Апелляционное определение № 33-922/2026 от 14 апреля 2026 г.

Судья Тришина Е.В. 57RS0026-01-2025-003912-60

№ 33-922/2026

№ 2-133/2026 (2-3031/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 апреля 2026 года город Орел

Судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда в составе:

председательствующего Жидковой Е.В.,

судей Ноздриной О.О., Савченковой Н.Н.,

при секретаре Волковой А.А.,

с участием прокурора Мартыновой В.П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО18 к ФИО2 ФИО19 о возмещении материального ущерба и морального вреда, причиненных преступлением,

по апелляционным жалобам ФИО1 ФИО20, ФИО2 ФИО21 на решение Орловского районного суда Орловской области от 29 января 2026 года, которым исковые требования удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Ноздриной О.О., изучив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба и морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что 16 марта 2024 года в районе <адрес> в <адрес> муниципального округа <адрес> ФИО2, находясь в общественном месте, грубо нарушая общественный порядок, произвел из охотничьего ружья выстрел в область его левой стопы, причинив ему вред здоровью средней тяжести.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Орловского района Орловской области от 26 декабря 2024 года, вступившим в законную силу 10 января 2025 года, ФИО2 признан совершившим запрещенное уголовным законом деяние, подпадающее под признаки преступления предусмотренного пунктами «д», «з» части 2 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначены принудительные меры медицинского характера.

Истец ссылался на то, что в результате совершенного ответчиком общественно-опасного деяния ему причинен материальный ущерб в размере 76332 рубля, который складывается из расходов в общей сумме 21332 рубля на различные медицинские обследования, приемы специалистов, приобретение лекарственных препаратов, а также расходов в сумме 55000 рублей на оплату услуг НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» по составлению заключения специалиста (рецензии) № 11678 от 08 октября 2025 года на заключение психиатрической судебной экспертизы № 511 от 20 сентября 2024 года по уголовному делу, с которым он был не согласен.

Также ему был причинен моральный вред, так как он испытал и продолжает испытывать физические страдания, вызванные физической болью при любых формах физической активности, связанных с нагрузкой на травмированную конечность, в том числе при обычной ходьбе, длительное время лечится, не имеет возможность выполнять активную физическую работу; испытывает нравственные страдания, выражающиеся в ощущении чувства страха и тревоги за свою жизнь и здоровье, осознании своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживаниях в связи с возможностью потери работы. Он вынужден постоянно посещать медицинские учреждения, носить лангету, ему накладывался гипс, устанавливались спицы, чтобы восстановить травмированную конечность, из-за этого более одного года он не может выполнять свою работу в качестве спортсмена в составе сборной России по бобслею, в том числе выступать на соревнованиях всероссийского и мирового уровня, вследствие чего утратил источник дохода.

По данным основаниям ФИО1 просил суд взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1500000 рублей, денежные средства в счет возмещения имущественного ущерба в размере 76332 рубля.

Судом постановлено обжалуемое решение, которым исковые требования удовлетворены частично. С ФИО2 взысканы в пользу ФИО1 денежные средства в счет возмещения материального ущерба в размере 21332 рубля, компенсация морального вреда в размере 400000 рублей. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано. С ФИО2 взыскана в доход бюджета муниципального образования «город Орел» государственная пошлина в размере 7000 рублей.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит изменить решение суда, удовлетворив его исковые требования в полном объеме.

Считает, что суд необоснованно, в отсутствие законных оснований и приведения в решении надлежащих мотивов, снизил размер компенсации морального вреда, не учел в полной мере характер и степень тяжести вреда, причиненного его здоровью; характер и степень его физических и нравственных страданий, связанных с повреждением здоровья; длительность уже проведенного лечения; необходимость в дальнейшем проходить дорогостоящее медицинское обследование, ряд медицинских вмешательств, в том числе хирургических процедур, с последующим восстановительным периодом; причинение ему нравственных страданий в связи с наличием ограничений, обусловленных причинением увечья, невозможностью продолжать активную жизнь, потенциальной возможностью ампутации конечности, наступления инвалидности и потери работы.

