Решение № 2-2285/2018 2-269/2019 от 20 февраля 2019 г. по делу № 2-2285/2018

Дело № 2 – 269/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 февраля 2019 года г. Уфа

Демский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Киекбаевой А.Г.,

при секретаре Исмагиловой А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3, указав, что приговором Кушнаренковского районного суда РБ от 27 марта 2015 года и апелляционным постановлением Верховного Суда РБ от 06 июля 2015 года установлена вина ответчика ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного частью 3 ст. 264 УК РФ. Приговором установлено, что принадлежащий истцу на праве собственности автомобиль <данные изъяты> контактировал с автомобилем «ФИО2», под управлением виновника аварии ФИО3 В результате ДТП, автомобилю истца были причинены механические повреждения, повлекшие его полную гибель. Согласно отчета № 0219-Г/15, рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту превышает 85% рыночной стоимости автомобиля в доаварийном состоянии, итоговая величина рыночной стоимости объекта оценки на дату оценки с учетом округления составляет 193 520 руб. Гражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП была застрахована в ПАО «Межотраслевой страховой центр». 22 июня 2016 года у данного страховщика отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности. В связи с отзывом лицензии, 21.02.2018г. истец направил заявление (требование) в Российский союз автостраховщиков (РСА) в г. Москву о выплате компенсационной выплаты в связи с причинением имущественного ущерба лицом, застраховавшим свою гражданскую ответственность в страховой компании, лицензия которой отозвана. Российский союз автостраховщиков произвел компенсационную выплату в размере 120 000 руб.

Просит взыскать разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в размере 73 520 рублей; понесенные убытки в связи с ДТП: по оплате оценки годных остатков в размере 2000 рублей; по оплате нахождения автомобиля на специализированной стоянке в размере 12 000 руб.; по оплате эвакуации автомобиля от с. Кушнаренково в с. Нагаево в размере 4500 руб.; по оплате оценки ущерба автомобиля в размере 8000 руб.; по оплате услуг эвакуатора по транспортировке автомобиля из с. Ивачево Дюртюлинского района в с. Кушнаренково в размере 4000 руб.

Истец ФИО1, ответчик ФИО3, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, на судебное заседание не явились. От ФИО3 имеется ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело без их участия.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании иск поддержал, просил удовлетворить в полном объеме, пояснил суду, что ФИО1 Российский Союз Автостраховщиков выплатил 120 000 руб. в качестве страховой выплаты за автомобиль, в связи с чем просит взыскать с ответчика в пользу истца разницу между фактическим ущербом и компенсационной выплатой и убытки.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать <данные изъяты>

Суд, выслушав участников процесса, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Часть 1 статьи 61 ГПК РФ устанавливает, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Судом установлено, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, управляя автомобилем ФИО2 <данные изъяты>, двигался по автодороге <адрес> нарушив п.п. 1.5, 10.1, 11.1 Правил дорожного движения РФ, допустил столкновение с автомобилем <данные изъяты> под управлением ФИО1.

Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и вина ФИО3 подтверждаются приговором Кушнаренковского районного суда РБ от 27.03.2015 г. с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 06.07.2015 г., которыми ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 ст. 264 УК РФ.

Транспортное средство <данные изъяты> принадлежит ФИО1, что следует из свидетельства о государственной регистрации N 74 ХХ № 267424.

Из справки о ДТП от 04.10.2014 г. следует, что автомобилю истца были причинены механические повреждения.

Согласно представленному истцом отчету № 0219-Г/15, выполненного ИП ФИО6, рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту автомобиля марки Фольксваген Гольф госномер <***> превышает 85% рыночной стоимости автомобиля в доаварийном состоянии (рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту на дату оценки 04.10.2014 г. с учетом износа составляет 335 990 руб., рыночная стоимость автомобиля в доаварийном состоянии 212 000 руб.). Согласно указанному отчету рыночная стоимость годных остатков составляет 18 480 руб., итоговая величина рыночной стоимости объекта оценки на дату оценки с учетом округления составляет 193 520 руб.

Суд принимает данное заключение в качестве достоверного и допустимого доказательства. Указанное заключение соответствуют требованиям к отчету об оценке, установленными ФЕДЕРАЛЬНОГО СТАНДАРТА ОЦЕНКИ «ТРЕБОВАНИЯ К ОТЧЕТУ ОБ ОЦЕНКЕ (ФСО N3)», утвержденного Приказом Минэкономразвития России от 20 июля 2007 года N254. Оснований сомневаться в правильности выводов, изложенных в указанных заключениях, у суда не имеется. Ответчиком возражений против данного заключения не заявлено, доказательств причинения истцу ущерба в ином размере, не представлено.

Согласно справке о ДТП гражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП была застрахована в ПАО «Межотраслевой страховой центр».

Приказом Банка России от 16.06.2016 № ОД-1871, вступившего в законную силу 22.06.2016 г.) у ПАО «МСЦ» отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности.

На основании заявления ФИО1 РСА было принято решение от 02.04.2018г. № 180402-782276 об осуществлении компенсационной выплаты в размере 120 000 руб. Денежные средства были переведены на лицевой счет ФИО1, что подтверждается платежным поручением от 04.04.2018 г. № 8536.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии со ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

Правоотношения в сфере обязательного страхования риска гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются нормами Федерального закона от дата N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

На основании пункта 1 статьи 6 Федерального закона от дата N 40-ФЗ (в редакции закона, действовавшей на дату дорожно-транспортного происшествия) «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

На момент возникновения спорных правоотношений страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязывался возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, составляла не более 120 000 рублей (пункт «в» статьи 7 Закона об ОСАГО).

Таким образом, страхование причинителем вреда риска своей ответственности за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, не освобождает его от обязанности возместить вред потерпевшему в полном объеме, что согласуется со ст. 15 и 1064 ГК РФ.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» размер подлежащих возмещению убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего в случае полной гибели имущества определяется в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая. Под полной гибелью понимаются случаи, если ремонт поврежденного имущества невозможен, либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна его стоимости или превышает его стоимость на дату наступления страхового случая.

При разрешении ходатайства ответчика о пропуске истцом срока исковой давности суд приходит к следующему.

Согласно ст. ст. 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно ч. 1 ст. 49 Конституции РФ каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Из материалов дела следует, что гражданско-правовые последствия действий ответчика, то есть его вина в дорожно-транспортном происшествии, вследствие которого истцу причинен материальный вред, установлена приговором суда от 27.03.2015 г., вступившим в законную силу 06.07.2015 г.

Исходя из обстоятельств дела, норм приведенных выше норм права, регулирующих спорные правоотношения, в данном случае начало давностного срока подлежит исчислению со дня вступления в законную силу приговора суда по уголовному делу, когда разрешен преюдициальный для гражданского иска вопрос о виновности или невиновности причинителя вреда, когда истец узнал о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Поскольку с настоящим иском ФИО1 обратился в суд 28.02.2018 г., в пределах трехлетнего срока исковой давности с момента вступления приговора в силу, то оснований для применения к заявленным исковым требованиям срока исковой давности у суда не имеется. На основании изложенного, поскольку компенсационная выплата, произведенная РСА истцу в размере 120 000 рублей, не покрыла причиненный ущерб, а ремонт транспортного средства истца нецелесообразен ввиду того, что превышает его рыночную стоимость в доаварийном состоянии, суд приходит к выводу о полной гибели транспортного средства, в связи с чем с виновника ДТП ФИО3 в пользу истца подлежит взысканию материальный ущерб в виде разницы между действительным размером ущерба, определенным как рыночная стоимость автомобиля за вычетом стоимости годных остатков и произведенной РСА компенсационной выплатой, в размере 73 520 руб. (193 520 - 120 000 = 73520).

