Решение № 2-24/2021 2-24/2021(2-768/2020;)~М-560/2020 2-768/2020 М-560/2020 от 12 июля 2021 г. по делу № 2-24/2021

Дело № 37RS0019-01-2020-001208-39 (2-24/2021)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 июля 2021 года г. Иваново

Советский районный суд г. Иваново

в составе председательствующего судьи Родионовой В.В.,

при секретаре Редько Т.В.

с участием представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 об устранении нарушений прав собственника, не связанных с лишением владения,

установил:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 о признании строений самовольной постройкой и возложении на ответчика обязанности снести незаконные строения и произвести реконструкцию (перенос) сарая и гаража от забора истца. Исковые требования мотивированы тем, что в собственности истца находится жилой дом и участок, расположенные по адресу: <адрес>, жилой площадью 246,5 кв.м., количество этажей: 3, кадастровый №. Также по указанному адресу расположен земельный участок (кадастровый №), огороженный забором. На соседнем земельном участке, непосредственно примыкающем к участку истца, расположен участок с домом, принадлежащий на праве собственности на основании договора дарения ответчику ФИО3 по адресу: <адрес> (кадастровый №), общей площадью 632 кв.м. Изначально в 1939 году первому правообладателю (застройщику) Кировским районным отделом коммунального хозяйства был выдан договор застройки, на основании которого застройщик был обязан возвести из доброкачественного материала жилой бревенчатый дом, тесовые сени, тесовый сарай. Таким образом, изначально из договора застройки следует, что первоначально в плане дома при строительстве было заложено и строительство сарая. На основании технического паспорта от 20 октября 1997 года, а также нового технического паспорта, выданных ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ», литер Г4 - сарай, граничащий с земельным участком истца, площадью 11,3 кв.м. был установлен и показан как законное строение, штампов об отсутствии разрешительной документации не имеется. Спорный сарай самовольной постройкой не является. Таким образом, каких-либо оснований для сноса возведенного сарая не имеется. Однако, истец считает, что гараж ответчика и его сарай (литер Г4 площадью 11,3 кв.м.) и его расположение нарушают градостроительные нормы и правила, а также правила пожарной безопасности (примыкает вплотную к забору истца), не отстоят как хозпостройки на расстоянии не менее 1 метра, и кроме того, вдоль забора истца расположены иные самовольные постройки ответчика (кроме сарая и гаража). Ответчик на основании закона владеет только 1/2 жилого дома и расположенным на участке сараем (литер Г4). Иных построек, а также сооружений, колодцев и т.п., ответчик на своем участке не оформлял надлежащим образом, каких-либо разрешений и согласований не производил. Кроме сарая (литер Г4) к забору истца вплотную примыкают иные хозпостройки на всем протяжении забора истца. Данные постройки как и гараж и сарай (литер Г4) нарушают законные права и интересы истца, создают угрозу жизни и здоровью граждан, не соответствуют обязательным требованиям к постройкам. 22 мая 2020 года в доме ответчика случился пожар, огонь через сарай (литер Г4), гараж и иные хозпостройки частично перекинулся во двор и фасад дома истца. Таким образом, наличие вышеуказанных объектов в том виде, в котором они существует на данный момент создает угрозу пожарной безопасности, жизни и здоровью граждан, нарушает обязательные требования к постройкам. Таким образом, со стороны ответчика произведены незаконные действия, построены с нарушением норм и правил самовольные постройки - пожароопасные хозяйственные постройки на расстоянии менее 1 метра от забора истца, а также имеются объекты (сарай и гараж), которые тоже не соответствуют градостроительным требованиям и правилам пожарной безопасности. С учетом вышеизложенного, истец просит суд признать строения ответчика, расположенные вдоль забора истца, самовольными постройками и обязать ответчика ФИО3 снести самовольные постройки по адресу: <адрес>, непосредственно примыкающие к участку истца; обязать ответчика ФИО3 произвести в соответствии с градостроительными нормами и правилами реконструкцию (перенос) сарая (литер Г4) и гаража от забора истца на расстояние не менее 1 метра.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил предмет иска и просит суд обязать ответчика очистить территорию земельного участка, примыкающую непосредственно к забору истца, от остатков строений, уничтоженных пожаром, мусора и частично сохранившихся хозяйственных построек в целях соблюдения правил пожарной безопасности и на расстояние не менее одного метра от забора истца (литер Г2); обязать ответчика произвести в соответствии с градостроительными нормами, правилами планировки и правилами пожарной безопасности демонтаж/перенос стены кирпичного пристроя к дому (северо-восточная часть дома) от забора истца на расстояние не менее одного метра (литер а1). Уточнение требований мотивировано тем, что 22 мая 2020 года в доме ответчика случился пожар и огонь через сарай (литер Г4), веранду, кирпичный пристрой (очаг возгорания) и иные хозпостройки частично перекинулся на забор, во двор и фасад дома истца. Таким образом, наличие вышеуказанных объектов в том виде, в котором они существуют на данный момент, создает угрозу пожарной безопасности, жизни и здоровью граждан, нарушает обязательные требования к постройкам. В связи с этим истец в июне 2020 года обратился в суд с исковым заявлением. Таким образом, со стороны ответчика произведены незаконные действия, построены с нарушением норм и правил постройки – пожароопасные хозяйственные постройки, расположенные на расстоянии менее одного метра от забора истца, а также имеются объекты (остатки сгоревших построек), которые тоже не соответствуют по своему расположению санитарным нормам, требованиям и правилам пожарной безопасности. Имеются нарушения СП 53.13330.2011 при строительстве бани на участке. Сооружения для сбора стоков бани располагаются меньше чем в метре от границы соседнего участка, что также нарушает противопожарный разрыв, что может привести к угрозе жизни и здоровью в случае пожара.

