Постановление № 44Г-132/2019 4Г-602/2019 от 14 мая 2019 г. по делу № 2-601/2018

Дело <данные изъяты>г-132/19

Судья: Самсонова А.О.

Суд апелляционной инстанции:

ФИО1, ФИО2, Краснова Н.В.

Докладчик судья Краснова Н.В.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 218

президиума Московского областного суда

г. Красногорск, Московская область 15 мая 2019 г.

Президиум Московского областного суда в составе:

председательствующего Гаценко О.Н.,

членов президиума Виноградова В.Г., Лащ С.И., Самородова А.А., Соловьева С.В.,

при секретаре Мишанове И.А.,

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о восстановлении срока принятия наследства, признании права собственности на имущество в порядке наследования по закону,

по кассационной жалобе ФИО4 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 1 октября 2018 г.

Заслушав доклад судьи Московского областного суда Фетисовой Е.С., объяснения ФИО6, ФИО4 и ее представителя ФИО7, поддержавших доводы кассационной жалобы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о восстановлении срока для принятия наследства, открывшегося после смерти его отца ФИО8, умершего 14 марта 2017 г., признании в порядке наследования по закону права собственности на <данные изъяты> долю квартиры, расположенной по адресу: Московская <данные изъяты>.

В обоснование требований сослался на то, что о смерти отца, с которым не проживал совместно с 1995 года после развода родителей, истец узнал случайно 3 февраля 2018 г. от своей матери, которой, в свою очередь, об этом стало известно от знакомой. При жизни отца виделись с ним крайне редко. Отец злоупотреблял спиртными напитками, с его новой семьей истец не общался.

Ответчики, также являющиеся наследниками первой очереди, в установленный срок обратились к нотариусу и получили свидетельства о праве на наследство по закону по 1/3 доле в праве собственности на спорную квартиру. Однако ему (истцу) о смерти наследодателя никто не сообщил, что привело к пропуску срока для принятия наследства.

Решением Электростальского городского суда Московской области от 25 апреля 2018 г. в иске отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 1 октября 2018 г. решение суда отменено с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований.

В кассационной жалобе ФИО4 просит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 1 октября 2018 г. отменить.

По запросу судьи от 1 марта 2019 г. дело истребовано в кассационную инстанцию и определением судьи Московского областного суда Фетисовой Е.С. от 25 апреля 2019 г. вместе с кассационной жалобой передано для рассмотрения в президиум Московского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, президиум находит, что имеются предусмотренные законом основания для отмены апелляционного определения.

В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум находит, что такие нарушения норм права были допущены судом апелляционной инстанции и выразились в следующем.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 14 марта 2017 г. умер ФИО8

Его наследниками по закону первой очереди, принявшими наследство, являются ответчики: супруга – ФИО4, сыновья – ФИО5 и ФИО6, которым нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по закону, в том числе на квартиру, расположенную по адресу: <...>.

Истец ФИО3 как сын умершего также является его наследником по закону первой очереди, однако пропустил установленный статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации шестимесячный срок для принятия наследства.

Обратившись в суд с иском о восстановлении данного срока, ФИО3 утверждал, что о смерти отца ему стало известно лишь 3 февраля 2018 г.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих об объективных, не зависящих от него обстоятельствах, препятствующих реализации им наследственных прав в установленный законом срок.

Как указал суд, истец, являясь близким родственником наследодателя, не лишен был возможности поддерживать отношения с ним и при должной осмотрительности и заботливости мог и должен был знать о его смерти и об открытии наследства. Однако жизнью отца в период до его смерти 14 марта 2017 г. и после, до февраля 2018 г., истец не интересовался. При этом им не представлены доказательства наличия обстоятельств, препятствующих общению с наследодателем и получению информации о его судьбе.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение об удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии уважительных причин для восстановления срока на принятие наследства с учетом того, что ответчики не сообщили нотариусу об истце, как наследнике по закону первой очереди.

По мнению судебной коллегии, применительно к рассматриваемому спору уважительной причиной пропуска срока для принятия наследства является отсутствие у истца до 3 февраля 2018 г. сведений о смерти его отца и соответственно об открытии наследства.

При этом судебная коллегия сослалась на то, что истец, пропустивший срок для принятия наследства, обратился в суд с данным иском 27 февраля 2018 г., то есть в течение предусмотренного пунктом 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации шестимесячного срока после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Президиум полагает выводы суда апелляционной инстанции основанными на неправильном применении норм материального права, регулирующих возникшие правоотношения, а кроме того при разрешении спора судом не были приняты во внимание имеющие значение для правильного разрешения дела обстоятельства.

Согласно пункту 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

Статья 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет способы принятия наследства: путем подачи наследником нотариусу заявления о принятии наследства (о выдаче свидетельства о праве на наследство), либо осуществления наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

В силу статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154 Кодекса), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Таким образом, основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства - смерти наследодателя, но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не знал и не должен был знать об этом событии по объективным, независящим от него обстоятельствам, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением.

Отказывая истцу в восстановлении срока для принятия наследства после умершего отца, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные доказательства по правилам статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеуказанными положениями закона, предусматривающими восстановление срока для принятия наследства при наличии уважительных причин его пропуска, пришел к выводу о том, что причины, названные истцом, не свидетельствуют об уважительности пропуска срока для принятия наследства.

При этом незнание истцом об открытии наследства, само по себе не может являться основанием для восстановления пропущенного срока. Отсутствие у истца сведений о смерти наследодателя не относится к числу юридически значимых обстоятельств, с которыми закон связывает возможность восстановления срока для принятия наследства.

Как правильно указал суд первой инстанции, ФИО3 не лишен был возможности поддерживать отношения с отцом. При должной осмотрительности и заботливости он мог и должен был знать о его смерти и об открытии наследства. Однако, располагая сведениями о месте жительства своего отца, истец не интересовался его судьбой. При этом ФИО3 не представлены доказательства наличия обстоятельств, препятствующих общению с наследодателем и получению информации о его жизни. Доводы истца об образе жизни наследодателя, отсутствии с его стороны желания поддерживать общение с сыном суд не принял во внимание, как не относящиеся к числу уважительных причин пропуска срока, связанных с личностью самого истца.

Нежелание лица, претендующего на восстановление срока для принятия наследства, поддерживать родственные отношения с наследодателем, отсутствие интереса к его судьбе не отнесено ни законом, ни Пленумом Верховного Суда Российской Федерации к уважительным причинам пропуска срока для принятия наследства. Данное обстоятельство носит субъективный характер и могло быть преодолено при наличии соответствующего волеизъявления истца.

Как установил суд первой инстанции, доказательств, свидетельствующих об объективных, не зависящих от истца обстоятельствах, препятствующих ему интересоваться судьбой отца, представлено не было.

Удовлетворяя заявленные по настоящему иску требования, суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции не опроверг.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о возможности восстановления истцу срока для принятия наследства сделан без учета положений пункта 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации и вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 о порядке применения данной правовой нормы, что привело к неправильному разрешению дела.

Президиум находит, что допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителей, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 1 октября 2018 г. подлежит отмене.

При этом подлежит оставлению в силе решение Электростальского городского суда Московской области от 25 апреля 2018 г., поскольку суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, и истолковал нормы материального права, подлежащие применению к отношениям сторон.

Руководствуясь статьей 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 1 октября 2018 г. отменить.

Оставить в силе решение Электростальского городского суда Московской области от 25 апреля 2018 г.

Председательствующий О.Н. Гаценко