В связи с наступившим ДТП, истцом были понесены расходы на оплату оценки годных остатков в размере 2000 рублей, что подтверждается квитанцией № 031889 от 20.03.2015 г.; оплату оценки ущерба автомобиля в размере 8000 руб., что подтверждается квитанцией № 031888 от 20.03.2015 г.; оплату эвакуации автомобиля от с. Кушнаренково в с. Нагаево - 4500 руб. что подтверждается квитанцией № 24 от 21.01.2015 г.

Какими-либо доказательствами со стороны ответчика указанные расходы не опровергнуты.

Поскольку данные расходы являются действительными убытками истца, которые он понес в связи с защитой своего нарушенного права в результате ДТП, тогда как страховая выплата в рамках ОСАГО выплачена полностью, однако не покрыла всей суммы ущерба, то они на основании ч. 1 ст. 15 ГК РФ подлежат взысканию с причинителя вреда в пользу истца.

Истец также просит возместить расходы на оплату нахождения автомобиля на специализированной стоянке в с. Кушнаренково в размере 12 000 руб., что подтверждается актом приема-передачи автомобиля № 355 от 04.10.2014 г. и квитанцией к приходному кассовому ордеру № 01 от 21.01.2015 г.; и оплату услуг эвакуатора по транспортировке автомобиля из с. Ивечево Дюртюлинского района до стоянки с. Кушнаренково в размере 4000 руб., что подтверждается актом № 35 от 04.10.2014 г. и товарным чеком от 04.10.2014 г.

Из материалов уголовного дела следует, что постановлением следователя СО отдела МВД России по Кушнаренковскому району от ДД.ММ.ГГГГ автомобиль <данные изъяты> признан вещественным доказательством, место его хранения определено на стоянке по адресу: <адрес>. Из акта приема-передачи № 355 от 05.10.2014 г. видно, что после ДТП автомобиль на стоянку доставил инспектор ДПС. Приговором Кушнаренковуского районного суда РБ от 27.03.2015 г. постановлено вещественное доказательство автомобиль <данные изъяты>, который хранится на стоянке по адресу: <адрес> – вернуть по принадлежности.

При таких обстоятельствах, ввиду необходимости хранения автомобиля для рассмотрения уголовного дела, расходы по эвакуации автомобиля с места ДТП и хранению и относятся к судебным издержкам в рамках данного уголовного дела и к рассматриваемому гражданскому делу не относятся.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 N 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», по смыслу ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, процессуальные издержки представляют собой необходимые и оправданные расходы, связанные с производством по уголовному делу, в том числе выплаты и вознаграждение физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство в качестве участников (потерпевшим, свидетелям, экспертам, переводчикам, понятым, адвокатам и др.) или иным образом привлекаемым к решению стоящих перед ним задач (например, лицам, которым передано на хранение имущество подозреваемого, обвиняемого, или лицам, осуществляющим хранение, пересылку, перевозку вещественных доказательств по уголовному делу). Согласно п. 12 указанного постановления, вопрос о процессуальных издержках подлежит разрешению в приговоре, где указывается, на кого и в каком размере они должны быть возложены. В случае, когда вопрос о процессуальных издержках не был решен при вынесении приговора, он по ходатайству заинтересованных лиц разрешается этим же судом как до вступления в законную силу приговора, так и в период его исполнения.

Таким образом, истец не лишен права взыскания судебных расходов в рамках рассмотренного Кушнаренковским районным судом Республики Башкортостан уголовного дела в отношении ФИО3

В связи с изложенным, требование истца о взыскании расходов на хранение на стоянке в размере 12 000 руб., на эвакуацию в размере 4 000 руб. являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 2 840, 60 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в сумме 73 520 рублей, расходы по оценке годных остатков – 2000 руб., расходы на эвакуацию – 4 500 руб., расходы по оплате оценки ущерба – 8 000 руб.

Взыскать с ФИО3 госпошлину в размере 2 840, 60 руб. в доход местного бюджета.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании расходов по оплате хранения на стоянке в размере 12 000 руб., расходов на эвакуацию в размере 4 000 руб. отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд РБ в апелляционном порядке через Демский районный суд г. Уфа в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья Киекбаева А.Г.

Решение в окончательной форме изготовлено 25.02.2019 года