Апелляционное определение № 33-6695/2026 от 13 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-6695/2026

Судья: Павлова М.А.

УИД: 78RS0002-01-2024-000314-42


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Златьевой В.Ю.

судей

ФИО1,ФИО2,

при помощнике судьи

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании 14 апреля 2026 года апелляционную жалобу ФИО4 на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 19 декабря 2024 года по гражданскому делу № 2-6909/2024 по иску ФИО4 к ФИО5 о признании договора дарения недвижимого имущества и последующие сделки с ним недействительными, признании права собственности на недвижимое имущество.

Заслушав доклад судьи Златьевой В.Ю., выслушав объяснения истца ФИО4, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5 о признании договора дарения объекта недвижимости по адресу: <адрес>, общей площадью <...> кв.м. от 13.02.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5, зарегистрированным Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 20.04.2018, номер регистрации №... недействительным; просила применить последствия недействительности сделки, признать недействительным договор залога №... от 04.08.2021 объекта недвижимости расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью <...> кв.м.; признать недействительным все прочие сделки, произведенные с участием объекта недвижимости расположенного по адресу: <адрес> общей площадью <...> кв.м, после 20.04.2018; признать право собственности ФИО4 на объект недвижимости расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью <...> кв.м.

В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что 02.03.2011 заключила договор участия в долевом строительстве №..., зарегистрированный в Управлении Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 29.03.2011 №... с целью приобретения в собственность однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью <...> кв.м. Для приобретения указанной выше жилой площади истец использовал средства, полученные от реализации квартиры, в которой проживала ранее, иными средствами истец не располагала. В приобретенной квартире по адресу: <адрес>, общей площадью <...> кв.м, истец проживает одна с момента введения жилого помещения в эксплуатацию, несет расходы по содержанию жилого помещения.

13.02.2017 года истец заключила договор дарения со своим сыном - ФИО5 – ответчиком по настоящему делу, предполагая продолжать проживать в отчужденной квартире, поскольку иного недвижимого имущества пригодного для проживания истец не имела на момент заключения договора дарения и не имеет сейчас. Истец считает указанный договор недействительным, поскольку указанная сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения. Заключая оспариваемый договор дарения жилого помещения, истец заблуждалась относительно сущности договора и содержания взаимных обязательств сторон, и не осознавала при заключении договора последствий своих действий.

Заключая договор, истец была введена в заблуждения относительно его природы, не имела намерения дарить ответчику принадлежащее ей жилое помещение, поскольку хотела снять с ответчика, как наследника в последующем, бремя оплаты расходов при вступлении в наследство с одновременным сохранением права пользования и распоряжения имуществом. Обратившись за консультацией к юристу, истец получила две формы договора - договор ренты и договор дарения. Оба этих договора были преподнесены как равноценные, но договор ренты, по мнению консультирующего юриста, был чем-то сложнее. Предполагая, что договоры равноценные и разница заключается лишь в техническом исполнении, оформив оба варианта, истцом ошибочно выбран был договор дарения для регистрации сделки. Договор дарения не был удостоверен нотариально. Таким образом, истец искреннее заблуждалась, не знала о реальном положении дел и при других условиях и обстоятельствах никогда бы не заключила договор дарения и фактические обстоятельства (проживание в оспариваемой квартире, выплата ежемесячного содержания одариваемым в адрес дарителя) лишь подтверждают заблуждение истца на момент заключения сделки.

Договор был заключен на крайне невыгодных для истца условиях, так как жилое помещение является единственным жильем истца и текст договора дарения не содержит условия о сохранении за дарителем права пользования жилым помещением.

Кроме указанных выше обстоятельств, в сентябре появился риск утраты указанной квартиры, о чем истцу стало известно в середине октября 2023 года. 12.09.2023 Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-34558/2023 признал обоснованным заявление ПАО «Банк Санкт-Петербург» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 и ввел в отношении него процедуру банкротства. Ответчик признался, что помимо кредита в ПАО «Банк Санкт- Петербург», он имеет еще ряд кредитов и в том числе кредит в Тинькофф Банке, где в качестве обеспечения кредита банку была предоставлена подаренная квартира по договору залога <***> от 04.08.2021. Такого стечения обстоятельств истец не предполагала.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 19.12.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда, истец ФИО4 подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь на то, что судом дана неверная оценка определению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-34558/2023 признав, что залога недвижимого имущества, при этом исходил из обратного; уступка прав требований АО «ТБанк» к ООО «Феникс» не повлекла переход прав на залоговое имущество; суд неправомерно отказал в принятии признания иска ответчиком; судом проигнорирован возраст истца, ее социально уязвимое положение, а также то, что сделка лишила истца единственного жилья.

Истец ФИО4 в судебном заседании поддержала доводы апелляционной жалобы.

Ответчик ФИО5, третье лицо АО «ТБанк», извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении заседания и доказательств наличия уважительных причин неявки в суд не направили.

Информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда в сети Интернет (https//sрb.sudrf.ru/).

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения истца, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО4 с 26.04.2012 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (л.д. 12-14, 23-28).

13.02.2017 между ФИО4 (даритель) и ФИО5 (одаряемый) был заключен договор дарения (л.д. 29) указанной квартиры.

В соответствии с п. 1.1 даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, а одаряемый принимает ее в качестве дара.

Указанный договор со стороны дарителя подписан истцом ФИО4 со стороны одаряемого – ФИО5

Договор дарения от 13.02.2017 зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, произведена запись регистрации <...> от 13.02.2018 (л.д. 12-14).

Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями статей 166, 167, 178, 179, 421, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные доказательства, приняв во внимание, что истцом не представлено доказательств заблуждения относительно природы сделки, подразумевающей, что заключение договора дарения влечет за собой право ФИО4 на пожизненное проживание и сохранение права пользования спорной квартирой, оказание ей материальной помощи, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и считает, что при разрешении настоящего спора суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил решение, основанное на оценке собранных по делу доказательств и отвечающее требованиям вышеуказанных норм материального права.

Отклоняя изложенные в апелляционной жалобе доводы, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно абз. 1 п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей в соответствии с договором и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

На основании п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно ч. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу положений ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно требованиям ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано в п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, выражает волю ее участников неправильно, искаженно, соответственно приводит к иному результату, нежели тот, который они имели в виду.

Поскольку сделка, указанная в п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, является оспоримой, то лицо, заявляющее требование о признании ее недействительной по указанным в ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации основаниям, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, по смыслу ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно природы сделки выражается в том, что лицом совершает не ту сделку, которую пыталось совершить. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, являлось выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения, в этой связи суду необходимо выяснить: сформировалась ли выраженная в сделке воля истца вследствие заблуждения, на которое он ссылается, и является ли оно существенным применительно к части 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе оценке подлежали такие обстоятельства как положение истца, возраст, состояние здоровья и значения для него оспариваемой сделки.

Как следует из апелляционной жалобы, истец оспаривает договор дарения в порядке ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации и утверждала, что в силу преклонного возраста не понимала существа сделки и того, что лишается единственного жилья, поскольку договор ренты являлся по своей природе сложным договором.

По смыслу п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской, заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки помимо своей воли и воли другого участника составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием, совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. При этом существенным будет являться такое заблуждение, последствия которого либо вообще неустранимы, либо их устранение связано для заблуждающейся стороны со значительными затратами.

Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. При этом заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем какие-либо доказательства, свидетельствующие о совершении ответчиком действий, с целью введения истца в заблуждение относительно условий спорного договора, предоставления недостоверных сведений, чем ответчик вопреки принципу добросовестности мог спровоцировать заблуждение истца, в материалы дела не представлены.

При заключении сделки истец не заблуждалась относительно обстоятельств ее заключения, поскольку приняла личное участие в заключении договора дарения, чем выразила свою волю на заключение и государственную регистрацию указанной сделки.

Истец, будучи стороной сделки, самостоятельно формировала условия договора дарения. Собственная неосмотрительность истца не может быть основанием для признания сделки недействительной, поскольку, по общему правилу, закон не защищает лицо от собственного неразумного поведения.

Факт передачи имущества (квартиры) от дарителя к одаряеммому и принятия имущества последним подтверждается подписанием сторонами договора и не требует дополнительного подписания акта приема-передачи имущества.

Более того, договор дарения исполнен, переход права собственности на ФИО5 зарегистрирован 20.04.2018 года.

Как верно указал суд первой инстанции, оспариваемый договор дарения от 13.02.2017 по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством, все существенные условия договора были изложены четко, ясно и понятно.

Текст договора дарения не содержит условий о сохранении за ФИО4 права пожизненного проживания и пользования жилым помещением, условий о каком-либо ее содержании.

Возраст ФИО4 на момент заключения оспариваемой сделки составлял 66 лет, не является преклонным, по состоянию здоровья истец воспринимала происходящее, понимала, что заключает именно договор дарения. Истцом не приведено обстоятельств, указывающих на отсутствие у нее волеизъявления на безвозмездное отчуждение квартиры дочери, а также в чем именно состояло заблуждение истца относительно природы сделки истцом не обоснованно и не доказано.

