Решение № 2-1501/2018 2-1501/2018~М-1392/2018 М-1392/2018 от 1 октября 2018 г. по делу № 2-1501/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 октября 2018 года г. Орел

Советский районный суд город Орла в составе:

председательствующего судьи Горбачевой Т.Н.

при секретаре Якуниной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к БУЗ Орловской области «Орловская областная клиническая больница», БУЗ Орловской области «Больница скорой медицинской помощи им Семашко» о взыскании компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к бюджетному учреждению Орловской области «Орловская областная клиническая больница» (далее- БУЗ ОО «ООКБ») о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГ в 06.30 часов в данном лечебном учреждении умерла его мать ФИО5, ДД.ММ.ГГ года рождения.

По данному факту ДД.ММ.ГГ следственными органами было возбуждено уголовное дело по <данные изъяты> УК РФ, в ходе расследования которого установлено, что ФИО5 выставлен заключительный клинический диагноз: <данные изъяты>.

Однако согласно протоколу паталогоанатомического вскрытия №*** от ДД.ММ.ГГ причиной смерти ФИО5 явилось заболевание- <данные изъяты>. Таким образом, установлено расхождение клинического и паталогоанатомического диагнозов.

Также в ходе расследования уголовного дела установлено, что хотя ответчиком и было заподозрено заболевание- системный васкулит, однако клинический эффект от назначенных глюкортикоидов не оценивался и не рассматривался вопрос о переводе ФИО3 для проведения обследования в полном объеме в рамках действующих стандартов специализированной медицинской помощи при полинейропатии с системными поражениями соединительной ткани. Проведение исследования на уровень центральных антинейтрофильных цитоплазматических антител, их чувствительности не было назначено ФИО3, что является дефектом оказания медицинской помощи и обусловлено ошибками в диагностике, тактике и лечении.

Считает, что в результате ненадлежащего исполнения медицинских обязанностей работниками учреждения по оказанию медицинской помощи матери истца, диагноз- системный васкулит своевременно не был выставлен, соответственно не было назначено необходимое лечение, что и привело к ее смерти. В результате чего истцу причинены психоэмоциональные, нравственные страдания, выразившиеся в потере близкого родственника, душевной боли, потере сна и покоя из-за сложившейся ситуации.

На основании изложенного просит суд взыскать с БУЗ ОО «ООКБ» компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

Истец ФИО2, являющаяся родной сестрой ФИО3 также обратилась в суд с аналогичными исковыми требования, в связи с потерей близкого родственника ФИО3, как указано в иске, по причине ненадлежащего исполнения медицинскими работниками БУЗ ОО «ООКБ» своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи ее сестре, приведшими к ее смерти, истцу причинен моральный вред, компенсацию которого она оценивает в 500000 рублей.

Также просит суд взыскать с БУЗ ОО «ООКБ» компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

Определением суда гражданские дела по искам ФИО1 и ФИО2 к БУЗ ОО «ООКБ» объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В ходе рассмотрения гражданского дела истцы ФИО1 и ФИО2 также представили дополнительные исковые требования, согласно которым ФИО22 находилась в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в отделении пульмонологии бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Больница скорой медицинской помощи им. Н.А. Семашко» (далее- БУЗ ОО «БСМП им. Семашко»), где ей также не был установлен диагноз- <данные изъяты> у ФИО5, ошибочно был поставлен диагноз- <данные изъяты>, ФИО5 была выписана с теми же анализами, что и ее поступлении в медицинское учреждение.

В связи с чем просят суд взыскать с БУЗ ОО «БСМП им. Семашко» в их пользу по 500000 рублей каждому.

В судебном заседании истцы поддержали исковые требования по основаниям, указанным в исковых заявлениях. Полагают, что из-за непрофессиональных действий врачей лечебных учреждений, не сумевших поставить своевременно правильный диагноз- системный васкулит ФИО23 скончалась, при этом в период ее нахождения в лечебных учреждениях ее состояние ухудшалось, она испытывала сильнейшие боли, умерла в муках, в связи с чем они также испытывали моральные и нравственные страдания.

Просят суд удовлетворить их исковые требования.

Третье лицо на стороне истцов ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежаще, в предыдущем судебном заседании полагала исковые требования истцов законными и обоснованными.

Представитель ответчика БУЗ ОО «ООКБ» ФИО6, представляющий и интересы третьего лица бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Поликлиника № 3» не признал исковые требования ФИО1 и ФИО2, поскольку истцами не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии причинно- следственной связи между действиями работников учреждения и наступившими последствиями в виде смерти ФИО5 Полагает, что имеющиеся в материалах дела два заключения судебной медицинской экспертизы, подтверждают невиновность врачей в данном случае. Просит суд отказать в удовлетворении иска.

Представитель ответчика БУЗ ОО «БСМП им. Семашко» ФИО7 в судебном заседании также не признала исковые требования истцов, поскольку работниками учреждения ФИО5 оказана правильная и своевременная медицинская помощь. Считает, что вины врачей в смерти ФИО9 нет, поскольку в деле не имеется этому доказательств. Просит отказать в удовлетворении исковых требований

Представитель третьего лица бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Орловский онкологический диспансер» (далее- БУЗ ОО «ООД») ФИО8 при разрешении спора полагался на усмотрение суда.

Третьи лица сотрудники БУЗ ОО «ООКБ» <данные изъяты> ФИО10, врач- <данные изъяты> ФИО11, врач-<данные изъяты> ФИО12, <данные изъяты> ФИО13, в судебное заседание не явились, в предыдущем судебном заседании поддержали доводы представителя ответчика, заявили о том, что медицинская помощь оказывалась больной ФИО5 в соответствии с действующими стандартами оказания медицинской помощи по профилю того заболевания, с которым она находилась на лечении. Диагноз системный васкулит был заподозрен, в связи с чем ей назначены глюкокортикоиды. При поступлении не представлялось возможным установить этот диагноз поскольку течение заболевания было нетипично, первоначально требовалось исключить диагноз онкология, в связи с тем, что ранее данное заболевание было у ФИО5

Третьи лица сотрудники БУЗ ОО «БСМП им. Семашко» врач<данные изъяты> ФИО16, врач- <данные изъяты> ФИО17 в судебное заседание не явились, ранее также поддержали доводы представителя ответчика, пояснили, что ФИО5 было назначено необходимое лечение по профилю «пульмонология», по окончании лечения она выписана в удовлетворительном состоянии.

Суд, выслушав стороны, показания экспертов, исследовав письменные материалы гражданского дела, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО2 к БУЗ ОО «ООКБ», БУЗ ОО «БСМП им. Семашко» о взыскании компенсации морального вреда по следующим основаниям.

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

Жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения (ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации- далее ГК РФ).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Для возложения ответственности в виде возмещения вреда должны быть установлены противоправность поведения причинителя вреда и его вина, наличие и размер ущерба, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и причиненным ущербом.

При этом, установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Обязанность доказывания противоправного характера действий ответчика и наличие причинно- следственной связи между ними и негативными последствиями возложена на лицо, требующее возмещения причиненного ему вреда.

Согласно пункту 3 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее- Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ) под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание, восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Согласно статье 10 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации.

В силу частей 1 и 2 статьи 19 указанного Федерального закона каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Статьей 98 указанного Федерального закона, предусмотрено, что вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Для возникновения обязательства по возмещению вреда необходима совокупность условий: наличие вреда жизни или здоровью гражданина, противоправность действий (бездействия) медицинского учреждения, причинно-следственная связь между противоправным проведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда.

Под противоправностью действий (бездействия) понимается их несоответствие закону, иным установленным нормам и правилам. Применительно к субъектам, оказывающим медицинскую помощь, признаки противоправных действий заключаются в следующем: совершение деяний, не отвечающих полностью или частично официальным требованиям (закону, инструкциям и пр.); несоответствие медицинской услуги стандарту, условиям договора или обычно предъявляемым требованиям.

Для оценки действий (бездействия) работников медицинского учреждения как противоправных исходным моментом является анализ объема и содержания их обязанностей, предусмотренных применительно к тому или иному медицинскому случаю, конкретным обстоятельствам оказания медицинской помощи.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО5 является матерью ФИО1 и сестрой ФИО2

Согласно медицинской карты стационарного больного №*** в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО5 проходила лечение в пульмонологическом отделении БУЗ ОО «БСМП им. Н.А. Семашко». Обратилась с жалобами <данные изъяты>.

По окончании лечения ей поставлен заключительный клинический диагноз: основной- <данные изъяты>; сопутствующий диагноз- <данные изъяты>. Диагноз выставлен на основании анамнеза, клинических данных и данных лабораторных исследований. В процессе лечения ФИО5 консультирована в том числе торакальным онкологом, онкогинекологом, неоднократно неврологом, нейрохирургом, ревматологом БУЗ ОО «ООКБ».

Как следует из выписки из истории болезни №*** ФИО5 в результате лечения ее состояние улучшилось, <данные изъяты> разрешилась полностью, состояние при выписке: <данные изъяты>. В дальнейшем ей было рекомендовано пройти обследование в БУЗ ОО «ООД», продолжить лечение назначенными препаратами.

С ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО5 находилась на стационарном лечении в отделении торакальной онкологии БУЗ ОО «ООД», по результатам лечения ей поставлен основной диагноз: <данные изъяты>, а также сопутствующий диагноз: <данные изъяты>. Выписана в удовлетворительном состоянии для дальнейшего наблюдения у пульмонолога по месту жительства.

ДД.ММ.ГГ ФИО5 вновь обратилась в приемное отделение БУЗ ОО «БСМП им. Н.А. Семашко», откуда транспортом была направлена на консультацию торакального хирурга БУЗ ОО «ООКБ».

В этот же день она была госпитализирована в отделение торакальной хирургии БУЗ ОО «ООКБ» с диагнозом- <данные изъяты>.

Решением консилиума врачей лечебного учреждения от ДД.ММ.ГГ вынесено заключение и у ФИО5 заподозрено <данные изъяты>, в связи с чем рекомендовано продолжить лечение в условиях торакальной хирургии, проведение дообследования, назначенного ревматологом, проведение гормонотерапии.

ДД.ММ.ГГ в 06.30 часов ФИО5 скончалась.

Согласно эпикриза от ДД.ММ.ГГ, ФИО5 поставлен диагноз: <данные изъяты>.

По результатам патолого- анатомического вскрытия у ФИО5 установлен <данные изъяты>. Данные обстоятельства подтверждаются протоколом патолого- анатомического вскрытия №*** от ДД.ММ.ГГ.

Также в судебном заседании установлено, что в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности Департаментом здравоохранения Орловской области проведена внеплановая целевая документарная проверка в отношении ответчиков по факту оказания медицинской помощи ФИО5

По результатам проведенной проверки составлен акт №*** от ДД.ММ.ГГ согласно которому в БУЗ ОО «БСМП им. Семашко» порядок оказания медицинской помощи по профилю «пульмонология» соблюдался. Однако при динамическом наблюдении за больной недооценивался комплекс жалоб, динамика течения заболевания и нарастание клинических симптомов с системным поражением органов и систем, не оценивается клинический эффект от назначенных глюкокортикоидов (далее- ГК), диагноз <данные изъяты> не устанавливается и поэтому необходимые исследования в полном объеме в рамках действующих стандартов при <данные изъяты> и стандарта специализированной медицинской помощи при <данные изъяты> не проведены. В БУЗ ОО «ООКБ» порядок оказания медицинской помощи по профилю «торакальная хирургия» не нарушен. Однако, при наличии и нарастании неврологической симптоматики не осматривается в динамике врачом- неврологом; после осмотра врачом- ремватологом и возникновении подозрения на <данные изъяты>, что послужило причиной назначения ГК в режиме пульсотерапии, не рассматривается вопрос о переводе больной в отделение ревматологии и проведении необходимых исследований в полном объеме в рамках действующих стандартов при <данные изъяты> и стандарта специализированной медицинской помощи при <данные изъяты>, уточнить при жизни диагноз- <данные изъяты>, не удалось.

Как указывалось выше, обращаясь с настоящим иском, ФИО1 и ФИО2 заявляли, что допущенные ответчиками нарушения при оказании медицинской помощи их родственнице ФИО5 находятся в причинно-следственной связи с ее смертью.

Вместе с тем, в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее- ГПК РФ), содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания, в том числе наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и наступившими для истца негативными последствиями, действующим законодательством возложено на сторону истца.

Вместе с тем, таких доказательств ФИО1 и ФИО2 суду представлено не было и в ходе рассмотрения дела также не добыто.

Напротив, совокупностью имеющихся в деле доказательств подтверждается факт отсутствия причинно-следственной связи между допущенными ответчиками нарушениями при оказании медицинской помощи ФИО5 и ее смертью.

Так, из выводов заключения комиссии экспертов <данные изъяты> №*** от ДД.ММ.ГГ следует, что основным в наступлении неблагоприятного исхода явились характер и тяжесть самого заболевания, а также схожесть клинических симптомов заболевания с паранеопластическим синдромом, наличием результатов лабораторно-инструментальных методов исследования с описанием онкопатологии, а также наличием онкопатологии в анамнезе, в связи с чем при жизни <данные изъяты> не был установлен. Таким образом, экспертная комиссия считает, что прямой причинно-следственной связи между вышеперечисленными недостатками в диагностике и лечении и наступлением смерти ФИО5, не имеется.

Допрошенные в ходе судебного разбирательства в качестве экспертов врач ревматолог ФИО14, врач- пульмонолог ФИО15 полностью подтвердили данное ими заключение от ДД.ММ.ГГ.

Указанные выводы экспертов также подтверждены показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве экспертов <данные изъяты>

Кроме того, согласно заключения дополнительной комиссионной судебно- медицинской экспертизы по материалам уголовного дела №*** от ДД.ММ.ГГ, проведенной <данные изъяты> выявленные комиссией недостатки медицинской помощи на этапах лечения ФИО5 в БУЗ ОО «БСМП им. Семашко», БУЗ ОО «ООКБ» обусловлены ошибками в диагностике, тактике и лечении, вызванными преимущественно объективными причинами, объясняющими сложность и практически невозможность прижизненного установления диагноза, выявленного при вскрытии и последующем патогистологическом исследовании кусочков внутренних органов.

Экспертная комиссия отмечает, что специфической терапии данной болезни не существует. Наиболee эффективным считается назначение цитостатических препаратов. Учитывая, что у ФИО5 на протяжении длительного времени определялся низкий уровень лейкоцитов и эритроцитов, имелись косвенные признаки бактериальной пневмонии с абсцедированием, а также с учетом тяжести ее состояния и сопутствующей онкологической патологией, назначение патогенетической терапии с применением цитостатиков было бы невозможно. Использование ГК в этом случае также было бы малоэффективным. На основании изложенного, экспертная комиссия приходит к выводу об отсутствии прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи ФИО5 и наступлением ее смерти.

В соответствии с положениями статьи 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В данном случае суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключений комиссий экспертов, поскольку они в полном объеме отвечают требованиям статей 55, 59 - 60 ГПК РФ, а также требованиям, предъявляемым Федеральным законом от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выполнены с учетом федеральных стандартов медицинской помощи, а так же с учетом полного анализа медицинской документации в отношении ФИО5

Оснований не доверять выводам указанных экспертиз у суда не имеется, эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенных экспертиз, либо ставящих под сомнение их выводы, суду не представлено.

Исходя из изложенного, учитывая, что допущенные ответчиками нарушения при оказании медицинской помощи ФИО5 не находятся в причинно-следственной связью с ее смертью, выводы экспертиз истцами опровергнуты не были, суд приходит к убеждению об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1, ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

Доводы истцов о перенесенных ФИО5 страданиях, сильных болях в последние дни жизни в период ее нахождения в БУЗ ОО «ООКБ», не установление ей правильного диагноза, постановка диагноза онкология, не подтвержденного результатами патолого- анатомического исследования, судом не принимаются во внимание, поскольку сами по себе не являются основаниями для удовлетворения требований истцов о взыскании компенсации морального вреда.

Иных доводов, которые бы повлияли на выводу суда, не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, ФИО2 к БУЗ Орловской области «Орловская областная клиническая больница», БУЗ Орловской области «Больница скорой медицинской помощи им Семашко» о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Орловский областной суд через Советский районный суд г. Орла в течение месяца со дня изготовления полного текста решения суда.

Председательствующий Горбачева Т.Н.