В судебное заседание истец и его представитель не явились, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Ответчик в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал, просил в иске отказать.

Третьи лица, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд не явились.

Суд, выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, предоставляя собственнику защиту от действий, не связанных с лишением владения, в том числе от действий собственника (владельца) соседнего земельного участка.

Как указано в п. 45 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление Пленума № 10/22), применяя ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам необходимо учитывать, что в силу ст. 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

В соответствии с п. 46 постановления Пленума № 10/22 при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Судом установлено, что ФИО2 является собственником жилого дома и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>.

ФИО3 является собственником ? доли в праве общей долевой собственности жилого дома и 47/100 доли земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>. Другими собственниками жилого дома и земельного участка являются ФИО4 (27/100 доли), ФИО5 (13/100 доли), ФИО6 (13/100 доли).

Из материалов дела следует, что 22.05.2020 года в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес> произошел пожар, в результате пожара от огня и продуктов горения дом пострадал по всей площади. Причиной возгорания пожара послужило возгорание горючих материалов в результате теплового проявления аварийного режима работы электросети.

В соответствии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 22.06.2020 года, в возбуждении уголовного дела по сообщению о преступлении. Предусмотренного ст.168 УК РФ «Уничтожение или повреждение имущества по неосторожности» отказано на основании п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления.

Истец заявляет требования об очистке территорию земельного участка ответчика, примыкающую непосредственно к забору истца, от остатков строений, уничтоженных пожаром, мусора и частично сохранившихся хозяйственных построек (литер Г2) в целях соблюдения правил пожарной безопасности и на расстояние не менее одного метра от забора истца; обязать ответчика произвести в соответствии с градостроительными нормами, правилами планировки и правилами пожарной безопасности демонтаж/перенос стены кирпичного пристроя к дому (северо-восточная часть дома литер а1) от забора истца на расстояние не менее одного метра.