Указывает, что судом было необоснованно отказано ему в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела заключения ООО «Клиника Екатерининская Сочи» от 25 января 2026 года, в соответствии с которым ему рекомендовано оперативное лечение: аутодермопластика рубца на левой стопе, а при нарастании боли в стопе – артродез голеностопного сустава и суставов предплюсны либо ампутация нижней конечности на уровне средней трети. Данные обстоятельства суд не учел при определении размера компенсации морального вреда.

Выражает несогласие с заключением комиссии экспертов БУЗ Орловской области «Областная психиатрическая больница» № 511 от 20 сентября 2024 года, данным по итогам проведенной по уголовному делу № 124015400100000257 психиатрической судебной экспертизы в отношении ФИО2, которому суд первой инстанции в рамках настоящего гражданского дела никакой оценки не дал. Считает, что данная экспертиза была проведена с многочисленными нарушениями и не доказывает факт причинения ответчиком ему вреда в состоянии невменяемости, в связи с чем, суд необоснованно отказал во взыскании с ответчика расходов на оплату услуг по подготовке рецензии на указанное экспертное заключение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит отменить решение и принять новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Приводит доводы о том, что он причинил истцу вред, находясь в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий и руководить ими, поэтому в силу положений части 1 статьи 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации не должен нести ответственность за причиненный им вред.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 – ФИО3, представитель ФИО2 – ФИО4 поддержали доводы апелляционных жалоб своих доверителей.

Прокурор отдела по обеспечению участия прокурора в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Орловской области – Мартынова В.П. дала заключение об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или изменения решения суда.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом. Судебная коллегия в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность постановленного решения в пределах доводов апелляционных жалоб (часть 1 статьи 327.1 ГПК РФ), исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 1 статьи 1085 ГК РФ предусмотрено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2025 года № 4-П «По делу о проверке конституционности статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5» пункт 1 статьи 1085 ГК Российской Федерации признан не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования он не дает оснований для отказа в возмещении разумных и обоснованных расходов, понесенных на лечение лицом, которое могло получить лечение повреждения здоровья бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования, но избрало платное лечение, соответствующее клиническим рекомендациям, в случаях, когда иное повлекло (могло повлечь) для его здоровья неблагоприятные последствия.

В соответствии с частью 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ) (пункт 12).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска (пункт 15).

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (пункт 22).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 30).

Согласно части 4 статьи 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Орловского района Орловской области от 26 декабря 2024 года ФИО2 освобожден от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости запрещенного законом общественно опасного деяния, имеющего признаки преступления, предусмотренного пунктами «д», «з» части 2 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 настоящего Кодекса, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, из хулиганских побуждений, с применением оружия).

В отношении ФИО2, в соответствии с частью 2 статьи 21, пунктом «а» части 1, частью 2 статьи 97, пунктом «а» части 1 статьи 99, частью 1 статьи 100 Уголовного кодекса Российской Федерации применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Данное постановление вступило в законную силу и в соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Указанным судебным постановлением установлено, что 16 марта 2024 года в период времени с 0 часов 10 минут до 01 часа 20 минут ФИО2, не осознавая фактический характер, общественную опасность и противоправность своих действий, не имея возможности руководить ими вследствие имеющегося у него, согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № 511 от 20 сентября 2024 года БУЗ Орловской области «Орловская областная психиатрическая больница», болезненного расстройства психики в форме «Умственной отсталости легкой степени с эмоционально-волевыми нарушениями, лишающими его возможности осознавать фактический характер, общественную опасность и противоправность своих действий и руководить ими, находясь в населенном пункте, вблизи жилых домов, на участке местности, расположенном на расстоянии 29 метров от левого угла дома к югу от <адрес> д. Пахомова Орловского муниципального округа Орловской области, то есть в общественном месте, действуя из хулиганских побуждений, грубо нарушая общественный порядок, выражая явное неуважение к обществу, в присутствии посторонних лиц, удерживая левой рукой за цевье, правой рукой за рукоять одноствольное курковое охотничье ружье модели ИЖК 16 калибра, относящееся к гражданскому охотничьему гладкоствольному длинноствольному огнестрельному оружию, находясь от ФИО1 на расстоянии 1-1,5 метра, используя его как оружие, направил дуло ружья в область левой стопы ФИО1, произвел из него один выстрел, причинив своими действиями ФИО1, согласно заключению эксперта № 608 от 12 апреля 2024 года, телесное повреждение в виде огнестрельного дробового слепого ранения левой стопы, сопровождавшееся множественными переломами костей, разрывами сухожилий и образованием дефектов костных и мягких тканей, которое расценивается как повреждение, причинившее вред здоровью средней тяжести.

