Решение № 2-1435/2019 2-1435/2019~М-1024/2019 М-1024/2019 от 27 июня 2019 г. по делу № 2-1435/2019

Дело № 2-1435/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Новороссийск 28 июня 2019 г.

Приморский районный суд г. Новороссийска Краснодарского края в составе:

судьи Савина М. Е.,

при секретаре Каширговой Т. Н.,

с участием:

истицы ФИО1 и адвоката Ивановой К. Г. в ее интересах по ордеру, ответчика ФИО3 и адвоката Большакова К. В. в его интересах по ордеру, третьих лиц ФИО4 и ФИО5, представителя третьего лица УВСиД администрации МО г. Новороссийск по доверенности ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах ФИО7 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения, включении имущества в наследственную массу,

установил:

ФИО1, действуя в интересах ФИО7, обратилась в суд с иском к ФИО3, в обоснование которого указала, что с марта 20089 г. состояла в фактических брачных отношениях с ФИО8, проживала с ним в доме, расположенном по адресу: <адрес>. <ДД.ММ.ГГГГ> у них родилась дочь <ФИО2.

В 2009 г. ФИО8 осужден за преступление в сфере оборота наркотических средств, отбывал наказание по приговору суда в исправительном учреждение, и в этот период истица переехала с дочерью в принадлежащий ей дом по <адрес> в <адрес>. После освобождения из мест лишения свободы в 2010 г. они стали проживать совместно, а с августа 2011 г. отношения были прекращены ввиду злоупотребления ФИО8 наркотическими средствами и он переехал на постоянное место жительство в дом <адрес> к своей матери.

ФИО8 материальной помощи ребенку не оказывал. Решением Приморского районного суда г. Новороссийска от 20.06.2013 г. установлено отцовство ФИО8 в отношении дочери <ФИО2, с него взысканы алименты на ее содержание с 22.01.2013 г. до достижения ребенком 18-летнего возраста в твердой денежной сумме, а также задолженность в размере 20 246,95 руб. (судебные расходы).

Исполнительное производство о взыскании задолженности в сумме 20 246,95 руб. судебным приставом-исполнителем Новороссийского ГОСП было возбуждено только 02.07.2014 г., а производство о взыскании алиментов на основании исполнительного листа от 24.10.2013 г. – 03.07.2014 г.

ФИО8 употреблял наркотики, болел, нигде не работал и материально своей дочери никак не помогал, алименты не выплачивал, судебный пристав-исполнитель своевременных мер, направленных на наложение ареста на принадлежащее ФИО8 имущество, а именно 1/6 долю в праве собственности на дом и земельный участок по адресу: <адрес>.

Из-за наркотической зависимости ФИО8 болел хроническими заболеваниями – 2 <данные изъяты>, пневмония, сердечные заболевания.

В 2016 г. состояние здоровья ФИО8 ухудшилось, 09.01.2017 г. он умер у себя дома по <адрес> в <адрес>.

После его смерти истица от имени дочери <ФИО2 подала нотариусу ФИО9 заявление о вступлении в наследство, однако, из полученных ответов на запросы нотариуса выяснилось, что никакого недвижимого имущества у умершего на праве собственности не имеется.

Как стало известно истице, за 8 месяцев до своей смерти, а именно 22.04.2016 г., ФИО8 заключил со своим родным братом – ответчиком ФИО3 договор дарения 1/6 доли дома и земельного участка по <адрес> в <адрес>.

Истица считает сделку дарения недействительной, мнимой сделкой, поскольку на момент ее совершения задолженность ФИО8 по алиментам составляла более 220 000 руб., эта сумма была для него, практически никогда не работающего, значительной, и он, зная о задолженности, злоупотребил своими правами, не предприняв никаких мер для ее погашения, напротив, распорядившись единственным своим имуществом в пользу своего ближайшего родственника. Какого-либо иного ликвидного имущества, не обремененного правами третьих лиц, на которое могло быть обращено взыскание в объеме алиментных обязательств ФИО8, у него не имелось.

Более того, ФИО8, совершая сделку, вероятно, предвидел свою скорую кончину, так как его смерти предшествовала длительная затяжная болезнь, в связи с чем, истица считает сделку дарения, заключенную с ответчиком – родным братом, имеющим долю в спорном недвижимом имуществе, оформленной формально, возможно под давлением со стороны родственников – сособственников жилого дома, во избежание последующего вступления дочери истицы в наследство на спорную долю недвижимого имущества.