Для разрешения спора судом, в соответствии со ст. 79 ГПК РФ, была назначена и проведена строительно-техническая экспертиза, согласно заключению ООО «ИвановскоеБюро Экспертизы» на момент проведения осмотра на земельном участке с кадастровым номером № вблизи со смежным земельным участком с кадастровым номером 37:24:030719:9 находятся следующие остатки строений: настил дощатого пола навеса гаража в лит.VII размером 6,0м.*2,75м.; настилы дощатых полов двух веранд в лит.Г2 размером 1,13м.*5,88м. и 2,52м.*0,9м.; настил дощатого пола комнаты отдыха в лит.Г2 размером 2,52м.*4,10 м.; деревянные стены длиной 6,24м. (45%) и кирпичный камин габаритами нижней части 1,0м.* 1,0м.; конструкция погреба - подземная часть из монолитного бетона размером 1,30м.* 1,30м. и глубиной 1,70м.; - наземная часть - деревянное перекрытие с люком, совмещенное с настилом пола, размером 1,36м.*2,47м. и толщиной 0,20м. Также, имеются остатки конструкции металлической вентиляционной трубы; поврежденные огнем профилированные листы, пригодные к повторному применению.

Согласно экспертного заключения прочную связь с землей имеют: кирпичное строение холодной пристройки лит.а1 с ленточным фундаментом, бетонный погреб с деревянным перекрытием. На даты экспертных осмотров конструкции стен и фундамента пристройки лит.а1 полностью сохранены. Технически выполнить их перемещение, без нанесения несоразмерного ущерба строению, невозможно. При разборке стен часть материалов будет полностью утрачена (отделочный штукатурный слой, кладочный раствор). При разборке конструкция фундамента, с учетом его накопленного физического износа, весь материал будет непригоден к повторному использованию. Что касается бетонного погреба Г2, то поскольку основная подземная часть сооружения является монолитной (неразборной) конструкцией, выполнить её перемещение технически невозможно. Остальные элементы строений, сохранившиеся после пожара, не имеют прочной связи с землей. Конструкции дощатых настилов полов навеса гаража в лит.VII и сарая лит.Г2 не имеют жесткой связи с землей и установлены на опоры из деревоматериалов или кирпичей. Сохранившаяся часть стен входила в состав деревянной каркасной конструкции сарая лит.Г2, которая свободно опиралась на кирпичные фундаментные столбы. Прочная связь с землей отсутствует.

Из заключения экспертизы, инвентарных дел также следует, что Кирпичное строение жилого дома лит.А с холодной кирпичной пристройкой лит.а1 были приняты в эксплуатацию по Решению <адрес> совета депутатов №240 от 20.08.1966г. На дату строительства технические и противопожарные нормы были соблюдены (л.7 Раздел «Правоустанавливающие документы»). Градостроительные нормы отсутствовали. Действовали нормативные требования СНиП П-2К.62 «Планировка и застройка населенных мест», которые не регламентировали расположение жилых объектов относительно смежной границы. Согласно табл.8 санитарно-бытовые расстояния между жилыми домами принимались по нормам противопожарных разрывов (см. часть «Противопожарные нормы»). Бетонный погреб впервые был отражен в технической документации (л.24,28,40,41 Раздел «Погашенные документы») при проведении инвентаризации от 10.12.1983г. с физическим износом 0%. Данных о том, что сооружение выстроено без разрешения, в материалах инвентарного дела нет. На тот момент градостроительные нормы отсутствовали. Действовали нормативные требования СНиП П-60-75** «Планировка и застройка городов, поселков и сельских населенных пунктов», которые не регламентировали расположение хозяйственных построек относительно смежной границы. Согласно табл.5.26 санитарно-бытовые расстояния между хозяйственными постройками и жилыми домами принимались по нормам противопожарных разрывов (см. часть «Противопожарные нормы»).

Что касается противопожарных норм то, согласно табл.9 СНиП II-2К.62 «Планировка и застройка населенных мест», действовавшего на момент сдачи жилого <адрес> эксплуатацию, величина противопожарных разрывов зависела от степени огнестойкости здания и варьировалась от 6 до 15 метров. Жилой <адрес> был выполнен как из сгораемых (дерево), так и из трудносгораемых (кирпич) материалов, поэтому относился к IV степени огнестойкости. Жилой <адрес> был выполнен из сгораемых (дерево) материалов, поэтому имел V степень огнестойкости. Нормативная величина противопожарного разрыва должна была составлять не менее 12 м., фактическое расстояние составляло 14,37м. следовательно, противопожарные нормы при строительстве холодной пристройки лит. а1 соблюдались. По материалам всех инвентаризаций домовладения № строения, располагавшиеся напротив бетонного погреба домовладения № ближе максимального нормативного противопожарного расстояния в 15 метров, отсутствовали. Следовательно, противопожарные нормы при строительстве бетонного погреба соблюдались. В результате строительства Истцом нового жилого дома размер противопожарного разрыва был сокращен до 6,31м. При этом местоположения холодной пристройки лит.а1 и бетонного погреба не изменились, поэтому они не оказали никакого влияния на возможные изменения в части соблюдения противопожарных требований.

