Решение № 2-12/2025 2-3/2026 2-3/2026(2-12/2025;2-440/2024;)~М-106/2024 2-440/2024 М-106/2024 от 24 марта 2026 г. по делу № 2-12/2025

УИД 63RS0037-01-2024-000225-90


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 марта 2026 года город Самара

Самарский районный суд г. Самары в составе

председательствующего судьи Тепловой С.Н.,

при секретаре Андрущенко Ю.В.,

с участием прокурора Зятчиной А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО6, ФИО1, ФИО2 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Самарский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 ФИО30., ФИО26, ФИО27 обратились в Самарский районный суд <адрес> с указанным иском, требуя взыскать с <данные изъяты> в пользу ФИО3 ФИО31 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, в пользу ФИО32 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, в пользу ФИО3 ФИО33. компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, а также понесенные по делу судебные издержки.

В обосновании заявленных требований пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО34. (матери ФИО35 и ФИО36., жены ФИО37.) ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на серии МСК томограмм органов брюшной полости и забрюшинного пространства было выявлено: <данные изъяты>, в связи с чем, ФИО55 была вынуждена обратиться в <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО38 была планово госпитализирована в <данные изъяты>, с предварительным диагнозом: «гемангиома правой доли печени больших размеров». Медицинскую помощь ей оказывал ФИО7, являющийся врачом <данные изъяты> помощь была оказана недобросовестно, поскольку ФИО7 при постановке диагноза и проведении обследования, ошибочно руководствовался приказом <данные изъяты> №н от ДД.ММ.ГГГГ Применению подлежал приказ Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при других заболеваниях печени». Согласно указанному приказу, ФИО7, проводя обследование больной, должен был провести биопсию, запланированную уже при первичном осмотре; при проведении операции он не взял материал для гистологического исследования образования печени, не назначил и не провел какие-либо дополнительные исследования, а именно: <данные изъяты> могли либо подтвердить, либо опровергнуть установленный им диагноз. Истцы считают, что указанные диагностические возможности могли бы позволить наиболее точно определить патогномоничные признаки очаговых образований печени и особенно гемангиом, считают, что ФИО7 неверно оценил состояние больной ФИО39. а также перепутал гемангиому и метастазу. Кроме того, не учел, увеличение лимфоузлы в брюшной полости, лимфоденопатию, имевшую место уже в феврале, в связи с чем им была проведена эмболизация метастазы раковой опухоли. Неправильная диагностика повлекла за собой неадекватное лечение, чем причинило физические и нравственные страдания ФИО41. а в дальнейшем ускорило ее смерть. Также пояснили, что на диске КТ (до эмболизации) который был передан ФИО7, иными медицинскими организациями было установлено наличие метастаз и гемангиомы, однако даже при проведении лечения в апреле 2022 года ФИО7 продолжал настаивать на поставленным им диагнозе. Считают, что все это свидетельствует о наличие врачебной ошибки, а также халатности в действиях ФИО7 который некачественно оказал медицинские услуги. В результате смерти ФИО3 ФИО42. истцам был причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, поскольку с момента обращения ФИО40. в клиники «<данные изъяты>» и длительное время после этого, истцы находились в переживаниях и в стрессовом состоянии, кроме того утрата близкого человека, с которым они прожили долгие годы стала для них сильной душевной травмой, у них развилась бессонница и они уже долгое время не могут вести нормальный образ жизни, их не покидает чувство грусти и скорби. Указывают, что поскольку вред был причинен в результате действий ФИО7, являющегося сотрудником <данные изъяты>», просят суд взыскать с <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей в пользу каждого истца.

Истец ФИО43. в судебном заседании исковые требования полностью поддержала, просила их удовлетворить по основаниям и доводам, изложенным в иске.

Истец ФИО27 в судебном заседании исковые требования полностью поддержал просил их удовлетворить по доводам, изложенным в иске.

Истец ФИО26 в судебном заседании исковые требования полностью поддержал просил их удовлетворить по доводам, изложенным в иске.

В судебном заседании представитель истцов ФИО11 допущенная по ходатайству истцов в качестве представителя по устному ходатайству, заявленные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика <данные изъяты> «<данные изъяты> – ФИО12, действующий на основании доверенности в судебном заседании, относительно удовлетворения заявленных исковых требований возражал, сославшись на заключения экспертов по результатам судебной медицинской экспертизы и на представленный суду письменный отзыв, также пояснил, что Диагноз <данные изъяты>, взятого во время операции ДД.ММ.ГГГГ, злокачественный характер подтвержден не был. Однако, учитывая увеличение образования печени, его динамическое увеличение, наличие увеличенных лимфоузлов, отсутствие капсулы образования и признаков абсцесса поставленный под вопросом диагноз о злокачественном новообразовании является легитимным. Отсутствие консультации врачей по сопутствующим заболеваниям не повлекло никакого причинения вреда пациенту, отсутствует причинно-следственная связь между отсутствием консультации и наступившей смерти пациента. Консультации указанных врачей не могла повлиять на диагностику заболевания и на его лечение. В период прохождения лечения, обострения сопутствующих патологий не отмечено и как минимум не повлекло последствий, влияющих на исход основного заболевания. Сопутствующая патология, находится в компетенции врачей амбулаторного звена. Лечение в стационаре проводится по основному профилю заболевания. Также пояснил что, согласно заключению экспертизы, на основании проведенных обследований до операции правомочно поставлен диагноз: «Доброкачественное образование печени», к которым относится и гемангиома и лечение - селективная эмболизация ветвей печеночной артерии, питающей гемангиому, назначено верно. Врачи оказывали медицинскую помощь пациентке ФИО56. надлежащего качества. Но на вопрос, от чего умерла пациентка невозможно ответить, так как родственники отказались провести вскрытие трупа. Также согласно исковому заявлению представитель истцов просит взыскать 6 000 000 рублей с ответчика за «неправильную диагностику заболевания - перепутали гемангиому и метастаз», и «неадекватное лечение» (нельзя было проводить эмболизацию гемангиомы). Истцами указаны только данные основания, которые, по их мнению, и причинили вред здоровью ФИО3 О.В., повлекшие ее смерть. При этом экспертами было установлено, что «на всех этапах медицинской помощи ФИО3 ФИО44. проводимое лечение принципиально соответствовало поставленным диагнозам.» Таким образом, вред пациентке не причинен, причинно-следственная связь между дефектами медицинской помощи с наступлением ее смерти не установлена. Кроме того, дефекты, установленные экспертами малозначительны, никак не повлияли ни на установление диагноза, ни на лечение пациента. Считает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Третьи лица ФИО28, ФИО13 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки суду не представили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

