статьи 193 ТК РФ в части истребования у работника письменных объяснений по факту нарушения трудовой дисциплины, были соблюдены. Доводы стороны ответчика в данной части истцом и его представителем не опровергнуты.

Оценивая обоснованность применения работодателем дисциплинарного взыскания к истцу, суд приходит к следующему.Согласно статье 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Таким образом, в силу приведенных выше норм трудового законодательства, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности.

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

Из разъяснений, данных в пункте 53 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как разъяснено в пункте 35 вышеуказанного постановления, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

К таким нарушениям, в частности, относятся:

а) отсутствие работника без уважительных причин на работе либо рабочем месте.

При этом необходимо иметь в виду, что если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу части шестой статьи 209 Кодекса рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Таким образом, дисциплинарное взыскание может быть наложено на работника только в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него должностных обязанностей, при наличии вины последнего. Таким образом, юридически значимым обстоятельством в данном случае является установление факта виновного неисполнения или ненадлежащего исполнения работником своих должностных обязанностей.

По мнению ответчика, истец совершил дисциплинарный проступок, выразившийся в нарушении статей 91, 189 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно в нарушении правил внутреннего трудового распорядка и отсутствии на рабочем месте 2 часа 35 минут суммарно.

Вместе с тем, суд не может согласиться с данными доводами ответчика, по следующим основаниям.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, работодателем на истца возложена обязанность по проверке отдела хранения (ВиС РХБЗ) п. Росляково, который находится за пределами непосредственного рабочего места ФИО12 (склад (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч), на значительном расстоянии от него. К месту проведения проверки и обратно к рабочему месту возможно проехать либо на общественном транспорте, до соответствующей остановки общественного транспорта, либо на личном автомобиле. При этом судом установлено, что истец был вынужден добираться к месту проведения проверки своими силами и за счет своих личных средств, что не отрицалось стороной ответчика в ходе судебного разбирательства.

Вместе с тем, доказательств, объективно подтверждающих возможность прибытия истца к месту работы от места проверки 26 и 28 сентября 2017 года до окончания рабочего времени, установленного правилами внутреннего распорядка, в материалы дела не представлено.

При этом суд критически относится к представленным в обоснование правомерности привлечения ФИО12 к дисциплинарной ответственности выпискам из журнала № прибытия и убытия гражданского персонала в/ч 77360-Ч Фиксация нарушений, журнала № регистрации входа и выхода работников и служащих через КПП № в/ч 77360-Ч (п. Росляково), так как из материалов дела и показаний допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 следует, что в указанных журналах фиксируется не сам факт прибытия и убытия, а лишь факты, по мнению контролеров, нарушения режима рабочего времени. Кроме того, из выписки журнала № следует, что ФИО12 22 сентября 2017 года прибыл на место работы в 08 часов 20 минут, убыл в 13 часов 10 минут, затем вновь прибыл в 16 часов 25 минут, однако время его убытия в журнале не зафиксировано. 25, 27 и 29 сентября 2017 года, как следует из данной выписки, ФИО12 вовсе не прибывал на место работы, несмотря на то, что эти дни являлись для него рабочими, а в табеле учета рабочего времени истца указано на работу ФИО12 в указанные дни продолжительностью 8 часов в каждый из указанных дней (л.д. 83 оборот). 16 октября 2017 года ФИО12 прибыл к месту работы в 08 часов 33 минуты, 24 октября 2017 года – в 15 часов 33 минуты, однако время его убытия в указанные дни не зафиксировано, в табеле учета рабочего времени за октябрь 2017 года также указано на работу истца в указанные дни в течение 8 часов в каждый из дней. Запись от 26 сентября 2017 года о прибытии ФИО12 на рабочее место в 8 часов 20 минут и убытие в 13 часов 00 минут не содержит подписи лица, внесшего указанные сведения, а также иных сведений (должности, воинского звания, фамилии), позволяющих идентифицировать указанное лицо (л.д. 61).

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для принятия выписки из указанного журнала в качестве достоверного доказательства, подтверждающего отсутствие истца на рабочем месте 26 сентября 2017 года, 28 сентября 2017 года и 17 октября 2017 года, а также строгую фиксацию не только времени, но и самого факта прибытия истца на рабочее место и убытия с него.

Частью четвертой статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

Из представленных в материалы дела табелей учета использования рабочего времени расчета заработной платы в/ч 77360-Ч за сентябрь и октябрь 2017 года следует, что работодателем были утверждены табели учета рабочего времени о работе истца в течение 8-ми часов каждый рабочий день, в том числе 26 сентября 2017 года, 28 сентября 2017 года и 17 октября 2017 года (л.д. 82, 83).