Последующее проживание истца в спорной квартире после ее дарения ответчику и оплата им коммунальных платежей не свидетельствует о мнимости сделки или заключения ее под влиянием обмана или заблуждения. Данные обстоятельства свидетельствуют о возникновении между сторонами правоотношений по безвозмездному пользованию истцом жилым помещением, и не могут служить основанием для признания сделки недействительной.

Доводы апелляционной жалобы о том, что сделка совершена под влиянием заблуждения, судебной коллегией отклоняется, поскольку при вступлении в гражданские правоотношения субъекты должны проявлять разумную осмотрительность. Перед подписанием договора дарения истец имела возможность ознакомиться с изложенными в договоре условиями. Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирующие форму и порядок заключения договора дарения недвижимого имущества, не предусматривают обязательного нотариального заверения указанного договора.

При желании заключить договор на условиях содержания или оказания материальной и иной помощи, истец могла включить эти условия в договор, вместе с тем оспариваемый истицей договор дарения каких-либо дополнительных условий не содержит. Запрет на дарение жилого помещения, являющегося местом жительства дарителя, закон также не содержит.

При этом судебная коллегия обращает внимание, что истец, как даритель выразила данное право подарить квартиру, ей принадлежащую ответчику, добровольно, а целях упрощения оформления в последующем ответчику оформления наследственных прав своему сыну. Никаких действий, связанных с личностью одаряемого на момент совершения сделки по отношению к истцу ответчиком не предпринималось, заблуждение отсутствовало.

Также закон не содержит ограничений или запретов на отчуждение по договору дарения единственного жилья, в связи с чем доводы апелляционной жалобы в данной части также подлежат отклонению.

Судебная коллегия также обращает внимание, что истцом заявлены требования спустя 7 лет после заключения договора, фактически заявленные требования истца направлены на предполагаемое исключение из конкурсной массы спорной квартиры, в связи с тем, что ее сын – ответчик по делу объявлен банкротом.

Спорная квартира является предметом залога по договору залога недвижимого имущества (договор об ипотеке) №0636444986 от 04.08.2021г., заключенного между АО «Тинькоф Банк» и ФИО5 в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору №0636444986 от 04.08.2021 года.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом дана неверная оценка определению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-34558/2023, судебная коллегия отклоняет, так как данные обстоятельства не являются основаниями для удовлетворения требований истца, поскольку как верно указано судом первой инстанции дополнительным определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.05.2024 по делу № А56-34558/2023/тр.1 в части признании требования АО «ТБанк», обеспеченным залогом недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: Санкт<адрес>, кадастровый №... – отказано, в связи с отсутствие регистрации залога у АО «ТБанк».

Как следует из представленной по запросу судебной коллегии выписки из ЕГРН в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>, ограничения права и обременение объекта недвижимости не зарегистрировано, в связи с чем указание в апелляционной жалобе на вмешательство в жилищные права АО «ТБанк» и ООО «Феникс» является голословным.

Ссылка в апелляционной жалобе на формальный подход суда, ведущий к лишению единственного жилья при отсутствии реальной необходимости, не может служить основанием для отмены решения суда и удовлетворения требований, поскольку истец собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, не является. При этом, заключение ФИО5 с АО «ТБанк» договора залога предметом настоящего спора не является, вместе с тем, право на заключение сделок в отношении принадлежащего ему на праве собственности имущества предусмотрено положениями ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что ответчик вправе признать иск.

В силу части 2 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не может принять признание ответчиком иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Частью 1 статьи 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что признание иска ответчиком заносится в протокол судебного заседания и подписываются ответчиком или обеими сторонами. В случае, если признание иска выражены в адресованных суду заявлениях в письменной форме, эти заявления приобщаются к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания.

Частью 4 статьи 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае непринятия судом признания иска ответчиком суд выносит об этом определение и продолжает рассмотрение дела по существу.

Приведенные выше нормы процессуального закона не предполагают их произвольного применения, направлены на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения и являются процессуальной гарантией права на судебную защиту.

Отказывая в принятии признания иска ответчиком, суд первой инстанции обоснованно указал в решении суда о том, что такое признание иска противоречит закону, поскольку законные основания для признания договоров дарения отсутствуют, принятие признания ответчиком иска повлечет нарушение прав АО «ТБанк» по договору залога. При этом, то обстоятельство, что банк в установленном законом порядке не зарегистрировал договор залога в Управлении Росреестра не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права при отказе в принятии признания иска ответчиком.

Иных доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

При таких обстоятельствах у судебной коллегии не имеется оснований для отмены состоявшегося судебного акта по доводам апелляционной жалобы, которые по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда. Поскольку доводы апелляционной жалобы, выражают несогласие с оценкой исследованных судом по делу доказательств, таковые не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы районного суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно. Оснований для отмены решения суда первой инстанции не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 19 декабря 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 18 мая 2026 года