Апелляционное определение № 33-2882/2026 от 12 апреля 2026 г.

Дело № 33-2882/2026

УИД 59RS0001-01-2025-003994-22

Судья Даниловой Ю.И.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 13.04.2026.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 30.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Казакова М.В.,

судей Букатиной Ю.П., Бабиновой Н.А.,

с участием прокурора Цилинской Ю.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Штейниковой Н.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2226/2025 по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» в лице филиала Свердловская железная дорога, Акционерному обществу «Пермская пригородная компания» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, расходов на оплату услуг представителя,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Дзержинского районного суда г. Перми от 24.11.2025.

Заслушав доклад судьи Букатиной Ю.П., пояснения представителя ответчика ФИО2, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД»), Акционерному обществу «Пермская пригородная компания» (далее – АО «ППК»), с учетом уточнения требований, принятых к производству суда определением, занесенным в протокол от 20.08.2025, о солидарном взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, штрафа, предусмотренного Законом о защите прав потребителей, расходов на оплату услуг представителя, в размере 40 000 рублей (т.1л.д.64-65).

В обоснование исковых требований указала, что 26.07.2022 в 8:34 часов на втором перроне главного направления при посадке в хвостовой вагон электропоезда № ** сообщением «Пермь-Верещагино» истец получила травму левой ноги. В результате произошедшего события ФИО1 испытала сильнейшую физическую боль, проходила лечение на протяжении которого ежедневно испытывала боль, была морально и нравственно угнетена, ограничена в привычном образе жизни, принимала лекарственные средства. 04.04.2025 и 23.05.2025 истец обращалась в адрес ответчика с претензиями, в которых просила произвести выплату в качестве компенсации морального вреда, которые со стороны ответчиков оставлены без удовлетворения. На основании ст. ст. 1079, 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств причинения морального вреда, исходя из сложившейся судебной практики, с учетом требований разумности и справедливости, полагает заявленный размер компенсации морального вреда в 1 000 000 рублей обоснованным. Кроме того, просит взыскать предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей штраф, возместить судебные расходы в размере 40 000 рублей. Взыскание морального вреда, штрафа и понесенных по делу судебных расходов просит производить солидарно.

Решением Дзержинского районного суда г. Перми от 24.11.2025 исковые требования удовлетворены частично.

С ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 40 000 рублей.

В остальной части исковых требований, в том числе предъявленных к Акционерному обществу «Пермская пригородная компания», ФИО1 – отказано (т.2л.д.84-92).

Выражая несогласие с выводами суда о наличии в ее действиях грубой неосторожности, истец обратилась с апелляционной жалобой. Считает, что судом не учтены доводы о том, что она вступила на подножку во время остановки электрички для нажатия кнопки (дверь без этого не открывается), однако в этот момент почувствовала, как подножки складываются, после чего она упала назад. Также, автор жалобы указывает, что в материалах дела не имеется ни одного документа, свидетельствующего о том, что ФИО1 имеет расстройства личности, чтобы не понимать правила безопасного поведения, в том числе на железнодорожном полотне. Считает, что суду к показаниям свидетелей стоило отнестись критически, поскольку они не могли видеть ФИО1, так как двери электрички были закрыты. Кроме того, истец полагает, что снижение суммы компенсации морального вреда почти в десять раз является необоснованным.

Прокурором Дзержинского района г. Перми принесены возражения, согласно которым прокурор просил решение суда оставить без изменения.

Ответчиком АО «Пермская пригородная компания» также принесены возражения, в которых представитель указал, что выводы, изложенные в решении суда по вопросу определения размера компенсации морального вреда, подробно мотивированы, обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения этого вопроса, судом учтены.

Ответчик ОАО «РЖД» считает, что судом обоснованно установлено грубая неосторожность в действия потерпевшей, которая содействовала возникновению вреда. С учетом возраста истца (** года), имеющихся заболеваний, находясь на территории объекта повышенной опасности, ФИО1 могла и должна была предвидеть возможность наступления неблагоприятных последствий своего поведения при посадке в отправляющийся поезд.

Истец в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» в лице филиала Свердловская железная дорога Пермский регион ФИО2 просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, считая, что вывод суда о наличии в действия истца грубой неосторожности является верным.

Прокурор Цилинская Ю.А. считала, что размер компенсации, установленный судом, является разумным и обоснованным. Правовых оснований для его увеличения по доводам апелляционной жалобы не усмотрела.

Ответчик АО «Пермская пригородная компания», третьи лица АО «Согаз», СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание своих представителей не направили, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с положениями ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданским прав является компенсация морального вреда.