Согласно расчетным листкам ФИО12 за сентябрь, октябрь и ноябрь 2017 года (л.д. 90, 91, 92) истцу также была начислена заработная плата, рассчитанная из учета работы истца в сентябре 2017 года в течение 10 дней (80 часов), в октябре 2017 года в течение 22 дней (176 часов), то есть исходя из работы истца продолжительностью 8 часов в каждый из рабочих дней, при этом указанные сведения не противоречат данным учета рабочего времени ФИО12

Кроме того, из представленной в материалы дела докладной записки ФИО12 от 18 октября 2017 года, адресованной врио начальника склада (КХМ и ТС) в/ч 77360-Ч, следует, что им 17 октября 2017 года при проверке противопожарного состояния городка № в 17 часов 56 минут зафиксировано нарушение режима курения.

Исходя из положений статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, данных в пункте 53 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В нарушение указанных норм, таких доказательств суду ответчиком представлено не было, как и не было представлено доказательств невозможности применения менее строгого вида дисциплинарного взыскания.

Учитывая изложенное, оснований для применения к ФИО12 дисциплинарного взыскания в виде выговора у работодателя не имелось, в связи с чем приказ начальника склада (комплексного хранения материальных и технических средств) войсковая часть 77360-Ч № 412 от 16 ноября 2017 года подлежит отмене.

Разрешая требование истца об отмене дисциплинарного взыскания, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 194 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель до истечения года со дня применения дисциплинарного взыскания имеет право снять его с работника по собственной инициативе, просьбе самого работника, ходатайству его непосредственного руководителя или представительного органа работников.

Судом установлено, что приказом начальника склада (комплексного хранения материальных и технических средств) войсковая часть 77360-Ч № 434 от 04 декабря 2017 года с ФИО12 снято ранее наложенное взыскание – выговор, объявленный приказом № 412 от 16 ноября 2017 года (л.д. 64-70).

Данное обстоятельство подтверждается материалами дела, сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривалось.

Согласно статье 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требования истца об отмене дисциплинарного взыскания не имеется.

При этом суд считает необходимым отметить, что в случае снятия дисциплинарного взыскания работник не лишен права на оспаривание законности и правомерности наложенного взыскания в судебном порядке для восстановления своего нарушенного права и своей репутации. В рассматриваемом деле истец обратился в суд, реализуя свое право на судебную защиту. Признание незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания свидетельствует о неправомерных действиях работодателя, несоблюдении им норм действующего трудового законодательства, в то время как снятие дисциплинарного взыскания с работника является правом работодателя и само по себе не отменяет приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности.

Разрешая требование о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу разъяснений пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). При определении размера взыскиваемой суммы компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства данного дела, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика и обстоятельства при которых истцу был причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

Судом установлено нарушение трудовых прав истца действиями работодателя, выразившимися в издании приказа от № 412 от 16 ноября 2017 года, которым ФИО12 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Учитывая указанные обстоятельства, суд находит убедительными требования истца о взыскании компенсации морального вреда, поскольку в результате незаконных действий ответчика, истец была подвергнут дисциплинарному наказанию, что причинило ему нравственные страдания.

Принимая во внимание положения статьи 237 ТК РФ, суд полагает обоснованными требования о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, однако сумму, требуемую истцом, находит завышенной, и, исходя из установленных обстоятельств дела, с учетом принципов разумности, справедливости, характера и степени причиненных действиями работодателя нравственных страданий, определяет размер подлежащей к возмещению истцу компенсации морального вреда в сумме 1 500 рублей. Размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, суд считает завышенным, не соответствующим обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости.

При этом, компенсация морального вреда подлежит взысканию с федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Северного флота» - «2 финансово-экономическая служба», являющегося финансирующим органом войсковой части 77360-Ч.

Таким образом, исковые требования ФИО12 подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО12 к войсковой части 77360-Ч, федеральному казенному учреждению «Объединенное стратегическое командование Северного флота» - «2 финансово-экономическая служба» об отмене дисциплинарного взыскания, признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ начальника склада войсковой части 77360-Ч от 16.11.2017 № 412 о привлечении ФИО12 к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Взыскать с федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Северного флота» - «2 финансово-экономическая служба» в пользу ФИО12 компенсацию морального вреда в размере 1 500 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО12 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.М. Гедыма