В п. 9 оспариваемого договора дарения указано, что передача недвижимости и соответствующих документов осуществляется при подписании договора, однако, фактически никакой передачи недвижимости не было, поскольку ФИО8 до своей смерти так и проживал в доме, и в этом же доме его проводили в последний путь. То есть, действительного исполнения данной сделки не имелось, и он продолжал пользоваться подаренным им имуществом как своей собственностью и проживать в доме, что свидетельствует о заключении указанной сделки без намерения произвести реальную передачу имущества.

В связи с чем, истица полагает, что оспариваемый договор подписан как с целью исключить возможность обращения взыскания на имущество ФИО8 в связи с его долговыми обязательствами, так и с учетом его состояния здоровья, страдавшего тяжелыми хроническими заболеваниями, в целях исключения несовершеннолетней дочери из круга наследников на спорное имущество.

Просит признать недействительным договор дарения от 22.04.2016 г. 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом общей площадью 86,9 кв. м и земельный участок общей площадью 1 100 кв. м, кадастровый <№> по <адрес> в <адрес>, заключенный между ФИО8 и ФИО3, истребовать из незаконного владения ФИО3 1/6 долю указанного имущества, включить ее в наследственную массу и признать за ФИО7 право собственности на данную долю в порядке наследования по закону.

Определением суда от 15.05.2019 г. в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора по настоящему делу, привлечены ФИО4 и ФИО10

В судебном заседании истица поддержала заявленные требования по основаниям, указанным в иске, просила их удовлетворить.

Адвокат Иванова К. Г. иск поддержала по изложенным в нем обстоятельствам. Дополнительно пояснила, что ФИО8 тяжело болел, что подтверждено истребованными судом медицинскими документами, имел задолженность по алиментам. С учетом своего состояния здоровья понимал о своей кончине, поэтому считает сделку дарения фиктивной.

Ответчик ФИО3 иск не признал и пояснил, что дочь своего брата <ФИО2 его семья признает. В настоящее время они не общаются. Его брат изъявил желание подарить ему принадлежащую свою долю жилого дома и земельного участка. Он не работал, ребенка не содержал, жил за его, ответчика, счет.

Адвокат Большаков К. В. возражал против иска, пояснив, что умерший ФИО8 не был признан недееспособным, договор был заключен в установленном порядке, прошел государственную регистрацию. Отчуждение доли имущества явилось волеизъявлением ФИО8

Представитель третьего лица УВСиД администрации МО г. Новороссийск иск поддержал в интересах несовершеннолетнего ребенка.

Третье лицо ФИО10 возражала против иска и пояснила, что когда <ФИО2 было три года, она забирала ее к себе, хотела оформить опеку, растила девочку до шести лет. С истицей была достигнута устная договоренность о том, что ФИО10 будет смотреть за ребенком, а истица не будет обращаться в суд с требованиями о взыскании алиментов. Когда <ФИО2 пошла в школу, истица ее забрала к себе. В настоящее время они не общаются.

Третье лицо ФИО4 возражала против иска, пояснив, что спорное имущество является наследственным и разделено между ее детьми. Суд, выслушав стороны и их представителей, исследовав материалы дела, считает иск не обоснованным и не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено и подтверждается представленными Новороссийским отделом УФСГРКиК по Краснодарскому краю заверенными копиями дел правоустанавливающих документов в отношении жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, 22.04.2016 г. между ФИО8 и ФИО3 заключен договор дарения, по которому ФИО8 подарил ФИО3 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 1 100 кв. м, кадастровый <№>, расположенные по адресу: <адрес>.

Переход права на указанные объекты недвижимости к ФИО3 зарегистрирован 02.06.2016 г.

09.01.2017 г. ФИО8 умер, что подтверждается свидетельством о смерти серии V-АГ <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>.

Согласно наследственному делу № 80/2017, заведенному после смерти ФИО8, с заявлением о принятии наследства после его смерти обратилась ФИО1 от имени несовершеннолетней дочери ФИО7

В соответствии с имеющимся в материалах наследственного дела уведомлением УФСГРКиК по Краснодарскому краю от 25.04.2017 г. подтверждается отсутствие зарегистрированного за ФИО8 какого-либо недвижимого имущества.

Заявляя требования о признании договора дарения недействительным, ФИО1 ссылается на заключение сделки по мотиву мнимости (ст. 170 ГК РФ), заключенной с целью уйти от ответственности по уплате задолженности по алиментам, а именно обращении взыскания на имущество в объеме алиментных обязательств, формальности сделки, поскольку передача дара не осуществлялась, злоупотребления правами, в целях исключения несовершеннолетней дочери из круга наследников на спорное имущество при наличии тяжелого заболевания.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения сделки) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу части 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с пунктом 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как указано по иску, фактической передачи имущества по договору дарения не было, ФИО8 продолжил пользоваться принадлежащим ему имуществом, что свидетельствует о заключении сделки без намерения произвести реальную передачу имущества.

Однако данный довод является несостоятельным, поскольку не подтвержден достаточными и допустимыми доказательствами.

Сам по себе факт проживания ФИО8 в отчужденном им по договору дарения доли жилого дома о мнимости дарения не свидетельствует, так как закон не запрещает дарителю в дальнейшем пользоваться подаренным имуществом, если против этого не возражает новый собственник.

Правовым последствием дарения является переход именно права собственности на предмет дарения, следовательно, утверждение о том, что правовые последствия дарения для сторон не наступили, и правовое положение не изменилось, не соответствует действительности.

Доводы иска о том, что ФИО8 заключил договор дарения с целью увести имущество от обращения на него взыскания по алиментным обязательствам, суд считает необоснованными.

Так, по делу установлено, что постановлением судебного пристава-исполнителя Новороссийского ГОСП от 03.07.2014 г. возбуждено исполнительное производство в отношении должника ФИО8 с предметом исполнения: алименты в размере 5 205 руб. в твердой денежной сумме ежемесячно в пользу взыскателя ФИО11

Расчет задолженности по алиментам, составляющий 281 321,51 руб., произведен 04.03.2019 г., то есть уже после смерти ФИО8

По вопросу надлежащего исполнения судебным приставом-исполнителем обязанностей по принудительному взысканию алиментов в рамках исполнительного производства о взыскании алиментов в прокуратуру г. Новороссийска и НГО УФССП по Краснодарскому краю ФИО1 обратилась только 17.01.2019 г., то есть уже после смерти ФИО8

По результатам рассмотрения жалобы 07.02.2019 г. принято постановление об отказе в удовлетворении жалобы, поданной в порядке подчиненности. В ходе проверки установлено, что судебными приставами-исполнителями приняты все необходимые меры в целях исполнения требований исполнительного документа.

Кроме того, доводы иска о том, что ФИО8 распорядился принадлежащей ему долей имущества с целью избежать обращения взыскания по алиментным обязательствам, не состоятельны.

Согласно части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Как установлено по делу, 1/6 доля в праве общей долевой собственности на жилой дом, принадлежавшая ФИО12, являлась для него единственным пригодным для постоянного проживания, где он фактическим и проживал, что в судебном заседании не оспорено.

Таким образом, обращение взыскания на данную долю жилого дома и земельного участка по алиментным обязательствам ФИО8 не могло быть осуществлено в силу прямого указания закона.

Доводы иска о том, что договор заключен с целью исключения несовершеннолетней из круга наследников, учитывая тяжелое заболевание ФИО8, являются не состоятельными и основаны исключительно на предположениях истицы.

Сторонами не оспаривается и подтверждено представленными медицинскими документами, что ФИО8 страдал рядом тяжелых заболеваний, употреблял наркотические средства.

Однако, сам по себе факт болезни не является основанием полагать о заключении им сделки с целью исключения несовершеннолетней ФИО7 из числа наследников. Договор дарения заключен 22.04.2016 г., а смерть ФИО8 наступила 09.01.2017 г., то есть спустя восемь месяцев после совершения сделки, на момент совершения которой отсутствовали какие-либо ограничения для ее заключения.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений в соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации.

Учитывая, что договор дарения заключен в установленной законом форме, зарегистрирован, сторонами исполнен, доказательств недобросовестного поведения ФИО8, связанного с заключением оспариваемой сделки, суду не представлено, оснований для признания его недействительным у суда не имеется, в связи с чем, суд считает необходимым в удовлетворении иска о признании недействительным договора дарения и производных от данного требования требований о включении имущества в наследственную массу, отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1, действующей в интересах ФИО7 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения, включении имущества в наследственную массу – отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд г. Новороссийска.

Судья Приморского районного

суда г. Новороссийска М.Е. Савин

решение не вступило в законную силу