Третье лицо ФИО7 в настоящее судебное заседание не явился, однако надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки суду не сообщил, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, об отложении судебного заседания не ходатайствовал. В предыдущем судебном заседании ФИО7 относительно удовлетворения заявленных исковых требований возражал, пояснив, что им был проведен анализ данных КТ от ДД.ММ.ГГГГ и №., поскольку в медицинскую карту был вклеен протокол компьютерной томографии брюшной полости и забрюшинного пространства, выполненной в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ Врач обязан изучать всю медицинскую документацию пациента. Отсутствие письменного анализа данных КТ в медицинской карте, не свидетельствует о том, что врач его не проводил. Кроме того, лечение и установка диагноза были установлены верно, что также подтверждает факт изучения и анализа всей документации врачом. В пользу подтверждения анализа КТ, говорит тот факт, что дальнейшие действия соответствовали принятым выводам. А действия по тактике лечения пациентки, признаны комиссией верными.

Представитель третьего лица <данные изъяты> по <адрес> в судебное заседание не явился, предоставил суду ходатайство, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель третьего лица <данные изъяты> в судебное заседание не явился, предоставил суду отзыв на исковой заявление в котором пояснил <данные изъяты>, в котором ФИО45 оказывалась медицинская помощь, предусмотренная территориальной программой ОМС, были выставлены счета на оплату данной помощи, а <данные изъяты>» в соответствии с законодательством об ОМС, по результатам проведенного контроля сроков, качества и условий оказания медицинской помощи, оплатило оказанные медицинские услуги. Кроме того, указал, что ДД.ММ.ГГГГ в филиале <данные изъяты>» в <адрес> за вх. № <данные изъяты> была зарегистрирована жалоба ФИО3 ФИО49 на качество медицинской мощи, оказанной её матери ФИО46. В рамках рассмотрения жалобы ФИО57 были проведены ЭКМП, оказанной ФИО3 <данные изъяты>, по результатам которых нарушений по качеству оказания медицинской мощи выявлено не было (заключение № от ДД.ММ.ГГГГ - оказание медицинской помощи с 06 по ДД.ММ.ГГГГ, заключение №- <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). ДД.ММ.ГГГГ ФИО50 филиалом <данные изъяты>» в городе Самаре было направлено письмо № №, в котором была указана данная информация. Вышеуказанное письмо было получено нарочно ФИО14, представляющей интересы ФИО51 по нотариальной доверенности. Согласно вышеизложенного <данные изъяты>» оставляет на усмотрение суда вопросы, как о наличии вины Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «<данные изъяты>, в причинении морального вреда ФИО47., ФИО48 ФИО52 так и о наличии прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) <данные изъяты> и наступившим ущербом, а также ходатайствует рассмотреть данное дело в отсутствие представителя <данные изъяты>

Представитель третьего лица ФИО3 <данные изъяты>» в судебное заседание не явился, предоставив суду ходатайство, в котором просил рассмотреть гражданское дело без его участия.

Представитель третьего лица <данные изъяты> в судебное заседание не явился, предоставив суду отзыв на исковое заявление, в котором пояснил, что ФИО53. находилась на стационарном лечение в <данные изъяты>.ФИО15 - филиале <данные изъяты> (далее - Институт) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по направлению по <данные изъяты> из <данные изъяты>» с указанием диагноза по МКБ С80.0 злокачественное новообразование неизвестной первичной локализации, так обозначенное (Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем (10-й пересмотр) (МКБ-10) (версия 2.24 от ДД.ММ.ГГГГ)". В период стационарного лечения, ФИО3 О.В. была оказана следующая помощь: биохимический анализ крови, иммуногематологический анализ крови, иммунологический анализ крови, исследование гормонов, опухолевых маркеров, общий анализ крови, общий анализ мочи, коагулограмма, цитологическое исследование, тест на COVID-19, КТ- исследование, МРТ исследование, радионуклидное исследование, рентгенологическое исследование, ультразвуковое исследование органов гепатобилиопанкреатической зоны, ультразвуковое исследование органов брюшной полости, ультразвуковое исследование забрюшинного пространства, ультразвуковое исследование вен нижних конечностей, ультразвуковое исследование плевральных полостей, ультразвуковое ангиосканирование вен нижних конечностей, электрокардиографическое исследование, эхокардиография, эндоскопия, консультация кардиолога, консультация невролога, консультация паллиативного онколога; ДД.ММ.ГГГГ проведена биопсия под узи-навигацией, задача исследования: подтверждение диагноза по данным направления (С80.0). По результатам морфологического заключения: для уточнения гисто-, органогенеза опухоли необходимо было проведение иммуногистохимического исследования. По результатам иммуногистохимического исследования от ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: злокачественное новообразование соединительной и мягких тканей туловища неуточненной локализации (МКБ-10: С49.6), новообразование метастатические (№ Таким образом, <адрес>. была направлена в <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> из ФИО3 <данные изъяты>» на госпитализацию в связи с необходимостью уточнения ранее установленного онкологического диагноза, что и было сделано Институтом по результатам проведенных исследований. На основании изложенного, просил суд разрешение заявленных требований оставить на усмотрение суда, гражданское дело рассмотреть в отсутствие представителя.

