Решение № 2-113/2024 2-1963/2023 2-3/2025 2-3/2025(2-113/2024;2-1963/2023;)~М-1582/2023 М-1582/2023 от 23 февраля 2025 г. по делу № 2-113/2024

КОПИЯ

УИД: 66RS0008-01-2023-002005-76

Дело № 2-3/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 февраля 2025 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижнего Тагила Свердловской области в составе председательствующего судьи Свининой О.В.,

при секретаре Ибнегажиевой Н.А.,

с участием помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил ФИО1,

истца ФИО2,

представителей ответчика ГАУЗ СО «Стоматологическая поликлиника город Нижний Тагил» ФИО3, ФИО4, действующих по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Стоматологическая поликлиника города Нижний Тагил» о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, неустойки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Стоматологическая поликлиника города Нижний Тагил» (далее ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил»), в котором, у четом измененного искового заявления, просит взыскать в возмещении убытков 110 761 рубль, неустойку за период с 13.07.2023 по 02.02.2024 в размере 98 328 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 209 089 рублей и расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей.

В обосновании заявленных требований указано, что в 2016 году истец обратился за медицинской помощью к ответчику. Между истцом и ответчиком был заключен договор на оказание платных медицинских услуг. Согласно п. 1.1 договора исполнитель обязан поручить врачу оказать пациенту медицинские услуги доврачебной медицинской помощи: по сестринскому делу, рентгенологии, лабораторно-поликлинической медицинской помощи: по стоматологии терапевтической, стоматологи ортопедической, стоматологи хирургической, ортопедии, согласно перечню видов медицинской деятельности, осуществление которой разрешено исполнителю. Лечение длилось с 2016 года по апрель 2022 года с конечной целью установления металлокерамических конструкций – коронок и мостов на верхней и нижней челюстях (мост на 4 единицы левая сторона верхняя челюсть (2.3, 2.4, 2.5, 2.6); мост на 4 единицы правая сторона верхняя челюсть (1.3, 1.4, 1.5,1.6); мост на 3 единицы левая сторона нижняя челюсть (3.5,3.6,3.7); одиночная коронка правая сторона нижняя челюсть (4.7)). В ходе лечения и подготовки ротовой полости под протезирование, исполнитель врач Ю. неправильно выбрала план лечения в целом, не провела надлежащее обследование костной ткани для дальнейшего протезирования. В результате хирургом ФИО5 был удален лишний здоровый зуб 3.5 (вместе с зубом 3.6), который должен был быть опорным для металлокерамического моста на 3 единицы левая стороны нижняя челюсть. После чего врач ФИО6 принимает решение сделать съемный протез на 4 единицы (увеличение стоимости), а опорным сделать зуб 3.4, который также пришлось обточить, тем самым ухудшить состояние зуба в целом. Зуб 4.7 правая сторона нижняя челюсть также ранее был обточен и подготовлен и на него установлена одиночная коронка. В ходе подготовки к установке металлокерамических мостов на всех опорных зубах (левая сторона верхняя челюсть – 2.3, 2.6; правая сторона верхняя челюсть – 1.3, 1.6; левая сторона нижняя челюсть – 3.4, 3.7) были удалены нервы, запломбированы каналы, обточены зубы для установки мостов. После установки мостов началось кровотечение десен, истец испытывал непрекращающуюся физическую боль, что причиняло ему страдания как физические, так и нравственные. Особенно беспокоил опорный зуб 3.7 (левая сторона нижняя челюсть). Под зубом 3.7 началось воспаление. В течение трех месяцев, в ходе лечения, врачи не смогли сохранить зуб, его пришлось удалить. Врачом ФИО7 было принято решение сделать временный съемный протез на 3 единицы: 3.7, 3.6, 3.5, а на зуб 3.4 сделать коронку с зацепом для этого съемного протеза. После изготовления и установки протеза, в ходе эксплуатации, протез сильно натирал десну. Снятие протеза сопровождалось сильной болью. После корректировки изделия, протез стал выпадать. Протез слабо прилегал к десне, под него попадала пища, что мешало процессу пережевывания пищи. Кроме того, истца беспокоил мост на верхней челюсти. Опорный зуб 3.2 после обточки и лечения начал шататься, о чем было сказано врачу. Десна постоянно кровоточила, ощущения распирающих болей было круглосуточным. В связи с тем, что в процессе пережевывания пищи левой стороной верхняя и нижняя челюсти причиняли боли, съемный протез не работал, вся нагрузка перешла на правую сторону челюсти. Правый верхний мост тоже беспокоил истца, началось кровотечение десен, сопровождающее кровотечение, распирающие боли. При надкусывании любой пищи истец испытывал острую боль. Зуб 4.7 тоже болел, так как на нем была установлена одиночная коронка и вся нагрузка перешла на правую сторону, в том числен на указанный зуб. Истец неоднократно обращался к ответчику с жалобами на острые боли, указывал на недостатки, которые возникли в ходе лечения и протезирования. Вся медицинская помощь сведена была к наложению мазей на поверхность десны и предложению обратиться в другую клинику. Физические боли не прекратились, на корнях и деснах продолжало развиваться и усугубляться воспаление. Прием пищи причинял боль и мучения. Истец длительное время не мог обратиться за оказанием медицинской помощи в сторонних клиниках, так как ответчик его уверял, что лечение проводится в соответствии с планом и медицинскими стандартами, а боли, кровотечение десен, запах изо рта являются закономерными последствиями лечения и не выходят за рамки нормы. Съемный протез был сделан как временный для сохранения функции жевания на период заживления костной ткани после проведенного ответчиком лечения для дальнейшего протезирования. Ответчик до настоящего времени не устранил недостатки некачественно проведенного лечения. Истец длительное время испытывал и продолжает испытывать физические боли, вынужден принимать обезболивающие препараты и другие лекарственные средства для устранения воспалений, восстановления организма, вследствие чего обострились хронические заболевания. В 2022 году истец обратился в ООО «Гарант-Уралмаш» города Екатеринбург. После осмотра было установлено, что корни зубов воспалены (гранулемы), все установленные конструкции необходимо демонтировать и переделывать. 14.02.2023 истцу проведена конусно-лучевая компьютерная томография, составлен план лечения для восстановления здоровья и установления новых коронок и мостов на верхней и нижней челюстях. Согласно представленной смете стоимость услуг составила 651 270 рублей. 08.04.2023 проведено дополнительное обследование состояния костной ткани и зубов, составлена смета, согласно которой стоимость услуг лечения составит 176 400 рублей. Таким образом, в ходе проведенных осмотров общая стоимость (предварительно) составленного плана лечения для восстановления здоровья истца, затраты на лечение и протезирование зубов, по причине некачественного оказание ответчиком медицинской помощи, составит 527 670 рублей. 23.03.2023 в адрес ответчика была направлена претензия о стоимости устранения недостатков выполненных работ, а 12.04.2023 направлена дополнительная претензия. После получения претензий ответчиком была проведена врачебная комиссия, которая пришла к выводу, что претензия истца по качеству оказанной медицинской помощи частично обоснована. Таким образом, ответчик согласился с тем, что медицинские услуги оказаны ненадлежащего качества. 08.04.2023 истец прошел обследование на конусно-лучевом компьютерном томографе. Согласно описания проведенного обследования состояние после эндодонтического и ортопедического лечения 1.3, 1.6, 2.3, 2.6, 2.7, 3.4, 4.7 зубов имеется очаг деструкции костной ткани в периапекальной области 1.6, 2.3, 2.6, 4.7 зубов, что также свидетельствует о том, что ответчиком ненадлежащим образом оказаны медицинские услуги. После проведенного обследования стоимость составленного плана лечения составила 527 670 рублей. Фактически ответчик самоустранился от восстановления нарушенного права истца, устранять недостатки лечения отказался, мотивируя отказ отсутствием оборудования. Боли объяснял общепринятыми последствиями от лечения. Истец считает, что некачественное лечение, ненадлежащим образом оказанные медицинские услуги привели к тому, что у истца ухудшилось здоровье, образовалось воспаление корней (гранулемы), воспалились десна, образовалась деструкция костной ткани в периакальной области 1.6, 2.3, 2.6, 4.7 зубов. Ответчиком план лечения выбран неверно, некачественно установлены металлокерамические коронки (мостовидного протеза), в связи с чем истец по настоящее время испытывает дискомфорт в ротовой области и болезненные ощущения при каждом приеме пищи, а так же в состоянии покоя, что привело к нарушению питания. Во исполнение условий договора истец за период с 2016 по апрель 2022 затратил на лечение у ответчика 98 328 рублей, а также 4 410 рублей на обследование. Для устранения недостатков в лечении истец денежных средств истец не имеет.

Определениями суда от 12.10.2023 и 04.12.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО5, ФИО7, ФИО8, Министерство здравоохранения Свердловской области.

В судебном заседании истец ФИО2 заявленные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить по доводам и основаниям, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснил, что в связи с ненадлежащим оказанием ему ответчиком медицинских услуг, он несет большие убытки по здоровью, до настоящего времени испытывает боль, нагноения, необходимо проведение оперативного вмешательства, в том числе восстановление костной ткани. Указал, что у него нарушен сон, принимает сильные обезболивающие препараты. Выразил несогласие с результатами проведенной судебно-медицинской экспертизой, поскольку выводы экспертов, полагает, носят предположительный характер. Отсутствуют ответы на поставленные вопросы.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований. Выразила согласие с результатами проведенной судебно-медицинской экспертизы.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований. Дополнительно суду пояснила, что истцу была оказана надлежащая медицинская помощь, с учетом его состояния здоровья, а также ранее проведенного ему медицинского вмешательства. Зуб 3.6 у истца был давно лечен формалинованным методом. Медицинскими работниками предпринимались меры для его лечения. Корни зуба длинные, коронка неоднократно проходила лечение. При удалении данного зуба, произведено не преднамеренное удаление зуба 3.5, что является реализованным риском медицинского вмешательства. ИРОПЗ или индекс разрушения окклюзионной поверхности зуба 3.5 составлял 0,8, что является высокой степенью поражения твердых тканей зуба и показание к восстановлению коронки зуба путем изготовления ортопедической культевой штифтовкладки (ЛКШВ). Врач ортопед подготовила корень под ЛКШВ, сняла слепок и наложила временную пломбу. Зуб 3.6 ранее неоднократно лечен до обращения в ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил». Зуб постепенно разрушался и после консультации ортопеда было рекомендовано его удаление. Коронка зуба 3.6 разрушена ниже уровня десны, корни сохранены. Из-за неоднократного лечения и попыток перелечивания в зубе появляются различные трещины и патологические изменения. Удалять такие корни, тем более без коронки, сложно. Работая элеватором, врач может вывихнуть ослабленный рядом стоящий корень премоляра 3.5. На снимке зуба 3.7. было видно, что корни зуба отсутствуют, имелись остатки материала, который был удален в связи с обострением. Лечение истцу проводилось по медицинским показаниям. За непреднамеренное удаление зуба 3.5. истцу предлагалась компенсация, в связи с чем был сделан бесплатно керамический мост. Перелечивание зуба не несло никакой гарантии. Зуб 1.6 не готовили к протезированию. Предпринимались попытки к лечению зуба 3.7., который в последующем был удален, в связи с обострением. Отсутствуют признаки некачественного установления мостов. При этом, истцу были разъяснены все риски медицинского вмешательства, им было дано добровольное согласие.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требования относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО5, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом. Направили в суд отзыв на исковое заявление, в котором указали, что при оказании медицинской помощи нарушений порядка и стандартов оказания услуг истцу допущено не было.

Заслушав пояснения истца, представителей ответчика, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования, подлежащими частичному удовлетворению, исследовав представленные суду письменные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно статье 10 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации (пункт 2); применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

Согласно части 5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

На основании пункта 2 статьи 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 3 статьи 98 указанного Закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания застрахованному медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Учреждения здравоохранения, независимо от форм собственности, а также частнопрактикующие врачи (специалисты, работники), участвующие в системе обязательного медицинского страхования, несут ответственность за вред (ущерб), причиненный застрахованным гражданам их врачами либо другими работниками здравоохранения.

Ответственность за вред (ущерб) наступает в случае наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у застрахованного пациента.

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления усматривается, что основанием обращения в суд с требованием о компенсации причиненного им морального вреда явилось некачественное оказание ФИО2 медицинской помощи в ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил».

В силу пунктов 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно статье 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Части 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ устанавливают, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 указанного Федерального закона предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (ч. 1 ст. 84 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объеме, превышающем объем выполняемого стандарта медицинской помощи (ч. 4 ст. 84 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (ч. 8 ст. 84 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В соответствии со статьей 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

Статьей 14 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков товара услуги, подлежит возмещению в полном объеме исполнителем; изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации способ и размер компенсации морального вреда размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинением увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно пункту 3 указанного Постановления, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе морального, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ СО «СП г. Нижний Тагил», заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Между тем, законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и из материалов дела следует, что в период с 01.02.2016 ФИО2 проходил лечение в ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил», в ходе которого оказаны следующие медицинские услуги:

Так, как следует из представленных суду договоров оказания стоматологических платных услуг, актов выполненных работ, письменных отзывов третьих лиц, а также пояснительной записки представителя ответчика, в период с 2016 по 2022 года ГБУЗ СО «СП г. Нижний Тагил» в порядке плановой санации истцу установлены диагнозы и оказаны медицинские услуги:

в 2016 году - рецидивный кариес депульпированного 2.6, средний кариес 3.5, К02.1, II кл.;

в 2017 году - средний кариес 1.1, К02.1, II кл.; хронический фиброзный периодонтит 3.6, К04.5 (повторное эндодонтическое лечение); средний кариес 3.7, К02.1, II кл.;

в 2018 году - рецидивный кариес депульпированного 4.7, К 02.8; рецидивный средний кариес 2.1, К02.1, III кл.; средний кариес 2.2, К02.1, III кл.;

в 2020 году - рецидивный кариес депульпированного 3.5, К02.8; рецидивный кариес депульпированного 3.6, К02.8; рекомендована консультация ортопеда.

в 2021 году - после консультации стоматолога-ортопеда ФИО7 была проведена подготовка к протезированию: удаление зуба с установлением диагноза хронический периодонтит 3.6, К04.5.

В процессе сложного удаления 3.6 произошёл непреднамеренный вывих зуба 3.5 (ИРОПЗ =0,8) с временной пломбой, подготовленного под ЛКШВ и опору мостовидного протеза.

Кроме того установлены следующие диагнозы: хронический фиброзный пульпит 1.3, К04.0; хронический фиброзный пульпит 2.3, К04.0; хронический фиброзный пульпит 3.7, К04.0; хронический катаральный гингивит, К05.1.

16.04.2021 врач ортопед зафиксировала три несъемных металлокерамических мостовидных протеза с опорой на 1.3 и 1.6, 2.3 и 2.6, 3.4 и 3.7. Мостовидный протез на нижнюю челюсть был установлен бесплатно для пациента в качестве компенсации за потерю 3.5 зуба.

Далее ФИО2 продолжил санацию: рецидивный средний кариес 2.1, К02.1, IV кл.; рецидивный кариес 2.2, К02.1, IV кл.; рецидивный кариес 1.1, К02.1, IV кл.

Как следует из медицинской документации, в декабре 2021 года, по истечении 8 месяцев после фиксации протезов из-за болей в области 3.7 снят мостовидный протез с нижней челюсти, зуб раскрыт, назначена противовоспалительная терапия, но лечение было прервано. Врачи около 2 месяцев предпринимали попытку по сохранению зуба 3.7, но консервативное лечение положительного результата не дало.

На заседании ВК подразделения от 10.01.2022 принято решение о возврате денежных средств за его лечение. 15.02.2022 зуб 3.7 удален, а на заседании ВК от 10.03.2022 решено изготовить бюгельный протез с замковым креплением, как вариант временного протезирования для восстановления жевательной эффективности и профилактики деструктивных процессов в костной ткани нижней челюсти в области удаленных зубов 3.5, 3.6, 3.7.

В процессе привыкания к съемному протезу врач-ортопед ФИО7 неоднократно проводила коррекцию протеза, в том числе совместно с терапевтом.

Определением суда от 09.02.2024 назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза для определения качества оказания медицинской помощи ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил», проведение которой было поручено ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Как следует из заключения экспертов ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» <№> СО эксперты, изучив представленные медицинские документы ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил», пришли к следующим выводам:

1. Показания к протезированию мостовидными протезами с опорой на зубы 1.3 и 1.6, 2.3 и 2.6 ФИО2 определены правильно. Показанием для протезирования мостовидными протезами явилось - отсутствие зубов, 1.4-1.5, 2.4,-2.5. Альтернативными способами протезирования, в данном случае являлись установка коронок с опорой на импланты в позиции 1.5 и 1.4, 2.5 и 2.4 или изготовление съемного протеза.

2. Дефектов при проведении ФИО2 подготовки к протезированию (эндодонтического лечения) опорных зубов - 1.3, 2.3 не выявлено.

Зуб 1.3 был ранее лечен по поводу кариеса, 05.03.2021 депульпирован по ортопедическим показаниям. 09.03.2021 зуб 2.3 депульпирован в связи с наличием хронического фиброзного пульпита, что является абсолютным показанием к депульпации зуба перед протезированием.

3. На основании данных ортопантомограммы (ОПТГ) от 25.02.2021 года использовать зубы 1.6 и 2.6 под опорные коронки без предварительной повторной эндодонтии было можно (каналы запломбированы, в периапикальных тканях изменений нет).

4. Повторная эндодонтия зубов 1.6 и 2.6 не могла гарантировать отсутствие осложнений в дальнейшем у ФИО2

5. Структурная резистентность эмали зубов - это способность зубов противостоять образованию кариеса за счет свойств самой эмали.

Утверждать о слабой резистентности зубов по зубной формуле и снимку ОПТГ у ФИО2 на начало лечения и протезирования можно.

Индекс КПУ представляет собой среднее количество кариозных, удаленных или запломбированных зубов. КПУ зубов = К + П + У

По состоянию на 25.02.2021, 13.03.2021 зубная формула: 11-П, 12-П, 13-П, 14-0, 15-0, 16-П. 21-П, 22-П, 24-0, 25-0, 26-П, 27-П. 35-П, 36-П, 37-П. 47-К. Величина индекса КПУ ФИО2 составляет 16, что соответствует высокому уровню интенсивности.

6. Сведений о нарушении иммунных функций у ФИО2 не имеется. Сниженный иммунитет может быть причиной возникшего через 8 месяцев после депульпирования зуба осложнения (осложненной формы кариеса, обострение хронического перидонтита) и последующего его удаления.

7. Непреднамеренное удаление зуба 3.5 (ИРОПЗ+0,8) в процессе сложного удаления зуба 3.6 возможно. Является реализовавшимся риском медицинского вмешательства.

8. Дефектов при оказании стоматологических, ортопедических услуг в ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил» по договору оказания платных медицинских услуг ФИО2 в период его лечения не выявлено.

9. Дефекты при оказании стоматологических, ортопедических услуг ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил» по договору оказания платных медицинских услуг ФИО2 в период его лечения не выявлены. Стоимость устранения имеющихся дефектов у ФИО2 определяется индивидуально и зависит от цены услуг в клинике.

Оценив заключение экспертов по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд принимает его в качестве допустимого, относимого и достоверного доказательства, поскольку у суда отсутствуют сомнения в правильности и обоснованности заключения экспертов.

Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

При проведении экспертного исследования эксперты непосредственно изучили медицинскую документацию, оформленную медицинскими организациями, в которых истец проходил обследование и лечение, проанализировали и сопоставили все имеющиеся исходные данные, провели исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своих специальностей, всесторонне и в полном объеме.

Вместе с тем, разрешая заявленные требования, суд находит установленным факт непреднамеренного удаления зуба 3.5 (ИРОПЗ+0,8) в процессе сложного удаления зуба 3.6, что является реализовавшимся риском медицинского вмешательства, и стороной ответчика не оспаривалось в ходе рассмотрения настоящего спора, а также суду не представлено допустимых доказательств информирования истца о наличии такого риска медицинского вмешательства.

Допустимых доказательств обратного, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом и ответчиком суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд считает установленным, что медицинские стоматологические услуги истцу оказаны ответчиком качественно, но допущено не преднамеренное удаление зуба 3.5 (ИРОПЗ+0,8) в процессе сложного удаления зуба 3.6, в связи с чем требования истца о взыскании с ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил» компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично.

Вместе с тем, судом не принимаются доводы истца о некачественном оказании медицинских стоматологических услуг ответчиком, не полноты ответов экспертов на поставленные судом вопросы, поскольку как следует из указанного заключения, при проведении экспертизы были представлены и оценены медицинские документы за весь период прохождения лечения истца у ответчика, которым дана оценка с учетом оказанных медицинских услуг. Суд учитывает отсутствие в заключении экспертов выводов о допущенных дефектах оказания медицинской помощи, напротив указано на правильность определения показаний к протезированию.

При разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда судом учитывается, что ответчик в ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил» является бюджетным учреждением, финансируется из областного бюджета. Учитывая данный факт, размер компенсации не может определяться без учета данных обстоятельств, произвольно вести к уменьшению бюджетных средств, необходимых и для реализации иных программ.

С учетом характера причиненных истцу страданий, которые описаны судом выше и соответственно принимаются во внимание; фактических обстоятельств, при которых истцу причинен моральный вред; степени понесенных нравственных страданий и индивидуальных психологический особенностей истца, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает соразмерной и подлежащей взысканию с ответчика в ГАУЗ СО «СП г. Нижний Тагил» в пользу ФИО2 сумму денежной компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, в удовлетворении остальной части заявленных требований, в том числе требований о взыскании убытков, надлежит отказать, поскольку правовых оснований для удовлетворения таких требований, с учетом установленных по делу обстоятельств, судом не усматривается.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Размер подлежащего взысканию штрафа составит 25 000 рублей (50 000 рублей x 50%).

На основании части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Разрешая требования истца о взыскании понесенных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает, что допустимых доказательств несения таких расходов, стороной истца суду не представлено

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при обращении в суд с настоящим иском освобожден от оплаты государственной пошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Стоматологическая поликлиника города Нижний Тагил» о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, неустойки, удовлетворить частично.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Стоматологическая поликлиника города Нижний Тагил» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (ИНН <№>), компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, штраф в размере 25 000 рублей.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Стоматологическая поликлиника города Нижний Тагил» в доход бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья: /подпись/ О.В. Свинина

Мотивированное решение составлено 24 февраля 2025 года.

Судья: /подпись/ О.В. Свинина

КОПИЯ ВЕРНА. Судья: О.В. Свинина