В связи с полученными травмами истец находился на стационарном лечении в БУЗ Орловской области «БСМП им. Н.А. Семашко» в период с 16 марта 2024 года по 27 марта 2024 года в травматологическом отделении, с диагнозом: «<...>»; а также в период с 12 апреля 2024 года по 24 апреля 2024 года в отделении гнойной хирургии № 2, с диагнозом: «<...>».

В период с 02 мая 2024 года по 08 мая 2024 года истец проходил лечение в травматологическом отделении БУЗ Орловской области «Орловская областная клиническая больница», с диагнозом: «<...>».

Согласно результатам КТ левой стопы от 17 апреля 2024 года дано заключение: КТ-признаки огнестрельного ранения предплюсны левой стопы. Оскольчатый перелом медиальной клиновидной кости. Краевая травматическая деструкция ладьевидной кости. Промежуточная клиновидная кость не визуализируется. В области костей предплюсны и окружающих мягких тканей включение «дробь». Две металлические спицы левой стопы.

Согласно выписке БУЗ Орловской области «Орловская областная клиническая больница» по результатам посещения врача травматолога-ортопеда от 09 октября 2025 года истцу установлен диагноз: «Последствия вывиха, растяжения и деформации нижней конечности», заключение: «Последствия огнестрельного ранения левой стопы: обширный дефект тканей предплюсны, закрытый грубыми плоскими рубцами, таранно-ладьевидный анкилоз, значительное отсутствие (дефект) части ладьевидной, средней и наружной клиновидных костей, артроз предплюсны, металлические инородные тела, травматическое продольное плоскостопие 2-3 ст., контрактура г/ст сустава 90-110 градусов и первого плюсне-фалангового сустава 4 ст., хронический огнестрельный остеомиелит стопы в фазе ремиссии; стойкое значительное нарушение функции левой нижней конечности».

Из выписки БУЗ Орловской области «Орловская областная клиническая больница» от 09 октября 2025 года следует, что врачом нейрохирургом истцу установлен диагноз: «Последствия других уточненных травм нижней конечности», уточнение диагноза: «Последствия травмы левой стопы. Посттравматическая деформация плюсневых костей левой стопы, множественные инородные тела левой стопы с нарушением функции левой стопы».

Указанные обстоятельства подтверждены представленными в материалы дела медицинскими документами.

Из материалов дела также следует, что в связи с полученными в результате действий ответчика травмами, истец понес расходы на проведение приемов специалистами, оказание медицинской помощи, приобретение лекарственных препаратов и медицинских изделий в соответствии с проведенными медицинских осмотрами и консультациями, на общую сумму 21332 рублей, что подтверждается договорами № 00614636 от 02 апреля 2024 года, № 00614636 от 03 апреля 2024 года, № 00614636 от 20 июля 2024 года на оказание платных услуг, заключенными с ООО «Лечебно-Диагностический Медицинский Центр ФИО6.», кассовыми чеками от 02 и 03 апреля 2024 года, от 20 июля 2024 года; договором № 1081789 от 13 июня 2024 года на оказание платных услуг, заключенным с ООО «Диксион-Практика Ока» и кассовым чеком от 13 июня 2024 года; договором № 23637 от 11 сентября 2024 года на оказание платных услуг, заключенным с ГБУЗ «ГКБ им. С.С. Юдина ДЗМ», актом приема оказанных услуг и кассовым чеком от 11 сентября 2024 года; рецептами от 02 апреля 2024 года и направлением в салон ортопедии от 03 апреля 2024 года, выданными ООО «Лечебно-Диагностический Медицинский Центр ФИО6.», кассовыми чеками от 09 апреля 2024 года, от 21 апреля 2024 года, от 09 мая 2024 года о приобретении лекарственных препаратов и медицинских изделий: ортез на голень, «<...>