Представитель третьего лица <данные изъяты>» - далее ФИО3 в судебное заседание не явился, предоставив пояснения по гражданскому делу в которых пояснил, что ФИО3 <данные изъяты> состояла на учета в ФИО3 <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>. В ФИО58 <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ - селективная эмболизация ветвей печеночной артерии питающей гемангиому. ДД.ММ.ГГГГ - лапаротомия, биопсия печени, ревизия брюшной полости. 2 клиническая группа. ФИО3 <данные изъяты>. по поводу вышеуказанного заболевания впервые обратилась па прием к врачу-онкологу ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на слабость, лихорадку до субфебрильных цифр, боли в пояснице слева, тошноту, снижение массы тела на 30 кг за 1,5 года, запоры. На приеме у врача-онколога ФИО3 О.В. предоставила результаты исследований, выполненных в <данные изъяты>: компьютерная томография (далее - КТ) органов трудной клетки, брюшной полости, забрюшинного пространства. В условиях ФИО3 была проведена уточняющая диагностика в объеме: пересмотр диска с исследованием КТ органов грудной, брюшной полости, забрюшинного пространства, КТ органов грудной и брюшной полостей с контрастным усилением, эзофагогастродуоденоскопия, ультразвуковое исследование (далее - УЗИ) органов брюшной полости и забрюшинного пространства, УЗИ периферических лимфатических узлов с пункционной биопсией, пересмотр гистологических микропрепаратов, <данные изъяты>3, пункционная биопсия образования печени под УЗ-контролем (дважды). ДД.ММ.ГГГГ был проведен врачебный консилиум. Решение: Учитывая расхождение результатов ИГХ заключения из опухоли печени и мягких тканей паравертебральной области слева, рекомендована консультация, пересмотр гистологических микропрепаратов, ИГХ-исследование, при необходимости повторная биопсия с гистологическим и ИГХ-исследованием в условиях <данные изъяты>» <данные изъяты> проведенного врачебного консилиума ДД.ММ.ГГГГ ФИО54 в ФИО3 не обращалась, по данным ТФОМС ФИО3 О.В. ДД.ММ.ГГГГ умерла. На основании изложенного, просил суд гражданское дело рассмотреть в отсутствие представителя.

Представители третьих лиц <данные изъяты>» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

Суд выслушав явившиеся стороны, принимая во внимание заключение прокурора о частичном удовлетворении исковых требований, исследовав материалы гражданского дела и обозрев медицинские обследования, медицинские документы, медицинские карты, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5, 6, 7 статьи 4 названного Федерального закона).

Пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с ч. 1 ст. 34 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», специализированная медицинская помощь оказывается врачами-специалистами и включает в себя профилактику, диагностику и лечение заболеваний и состояний (в том числе в период беременности, родов и послеродовой период), требующих использования специальных методов и сложных медицинских технологий, а также медицинскую реабилитацию.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н утверждены критерии оценки качества медицинской помощи.

В силу ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2). Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходилась истцам ФИО6 и ФИО1 - матерью, а истцу ФИО2 – женой.

Из медицинских документов и материалов гражданского дела следует, что у ФИО3 О.В. ДД.ММ.ГГГГ, на серии МСК томограмм органов брюшной полости и забрюшинного пространства было выявлено: <данные изъяты>, с признаками центрипитального контрастного усиления, в связи с чем, ФИО59 была вынуждена обратиться в <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО60. была планово госпитализирована в <данные изъяты>, с предварительным диагнозом: «<данные изъяты>».

Согласно протокола решения комиссии <данные изъяты> по отбору пациентов на оказание специализированной медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО61. был поставлен диагноз: <данные изъяты>

В обосновании клинического диагноза от ДД.ММ.ГГГГ было решено что диагноз: <данные изъяты>: УЗИ. Был назначен план обследования в соответствии с приказом Минздрава России №н ДД.ММ.ГГГГ и клиническими рекомендациями: Обследован амбулаторно. Дальнейшее консервативное решение согласовано. ДД.ММ.ГГГГ профессором д.м.н. ФИО16 и зав х/о ФИО17 сотрудников отделения и кафедры, при обходе и обследовании общего состояния ФИО62 был поставлен диагноз: Объемное образование правой доли печени. Рекомендовано: селективная редукция ветвей печеночной артерии. (Том 1 л.д. 13).

Согласно предоперационного эпикриза от ДД.ММ.ГГГГ ФИО63 оперативное лечение было запланировано на ДД.ММ.ГГГГ, в этот же день была проведена операция.

Как следует из выписки из истории болезни № ФИО64 на стационарном лечении в клинике <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, было проведено оперативное лечение, послеоперационный период протекал без осложнений, болевой синдром был купирован, выписалась в удовлетворительном состоянии под наблюдение врача по месту жительства.

Также судом установлено, что ФИО65. находилась на стационарном лечение в <данные изъяты>» <данные изъяты> (далее - Институт) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по направлению по форме № из ФИО3 <данные изъяты>» с указанием диагноза по МКБ С80.0 <данные изъяты>, так обозначенное (Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем (10-й пересмотр) (МКБ-10) (версия 2.24 от ДД.ММ.ГГГГ)". В период стационарного лечения, ФИО66 была оказана следующая помощь: биохимический анализ крови, иммуногематологический анализ крови, иммунологический анализ крови, исследование гормонов, опухолевых маркеров, общий анализ крови, общий анализ мочи, коагулограмма, цитологическое исследование, тест на COVID-19, КТ- исследование, МРТ исследование, радионуклидное исследование, рентгенологическое исследование, ультразвуковое исследование органов гепатобилиопанкреатической зоны, ультразвуковое исследование органов брюшной полости, ультразвуковое исследование забрюшинного пространства, ультразвуковое исследование вен нижних конечностей, ультразвуковое исследование плевральных полостей, ультразвуковое ангиосканирование вен нижних конечностей, электрокардиографическое исследование, эхокардиография, эндоскопия, консультация кардиолога, консультация невролога, консультация паллиативного онколога; ДД.ММ.ГГГГ была проведена биопсия под узи-навигацией, задача исследования: подтверждение диагноза по данным направления (С80.0). По результатам морфологического заключения: для уточнения гисто-, органогенеза опухоли необходимо было проведение иммуногистохимического исследования. По результатам иммуногистохимического исследования от ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: злокачественное новообразование соединительной и мягких тканей туловища неуточненной локализации (МКБ-10: С49.6), новообразование метастатические (МКБ-0: С49.6 М-800-6).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО67., умерла.

Согласно посмертного эпикриза <данные изъяты> пациентка: ФИО3 ФИО5: №, проживающая по адресу<адрес>, <адрес> находилась на обследовании и лечении в отделении с ДД.ММ.ГГГГ Дата смерти: 02.09.№

Диагноз посмертный: Основной: <данные изъяты>

Осложнения: Опухолевая интоксикация. Опухолевая кахексия. СПОН (почечная, печеночно-клеточная, дыхательная, церебральная, сердечно-сосудистая недостаточность): Энцефалопатия тяжелой степени с сланного генеза (дисциркуляторная, дисметаболическая, интоксикационная, гипоксическая), декомпенсация. Отек головного мозга. Внутрибольничная двусторонняя полисегментарная пневмония. Правосторонний гидропневмоторакс, дренирование плевральной полости справа ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. ДН 3 ст. ОПП по KDIGO 3 стадия на фоне ХБП СЗб (СКФ 40 мл/мин/1,73 м2). Гиперазотэмия. Гиперкалиемия. Асцит. Анемия тяжелой степени смешанного генеза. Тромбоз глубоких вен голеней с 2-х сторон без флотации от ДД.ММ.ГГГГ. Хронический компрессионный миелопатический синдром T12-L2 уровня, нижний вялый парапарез. ИВЛ от ДД.ММ.ГГГГ. Вазопрессорная поддержка от ДД.ММ.ГГГГ. Операция экстракорпоральной гемокоррекции- продленный вено-венозный гемодиализ от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.ДД.ММ.ГГГГ. Трахеостомия ДД.ММ.ГГГГ ДВС-синдром. Тромбоцитопения. Хронический болевой синдром 3 балла по ШВО. Реанимационные мероприятия от ДД.ММ.ГГГГ. Сопутствующий: Гипертоническая болезнь 3 стадии, риск ССО 4. ППС. Склеродегенеративные изменения аортального клапана с формированием стеноза АЩ недостаточности 1ст. НК II А (Стражеско-Василенко), ФК 111 NYHA. Недостаточность митрального клапана 2ст. Недостаточность трикуспидального клапана 2ст. Фибрилляция предсердий пароксизмальная форма, с исходом в синусовый ритм, пароксизмы от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Сахарный диабет II типа. Вирусный гепатит С, в процессе противовирусной терапии. Цирроз печени. Распространенная дорсопатия. ЖКБ. Хронический калькулезный холецистит, ремиссия. (Том 1 л.д. 16-17).

Согласно Акта внеплановой проверки качества и безопасности медицинской деятельности от № нарушений при оказании медицинской помощи ФИО68., ДД.ММ.ГГГГ года рождения в период лечения в хирургическом отделении № <данные изъяты><данные изъяты> с №. не выявлено. (Том 1 л.д. 38).

Согласно заключения по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от <данные изъяты>. №<данные изъяты><данные изъяты> в <адрес>, дефектов и нарушений при оказании медицинской помощи не выявлено. (Том 1 л.д. 84).

Согласно заключения по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от <данные изъяты>. №-<данные изъяты><данные изъяты>» в <адрес>, дефектов и нарушений при оказании медицинской помощи не выявлено. (Том 1 л.д. 86).

Таким образом судом установлено, что <данные изъяты>, в котором ФИО69. оказывалась медицинская помощь, предусмотренная территориальной программой ОМС, были выставлены счета на оплату данной помощи, а <данные изъяты> в соответствии с законодательством об ОМС, по результатам проведенного контроля сроков, качества и условий оказания медицинской помощи, оплатило оказанные медицинские услуги.

Определением <данные изъяты> суда <адрес> от №., по гражданскому делу была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФИО3 «<данные изъяты>

Из представленного заключения эксперта № «№ от ДД.ММ.ГГГГ выполненного ФИО3 «<данные изъяты>», следует, что на основании данных представленных медицинских документов, результатов, изложенных в «Аналитико-синтетической части», комиссия экспертов пришла к следующим выводам.

На вопрос: Каким заболеванием (заболеваниями) страдала ФИО70. на момент обращения в ФИО71

Ответ. При первичном обращении ФИО72. №. в <данные изъяты> больного№» зафиксированы заболевания:

гемангиома правой доли печени больших размеров,

гипертоническая болезнь, 2 ст.. контролируемая, риск 4,

сахарный диабет II типа, неинсулинзависимый,

желчекаменная болезнь, хронический калькулезный холецистит,

хронический поверхностный гастрит,

хроническая гипохромная анемия легкой степени тяжести,

смешанная (дисметаболическая, дисциркуляторная) энцефалопатия 2 ст.,

церебрастенический синдром,

- стенозирующий атеросклероз БЦА».

На вопрос: Какая конкретно объективная ангиографическая картина была получена в ходе ангиографического исследования от ДД.ММ.ГГГГ?

Соответствует ли ангиографическая картина заключению ангиографического исследования? Характерна ли она для гемангиомы?

Ответ. По данным «Медицинской карты стационарного больного № описано, что на ангиографии признаки гемангиомы правой доли печени, размерами 83х51мм, афференты-ветви правой долевой печеночной артерии. При этом более подробное описание ангиографической картины отсутствует. При самостоятельном изучении данных ангиографии установлено, что в правой доле печени определяется гиперваскулярное образование размерами 83*51мм, с негомогенным, в основном периферическим накоплением контрастного вещества и быстрым его выведением. Учитывая, что для гемангиомы на ангиографии характерен островковый тип контрастирования с быстрым выведением контрастного вещества, с полной уверенностью невозможно как утверждать, так и исключить, что данное образование не является гамангиомой. На КТ органов брюшной полости от 03.02.2022г.: Правая доля печени увеличена в размере, структура неоднородная за счет гиподенсного образования размером до 103*74*66 мм с неровными нечеткими контурами. Данное образование слабо дифференцируется в нативную фазу сканирования и прогрессирующее периферическое контрастное усиление в остальные фазы сканирования. Плотность паренхимы неравномерно снижена. Внутрипеченочные желчные протоки не расширены. Описанная картина не исключает гемангиому правой доли печени. Обоснование см. пункт 2 «Аналитико-синтезирующей части».

На вопрос: На каких объективных данных ангиографического исследования основан клинический диагноз?

Ответ. Для гемангиомы на ангиографии характерен островковый тип контрастирования с быстрым выведением контрастного вещества, который при ангиографии от 11.02.2022г. не визуализируется. Однако, с полной уверенностью невозможно как утверждать, гак и исключить, что данное образование не является гемангиомой, тем более с учетом данных предшествующего КТ исследования от 03.02.2022г.

На вопрос: Имеется ли объективное развернутое обоснование клинического диагноза?

Ответ. В представленной «Медицинской карте стационарного больного» № обоснование клинического диагноза выполнено формально: не указаны признаки, характеризующие гемангиому печени, в том числе не учтены данные КТ от 03.02.2022г. вклеенные в медицинскую карту.

На вопрос: Были ли допущены дефекты диагностики заболевания (заболевании)?

Ответ. На госпитальном этапе <данные изъяты>» в период с № установлены дефекты диагностики:

- неполный сбор анамнеза относительно болевого приступа в правом подреберье в 2021 г.: где и какие обследования проведены, лечение,

- невыполнение исследования крови на ВИЧ. сифилис, гепатиты, регламентированных «Стандартом специализированной медицинской помощи при других заболеваниях печени», показанных с частотой 1(100%),

- не дана оценка данным КТ органов брюшной полости от 03.02.2022г. с рекомендацией консультации онколога. Обоснование см. пункт 2 «Аналитико-синтезирующей части».

На госпитальном этапе «<данные изъяты> в период с №. установлены дефекты диагностики:

- отсутствие преемственности диагностики: не проведен анализ данных КТ от ДД.ММ.ГГГГ,№., свидетельствующих о росте образования печени,

- невыполнение исследования крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты. Обоснование см. пункт 3 «Аналитико-синтезирующей части».

На госпитальном этапе <данные изъяты> в период с 21.04.2022г до 16.06.2022г. установлены дефекты диагностики:

- запоздалое выполнение КТ органов брюшной полости,

- декларативное установление диагноза «Злокачественное новообразование печени» от 25.05.2022г. без клинического обоснования. Обоснование см. пункт 4 «Аналитико-синтезирующей части».

На вопрос: Имелись ли показания или противопоказания для проведения операции перселективной эмболизации ветвей печеночной артерии правой доли?

Ответ. У ФИО73 размеры гематомы по данным КТ от 03.02.2022г. 103x74x66 мм (более 5 см в диаметре) являлись показанием для проведения суперселективной эмболизация ветвей печеночной артерии правой доли микроэмболам nsPVA Bearing 710-1000 мкм и спиралью эмболизационной MReye 6x50 mm.

На вопрос: Противопоказано ли проведение такой операции в случае наличия злокачественного образования в печени?

Ответ. Эндоваскулярная эмболизация печеночной артерии у ФИО74 даже «в случае наличия злокачественного образования в печени» не была противопоказана, так как метод используется при лечении злокачественных опухолей различной локализации с целью прекращения кровотока в зоне опухоли.

На вопрос: Повлияли ли дефекты диагностики на выбор лечебной тактики (метода оперативного вмешательства и последующего лечения) в отношении заболевании ФИО75

Ответ: Вопрос имеет гипотетический характер: предполагает оценку возможности и вероятности наступления предполагаемого события при соблюдении определенных условий, решение которых выходит за пределы компетенции экспертов. Ответы на гипотетические вопросы являются теоретическими рассуждения и предположениями, не имеющими отношения к конкретному случаю.

На вопрос: Была ли медицинская помощь, оказанная ФИО76 своевременной, полной технически правильной, в том числе с учетом Заключения по иммунологистохимическому исследованию № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты><данные изъяты>

Ответ: Заключение по иммунологистохимическому исследованию № № датировано №., однако дата поступления материала ДД.ММ.ГГГГ в 10:50, блок № №, забор материала при трепанобиопсии образования поясничной области 15.08.2022г. В мягких тканях - инфильтративный рост низкодифференцированного аденогенного рака типа скирра. Опухоль без признаков органопринадлежности, в первую очередь исключить поражение молочной железы и мочевыводящих путей. Новообразование. Метастатическое. Редакция вопроса допускает неоднозначность понимания. Комиссией экспертов трактуется относительно госпитального этапа <данные изъяты>. На госпитальном этапе <данные изъяты> медицинская помощь ФИО3 О.В. была паллиативной в связи с распространенностью- патологического процесса, своевременной, полной, технически правильной.

На вопрос: Характерен ли процесс заживления гемангиомы в предоперационном и послеоперационном периоде (после проведения эндоскопического вмешательства)?

Ответ: в представленных материалах отсутствуют сведения, позволяющие судить о «процессе заживления гемангиомы в предоперационном и послеоперационном периоде (после проведения эндоскопического вмешательства)», в том числе данные о морфологическом исследовании трупа ФИО77

На вопрос: По каким объективным данным в настоящий момент возможно достоверно верифицировать характер патологического процесса в предоперационном периоде, имевшегося у <данные изъяты>

Ответ: В связи с не предоставлением большинства гистологических иммуногистохимических объектов, не проведением морфологическского (патологоанатомического или судебно-медицинского) исследования трупа <данные изъяты> поставленный вопрос не представляется возможным.

На вопрос: Соответствовало ли лечение, проводимое <данные изъяты> лечебными учреждениями, установленному диагнозу?

Ответ: На всех этапах медицинской помощи ФИО3 <данные изъяты> лечение принципиально соответствовало поставленным диагнозам.

На вопрос: В случае установления дефектов оказания медицинской помощи <данные изъяты> в лечебных учреждениях, какие именно дефекты или недостатки в оказании медицинской помощи и в каких лечебных учреждениях были допущены, состоят ли они в прямой причинно-следственной связи с наступлением ее смерти?

Ответ: На госпитальном этапе «<данные изъяты>» в период с №. установлены дефекты медицинской помощи ФИО3 ФИО78 дефекты диагностики: неполный сбор анамнеза относительно болевого приступа в правом подреберье 2021г.: где и какие обследования проведены, лечение, невыполнение исследования крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты, регламентированных «Стандартом специализированной медицинской помощи при других заболеваниях печени», показанных с частотой 1(100%), не дана оценка данным КТ органов брюшной полости от 03.02.2022г. с рекомендацией консультации онколога; дефект ведения: отсутствие консультации онколога при образовании печени и увеличении парааортальных лимфоузлов, дефект оформления медицинской документации, формальное обоснование клинического диагноза. Обоснование см. пункт 2 «Аналитико-синтезирующей части».

На госпитальном этапе <данные изъяты>» в период с №. установлены дефекты медицинской помощи ФИО3 ФИО79 дефекты диагностики, отсутствие преемственности диагностики: не проведен анализ данных КТ от 03.02.2022г., 07.04.2022г. свидетельствующих о росте образования печени, невыполнение исследования крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты; дефект ведения: отсутствие показанной консультации специализированного (онкологического) медицинского учреждения. Обоснование см. пункт 3 «Аналитико-синтезирующей части».

На госпитальном этапе <данные изъяты>» в период с №. установлены дефекты медицинской помощи ФИО80 дефекты диагностики: запоздалое выполнение КТ органов брюшной полости, декларативное установление диагноза «Злокачественное новообразование печени» от 25.05.2022г. без клинического и инструментального обоснования, дефекты ведения: при сопутствующем заболевании гипертоничекая болезнь не выполнена консультация врача-кардиолога, при сопутствующем заболевании сахарный диабет и повышении количества глюкозы не выполнена консультация врача-эндокринолога, при сопутствующем заболевании вирусный гепатит С, мелкоузловой цирроз печени класс В не выполнена консультация врача-инфекциониста. Обоснование см. пункт 4 «Аналитико-синтезирующей части».

На госпитальном этапе <данные изъяты>» в период с №. установлены дефекты медицинской помощи ФИО81.: дефект ведения: отсутствие консультаций врача-эндокринолога, врача-инфекциониста, дефект оформления медицинской документации: выполнение записей в листе назначения нечитабельным почерком. Обоснование см. пункт 6 «Аналитико-синтезирующей части».

На госпитальном этапе <данные изъяты> в период с №. установлен дефект медицинской помощи ФИО3 ФИО82. в части диагностики: неправомочное установление первичного очага образования печени без гистологической и ИГХ верификации. Обоснование см. пункт 7 «Аналитико-синтезирующей части».

На госпитальном этапе <данные изъяты>» в период с №. до ДД.ММ.ГГГГ установлен дефект медицинской помощи ФИО83. в части диагностики: не правомочная оценка образования печени как фибросаркома без верификации.

Решить вопрос о наличии/отсутствии причинно-следственной связи дефектов медицинской помощи ФИО84 с наступлением её смерти не представляется возможным в связи с невозможностью объективного установления причины смерти из-за отсутствия морфологического исследования трупа (паталогоанатомического или судебно-медицинского).

На вопрос: Возможно ли было избежать наступления неблагоприятного исхода ФИО3 ФИО85

Ответ: Вопрос имеет гипотетический характер, предполагает оценку возможности и вероятности наступления предполагаемого события при соблюдении определенных условий, решение которых выходит за пределы компетенции экспертов. Ответы на гипотетические вопросы являются теоретическими рассуждениями и предположениями, не имеющими отношения к конкретному случаю.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО18 выводы экспертного заключения поддержала в полном объеме, суду пояснила, что на вопросы по судебные экспертизы эксперты отвечали комиссионно. В предоставленной медицинской карте № обоснование клинического диагноза было выполнено формально, не указаны признаки, характеризующие гемангиому печени, не учтены данные КТ от ДД.ММ.ГГГГ, вклеенные в медицинскую карту. ФИО86 поступила в хирургическое отделение 09 февраля в плановом порядке по направлению <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты> комиссии было дано заключение: что по тем данным, что изложены, исключить гемангиому нельзя. Потом во время проведения ангиографии во время операции, когда ввели контраст и образование было более четким, исключить или подтвердить, что это такое было невозможно и об этом указано в заключении. Поскольку уже вошли в сосуд и подошли к сосудам печени, было принято правильное решение о проведении эмболизации. Потому-что эмболизация сосудов показана в том числе при злокачественных образованиях. Эмболизация –это когда в кровеносный сосуд через трубочку вводятся спиральки или вещества, которые закупоривают сосуд, чтобы прекратить питание опухоли. Используется это широко не только в хирургии, но и в онкологии, нейрохирургии, дерматологии. В этой связи проведение эмболизации не было противопоказано и на данном этапе расценивать, как дефект лечения нельзя. Также пояснила, что они не знают, где и какой был опухолевый процесс, так как труп не был исследован и решить вопрос о том, какая причинно-следственная связь между дефектами диагностики и наступлением смерти установить невозможно. Если бы исследовался труп, то исследовали бы и печень.

Эксперт <данные изъяты> в судебном заседании выводы экспертного заключения поддержала в полном объеме, суду пояснила, что она участвовала в проведении экспертизы. Пояснила, что на госпитальном этапе (на странице 124 заключения) в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ были установлены дефекты медицинской помощи ФИО87 а именно: дефекты диагностики:-неполный сбор анамнеза относительно болевого приступа в правом подреберье в 2021 году, где и какие обследования были проведены, лечение, невыполнение исследования крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты, регламентированных «Стандартом специализированной медицинской помощи при других заболеваниях печени», показанных с частотой 1 (100%), не дана оценка данным КТ органов брюшной полости от ДД.ММ.ГГГГ с рекомендацией консультации онколога, дефект ведения: отсутствие консультации онколога при образовании печени и увеличении парааортальных лимфоузлов, дефект оформления медицинской документации: формальное обоснование клинического диагноза. Пояснила суду, что комиссия изучила все что было изложено в медицинской карте.

Эксперт ФИО19 в судебном заседании выводы экспертного заключения поддержала в полном объеме, суду пояснила, что ее пригласили в качестве эксперта. В данном случае она оценивала микропрепараты, которые были выполнены не в их учреждении (трепанобиопсия мягких тканей спины). Кто делал цитологию сказать не может. Был предоставлен трепанобиоптат мягких тканей спины, она сделала микроскопическое описание, где было исследовано, что фиброзированная ткань с группами, с цепочками клеток. Были также предоставлены химические препараты с различными антителами, по которым она сделала вывод, что имеет место опухоль злокачественная, эпителиальная, низкодифференцированная. Поскольку эксперессируют клетки, как эпителиальные и медуаллярные это бывает при низкодеффенцированных опухолях. Означает, что эпителиальная злокачественная опухоль рак в мягких тканях и можно расценить как метостаз.

Эксперт ФИО20 в судебном заседании выводы экспертного заключения поддержал в полном объеме, суду пояснил что ему предоставили медицинскую документацию, по случаю заболевания пациентки ФИО88 и предложили оценить, насколько с онкологической точки зрения, была предоставлена медицинская помощь пациентке. Онколог, как и любой хирург зависим от смежных специалистов, от тех заключений, которые им дают врачи диагносты. И если врач компьютерной томографии –дает заключение, что это сосудистая опухоль-гемангиома и значит необходимо рассматривать этого пациента с таким диагнозом. Врач, который занимается той или иной хирургией, знает рентгеновскую картину тех или иных новообразований. И принимает решение, на основании того, какую картину он видит, и тех заключений, которые дают смежные специалисты. Сказать доброкачественное новообразование или злокачественное можно, только выполнив биопсию. Если рассматривать опухоль, как гемангиому, то нет необходимости рассматриваем биопсию-она не проводится в такой ситуации, так как чревато кровотечением из печени. Ангиогиография подтверждает, что гемангиома, она имеет ветви, которые питают эту сосудистую опухоль они завизуализированы и задокументированы в протоколе операции. Есть диагностические процедуры инвазивные и не инвазивные. КТ-относится к не инвазивным вмешательствам, то есть без повреждения кожных покровов, с помощью приборов. Есть диагностические процедуры, инвазивные-когда мы прокалываем или разрезаем ткани с целью введения контраста или ещё каких-то задач. Ангиография выполняется путем канализации сосудов введения контраста в те сосуды, которые снабжают ту или иную область, в данном случае кровоснабжают опухоль печени. На ангиографии прекрасно видно, из чего состоит опухоль, есть признаки гемангиомы правой доли печени. Метастаз -это опухоль, которая может кровоснабжаться и снабжаться сосудами, но не состоит из сосудов. Мы опираемся на данные медицинской документации, в данном случае рентгенолог-хирург и исходя, что видят и делают заключение о том или ином диагнозе. Ему была поставлена задача-изучить документацию, он ее изучил, помощь оказывалась иной организацией. То, что нашли злокачественные клетки-это цитологическое исследование-наличие таких клеток говорит о том, что нужно пациента обследовать и разобраться, если там на самом деле опухоль или нет. Диагноз установить на основании цитологического исследования нельзя. Если бы было проведено вскрытие трупа, тогда было бы возможно ответить на все поставленные вопросы с уверенностью.

Эксперт ФИО21 в судебном заседании выводы экспертного заключения поддержал в полном объеме, суду пояснил, что целью привлечения его как специалиста, было для оценки адекватности выполнения вмешательства, которое было сделано <данные изъяты><данные изъяты>. Эксперты пришли к выводам, что вмешательство было выполнено адекватно. В ходе вмешательства была диагностирована локализация, размеры патологической сосудистой сети правой доли печени, выявлен афферентный сосуд. Результат вмешательства достигнуто окклюзия целевого сосуд, кровоснабжение патологической сосудистой сети прекращено на момент окончания вмешательства. На этапе оказания рентгено-хирургической помощи дефектов не выявлено. По ангиографии были признаки наличия сосудистой сети, присущие гемангиоме. Ангиографических признаков 100% диагноз гемангиома не существует. В ангиографической картине не обязательно отражать, достаточно написать, что имеются признаки гемангиомы. Если у кого-то возникают сомнения, всегда можно извлечь из архива изображение убедиться, что описание сделано верно. Ангиографию смотрели, чтобы убедиться, что диагноз был выставлен верно. Проведение медицинского вмешательства по его специальности <данные изъяты> с учетом выставленного диагноза было оправдано. Совокупность полученных данных объективных методов исследования физико и инструментальных позволило с большой долей вероятности предположить, что у пациента имеется гемангиома правой доли печени, что и послужило показанием для назначения лечения. Установка диагноза, требующего лечения, как раз и подразумевает его проведение, если на, то имеется соответствующее оборудование, что было выполнено. ФИО21 выводы экспертного заключения поддержала в полном объеме, дав аргументированные ответы на вопросы суда и сторон в судебном заседании довольно полно, четко и ясно даны ответы на поставленные перед ним вопросы сторонами, подтверждая свое заключение и обоснованность сделанных выводов.

Эксперт ФИО22 в судебном заседании выводы экспертного заключения поддержала в полном объеме, суду пояснила, что ей проводилась экспертиза цитологических препаратов. Она увидела, что в лимфоузле метастатический процесс не обнаружен, а в препаратах печени были обнаружены разрушающиеся опухолевые клетки. В пунктах попали опухолевые клетки, которые уже подверглись частичному разрушению. Опухолевые клетки могут разрушаться при механических воздействиях. При прохождении тонкой иголкой в опухолевые клетки, клетки могут повреждаться и имеют такую особенность, что они более травматичны.

Эксперт ФИО23 в судебном заседании выводы экспертного заключения поддержала в полном объеме, суду пояснила, что ей были предоставлены диски, на которых были исследования КТ, МРТ, ангиография печени. Все протоколы КТ есть в экспертизе. № <данные изъяты> было КТ брюшной полости, печень была увеличена в размер и размеры были 10 см в диаметре, после контрастного усиления было периферическое контрастирование -это проведение КТ с применением контрастного вещества и в зависимости как накапливается контрастное вещество и выносится то или иное заключение. Тут было преимущественно периферическое накопление контрастного вещества, что говорит о том, что есть образование. А какое оно образования-тут уже врач делает на основании ряда исследований. Именно быстрое выведения контрастного вещества характерно для любого сосудистого образования. По образованиям надо спросить у гистолога.

Заключения комиссии экспертов ФИО3 <данные изъяты><данные изъяты>» выполнены с соблюдением требований, предъявляемых к производству экспертизы Федеральным законом РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также требований ст. 86 ГПК РФ. При проведении судебной экспертизы в распоряжение экспертов были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе оригиналы медицинских обследований, медицинских документов и медицинских карт ФИО89

Экспертное исследование проводилось комиссией экспертов, имеющих соответствующее образование и стаж экспертной работы, обладающих необходимыми познаниями и специальностями, являющимися лицами, не заинтересованными в исходе дела. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Само исследование проведено полно по всем поставленным судом вопросам, заключение последовательно и всесторонне, исходя из комплексной оценки состояния здоровья ФИО3 ФИО90 с подробным исследованием всех медицинских обследований, медицинских документов и медицинских карт.

Допрошенные в судебном заседании эксперты ответили на вопросы и дали аргументированные ответы на вопросы суда и сторон в судебном заседании, подтвердили свое заключение и обоснованность сделанных ими выводов.

Представителем ответчика в судебном заседании заявлено ходатайство о проведении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы.

Согласно части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Назначение судебной экспертизы непосредственно связано с правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается, если оно необходимо для устранения противоречий в собранных судом иных доказательствах и иным способом это сделать невозможно.

Оценка доказательств, в том числе заключений экспертов, должна производиться судом не произвольно, а по правилам, установленным законом; заключение эксперта подлежит оценке в совокупности с другими доказательствами по делу. Закон обязывает суд дать оценку каждому предоставленному доказательству, включая заключение эксперта, указать обстоятельства, которые он считает установленными по делу, а также обосновать это мнение.

В силу части 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В определении суда о назначении дополнительной или повторной экспертизы должны быть изложены мотивы несогласия суда с ранее данным заключением эксперта или экспертов (часть 3 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, закрепленное частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения как особый способ его проверки вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

Вместе с тем, назначение судебной экспертизы должно быть обусловлено установлением юридически значимых обстоятельств, исходя из конкретного дела.

Допрошенные в ходе судебного разбирательства эксперты ФИО18, ФИО20, ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, ФИО91 подтвердили достоверность выводов, изложенных ими в экспертизе.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд, оценив экспертное заключение по правилам, установленным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимает его в качестве доказательства по настоящему делу, поскольку оно отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его объективности и достоверности отсутствуют. В противоречие с иными доказательствами по делу данное заключение не вступает. В связи с чем судом отказано в проведении по делу повторной судебной экспертизы.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи.

Разъяснение понятия морального вреда содержится в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», где под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В соответствии с п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи могли способствовать ухудшению состояния здоровья и привести к неблагоприятному исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Оценивая указанные заключения экспертов в совокупности с другими представленными суду доказательствами, суд приходит к выводу о наличии дефектов (недостатков) оказания ФИО3 ФИО92 медицинской помощи на госпитальном этапе в <данные изъяты>, а именно: в период с №. неполный сбор анамнеза относительно болевого приступа в правом подреберье 2021г., где и какие обследования проведены, лечение, невыполнение исследования крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты, регламентированных «Стандартом специализированной медицинской помощи при других заболеваниях печени», показанных с частотой 1(100%), не дана оценка данным КТ органов брюшной полости от №. с рекомендацией консультации онколога; дефект ведения: отсутствие консультации онколога при образовании печени и увеличении парааортальных лимфоузлов, дефект оформления медицинской документации, формальное обоснование клинического диагноза; с №. дефекты диагностики, отсутствие преемственности диагностики: не проведен анализ данных КТ от №. свидетельствующих о росте образования печени, невыполнение исследования крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты; дефект ведения: отсутствие показанной консультации специализированного (онкологического) медицинского учреждения; в период с № до №. запоздалое выполнение КТ органов брюшной полости, декларативное установление диагноза «Злокачественное новообразование печени» от №. без клинического и инструментального обоснования, дефекты ведения: при сопутствующем заболевании гипертоничекая болезнь не выполнена консультация врача-кардиолога, при сопутствующем заболевании сахарный диабет и повышении количества глюкозы не выполнена консультация врача-эндокринолога, при сопутствующем заболевании вирусный гепатит С, мелкоузловой цирроз печени класс В не выполнена консультация врача-инфекциониста.; в период с №. отсутствие консультаций врача-эндокринолога, врача-инфекциониста, дефект оформления медицинской документации: выполнение записей в листе назначения нечитабельным почерком.

При рассмотрении настоящего гражданского дела юридическое значение имеет косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку дефекты (недостатки) оказания врачами указанного медицинского учреждения медицинской помощи ФИО93 ограничили ее право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что влечет за собой нарушение неимущественного права членов его семьи на родственные и семейные связи, на семейную жизнь, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Ввиду того, что данная категория дел носит оценочный характер, только суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая нормы закона, степень вины ответчика, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующей ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми.

Согласно доводам истцов, смерть матери и жены является для них огромной и невосполнимой потерей.

Данные обстоятельства свидетельствуют о значительном претерпевании истцами нравственных страданий ввиду тесной семейной связи с матерью и женой, в связи с чем, суд считает необходимым взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Самарский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, т.е. по 50 000 рублей в пользу каждого истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО6, ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с <данные изъяты> (ИНН №) в пользу ФИО6 (паспорт № № выдан <данные изъяты> по <адрес>) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Взыскать с <данные изъяты> (ИНН № в пользу ФИО1 (паспорт № № выдан <данные изъяты><адрес>) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Взыскать с <данные изъяты> (ИНН № в пользу ФИО2 (паспорт № № выдан <данные изъяты><адрес> ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Самарский районный суд <адрес> в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья С.Н. Теплова

Решение суда в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ год.