Как установлено пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно положениям статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 26.07.2022 в 8:34 часов на втором перроне главного направления при посадке в хвостовой вагон электропоезда № ** сообщением «Пермь-Верещагино» истец ФИО1 получила травму ноги.

Из акта служебного расследования травматического случая на объектах инфраструктуры пассажирского комплекса от 26.07.2022 и акта осмотра места происшествия следует, что 26.07.2022 в 6:34 часов (мск) ФИО1 по личной неосторожности при посадке в электропоезд на платформе 2 пути главного направления допустила падение на платформу в результате чего получила травму коленного сустава левой ноги. На момент происшествия погода была ясная, без осадков, покрытие на платформе твердое (асфальт без выбоин), поверхность не скользкая, сухая, ровная, освещена. В медицинском пункте вокзала «Пермь 2» ФИО1 оказана первая медицинская помощь, вызвана бригада скорой помощи (т. 1 л.д. 206, 207).

Постановлением должностного лица от 02.08.2022 в возбуждении уголовного дела в отношении неустановленного лиц в совершении преступлений, предусмотренных ч. ч. 1, 2 ст. 112, ч. ч. 1, 2 ст. 115 УК РФ, отказано за отсутствием события преступления (т.1л.д.7 т.2л.д.63-64).

В ходе проверки по материалу проверки КУСП № ** установлено, что 26.07.2022 в 8:45 часов местного времени инспектору ППСП Пермского ЛО МВД России на транспорте от медицинского работника вокзала «ст. Пермь 2» поступило сообщение о том, что на втором перроне главного направления в 8:34 часов при посадке в хвостовой вагон электропоезда № ** сообщением «Пермь-Верещагино» женщина получила травму левой ноги.

В объяснениях ФИО1 пояснила, что при посадке в электропоезд с целью нажатия кнопки открытия входных дверей поднялась на подножку, в этот же момент подножка начала складываться и ФИО1, спрыгнув с нее, почувствовала хруст в ноге. После этого подошли медицинские работники и на каталке увезли ее в медпункт вокзала, поставили предварительный диагноз «закрытый перелом коленного сустава слева» (т.2л.д.67).

26.07.2022 отобраны объяснения у Н., Р., которые являлись пассажирами электропоезда, вагона № 5, и пояснили, что после того, как машинистом был дан сигнал о закрытии дверей и отправлении поезда, двери заблокировались и подножка начала убираться, ранее не знакомая им женщина, запрыгнула на подножку и пыталась войти в вагон, подножка сложилась и женщина упала без какого-либо постороннего воздействия (т.2л.д.73,74).

Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции свидетель Д., чьи показания подробно отражены в аудиопротоколе судебного заседания, пояснил, что 26.07.2022 находился на своем рабочем месте в качестве помощника машиниста, в 8:34 часов поезд должен был отправиться со станции «Пермь 2». Он вышел в служебный тамбур для контроля посадки, убедившись, что людей, входящих в вагон нет, никто не сигнализирует, чтобы поезд задержали, дал машинисту команду на закрытие дверей, был дан звуковой сигнал, после чего двери закрылись, заблокировались, затем запустился механизм складывания подножки. Данный процесс является автоматическим, занимает 7-8 секунд, каким-то образом остановить либо отменить его до полного завершения невозможно. В момент, когда подножка уже начала складываться, на нее наступила женщина, которая потом упала на спину. В этот момент он дал машинисту сигнал для открывания двери (т.2л.д. 80-82).

Аналогичные объяснения Д., а также машинист поезда Ф. давали 26.07.2022 в ходе проверки по материалу КУСП (т.2л.д.71,72).

После падения ФИО1 была доставлена в травмотологическое отделение ГБУЗ ПК «ГКБ им. М.А. Тверье», где находилась с 26.07.2022 по 09.08.2022 с диагнозом: *** (т.2л.д.7оборот-10).

04.04.2025 ФИО1 в адрес ОАО «РЖД» была направлена претензия с требованием о выплате компенсации морального вреда (т.1л.д.10-11).

Аналогичная претензия направлена в адрес АО «ППК» 23.05.2025, в удовлетворении которой письмом от 06.06.2025 отказано (т.1л.д.12-14).