Кроме этого, согласно сведениям о трудовой деятельности, ФИО1 с 20 февраля 2024 года работал в ГБУ КК «РЦСП по ЗВС» в должности спортсмен, основной персонал.

Согласно списку кандидатов в спортивные сборы команды Российской Федерации по бобслею на 2024-2025 годы истец входил в состав спортивной сборной команды Российской Федерации.

Из медицинского заключения о допуске к участию в физкультурных и спортивных мероприятиях БУЗ Орловской области «Орловский областной врачебно-физкультурный диспансер» от 06 марта 2025 года следует, что ФИО1 не был допущен к тренировочному процессу, участию в соревновательных и физкультурных мероприятиях, к выполнению ГТО.

Разрешая спор и частично удовлетворяя иск, оценив в совокупности представленные доказательства, суд первой инстанции исходил из того, что в результате противоправных действий ФИО2 был причинен вред здоровью истца, в связи с чем ФИО1 испытывал физические и нравственные страдания, ему был причинен моральный вред, он проходил длительное лечение, в том числе вынужден был приобретать лекарственные средства и медицинские услуги платно, так как иное могло повлечь для его здоровья неблагоприятные последствия, при этом платное лечение соответствовало клиническим рекомендациям, и расходы, понесенные на лечение истцом, являются разумными и обоснованными.

При таких обстоятельствах суд взыскал с ответчика в пользу истца денежные средства в счет возмещения расходов на лечение в сумме 21332 рублей и компенсацию морального вреда, определив размер компенсации в сумме 400000 рублей.

Отказывая в удовлетворении требования истца о взыскании денежных средств в счет возмещения расходов в сумме 55000 рублей на составление рецензии НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» на заключение экспертизы по уголовному делу, суд первой инстанции исходил из того, что данная рецензия не может быть признана в качестве допустимого доказательства, поскольку является частным мнением специалистов, получена во внесудебном порядке на возмездной основе, не имеет правового значения для настоящего гражданского дела. Заключение комиссии экспертов № 511 от 20 сентября 2024 года, в отношении которого дана рецензия, являлось доказательством по уголовному делу о применении в отношении ФИО2 принудительных мер медицинского характера.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о несогласии с размером взысканной компенсации морального вреда, подлежат отклонению.

Понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

Несогласие с размером компенсации морального вреда, взысканной в пользу истца, само по себе не является основанием к отмене либо изменению вынесенного судебного постановления, поскольку оценка характера и степени причиненного заявителю морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела. Несогласие с данной оценкой основанием к отмене либо изменению решения суда не является.

При определении размера морального вреда судом первой инстанции были учтены характер физических и нравственных страданий истца, связанных с его индивидуальными особенностями, степень тяжести причиненного вреда его здоровью, длительность лечения и возможные последствия, конкретные фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, состояние невменяемости ответчика при причинении вреда, также имущественное положение ответчика, требования разумности и справедливости, что соответствует положениям статей 151, 1101 ГК РФ и приведенным выше разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, которым учтены обстоятельства дела, влияющие на определение размера компенсации морального вреда, поскольку, исходя из требований разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон в рассматриваемом случае взысканная судом компенсация морального вреда представляется соразмерной последствиям нарушенного права и достаточной.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, суд первой инстанции надлежащим образом в соответствии со статьей 67 ГПК РФ оценил представленные доказательства и привел в решении мотивы сделанных выводов.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о необоснованном отказе во взыскании расходов на подготовку рецензии, также являются несостоятельными.