Суд, проверив экспертное заключение ООО «Ивановское бюро экспертизы», выслушав в судебном заседании эксперта Ш.И.Б. назначил по делу дополнительную пожарно-техническую экспертизу.

Согласно заключения эксперта ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Ивановской области», расположение пристройки литера а1 к жилому дому <адрес> и остатки сарая литера Г2 на земельном участке с кадастровым номером № по отношению к земельному участку с кадастровым номером 37:24:030719:9 и расположенному на нем жилому дому не нарушает противопожарные нормы и правила. Определить соответствие пристройки литера а1 к жилому дому <адрес> требованиям пожарной безопасности, действовавшим на момент окончания ее строительства, не представляется возможным. Строение жилого <адрес> не соответствует требованиям пожарной безопасности в части несоблюдения противопожарных разрывов между пристройкой литера а1 к жилому дому № и домом №. Безопасная эксплуатация указанных в 1 и 2 вопросах объектов при имеющихся нарушениях требований пожарной безопасности невозможна. Для устранения имеющихся нарушений требований пожарной безопасности с точки зрения законодательства в области пожарной безопасности необходимо либо увеличение противопожарных расстояний между объектами щиты, либо предусмотреть комплекс технических решений по нераспространению пожара между зданиями.

Таким образом, экспертами установлено, что при строительстве спорных сооружений истца не выявлено нарушений строительных норм и правил, иных норм и правил.

В соответствии с Обзором судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 года, при рассмотрении исков, связанных с самовольными постройками, следует применять градостроительные и строительные нормы и правила в редакции, действовавшей во время возведения самовольной постройки.

В ходе судебного заседания установлено, что строение <адрес> введено в эксплуатацию в 2015 году. Первое упоминание в технических документах о пристройке литера а1 к жилому дому № датируется 1963 годом, а сарае литера Г2 - 1982 годом. На момент окончания строительства литера а1 и Г2 <адрес> том виде, в котором он есть в настоящее время, отсутствовал, а ранее построенный жилой <адрес> был снесен в ходе строительства нового.

Таким образом, расположение пристройки литера а1 к жилому дому <адрес>, а также сарая литера Г2 на земельном участке с кадастровым номером № по отношению к жилому дому № не может нарушать требования законодательства в области пожарной безопасности, градостроения, так ка литеры а1 и Г2 были построены задолго до строительства <адрес>.

Суд приходит к выводу, что согласно требованиям законодательства, в области пожарной безопасности, обязанность по соблюдению противопожарных расстояний между зданиями лежит на том собственнике, чей дом построен позже, а именно, собственник <адрес>.

Таким образом, строения литер а1 к жилому дому <адрес>, а также сарая литера Г2 на земельном участке с кадастровым номером № не нарушали права и законные интересы истца на момент их возведения.

Что касается мусора, оставшегося после пожара, то суд приходит к следующему.

Из ответа Администрации г.Иваново от 08.07.2020 года ФИО2 на его заявление следует, что в ходе выезда 30.06.2020 года сотрудниками Администрации по указанному адресу складирования мусора не зафиксировано, территория находится в удовлетворительном санитарном состоянии.

Поскольку судом не установлено нарушений со стороны ответчика градостроительных, строительных, противопожарных норм и правил, противопожарные расстояния были нарушены истцом при строительстве своего дома, то суд приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 об устранения нарушений прав собственника, не связанных с лишением владения отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Советский районный суд гор. Иваново в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья В.В. Родионова

Решение в окончательной форме

изготовлено 20.07.2021 года