Апелляционное определение № 33-4653/2025 33-491/2026 от 10 февраля 2026 г.

Апелляционное дело № 33-491/2026 Дело в суде 1 инстанции № 2-1113/2025

Докладчик Г.И. Алексеева Судья Д.Ю. Огородников

УИД 21RS0022-01-2025-000868-22


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 февраля 2026 года г. Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе: председательствующего судьи Агеева О.В., судей Алексеевой Г.И., Горшковой Н.И.,

при секретаре судебного заседания Ястребовой О.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Акционерному обществу «Авиакомпания «Полярные авиалинии», Федеральному бюджетному учреждению «Центральная база авиационной охраны лесов «Авиалесоохрана» о компенсации морального вреда, поступившее по апелляционной жалобе Федерального бюджетного учреждения «Центральная база авиационной охраны лесов «Авиалесоохрана» на заочное решение Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 17 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Алексеевой Г.И., судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Авиакомпания «Полярные авиалинии» (далее также АО «АК «Полярные авиалинии», Авиакомпания), Федеральному бюджетному учреждению «Центральная база авиационной охраны лесов «Авиалесоохрана» (далее также ФБУ «Авиалесоохрана», Учреждение) о компенсации морального вреда в размере 2000000 руб., а также взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 10000 руб.

Исковые требования мотивированы причинением ФИО3 травм во время выполнения лесоавиационных работ в составе группы десантников-пожарных в ... в результате аварийной посадки вертолета Ми-..., принадлежащего АО «АК «Полярные авиалинии». В результате данного происшествия истец был госпитализирован в крайне тяжелом состоянии, находился на длительном стационарном и амбулаторном лечении, проходил реабилитацию, впоследствии травмы повлекли ограничение в движении ..., нетрудоспособность в течение шести месяцев, изменение обычного уклада жизни. На момент происшествия истец состоял в трудовых отношениях с ФБУ «Авиалесоохрана», в связи с чем работодатель обязан возместить вред, причиненный его работнику при исполнении трудовых обязанностей. Проведенной в ходе предварительного следствия по уголовному делу по факту крушения вертолета экспертизой установлена причина авиапроисшествия - перегруз воздушного судна. Прекращение производства по уголовному делу не исключает вину Авиакомпании как владельца источника повышенной опасности. Авиакомпания добровольно перечислила истцу 50000 руб. Постановлением о прекращении уголовного дела определен ущерб АО «АК «Полярные авиалинии» в размере 7850662 руб. 47 коп., при этом страховая выплата составила 100950000 руб. Поскольку в полет истец был направлен по заданию работодателя, не обеспечившего безопасные условия и охрану труда, истец ФИО3, уточнив исковые требования, просил взыскать с обоих ответчиков компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб., но не менее 700000 руб., в равных долях, учесть при этом размеры компенсаций, взысканных с Авиакомпании в пользу его коллег, и причинение ему в сравнении с коллегами наиболее тяжелого вреда здоровью, а также взыскать расходы на оплату юридических услуг в размере 10000 руб.

В судебное заседание суда первой инстанции истец ФИО3 не явился, извещен надлежаще, просил рассмотреть дело без его участия (л.д. 183).

Представитель ответчика АО «АК «Полярные авиалинии» в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором с учетом отсутствия вины ответчика в причинении вреда, получения истцом страховой выплаты 740000 руб. и оказанной материальной помощи в размере 100000 руб. просил уменьшить размер компенсации морального вреда до 50000 руб.

Представитель ответчика ФБУ «Авиалесоохрана» в судебное заседание не явился, извещен надлежаще.

Участвующий в деле помощник прокурора г. Новочебоксарск Чувашской Республики Никитин Г.Н. полагал исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости.

Заочным решением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 17 октября 2025 года в пользу ФИО3 с Акционерного общества «Авиакомпания «Полярные авиалинии» и Федерального бюджетного учреждения «Центральная база авиационной охраны лесов «АВИАЛЕСООХРАНА» взыскана компенсация морального вреда по 400000 руб. с каждого, судебные расходы по оплате юридических услуг по 5000 руб. с каждого;

с Акционерного общества «Авиакомпания «Полярные авиалинии» и Федерального бюджетного учреждения «Центральная база авиационной охраны лесов «АВИАЛЕСООХРАНА» в доход местного бюджета г. Новочебоксарск взыскана государственная пошлина по 1500 руб. с каждого.

В апелляционной жалобе ответчик ФБУ «Авиалесоохрана» просит отменить указанное решение суда и вынести новое решение. Считает, что суд первой инстанции не в полной мере учел обстоятельства дела, а именно, что по результатам расследования несчастного случая нарушений со стороны работодателя не выявлено, суд не произвел надлежащую правовую оценку акта о несчастном случае, который не был оспорен и признан недействительным, материалами дела вина работодателя не установлена, в связи с чем выводы суда о наличии причинно-следственной связи между авиационным происшествием и причинением вреда истцу по вине ФБУ «Авиалесоохрана» являются необоснованными.

Суд первой инстанции не принял во внимание порядок подготовки и выполнения полетов в гражданской авиации Российской Федерации, согласно которому обеспечение соблюдения ограничений по взлетной и посадочной массам воздушного судна возложено на командира воздушного судна. В отчете по результатам расследования по факту авиационного происшествия установлено превышение максимально допустимой взлетной массы вертолета, которое само по себе не являлось единственной безусловной причиной авиационного происшествия, в связи с чем суд пришел к необоснованному выводу о причинно-следственной связи между авиационным происшествием и причинением вреда истцу по вине ФБУ «Авиалесоохрана» только лишь на основании факта предоставления представителем заказчика недостоверных сведений о массе багажа, поскольку отчет не содержит доказательств вины ФБУ «Авиалесоохрана» как работодателя и заказчика авиационных работ.

Истец ФИО3 представил письменные возражения (объяснения) на апелляционную жалобу ответчика ФБУ «Авиалесоохрана», просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Заслушав прокурора Филиппову К.Ю., полагавшую апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, оценив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке, предусмотренном статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также ГПК РФ), в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений на нее, признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте его апелляционного рассмотрения, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу положений п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу положений статьи 12 ГК РФ компенсация морального вреда является самостоятельным способом защиты нарушенного права и является, прежде всего, способом защиты нематериальных благ или неимущественных прав путем заглаживания вины перед потерпевшей стороной, причиненного ей неимущественного вреда.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращался к вопросу о конституционно-правовой природе института компенсации морального вреда в российской правовой системе (Постановление от 15 июля 2020 года № 36-П, Определения от 16 октября 2001 года № 252-О, от 03 июля 2008 года № 734-О-П, от 24 января 2013 года № 125-О и др.). Как отмечено в его Постановлении от 26 октября 2021 года № 45-П, такая компенсация в соответствии с ГК РФ является одним из способов защиты гражданских прав (статья 12), что - в свете статьи 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации - позволяет рассматривать ее как гарантированную государством меру, направленную на восстановление нарушенных прав и возмещение нематериального ущерба, причиненного вследствие их нарушения.

В целях проверки доводов апелляционной жалобы и установления юридически значимых обстоятельств по делу, исходя из положений ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», судом апелляционной инстанции приняты и исследованы дополнительные доказательства – возражение ФБУ «Авиалесоохрана» на исковое заявление, поступившее в суд после принятия обжалуемого решения, доводы которого аналогичным доводам апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с 10 июня 2018 года истец ФИО3 работает (должность) Обособленного подразделения ... авиационное отделение ФБУ «Авиалесоохрана» (приказ от21 мая 2018года № 271-лс).

29 июня 2022 года около 21 часа 00 мин. по времени ... вертолет (воздушное судно) Ми-..., бортовой номер ..., принадлежащий АО «АК «Полярные авиалинии», выполняя заявку ФБУ «Авиалесоохрана» на лесоавиационные работы с выполнением облета места пожара с десантниками-пожарными, в составе 4 членов экипажа и 19 пассажиров - сотрудников авиалесоохраны, при выполнении задания совершил жесткую посадку с высоты 10-15 м в лесополосе у населенного пункта ...), в результате чего экипаж и пассажиры получили травмы различной степени тяжести, вертолет разрушен.

В соответствии с заявкой на полетот 28 июня 2022 года № 107-а на 29 июня 2022 года по договору от 16 марта 2022 года, актом – отчетом, списком служебных пассажиров к заявке на полет № ... от 28 июня 2022 года ФБУ «Авиалесоохрана»ФИО3 находился на борту воздушного судна Ми-..., бортовой номер ..., принадлежащего АО «АК «Полярные авиалинии», выполняя заявку Учреждения на лесоавиационные работы.

В соответствии с заключением летно-технической судебной экспертизы Частного негосударственного судебно-экспертного учреждения «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований» от 19 декабря 2023 года № 1107, проведенной на основании постановления Якутского следственного отдела на транспорте Восточного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации, причиной авиационного происшествия с вертолетом МИ-... с бортовым номером ... АО «АК Полярные авиалинии», произошедшего 29 июня 2022 года, является попадание вертолета в режим самопроизвольного снижения при попытке зависания вне зоны влияния земли с полетной массой, превышающей максимально-допустимую величину для фактических условий. Превышение максимально-допустимой величины полетной массы стало возможным вследствие недостатков имеющихся процедур по определению и контролю загрузки вертолета на оперативной точке. Действия членов экипажа вертолета в процессе выполнения полетов 29 июня 2022 года, за исключением недооценки КВС (командиром воздушного судна) возможностей вертолета выполнять взлет и посадку с максимальным взлетным весом из-за предоставленных ошибочных весовых данных на груз и десантников-пожарных, отличающихся от фактических в меньшую сторону, соответствовали требованиям нормативно-правовых документов в области гражданской авиации.

Комиссией по расследованию авиационного происшествия с вертолетом Ми-... на основании приказа от 30 июня 2022 года Межгосударственного авиационного комитета было проведено расследование. Согласно окончательному отчету, утверждённому первым заместителем Председателя Межгосударственного авиационного комитета 25 августа 2023 года, авиационное происшествие с вертолетом Ми-8МТВ ... произошло при попытке зависания вне зоны влияния воздушной подушки с полетной массой, превышающей максимально-допустимую величину. Превышение полетной массы стало возможным из-за недостатков имеющихся процедур по определению и контролю загрузки вертолёта на оперативной точке при выполнении авиационных работ.

Постановлением от 29 декабря 2023 года производство по уголовному делу № ..., возбужденному 29 июня 2022 года Якутским следственным отделом на транспорте Восточного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации в ФИО1. и ФИО2 по факту авиационного происшествия 29 июня 2022 года в ... с воздушным судном МИ-8 ..., бортовой номер ..., прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в деяниях указанных лиц состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 263 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Названным постановлением от 29 декабря 2023 года о прекращении уголовного дела установлено, что лётчик-наблюдатель ФИО2., являвшийся работником Учреждения, входил в состав экипажа вертолёта и при выполнении своих должностных обязанностей подал заявку на полёт, в которой указал неправильный вес груза, что привело к превышению максимально-допустимой величины полётной массы и падению воздушного судна.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что ФИО3 был направлен в полёт на вертолёте с превышением допустимой массы своим работодателем, получил травмы при выполнении своих трудовых обязанностей в результате необеспечения работодателем безопасных условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и пришел к выводу о причинении истцу морального вреда (физических и нравственных страданий) вне зависимости от квалификации случившегося как несчастного случая на производстве.

Из материалов дела следует, что с 30 июня 2022 года по 14 июля 2022 года ФИО3 находился на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении ГБУ РС (Я) «Республиканская больница № 2 - Центр экстренной медицинской помощи» с основным клиническим диагнозом: ....

Согласно медицинскому заключению ГБУ РС (Я) «Республиканская больница № 2 - Центр экстренной медицинской помощи» повреждение здоровья ФИО3 относится к категории тяжелых.

Истец в результате полученных в авиационном происшествии (крушении вертолета) травм был нетрудоспособен с 30 июня 2022 года по 28 октября 2022 года, с 24 марта 2023 года по 05 мая 2023 года, с 25 августа 2023 года по 29 сентября 2023 года, с 03 мая 2024 года по 17 мая 2024 года, с 05 декабря 2024 года по 19 декабря 2024 года, заключениями врачебной комиссии от 25 октября 2023 года, 22 октября 2024 года ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 %, истец неоднократно проходил медицинскую реабилитацию, по результатам прохождения медико-социальной экспертизы в ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Чувашской Республике-Чувашии» 06 ноября 2024 года ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 20 % сроком до 01 ноября 2025 года в связи с несчастным случаем на производстве на основании акта (формы Н-1) от 30 июля 2022 года № 32.

Платежным поручением от 06 декабря 2022 года № 12783 Авиакомпания перечислила ФИО3 материальную помощь в размере 100000 руб. с указанием назначения платежа «материальная помощь согласно выписки из протокола Совета директоров общества от 25.11.2022 г. Получатель ФИО3» (л.д. 94).

При этом в выписке из протокола № 3 заседания Совета директоров АО «АК «Полярные авиалинии» от 25 ноября 2022 года указано о принятии решения в формулировке: дать согласие на оказание помощи – возмещение морального вреда пострадавшим в результате авиапроисшествия 29 июня 2022 года в размере 750000 руб., в том числе ФИО3 100000 руб. (л.д. 97).

Учреждением представлены сведения о перечислении страховщиком страховой выплаты в размере 87500 руб. ФИО3 по страховому случаю «временная утрата трудоспособности с 30.06.2022 по 27.10.2024, авиатравма, сочетанная травма, падение вертолёта 29.06.2022» в порядке исполнения обязательств по контракту от 26 апреля 2022 года на оказание услуг по добровольному страхованию от несчастных случаев и болезней, заключенному между Учреждением (страхователем) и ООО «АМТ Страхование» (страховщик) (л.д. 155).

Установив причинно-следственную связь между крушением воздушного судна (вертолета) МИ-... с бортовым номером ..., владельцем которого является Авиакомпания, и причинением вреда здоровью с длительными последствиями ФИО3, выполнявшему в этот момент трудовые обязанности в ФБУ «Авиалесоохрана», руководствуясь ст.ст. 151, 1064, 1068, 1080-1081, 1079, 1100-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 11, 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации (далее также ТК РФ), разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», с учетом нравственных и физических страданий, вызванных степенью тяжести повреждений здоровья истца и длительностью его лечения, а также степени вины ответчиков, суд первой инстанции определил размер компенсации морального вреда с каждого из ответчиков по 400000 руб.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции исходил из непринятия ответчиками мер по мирному урегулированию спора в периоды с даты авиапроисшествия (29 июня 2022 года) до обращения истца в суд (20 марта 2025 года, 04 августа 2025 года), а также не учел перечисление АО «АК «Полярные авиалинии» истцу 100000 руб. исходя из назначения платежа, указав, что эта сумма была предназначена для возмещения материального, а не морального вреда.

Разрешая требования о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг, руководствуясь положениями ст.ст. 88, 94, 98, 100 ГПК РФ и Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд первой инстанции исходил из того, что представителем истца адвокатом Никитиной А.М. составлено исковое заявление, расходы подтверждаются надлежащими доказательствами, ответчик не представил доказательства чрезмерности взыскиваемых расходов, учитывая требования разумности, пришел к выводу о наличии оснований для возмещения расходов на оплату услуг представителя в размере 10000 руб. за счет обоих ответчиков в равных долях.

Руководствуясь положениями ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции взыскал государственную пошлину, от уплаты которой истец был освобожден, с ответчиков, не освобожденных от уплаты государственной пошлины, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части иска неимущественного характера по 1500 руб. с каждого.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о возложении на ФБУ «Авиалесоохрана» обязанности компенсировать причиненный истцу ФИО3 в результате авиационного происшествия моральный вред, а также с определенным им размером компенсации морального вреда, и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ и нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

Решение суда обжаловано ФБУ «Авиалесоохрана» по мотивам отсутствия его вины в непосредственном причинении вреда здоровью истца, пострадавшего в результате несчастного случая (авиационного происшествия).

Отклоняя доводы ответчика ФБУ «Авиалесоохрана» об отсутствии вины работодателя в причинении вреда здоровью истца со ссылкой на содержание акта формы Н-1, в котором в числе лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, не указаны сотрудники ответчика, судебная коллегия исходит из того, что в рассматриваемом случае нарушение трудовых прав ФИО3 со стороны работодателя выразилось в неисполнении работодателем положений Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающих обязанность работодателя обеспечить работнику безопасные условия и охрану труда.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ).

Частью 1 ст. 214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (ч. 2 ст. 214 ТК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, следует, что работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ФБУ «Авиалесоохрана», суд первой инстанции обоснованно учитывал обстоятельства его (вреда) причинения при исполнении трудовых обязанностей в результате крушения воздушного судна (вертолета), выполнявшего полет по заявке ФБУ «Авиалесоохрана» на лесоавиационные работы, степень вины ответчика (бездействие относительно создания безопасных условий труда работника), характер физических и нравственных страданий истца, которые он безусловно испытывал в связи с полученной травмой, с учетом тяжести телесных повреждений (тяжелая травма), длительности восстановительного лечения, последствий полученной травмы, с учетом требований разумности и справедливости пришел к выводу о том, что такой вред подлежит возмещению в сумме 400000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для компенсации работодателем морального вреда, причиненного работнику - истцу.

У судебной коллегии не имеется оснований не согласиться с указанными выводами, изложенными в решении суда, как основанными на верно установленных обстоятельствах и при правильном применении норм материального и процессуального права, в частности, ст.ст. 150-151, 1064, 1079, 1086, 1099-1101 ГК РФ, разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», статьями 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статьям 12, 56, 61, 67 ГПК РФ.

Размер компенсации морального вреда в силу пункта 2 статьи 1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, и иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Суд первой инстанции при разрешении спора пришел к верному выводу о наличии оснований для возложения на Учреждение обязанности компенсировать истцу моральный вред, поскольку истец в результате авиапроисшествия (жесткой посадки вертолета) получил травмы, ему причинены физическая боль, телесные повреждения, нравственные страдания и переживания как в момент самого происшествия, так и вследствие полученных в его результате повреждений. Истец ФИО3 проходил длительное стационарное и амбулаторное лечение, испытывал чувство страха и тревоги за свое здоровье, физическую боль и неудобства, подавленное состояние, частично утратил профессиональную трудоспособность.

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции исходил из непринятия ответчиками мер по мирному урегулированию спора в периоды с даты авиапроисшествия (29 июня 2022 года) до обращения истца в суд (20 марта 2025 года, 04 августа 2025 года), а также не учел перечисление АО «АК «Полярные авиалинии» истцу 100000 руб. исходя из назначения платежа, указав, что эта сумма была предназначена для возмещения материального, а не морального вреда, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку выплата истцу работодателем 100000 руб. платежным поручением № 12783 от 06 декабря 2022 года содержит указание в назначении платежа – оказание материальной помощи.

Суд в полной мере учел все заслуживающие внимания по настоящему делу фактические обстоятельства, в том числе степень физических и нравственных страданий истца в связи с полученными повреждениями, характер этих повреждений, состояние здоровья истца, требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Судебная коллегия также учитывает, что моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и не поддается точному денежному подсчету, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая указанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда, самого потерпевшего и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Указанное соотносится с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно высказанной в определениях от 20 ноября 2003 года № 404-О, от 25 сентября 2014 года № 1842-О, от 29 мая 2018 года № 1248-О и других, из которых следует, что размер надлежащей компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, с учетом требования разумности и справедливости. Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо прав.

Доводы апелляционной жалобы ответчика ФБУ «Авиалесоохрана» не содержат новых доводов и доказательств, влияющих на выводы суда. Несогласие с решением суда само по себе не служит основанием для отмены или изменения правильного по существу решения суда.

Доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

заочное решение Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 17 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Федерального бюджетного учреждения «Центральная база авиационной охраны лесов «Авиалесоохрана» – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий О.В. Агеев

Судьи Г.И. Алексеева

Н.И. Горшкова

Мотивированное апелляционное определение составлено 11 марта 2026 года.