Заключение комиссии экспертов БУЗ Орловской области «Областная психиатрическая больница» № 511 от 20 сентября 2024 года по итогам проведенной психиатрической судебной экспертизы в отношении ФИО2, являлась доказательством по уголовному делу № 124015400100000257, и ему дана оценка в постановлении мирового судьи судебного участка № 3 Орловского района Орловской области от 26 декабря 2024 года об освобождении ФИО2 от уголовной ответственности и применении принудительной меры медицинского характера, которое имеет преюдициальное значение. Переоценка выводов о состоянии, в котором находился ответчик при причинении истцу вреда, не может быть произведена при рассмотрении настоящего гражданского дела.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал истцу во взыскании расходов на составление заключения специалиста (рецензии) НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» № 11678 от 08 октября 2025 года, которое является недопустимым доказательством по настоящему гражданскому делу.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что поскольку он причинил истцу вред, находясь в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий и руководить ими, то в силу положений части 1 статьи 1078 ГК РФ не должен нести ответственность за причиненный вред, подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1078 ГК РФ дееспособный гражданин или несовершеннолетний в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, причинивший вред в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий или руководить ими, не отвечает за причиненный им вред.

Между тем, согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 1078 ГК РФ, если вред причинен жизни или здоровью потерпевшего, суд может с учетом имущественного положения потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств возложить обязанность по возмещению вреда полностью или частично на причинителя вреда.

Пунктом 3 статьи 1078 ГК РФ предусмотрено, что, если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.

Суд первой инстанции проверил обстоятельства, связанные с возможностью возложения ответственности за вред, причиненный ФИО2, на иных лиц. Из материалов дела следует, что родители ответчика умерли, иных лиц, на которых в соответствии с законом может быть возложена гражданская ответственность, не установлено, на момент совершения общественно-опасного деяния с ФИО2 совместно никто из близких родственников не проживал.

Также судом первой инстанции было проверено материальное положение сторон.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 в браке не состоит, на иждивении никого не имеет, имеет в собственности 1/2 долю квартиры, в которой зарегистрирован и проживает, транспортных средств в собственности не имеет, его заработная плата за период с февраля 2024 года по июнь 2025 года составила 352990,40 рублей.

Ответчик ФИО2 в браке не состоит, имеет на иждивении малолетнего ребенка, заработная плата ответчика за 2025 год составила 327868,68 рублей, из которой 71857,43 руб. была перечислена в счет уплаты алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка. Кроме того, ФИО2 имеет в собственности транспортное средство марки Шевроле Нива, 2007 года выпуска, а также земельный участок с жилым домом, в котором проживает.

ФИО2 недееспособным не признавался, трудоустроен. Несмотря на то, что ФИО2 с 1989 года состоит на учете в БУЗ Орловский области «Орловский психоневрологический диспансер» с диагнозом «Умственная отсталость легкой степени с эмоционально волевыми нарушениями», за оказанием психиатрической помощи не обращался, однократно находился на обследовании в БУЗ Орловской области «Орловская областная психиатрическая больница» по направлению военного комиссариата, в настоящее время врачом-психиатром ему медикаментозное лечение не назначалось. Возложенная постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Орловского района Орловской области от 26 декабря 2024 года на ответчика принудительная мера медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях, сводится к регулярному посещению врача.

При таких обстоятельствах, а также учитывая, что в результате совершения ответчиком запрещенного уголовным законом общественно опасного деяния был причинен вред здоровью истца, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии предусмотренных абзацем 2 пункта 1 статьи 1078 ГК РФ оснований для возложения обязанности по возмещению вреда на ответчика как причинителя вреда.

Мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии не имеется оснований.

В целом доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы суда первой инстанции. Доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку собранных по делу доказательств, и сделанных судом выводов, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены или изменения решения суда.

Разрешая спор, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, не было допущено, поэтому оснований для отмены или изменения обжалуемого решения по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орловского районного суда Орловской области от 29 января 2026 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 ФИО22 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи