Решение № 2-4396/2020 2-4396/2020~М-4014/2020 М-4014/2020 от 25 ноября 2020 г. по делу № 2-4396/2020

КОПИЯ

УИД 03RS0005-01-2020-007167-50

дело № 2-4396/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2020 года город Уфа

Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Зиновой У.В.,

при секретаре Иделбаевой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО ГК «Эксперт» о признании незаконным увольнения и восстановлении на работе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО ГК «Эксперт» о признании незаконным увольнения и восстановлении на работе. В обоснование требований указала на то, что являлась работником ответчика с ДД.ММ.ГГГГ в должности менеджера отдела продаж. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на больничном. ДД.ММ.ГГГГ вышла на работу, в этот же день была ознакомлена с приказом о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №. Из приказа истец узнала, что уволена по основанию подп. в пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за разглашение охраняемой законом тайны. Основанием послужила служебная записка. После чего истцу была выдана копия приказа об увольнении и трудовая книжка без записи об увольнении. С увольнением истец не согласна, считает его незаконным и необоснованным, поскольку с содержание служебной записки ее не ознакомили, с перечнем информации, отнесенной к коммерческой тайне, истец не ознакомлена. Письменные объяснения у истца не отбирались, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась в очередном оплачиваемом отпуске в качестве отпускных истцу была перечислена сумму 6790 рублей, с которой истец также не согласна, поскольку недоплаченная сумма отпускных составляет 13075,43 рублей. Ранее к дисциплинарной ответственности не привлекалась. Просит признать увольнение истца по приказу от ДД.ММ.ГГГГ № по подпункту в пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации признать незаконным, взыскать с ответчика в свою пользу зарплату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда; взыскать в пользу истца недоплаченную отпускную выплату в размере 13075,43 рублей; компенсацию морального вреда 50000 рублей; расходы на оплату юридических услуг 30000 рублей.

В судебном заседании ФИО1, ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель ответчика ФИО3 с иском не согласилась, указала на то, что факт разглашения коммерческой тайны подтвержден аудиозаписью разговра ФИО4 с клиентом ответчика, запрос на необходимость представления объяснений истцу был направлен посредстве мессенджера Whatsapp, на что истец направила в адрес руководителя копию больничного листа. Перечень коммерческой тайны определен соглашением о ее неразглашении, которое подписано истцом ДД.ММ.ГГГГ. кроме того обратила внимание на то, что требования об оплате вынужденного прогула являются незаконными, поскольку обращаясь в Государственную трудовую инспекцию, истец сама указала на желание уволиться по собственному желанию, и по имеющейся информации в настоящее время трудоустроена.

Суд, изучив и оценив письменные доказательства, проверив юридически значимые обстоятельства по делу, выслушав участников процесса, заключение помощника прокурора Октябрьского района города Уфы РБ Гайсиной Г.Р., полагавшей обоснованными и подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО1, приходит к следующему.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Судом установлено и сторонами не оспаривалось, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком заключен трудовой договор, согласно условиям которого истец принимается на работу к ответчику на должность бухгалтера. Трудовой договор заключен на неопределенный срок.

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник обязан, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО ГК «Эксперт» заключен трудовой договор, согласно которому истец принята на работу к ответчику с ДД.ММ.ГГГГ в должности менеджера отдела продаж. Договор заключен на неопределенный срок, местом работы является <адрес>.

Соответствующим приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, принята на работу с тарифной ставкой (окладом) 13000 рублей.

Пунктом 2.2.7 трудового договора стороны пришли к соглашению о том, что работник обязан не разглашать сведения, составляющие государственную, служебную или коммерческую тайну, ставшие известными ему в связи с исполнением своих должностных обязанностей, если работник допущен в установленном порядке к работе со сведениями, составляющими государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну.

Оплата труда составляет 27% от индивидуальных продаж, не менее МРОТ (пункт 5.1).

Дополнительным соглашением № к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № пункт 5.1. трудового договора изложен в новой редакции: оплата труда по настоящему договору составляет 12972 рубля.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 прекращен 24.072020 на основании подпункта в пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Основанием к вынесению приказа указана служебная записка.

ФИО1 ознакомлена с приказом ДД.ММ.ГГГГ.

Из копии представленной истом трудовой книжки, подлинник которой на обозрение суду не представлен. Следует, что запись об увольнении в трудовую книжку не внесена.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из разъяснений, изложенных в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 № 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при оспаривании дисциплинарного взыскания подлежащим доказыванию работодателем является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 5455 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям

Под неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей понимается неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В силу ч. 4 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине.

Согласно ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Указанной статьей, в том числе предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт (ч. 1). Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (ч. 2). Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (ч. 3). За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание (ч. 5). Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 6).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ руководитель договорного отдела ФИО4 обратилась к зам.директора ООО ГК «Эксперт» с служебной запиской в которой указала, что с целью уточнения сведенй о заключении ООО ГК «Эксперт» договора она позвонила в ООО «Унитех М», в ходе телефонного разговора инженер по ПБ ФИО5 сообщила информацию о том. что ФИО1 распространяла ложную информацию о неработоспособности ООО ГК «Эксперт» и настаивала, что ООО «Унитех М» не оплачивало счета. Выставленные ООО ГК «Эксперт», а также передала все контактные данные ООО «Унитех М» конкурентам. В связи с нарушением соглашения о неразглашении коммерческой тайны, просила принять решение о привлечении ФИО1, к дисциплинарной ответственности.

По ходатайству ответчика в судебном заседании прослушана аудиозапись данного телефонного разговора, наряду с этим допрошена свидетель ФИО4, которая подтвердила данные обстоятельства.

Между тем, из представленных документов следует, что ответчиком нарушена процедура увольнения истца в силу следующего.

Ответчик, указывая на правомерность увольнения истца, указал, что ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт о том, что ФИО1 отказать дать объяснение своему поступку, установленному в ходе телефонного разговора ФИО4, и ФИО5

Между тем, каких-либо доказательств о том, что данное объяснение у ФИО1 запрашивалось, в материалы дела не представлено.

Сам по себе акт с формулировкой «объяснение своему поступку ФИО1 давать отказалась» не свидетельствует о том, что у ФИО1 в соответствии с положениями статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации было затребовано письменное объяснение по установленным фактам.

Из материалов же, представленных ответчиком по запросу суда, следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске.

Более того, с ДД.ММ.ГГГГ, то есть не приступая к работе, ФИО1 по ДД.ММ.ГГГГ находилась в состоянии временной нетрудоспособности, что подтверждено суду копией листка нетрудоспособности самим ответчиком.

Согласно указанному листку приступить к работе ФИО1 должна с ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем, ДД.ММ.ГГГГ ООО ГК «Эксперт» уже был издан приказ о ее увольнении.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Вопреки положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств отзыва ФИО1 из отпуска в связи с производственной или иной необходимостью ответчиком суду представлено не было, как не было представлено и доказательств направления в адрес истца письма с предложением представить письменные объяснения с отражением выявленных по мнению работодателя нарушениях.

Между тем, статья 193 Трудового кодекса Российской Федерации обязывает работодателя затребовать такие объяснения и только по непредставлению их в двухдневный срок составить соответствующий акт.

Ответчик, ссылаясь на отказ ФИО1 представить письменные объяснения, представил акт, составленный в день же обнаружения нарушений со стороны истца, без представления доказательств их затребования в установленном трудовым кодексом Российской Федерации порядке.

Таким образом, доказательств истребования у истца письменных объяснений с установлением срока для их представления, ответчиком не представлено, а из материалов дела следует, что в день составления самого акта ФИО1 находилась в состоянии временной нетрудоспособности.

Доказательств тому, что при выходе на работу ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 было затребовано письменное объяснение по выявленным фактам, материалы дела также не содержат.

Составленный ДД.ММ.ГГГГ акт об отказе писать объяснительную записку также не свидетельствует, что в установленном статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядке у ФИО1 были затребованы такие объяснения.

Кроме того, акт, в соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, мог быть составлен работодателем только по истечении двух дней со дня затребования объяснений, тогда как первый акт составлен в день выявления нарушений без вручения уведомления о необходимости представления объяснений и в период нахождения истца в состоянии временной нетрудоспособности, а второй акт составлен в день выхода ФИО1 на работу также без вручения уведомления о необходимости представления письменных объяснений и без установления срока, определенного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации по истечении которого может быть составлен такой акт.

Кроме того, исходя из содержания акта от ДД.ММ.ГГГГ следует, что факт разглашения коммерческой тайны был выявлен ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, также указанное следует и из служебной записки ФИО4, тогда как в акте от ДД.ММ.ГГГГ указано на то, что ФИО1 было предложено представить письменные объяснения ДД.ММ.ГГГГ, то есть до возникновения основания для их истребования.

То обстоятельство, что ФИО1, слышала устно или получала по мессенджеру Whatsapp какие-либо сообщения от руководителя ООО ГК «Эксперт» по выявленным фактам, не свидетельствует о соблюдении ответчиком процедуры увольнения, установленной трудовым кодексом РФ.

При таких обстоятельствах, судом установлено, что ответчиком не соблюден порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности, установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Наряду этим, суд не может согласиться и с утверждением ответчика о разглашении истцом коммерческой тайны, как основанием к увольнению.

В силу положений статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в том числе в случае, однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: разглашения охраняемой законом тайны (государственной, коммерческой, служебной и иной), ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, в том числе разглашения персональных данных другого работника.

Согласно разъяснениям, данным в п. 43. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в случае оспаривания работником увольнения по подпункту «в» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что сведения, которые работник разгласил, в соответствии с действующим законодательством относятся к государственной, служебной, коммерческой или иной охраняемой законом тайне, либо к персональным данным другого работника, эти сведения стали известны работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей и он обязывался не разглашать такие сведения.

Судом установлено, что приказом от ДД.ММ.ГГГГ ООО ГК «Эксперт» № утверждено Положение о коммерческой тайне ООО «ГК «Эксперт». Согласно указанному приказу необходимо ознакомить сотрудников с положением. При ознакомлении с положением. Закрепить подписью сотрудников соглашение о неразглашении коммерческой тайны.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подписано с ООО ГК «Экспер» соглашение о неразглашении коммерческой тайны, согласно которому в соответствии с Федеральным законом от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне», под коммерческой тайной в настоящем соглашении понимается любая информация. Которая имеет действительную или потенциальную коммерческую ценность в сил неизвестности ее третьим лицам, к которой нет свободного доступа на законном основании и к сохранению конфиденциальности которой обладатель принимает все возможные меры (абзац 12 п. 1.1.).

Под коммерческой тайной будет коллективно определяться любая или вся, настоящая или будущая, техническая, финансовая, деловая информация, статистика, данные, схемы, планы, спецификации, документы, торговые секреты, идеи, концепции, продукты. Процессы, технологии, цены и другая конфиденциальная и частная информация раскрывающей стороны. В устной, письменной, печатной или в любой другой форме, на любом носителе, переданная принимающей стороне, которая помечена или не помечена, идентифицирована или не идентифицирована как конфиденциальная или частная, но которая как такая была передана, одной из сторон в связи с переговорами в отношении бизнеса, финансов, продукции, средств или концепций (абзац 2 пункта 1.1.)

Соглашение вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до расторжения трудовых отношений, установленных трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 2.1.5 Положения о коммерческой тайне, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, под разглашением коммерческой тайны поднимается несанкционированная передача сотрудниками предприятия другим лицам сведений, составляющих коммерческую тайну.

Вместе с тем, из материалов дела, в том числе возражений самого ответчика, прослушанной по его ходатайству аудиозаписи, следует, что ФИО1 со слов ФИО5 распространила ложные сведения о неработоспособности ООО ГК «Эксперт» и передала данные ООО «Унитех М» конкурентам.

Между тем, как сама истец, так и свидетель ФИО6, допрошенная по ходатайству самого ответчика – работник ООО ГК «Эксперт», суду указали на то, что сведения об организациях являются открытыми, размещены в открытом доступе в сети Интернет и работники просто находили данные в сети Интернет о различных организациях, обзванивали, предлагая свои услуги. Так последние становились их клиентами. Какой-либо личной базы, доступ к которой имеют только работники ООО ГК «Эксперт» у последнего не имеется и доказательств обратному ответчиком не представлено.

Однако, разглашение коммерческой тайны исходя из буквального определения «разглашение коммерческой тайны» само по себе предполагает распространение или передачу действительной информации, являющейся охраняемой законом или определенной работодателем к охраняемой и не подлежащей передаче информации.

Ответчик же в обоснование увольнения истца за разглашение коммерческой тайны ссылается, в том числе на распространение ею недостоверных сведений о неработоспособности компании, что коммерческой тайной также не является и является не может, поскольку не является действительно, достоверной информацией, а потому и под определение коммерческой тайны не попадает.

Наряду с этим не представлено и доказательств передачи ФИО1 какому-либо третьему лицу (конкурентам) данных самой организации ООО «Унитех М», а при том, что данная организация не находится в какой-либо закрытой базе данных ответчика, сведения из которой не подлежат разглашению, даже при наличии передачи таких данных третьему лицу, спор подлежал бы разрешению меду ООО «Унитех М» и ФИО1

Таким образом указанные сведения также не являются коммерческой тайной, как определенной законом, так и определенной самим ООО ГК «Эксперт».

Кроме того, суду не представлено доказательств ознакомления ФИО1 с Положением о коммерческой тайне, ссылка в Соглашении на то, что данное Положение является неотъемлемой частью Соглашения, также отсутствует.

ФИО1, действительно заключила Соглашение. В котором определено, что понимается под «коммерческой тайно», однако указанное не свидетельствует о том, что ФИО1 ознакомлена с Положением, которым в свою очередь уже определен порядок отнесения сведений к коммерческой тайне, определены термины, что понимается под разглашением такой тайны, а потому у суда не имеется оснований утверждать, что ФИО1 была в установленном законом порядке осведомлена о том, что понимается под разглашением коммерческой тайны, и какие конкретно сведения ее составляют.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ФИО1, надлежащим образом не ознакомлена с Положением о коммерческой тайне, сообщенная ею в телефонном разговоре с ООО «Унитех М» информация не является достоверной, а потому и не попадающей под понятие «коммерческой тайны», суд приходит к выводу о том, что у ответчика отсутствовали законные снования к увольнению истца на основании подпункта в пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, изучив и оценив все представленные суду доказательства, в том числе показания допрошенных судом свидетелей, аудиозапись, в совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том что ответчиком не соблюдена процедура, установленная Трудовым кодексом Российской Федерации к привлечению работников к дисциплинарной ответственности, в том числе в виде увольнения по соответствующему основанию, отсутствовали предусмотренные законом основания для увольнения истца за разглашение коммерческой тайны, а потому приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора является незаконным.

Согласно ст. 392 ТК Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными, работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

При таких обстоятельствах суд находит обоснованными требования истца о признании ее увольнения незаконным и восстановлении ее на работе в должности менеджера отдела продаж.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В силу ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

В соответствии со статьей 234 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Истцом суду представлена справка о сумме заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, которая составила за 2019 год 379638,29 рублей, за 2020 год – 104085,30 рублей, таким образом среднедневной заработок истца составил 1324,40 рублей (379638,29+104085,30)/29,3/12).

Следовательно задолженность за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ (заявленный истцом период) по день вынесения решения суда – ДД.ММ.ГГГГ (88 рабочих дней) составит 116547,2 (1324,40х88) рублей.

Доводы о том, что ФИО1 при обращении в Государственную трудовую инспекцию РБ указала на желание увольнения по собственной инициативе, а потому оснований к ее восстановлению не имеется, суд не может принять, поскольку указанное не является в силу закона основанием к отказу в восстановлении ее на работе при признании незаконным приказа об увольнении. Более того из материалов проверки по обращению истца, представлены по запросу суда, следует, что ФИО1, напротив сообщила о понуждении ее к увольнению.

Между тем оснований к взысканию с ответчика недовыплаченных по мнению истца отпускных суд не усматривает.

Так из представленных материалов следует, что по предписанию Государственной инспекции труда РБ ответчиком произведена полностью выплата отпускных, а также пени за просрочку их уплаты в размере 18895,86 рублей ДД.ММ.ГГГГ, 7554,08 рублей 28.08.2020, 80 рублей ДД.ММ.ГГГГ за нарушение сроков их выплаты.

Указанная сумма соответствует доходу, предшествующему периоду отпуска, из которого подлежал расчету среднедневной заработок и количеству дней отпуска.

Указанные обстоятельства в судебном заседании ФИО1, и ее представитель подтвердили, указав на то, что по выплате отпускных претензий к ответчику у истца к моменту рассмотрения дела не имеется.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО1, о взыскании отпускных в размере 13075,43 рублей не подлежат.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Принимая во внимание, что действия ответчика нарушили трудовые права истца в соответствии с действующим законодательством, учитывая степень нравственных страданий истца, степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости, суд полагает подлежащим возмещению моральный вред в сумме 5000 рублей.

В силу положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно позиции, изложенной в Определении КС РФ от 21.12.2004 №454-О, лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Суд вправе уменьшить расходы на оплату услуг представителя лишь в том случае, если признает их чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Суд находит подлежащими удовлетворению требования о взыскании судебных расходов, поскольку они подтверждены соответствующими доказательствами, ФИО2, подтвердил получение денежных средств от ФИО1, стороной ответчика не представлено каких-либо доказательств несоответствия заявленных истцом расходов тем расходам, которые обычно взимаются за аналогичные услуги.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

удовлетворить частично исковые требования ФИО1 к ООО ГК «Эксперт» о признании незаконным увольнения и восстановлении на работе.

Признать незаконным увольнение ФИО1 приказом от ДД.ММ.ГГГГ № по подпункту в пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановить ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ на работе в ООО ГК «Эксперт» в должности менеджера отдела продаж.

Взыскать с ООО ГК «Эксперт» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 116547,2 рублей, компенсацию морального вреда 5000 рублей, расходы на оплату юридических услуг 30000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению

Судья Октябрьского

районного суда г.Уфы РБ подпись У.В. Зинова