Проанализировав изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что 26.07.2022 в 8:34 ФИО1 на станции «Пермь 2» (втором перроне главного направления) при осуществлении попытки войти в хвостовой вагон электропоезда № ** сообщением «Пермь-Верещагино» упала на платформу, потеряв опору для ног ввиду складывания подножки, служащей для посадки в вагон, в результате чего получила травму левой ноги в виде закрытого оскольчатого перелома наружного мыщелка большеберцовой кости слева со смещением, перелом головки малоберцовой кости слева, то есть получила вред здоровью при эксплуатировании источника повышенной опасности под управлением локомотивной бригады.

22.12.2020 между ОАО «РЖД» (арендодатель) и АО «ППК» (арендатор) заключен договор аренды железнодорожного подвижного состава с экипажем (моторвагонный подвижной состав) № **, по условиям которого арендодатель предоставляет арендатору за плату во временное владение и пользование моторвагонный подвижной состав (транспорт) в соответствии с перечнем предоставляемого в аренду транспорта, являющимся приложением № 1 к договору, и оказывает услуги по управлению и эксплуатации транспорта локомотивными бригадами арендодателя (т.2 л.д.43-55).

Согласно п. 1.2 указанного договора арендодатель предоставляет на основании запроса арендатора о выдаче транспорта в рейс, являющегося приложением № 2 к договору: в аренду находящийся на праве собственности арендодателя транспорт, годный к эксплуатации, для осуществления перевозки пассажиров и багажа, обеспечивает надлежащее состояние сданного в аренду транспорта, включая осуществление технического обслуживания, текущего и капитального ремонта в соответствии с требованиями нормативных документов государственных органов, владельца инфраструктуры и ремонтно-эксплуатационной документации на транспорт; оказывает арендатору услуги по управлению и эксплуатации арендованного транспорта на железнодорожных путях общего пользования в соответствии с запросом арендатора, локомотивными бригадами арендодателя.

Транспорт арендуется в целях перевозки пассажиров и багажа в пригородном железнодорожном сообщении и оказания пассажирам дополнительных услуг на полигоне Свердловской железной дороги – филиала ОАО «РЖД».

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, установив обстоятельства получения ФИО1 травмы в результате падения с подножки электропоезда, которая при закрывании и блокировании дверей складывается автоматически, руководствуясь статьями 151, 1064, 1079, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 25, 26, 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда с владельца источника повышенной опасности, чья ответственность наступает без вины.

Возлагая обязанность по компенсации морального вреда на ОАО «РЖД» суд первой инстанции, руководствуясь статьями 632, 635, 640, 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», исходил из того, что вред здоровью ФИО1 причинен транспортным средством, принадлежащим ОАО «РДЖ» и арендованным АО «ППК» на основании договора аренды транспортного средства с экипажем, под управлением локомотивной бригады, члены которой находились в трудовых отношениях с ОАО «РЖД».

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они являются законными и обоснованными, основанными на правильном определении судом фактических обстоятельств дела, верном применении норм материального и процессуального права.

Принимая во внимание степень и характер физических страданий ФИО1, учитывает ее пожилой возраст (73 года на дату события), специфику самой травмы – переломы большеберцовой кости и малоберцовой кости слева, необходимость оперативного вмешательства, период нахождения в стационаре (15 дня), последующий длительный период реабилитации (более 1 года), ограничение передвижение, передвижение с помощью трости, то обстоятельство, что болевые и дискомфортные ощущения имеются по настоящее время, восстановление здоровья не произошло в полном объеме и полученная травма изменила обычный образ жизни истца, а также обстоятельства получения травмы, установленные в судебном заседании, исходя из которых вред здоровью истца причинен в отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности самого истца, пришел к выводу, что с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Обращаясь с апелляционной жалобой, истец фактически выражает несогласие с размером, определенным судом в качестве компенсации морального вреда, суммы, а также с наличием в ее действиях грубой неосторожности. Оценивая доводы апелляционной жалобы истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 25-28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В пункте 17 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Выводы суда первой инстанции по вопросу размера присужденной в пользу истца компенсации морального вреда в достаточной степени мотивированы в обжалуемом решении, судом учтены все имеющие значение обстоятельства, предусмотренные статьями 151, 1083, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения по их применению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, суд в достаточной полноте исследовал обстоятельства получения истцом травмы, обоснованно установив при этом в ее действиях грубую неосторожность.

Согласно пункту 26 Типового регламента организации эксплуатационной работы и обеспечения безопасности движения поездов в локомотивном хозяйстве ОАО «РЖД» (утв. ОАО «РЖД» 12.08.2006 N ЦТЛ-16/2) до приведения локомотива (поезда) в движение после появления разрешающего показания на выходном (маршрутном) светофоре локомотивная бригада обязана, закончив операции по подготовке к движению с поездом (одиночному следованию), занять свои рабочие места в кабине управления и после убеждения об отсутствии сигналов остановки, подаваемых с пути и с поезда, приступить к выполнению «Минута готовности», установленной «Регламентом переговоров при поездной и маневровой работе на железнодорожном транспорте общего пользования», утвержденным распоряжением МПС России от 26.09.2003 N 876р (далее - регламент переговоров).

Помощник машиниста МВПС после выполнения регламента «Минута готовности» убеждается в том, что посадка окончена, о чем докладывает машинисту, контролирует закрытие автоматических дверей, возвращается в кабину машиниста и дублирует показание выходного (маршрутного) и локомотивного светофоров (пункт 27 Регламента).

Как следует из показаний опрошенного в рамках материала проверки КУСП № ** от 26.07.2022 машиниста электропоезда Ф. в 08:34 часов было объявлено посредством громкой связи о завершении посадки, закрытии дверей. Убедившись, что препятствий к отправлению нет, пассажиры, стоящие на подножках для осуществления посадки в вагон, отсутствуют, а также лиц, замеченных выглядывающими, торчащих из салона вагонов - нет, пассажиров бежавших, апеллирующих о том, что они опаздывают и по какой-либо другой причине нужно задержать отправку также нет, он запустил процесс закрывания всех дверей по составу электропоезда. Процесс закрытия дверей является автоматическим, то есть при полном закрытии дверей по всему составу электропоезда незамедлительно убираются подножки, служащие для посадки вагон (т.2л.д.71).

Из показаний, допрошенных в рамках проверки по материалу КУСП свидетелей Н., Р., являющихся пассажирами электропоезда сообщением «Пермь-2- Верещагино», также следует, что посадка была уже завершена, о чем было объявлено по громкой связи (т.2л.д.73,74).

Судом установлено, что при посадке в хвостовой вагон электропоезда № ** сообщением «Пермь-Верещагино» после издания машинистом поезда звукового сигнала и закрытия дверей, истец вступила по подножку, которая начала складываться, после чего упала с подножки электропоезда на платформу в результате потери опоры для ног ввиду складывания подножки, служащей для посадки в вагон.

Судебная коллегия обращает внимание, что грубая неосторожность имеет место тогда, когда лицо в нарушение основных правил предосторожности игнорирует то, что должно быть очевидно для любого разумного человека в аналогичной ситуации и при тех же обстоятельствах; когда негативные последствия являлись вполне предвидимыми и закономерными.

Истцом факт того, что она вступила на подножку электропоезда в тот момент, когда двери в вагон уже были закрыты, не оспаривается.

При таких обстоятельствах, учитывая, что посадка в электропоезд была завершена, двери электропоезда были закрыты, был подан соответствующий звуковой сигнал, а состав был готов к отправлению, истец должна была предвидеть, что после закрытия дверей вход в вагон будет невозможен, подножка поезда будет складываться, в виду того, что поезд отправляется со станции, вместе с тем, вступила на складывающуюся подножку электропоезда, что говорит о наличии в ее действиях грубой неосторожности.

Доводы апелляционной жалобы о том, что к показаниям свидетелей необходимо относится критически, поскольку, по мнению автора жалобы, свидетели не могли видеть истца, так как двери в вагон были закрыты, судебная коллегия находит не состоятельными. Допрошенный в судебном заседании свидетель Д., являющийся помощником машинистом поезда, в установленном порядке был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Его показания последовательны и не противоречивы, согласуются с объяснениями, данными им в ходе проведения проверки по материалу проверки КУСП № ** от 26.07.2022, а также объяснениями Ф., Н., Р. и пояснениями истца ФИО1

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на иную оценку собранных по делу доказательств, не влияют на правильность принятого судом решения, в связи с чем, не могут служить основанием к отмене решения суда.

Установив нарушения прав потребителя, и несоблюдение ответчиком в добровольном порядке требований истца, на основании пункта 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» и пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции», суд взыскал с ответчика в пользу истца штраф в размере 50 000 рублей (100000 х 50%).

Поскольку материалами дела подтверждается факт несения истцом расходов на оплату услуг представителя, суд признал заявленный размер в 40000 рублей соразмерным проделанной представителем работе, в связи с чем на основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскал с ответчика судебные расходы в заявленном истцом размере.

Поскольку решение суда в данной части ни кем из сторон не обжалуется, то предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

При таких обстоятельствах, предусмотренных законом оснований для отмены судебного акта, постановленного в соответствии с требованиями закона и фактическими обстоятельствами дела, не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Дзержинского районного суда г. Перми от 24.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи