Решение № 2-279/2020 2-279/2020~М-174/2020 М-174/2020 от 25 мая 2020 г. по делу № 2-279/2020

Дело № 2-279/2020

УИД: 66RS0028-01-2020-000222-49


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ирбит 26 мая 2020 года

Ирбитский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Гаевой Л.В., при секретаре судебного заседания Петровой С.В., с участием помощника Ирбитского межрайонного прокурора Чернавина Н.Ю., истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видео-конференцсвязи дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Ирбитская центральная городская больница» о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Ирбитская центральная городская больница» (далее - ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ») о компенсации морального вреда в размере по 1 000 000 рублей на том основании, что ДД.ММ.ГГГГ в 11:58 в ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» от ишемического инфаркта в области подкорковых ядер левого полушария головного мозга, осложнившегося отеком, набуханием вещества головного мозга с дислокацией и острой сердечно-легочной недостаточностью умер ее сын ФИО5, который поступил на лечение в указанное учреждение ДД.ММ.ГГГГ в 01:55. По данному факту Ирбитским МСО СУ Российской Федерации по Свердловской области было возбуждено уголовное дело. Согласно экспертным заключениям № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ выявлены дефекты оказания медицинской помощи пациенту ФИО5: недостаточная частота периодических наблюдений; запоздалое выполнение консультаций необходимых специалистов (травматолога, анестезиолога); несвоевременное (запоздалое) выполнение томографии головного мозга; невыполнение ЭХО-КГ, ЭКГ; несвоевременное распознание углубления комы и прогрессирование дыхательной недостаточности дежурным неврологом; несвоевременный вызов реаниматолога. Считает, что смерть близкого родственника наступила, в том числе, и по вине медицинского учреждения. Между ней и сыном всегда существовали теплые родственные отношения, они проживали совместно, сын оказывал ей помощь и уход. В результате смерти сына она испытывает глубокие нравственные переживания, тем самым истцу причинен значительный моральный вред.

В ходе подготовки дела к судебному заседанию истец увеличил исковые требования компенсации морального вреда до 2 000 000 руб. (л.д.124).

Дело в порядке ч.5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрено без участия представителя третьего лица Страховой медицинской компании «Астрамед-МС» (АО), представившего соответствующее заявление. В качестве отзыва на исковые требования, представитель указал, что в результате экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО5, отмечен неполный объем исследования и лечения, выявлены дефекты ведения пациента, несмотря на непредотвратимый летальный исход (л.д. 150-151).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования по изложенным в иске основаниям, пояснив, что она сопровождала сына во время его госпитализации и была постоянно с ним в отделении. Лично видела все недостатки оказания медицинской помощи, так как в течение длительного времени он находился без внимания медицинских сотрудников, ему не оказывалась какая-либо помощь, заполненные позднее медицинские документы о проведении лечения не соответствуют действительности. Из-за смерти сына она до настоящего времени лечится в больнице, не может успокоиться и смириться с потерей сына.

Представитель истца ФИО2 просила удовлетворить заявленные требования, указав, что до смерти истец присутствовала вместе с сыном в лечебном учреждении и видела все недостатки, которые были допущены медицинскими сотрудниками Ирбитской ЦГБ, что, несомненно, вызывало у нее нравственные страдания, переживания.

Представитель ответчика ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» ФИО3 исковые требования не признала, полагая, что не представлено обстоятельств, свидетельствующих о причинении истцу физических или нравственных страданий действиями (бездействиями) ответчика, не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями медицинского персонала ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» и наступлением смерти ФИО5 Согласно заключениям экспертов не установлена причинно-следственная связь между действиями специалистов ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» и наступившей смертью ФИО5 Из выводов судебно-медицинских экспертиз следует, что диагноз ФИО8 был установлен своевременно и верно. В целом объем мероприятий, запланированных с целью оказания медицинской помощи ФИО5, соответствовал общепринятому для больных с имеющейся у него патологией. Выявленные недостатки сами по себе не являлись причиной развившейся у ФИО5 патологии и не способствовали усугублению ее течения, между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и смертью больного прямая причинно-следственная связь отсутствует. Относительно имевшейся у ФИО5 патологии-ишемического инфаркта головного мозга комиссия экспертов отмечает, что при естественном течение данное заболевание практически неминуемо приводит к смерти больного. Даже безупречное проведение необходимых мероприятий сопровождается достаточно высокой смертностью. При таких обстоятельствах, оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению компенсации морального вреда нет.

Выслушав доводы сторон, заключение помощника Ирбитского межрайонного прокурора Чернавина Н.Ю., полагавшего подлежащими удовлетворению исковые требования, исследовав письменные доказательства, обозрев материалы уголовного дела № по факту смерти ФИО5, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая оказывается в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений, гарантировано Конституцией Российской Федерации (ст. 41 ч. 1).

В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты прав является компенсация морального вреда.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу п.1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В силу п. 2 ст.151, п. 2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В соответствии с п. 2 абз. 2 названного Постановления моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В силу абз. 3 пункта 32 Постановления Пленума от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии со ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывание, выносит обстоятельства на обсуждение.

При рассмотрении настоящего дела истцу ФИО1 следовало доказать в суде факт причинения ей нравственных страданий, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда, а ответчик, возражавший, против удовлетворения требований о компенсации морального вреда, - отсутствие своей вины в причинении этого вреда.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 01:55 ФИО5 <данные изъяты> был доставлен в ГБУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» бригадой скорой медицинской помощи с предварительным диагнозом «острое нарушение мозгового обращения», состояние тяжелое, жалоб не предъявлял. При обследовании диагностировали ряд заболеваний, в том числе атеротромботический ишемический инсульт в бассейне левой СМА, правосторонняя гемиплегия, сенсорная и моторная афазия, отек и дислокация головного мозга. В ходе оказания медицинской помощи состояние не улучшилось ДД.ММ.ГГГГ в 11:58 в реанимационном отделении ГБУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» ФИО5 скончался.

Согласно заключению патологоанатомического исследования трупа ФИО5 установлена причина смерти - отек, набухание вещества головного мозга с дислокацией, острая сердечно-легочная недостаточность. Основное заболевание – ишемический инфаркт с вторичным геморрагическим пропитыванием в области подкорковых ядер левого полушария головного мозга.

По факту смерти Ирбитским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области было возбуждено уголовное дело по ч.2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое постановлением от ДД.ММ.ГГГГ прекращено в связи с отсутствием в действиях медицинских сотрудников ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» состава преступления (уголовное дело, том 4, л.д.247-257).

Основанием для обращения с настоящим иском, по мнению истца, послужило недостаточное, несвоевременное оказание медицинской помощи ФИО5

Порядок работы с больными с острым нарушением мозгового кровообращения (далее – ОНМК) установлен Приказом Министерства России от 15.11.2012 № 928н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения».

Согласно п. 29 указанного приказа в палате (блоке) реанимации и интенсивной терапии неврологического отделения для больных с ОНМК в течение всего срока пребывания каждому больному с ОНМК проводится:

- мониторинг неврологического статуса (состояние чувствительной, двигательной сферы, черепные нервы сознание и т.д.) не реже 1 раза в 4 часа, при необходимости чаще, например, при резком ухудшении состояния;

-мониторинг соматического статуса (оценка функций внутренних органов, давление, пульс и т.д.), включающий контроль за ыункцией сердечно-сосудистой, дыхательной системы и системы гомеостаза не реже 1 раза в 4 часа, при необходимости чаще, например, при резком ухудшении состояния;

-мониторинг лабораторных показаний;

-мониторинг по предупреждению соматических осложнений и повторного развития ОНМК;

- оценка нутритивного статуса (обеспечение сбалансированного питания);

- ранняя медицинская реабилитация.

Доводы истца ФИО1 по поводу отсутствия какого-либо лечения ее сына ФИО5 были опровергнуты материалами уголовного дела, показаниями врачей и младшего медицинского персонала ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ», заключениями комиссионных судебно-медицинских экспертиз, а также медицинской картой стационарного больного № на имя ФИО5, в которой содержатся направления и результаты сданных анализов, записи врачей, проводивших осмотр и лечение пациента, другими медицинскими документами на имя ФИО5 в период его госпитализации в ГБУЗ «Ирбитская ЦГБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Так согласно медицинской картой стационарного больного № через пять минут с момента поступления в Ирбитскую ЦГБ а именно: ДД.ММ.ГГГГ в 02:00 ФИО5 был осмотрен дежурным врачом травматологического отделения. Обследован. Выполнены общеклинические анализы, свертология. Выполнены снимки черепа в 2-ух проекциях и органов грудной клетки (данных за ЗЧМТ не получено).

За время нахождения в отделении с острым нарушением мозгового кровообращения (далее – ОНМК) пациент ФИО5 каждые 4 часа осматривался врачом-неврологом, трижды был осмотрен врачом-анестезиологом-реаниматологом (ДД.ММ.ГГГГ в 14:00, ДД.ММ.ГГГГ в 18:00, ДД.ММ.ГГГГ в 11:25), врачом-травматологом (ДД.ММ.ГГГГ в 02:30), врачом-кардиологом (ДД.ММ.ГГГГ). выполнено МРТ головного мозга (ДД.ММ.ГГГГ). По заключению: в бассейне левой средней мозговой артерии в теменной, височной и затылочной долях зона поражения размерам 120х50х27мм. Заключение: обширный ишемический инфаркт в бассейне левой средней мозговой артерии. Острая фаза. При проведении МРТ отмечались технические сложности (во время проведения МРТ исследования больной начал крутить головой и ударяться головой о катушку), в связи с которыми провести полный набор МР последовательностей не удалось, исследование пришлось закончить. Тем не менее, на диффузно-взвешенных изображениях четко определяется обширная зона ишемии, занимающая весь бассейн левой средней мозговой артерии, острая фаза.

В период нахождения в стационаре ФИО5 было назначено лечение: компрессионный трикотаж, гастропротекторы, антибиотик с профилактической целью, магнезиальная терапия, гипотензивная терапия, дробное питание через назо-гастральный зонд). Каждые 4 часа проводился мониторинг неврологического статуса.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния ФИО5 был переведен в реанимационное отделение ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ», где в 11:58 была зафиксирована биологическая смерть ФИО5 (уголовное дело, том 2, л.д.27-69).

Суд не находит оснований не доверять записям медицинской карты стационарного больного, со ссылкой истца на ее подложность, поскольку исходя из материалов уголовного дела, все врачи и младший обслуживающий персонал были допрошены в качестве свидетелей, предупреждены за дачу заведомо ложных показаний, их показания объективно подтверждаются представленными медицинскими заключениями, результатами исследований.

При поступлении в ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» ФИО5 была проведена оценка неврологического статуса, оценка функции глотания, соматического статуса, выполнены лабораторные исследования, коагулограмма, выполнено МРТ головного мозга. Установлен правильный диагноз. В соответствии с Порядком оказания медицинской помощи больных с ОНМК назначено лечение.

Кроме того, в рамках возбужденного уголовного дела было проведено две комиссионных судебно-медицинских экспертиз. Согласно заключению ГБУЗ Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ диагноз ФИО5 установлен своевременно и верно. Госпитализация в палату интенсивной терапии выполнена своевременно, в первый час госпитализации в ЦРБ. Наблюдение дежурного реаниматолога в ПИТ до 18:00 ДД.ММ.ГГГГ можно считать адекватным, с правильной оценкой статуса, правильной оценкой состояния и его тяжести, адекватными назначения. На момент этих осмотров ФИО5 не требовал перевода в реанимационное отделение. Дальнейшее наблюдение реаниматологом ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ отсутствовало (примерно в течение 17 часов) до 11:25 ДД.ММ.ГГГГ. в течение этого времени ФИО5 осматривался неврологом в 18:00, 02:00, 06:00 и заведующим отделением в 10:00 ДД.ММ.ГГГГ, который зафиксировал отрицательную динамику, после чего ФИО5 был помещен в реанимационное отделение. Согласно заключению № вышеуказанные мероприятия ФИО5 были выполнены в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения, объем реанимационных мероприятий следует считать правильным, в соответствии с Российским протоколом СЛР (уголовное дело, том1, л.д.228-245).

Также заключением КУ ХМАО-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертиза» № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что в целом объем мероприятий, запланированных с целью оказания медицинской помощи ФИО5 соответствовал общепринятому для больных с имевшейся у него патологией. При этом выявлены наиболее существенные недостатки лечебно-диагностических мероприятий: недостаточная частота периодического наблюдения пациента, запоздалое выполнение консультаций необходимых специалистов (травматолога, анестезиолога), позднее выполнение томографии головного мозга, исследования глюкозы крови, невыполнение Эхо-КГ (эхокардиограммы), ЭКГ, консультации кардиолога, запоздалый перевод больного в отделение реанимации (уголовное дело, том1, л.д.271-278).

В досудебном порядке СМК «Астрамед-МС» была проведена экспертиза качества оказания медицинской помощи ФИО5 Согласно выводов врача-эксперта- невролога отмечен неполный объем исследования и лечения. Выявлены дефекты ведения пациента (уголовное дело, том1, л.д.109-115).

Вместе с тем, согласно выводов экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ отдела особо сложных (комиссионных) экспертиз ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», между наступлением смерти ФИО5 о действиями медицинского персонала Ирбитской ЦГБ причинно- следственной связи не установлено.

Аналогичное заключение было предоставлено КУ ХМАО-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертиза» № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому выявленные нарушения сами по себе не явились причиной развившейся у ФИО5 патологии и не способствовали усугублению ее течения, между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и смертью пациента ФИО5 прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Комиссия также отметила, что само по себе тяжелое состояние ФИО5 не является основанием для перевода в реанимационное отделение, необходимая помощь может оказываться в палате интенсивной терапии. Показания для перевода в реанимационное отделение является резкое угнетение жизненных функций (нарушение дыхания, функций сердца и т.п.).

Кроме того, заключением экспертов установлено, что при естественном течении патологии-ишемического инфаркта головного мозга практически неминуемо приводит к смерти больного. Даже безупречное проведение необходимых мероприятий сопровождается достаточно высокой смертностью (уголовное дело, том 1, л.д.277).

Данные исследования проведены экспертами, обладающими специальным образованием, имеющими достаточный стаж работы, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертизы проведены в соответствии с требованиями закона, в государственных независимых учреждениях, при составлении заключений экспертами отражены и проанализированы в совокупности все имеющиеся доказательства по делу, а именно: подлинные медицинские документы, выводы экспертов обоснованы, носят ясный, понятный, однозначный характер, соотносятся с другими доказательствами по делу, в связи с чем суд полагает возможным принять указанные заключения в качестве достоверных и допустимых доказательств по делу. В процессе производства данных экспертиз представленные материалы и подлинные медицинские документы изучались всеми членами комиссии, анализировались, сопоставлялись с данными специальной медицинской литературы, после чего путем коллективного обсуждения были составлены синтезированные экспертные выводы, в связи с чем сомневаться в оценке действий медперсонала у суда оснований не имеется. Выводы комиссии экспертов также были подтверждены экспертом СМК «Астрамед-МС» при проверке качества оказания услуг.

Постановлением следователя Ирбитского межрайонного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО5 отказано за отсутствием состава преступления, поскольку смерть ФИО5 наступила не вследствие ненадлежащего исполнения сотрудниками (медперсоналом) ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» своих профессиональных обязанностей, между проводимыми медицинскими мероприятиями и наступлением смерти пациента от заболевания прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан определены Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В соответствии со статьями 10, 19, 22 данного Закона граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь. Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Отсутствие или наличие причинной связи между лечением гражданина и его смертью при наличии фактов некачественного оказания медицинских услуг не может служить основанием для полного оставления требований о возмещении морального вреда без удовлетворения.

Не смотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями медицинского персонала ГАУЗ СО «Ирбитская ЦГБ» и наступившими последствиями в виде смерти ФИО5, суд с учетом имеющихся по делу доказательств, приходит к выводу о том, что медицинские услуги ФИО5 ответчиком были оказаны некачественно.

Принимая во внимание объяснения истца ФИО1, которая является матерью ФИО5, и переживала за состояние его здоровья, претерпевала нравственные страдания от этого, переживала от своей беспомощности и причинения физических страданий ее близкому родственнику в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи, что безусловно явилось для истца морально-психологической травмой, вызванной переживаниями за близкого и родного человека, и при доказанности ненадлежащего оказания медицинской помощи работниками ответчика, позволяет сделать вывод о доказанности причинения истцу вследствие этих действий работниками ответчика нравственных страданий и удовлетворении в связи с этим исковых требований о компенсации морального вреда по указанным основаниям.

Руководствуясь ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей способ и размер компенсации морального вреда, суд определяет размер компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, с учётом характера причинённых нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшей, а также учитывает требования разумности и справедливости.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска, подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Ирбитская центральная городская больница» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Ирбитская центральная городская больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Ирбитская центральная городская больница» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца, со дня изготовления решения в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ирбитский районный суд Свердловской области.

Председательствующий - /подпись/

Решение изготовлено в окончательной форме 01 июня 2020 года

Решение не вступило в законную силу.

Судья Л.В. Гаева

Секретарь судебного заседания С.В. Петрова

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-279/2020 находящегося в производстве Ирбитского районного суда