Апелляционное определение № 33-560/2026 33-6063/2025 от 22 января 2026 г.

Судья Подгорная И.Н. Дело № 2-1440/2025

УИД 35RS0010-01-2024-021009-09

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от

№ 33-560/2026
г. Вологда
23 января 2026 года
Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда в составе:

председательствующего Бочкаревой И.Н.,

судей Дечкиной Е.И., Чистяковой Н.М.,

при секретаре Топорковой И.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» по доверенности ФИО1 на решение Вологодского городского суда Вологодской области от 25 августа 2025 года.

Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Бочкаревой И.Н., объяснения ФИО2, представителя ФИО3 по доверенности ФИО4, судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратился в суд с иском к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах»), ФИО2 о возмещении ущерба от дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), ссылаясь на неисполнение страховщиком по договору ОСАГО обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства.

С учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец просил взыскать с надлежащего ответчика убытки в размере 148 300 рублей, расходы на оплату услуг независимого эксперта в размере 10 000 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 5703 рубля; со страховщика СПАО «Ингосстрах» - штраф в размере 107 500 рублей, финансовую санкцию за период с 08 сентября 2022 года по 09 апреля 2024 года в размере 116 000 рублей, неустойку за период с 08 сентября 2022 года по день вынесения решения суда, неустойку за период со дня, следующего за днем вынесения решения суда, по день фактического исполнения обязательств по возмещению убытков (осуществлению страховой выплаты) из расчета 2150 рублей за каждый день просрочки, проценты, начисленные в соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму убытков 108 600 рублей за период с 08 сентября 2022 года по день, предшествующий дню вынесения решения суда, проценты, начисленные в соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму убытков 108 600 рублей за период со дня вынесения решения суда по день фактического возмещения данной суммы убытков, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей; с причинителя вреда ФИО2 - проценты, начисленные в соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму возмещения вреда 148 300 рублей за период со дня вступления в законную силу решения суда по день фактического возмещения вреда.

Решением Вологодского городского суда Вологодской области от 25 августа 2025 года исковые требования ФИО3 удовлетворены частично.

Со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО3 взысканы убытки в размере 148 300 рублей, компенсация морального вреда в размере 5000 рублей, финансовая санкция за период с 08 сентября 2022 года по 09 апреля 2024 года в размере 116 000 рублей, неустойка за период с 10 апреля 2024 года по 25 августа 2025 года в размере 400 000 рублей, штраф в размере 107 500 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму убытков 108 600 рублей со дня вступления в законную силу решения суда и по день фактического исполнения обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, расходы по оценке в размере 10 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 5449 рублей. В удовлетворении требований в остальной части, а также в удовлетворении исковых требований к ФИО2 отказано. Со СПАО «Ингосстрах» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина 18 320 рублей.

Не согласившись с решением суда, представитель СПАО «Ингосстрах» по доверенности ФИО1 в апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене судебного акта и принятии нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований. Полагает, что между сторонами заключено соглашение путем проставления истцом знака «V» в пункте 4.2 заявления об урегулировании убытка, ввиду чего у суда отсутствовали основания для удовлетворения требований истца о взыскании со страховой компании убытков. Судом не учтено, что СТОА, с которыми у страховой компании заключены договоры на ремонт транспортных средств, не соответствуют требованиям доступности, установленным Законом об ОСАГО. ФИО3 не представлено доказательств несения фактических расходов на ремонт. Не принята во внимание допустимая пунктом 3.5 Единой методики погрешность между размером выплаченного страховщиком страхового возмещения и стоимостью ремонта автомобиля по заключению экспертизы, проведенной по решению финансового уполномоченного, которая не является основанием для взыскания штрафа и неустойки с убытков. Полагает, что расчет штрафа должен быть произведен без учета выплаченных страховщиком в добровольном порядке сумм. Указывает на отсутствие оснований для взыскания финансовой санкции и процентов в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации. Размер неустойки завышен, ходатайствует о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Считает невозможным двойное взыскание штрафных санкций в виде убытков и неустойки. Размер компенсации морального вреда завышен и не обоснован. Расходы по оплате независимой оценки не являлись обязательными и необходимыми для обращения к финансовому уполномоченному или в страховую компанию. Ходатайствует о распределении расходов на оплату государственной пошлины при обращении в апелляционный суд с жалобой.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО3 по доверенности ФИО4 просила оставить решение суда без изменения.

В заседании суда апелляционной инстанции ФИО2, представитель ФИО3 по доверенности ФИО4 просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены о дате, месте и времени его проведения надлежащим образом.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях на нее, приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО3 на праве собственности принадлежит автомобиль Toyota Camry, государственный регистрационный номер №....

30 июля 2022 года в 10 часов 52 минут на <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля Land Rover Range Rover, государственный регистрационный номер №..., под управлением водителя ФИО2, принадлежащего на праве собственности ООО «МВК ЭНЕРДЖИ», автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный номер №..., под управлением собственника ФИО3, автомобиля Mazda-6, государственный регистрационный номер №..., под управлением водителя Д., автомобиля Nissan Qashqai, государственный регистрационный номер №..., принадлежащего Ю.А. и пешеходов Ю., в результате которого транспортное средство истца получило механические повреждения, пешеходу Ю.О. причинен вред здоровью, пешеход Ю.А. скончался в больнице.

Гражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» (полис №...), ФИО2 в СПАО «Ингосстрах» (полис №...).

31 августа 2022 года СПАО «Ингосстрах» был организован осмотр транспортного средства, по результатам которого составлен акт осмотра.

В тот же день ИП Т. по инициативе СПАО «Ингосстрах» подготовлено экспертное заключение №..., согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный номер №..., по Единой методике без учета износа составила 212 700 рублей, с учетом износа – 175 300 рублей.

20 марта 2024 года ФИО3 обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о страховом возмещении, в котором выбрал денежную форму страхового возмещения.

09 апреля 2024 года СПАО «Ингосстрах» перечислило ФИО3 страховое возмещение в размере 175 300 рублей (платежное поручение №...).

16 мая 2024 года ФИО3 направил в СПАО «Ингосстрах» заявление (претензию) с требованием о доплате страхового возмещения в части стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, выплате страхового возмещения в части компенсации величины утраты товарной стоимости транспортного средства, возмещении убытков вследствие ненадлежащего исполнения страховщиком своего обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства, расходов по оплате юридических услуг, расходов по оплате курьерских услуг, выплате финансовой санкции в связи с нарушением срока направления мотивированного отказа в страховой выплате, неустойки в связи с нарушением срока выплаты страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсации морального вреда.

Письмом от 10 июня 2024 года СПАО «Ингосстрах» уведомило ФИО3 об отказе в удовлетворении заявленных требований.

23 июля 2024 года ФИО3 вновь обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением (претензией) о выплате величины утраты товарной стоимости, неустойки, расходов по оплате курьерских услуг, компенсации морального вреда.

Письмом от 14 августа 2024 года СПАО «Ингосстрах» уведомило ФИО3 об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Выражая несогласие с размером выплаченного страхового возмещения, 11 сентября 2024 года ФИО3 обратился к финансовому уполномоченному.

Экспертным заключением ООО «АВТО-АЗМ» №... от 26 сентября 2024 года, выполненном в порядке рассмотрения обращения установлен размер расходов на восстановительный ремонт транспортного средства по Единой методике без учета износа - 190 500 рублей, с учетом износа – 158 600 рублей, стоимость транспортного средства до повреждения на дату ДТП – 2 718 800 рублей.

Решением финансового уполномоченного №... от 15 октября 2024 года в удовлетворении требований ФИО3 отказано.

Вышеприведенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца 28 ноября 2024 года в суд с настоящим иском.

В целях установления стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца определением суда от 14 апреля 2025 года по делу назначена судебная автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения «Вологодская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации.

Согласно заключению государственного судебного эксперта С. №... от 20 мая 2025 года повреждения автомобиля соответствуют заявленным обстоятельствам ДТП от 30 июля 2022 года; стоимость восстановительного ремонта автомобиля по Единой методике без учета износа составила 215 000 рублей, с учетом износа – 177 600 рублей; среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля - 323 600 рублей; величина утраты товарной стоимости экспертом не рассчитывалась в связи с тем, что автомобиль ранее участвовал в ДТП.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 397, 935 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 12, 14.1, 15, 16.1 Закона об ОСАГО, разъяснениями, изложенными в пунктах 38, 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Оценив представленные доказательства по правилам статей 67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, суд исходил из ненадлежащего исполнения страховщиком обязательств по договору ОСАГО, изменившего в одностороннем порядке форму страхового возмещения при отсутствии согласия потерпевшего на получение страхового возмещения путем перечисления денежных средств на банковские реквизиты и при наличии заявления на организацию восстановительного ремонта, пришел к выводу о взыскании со страховой компании убытков в размере 148 300 рублей в виде разницы между установленной судебной экспертизой среднерыночной стоимостью восстановительного ремонта (323 600 рублей) и выплаченным страховым возмещением (175 300 рублей), а также неустойки ввиду нарушения срока исполнения обязательств по договору ОСАГО за период с 10 апреля 2024 года по 25 августа 2025 года в размере 400 000 рублей без применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебные расходы.

В силу статьи 16.1 Закона об ОСАГО судом взыскан штраф за неисполнение страховщиком в добровольном порядке требований потерпевшего в размере 107 500 рублей как 50 % от установленной судебной экспертизой стоимости восстановительного ремонта по Единой методике без учета износа (215 000 рублей).

В соответствии с абзацем третьим пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО к страховщику судом применена финансовая за период с 08 сентября 2022 года по 09 апреля 2024 года в размере 116 000 рублей (400 000 х 0,05 % х 580 дней), а также взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму убытков 108 600 рублей (323 600 рублей установленная судебной экспертизой среднерыночная стоимость ремонта – 215 000 рублей установленная судебной экспертизой стоимость ремонта по Единой методике без учета износа) со дня вступления в законную силу решения суда до момента фактического исполнения обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, при отсутствии оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08 сентября 2022 года по 25 августа 2025 года в силу пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Исходя из установленного факта нарушения прав потребителя страховой услуги, суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, определив ее с учетом требований разумности и справедливости в размере 5000 рублей, а также судебные расходы.

При этом суд не усмотрел оснований для привлечения ФИО2 к гражданско-правовой ответственности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Довод жалобы о достигнутом между сторонами соглашении по всем существенным вопросам, надлежащем исполнении страховой компанией обязательств по выплате страхового возмещения денежными средствами не подлежит удовлетворению.

Как разъяснено в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховое возмещение осуществляется в пределах установленной Законом об ОСАГО страховой суммы путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания либо в форме страховой выплаты (пункты 1, 15 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Под страховой выплатой понимается конкретная денежная сумма, подлежащая выплате страховщиком в возмещение вреда жизни, здоровью и (или) в связи с повреждением имущества потерпевшего в порядке, предусмотренном абзацем третьим пункта 15 статьи 12 Закона об ОСАГО.

Право выбора способа страхового возмещения принадлежит потерпевшему (пункт 15 статьи 12 Закона об ОСАГО), за исключением возмещения убытков, причиненных повреждением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан (в том числе индивидуальных предпринимателей) и зарегистрированных в Российской Федерации.

Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, осуществляется страховщиком путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение вреда в натуре) (пункт 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Перечень случаев, когда страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств вместо организации и оплаты восстановительного ремонта осуществляется в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что в отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.

О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать, в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае оснований для осуществления страхового возмещения в денежном эквиваленте у страховой компании не имелось, поскольку соглашение в письменной форме между страховщиком и потерпевшим не заключалось.

То обстоятельство, что потерпевший ФИО3 поставил знак «V» в пункте 4.2 заявления о прямом возмещении убытков о наличии между сторонами соглашения о выплате страхового возмещения в денежной форме не свидетельствует, так как из самого заявления следует, что пункт 4.2 заявления заполняется при осуществлении страховой выплаты в случае причинения вреда жизни или здоровью потерпевшего, а также при наличии условий, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

На момент подачи заявления о наступлении страхового случая условия для применения пункта 4.2 заявления отсутствовали, а значит и для выплаты страхового возмещения денежными средствами.

Согласно абзацу шестому пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО, если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты.

Из приведенных положений закона следует, что в таком случае страховое возмещение производится путем страховой выплаты, если сам потерпевший выбрал данную форму страхового возмещения, в том числе путем отказа от восстановительного ремонта в порядке, предусмотренном пунктом 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО.

Таким образом, отсутствие договоров со СТОА, соответствующими установленным требованиям, само по себе не освобождает страховщика от обязанности осуществить страховое возмещение в натуре, в том числе путем направления потерпевшего с его согласия на другую станцию технического обслуживания, и не предоставляет страховщику право в одностороннем порядке по своему усмотрению заменить возмещение вреда в натуре на страховую выплату.

Пунктом 15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрена возможность в таком случае организации ремонта на указанной потерпевшим станции технического обслуживания, с которой у страховщика соответствующий договор не заключен.

При этом в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», согласно критерию доступности для потерпевшего места проведения восстановительного ремонта максимальная длина маршрута до станции технического обслуживания, проложенного по дорогам общего пользования, не может превышать 50 километров по выбору потерпевшего: от места ДТП или места жительства потерпевшего либо регистрации потерпевшего как индивидуального предпринимателя, за исключением случая, если страховщик организовал и (или) оплатил транспортировку поврежденного транспортного средства до места проведения восстановительного ремонта и обратно (абзац третий пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Вместе с тем, страховщиком не представлено доказательств организации и (или) оплаты транспортировки поврежденного транспортного средства до места проведения восстановительного ремонта и обратно в соответствии с абзацем третьим пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО, в связи с чем ссылки ответчика на отказ истца от проведения ремонта на СТОА, не соответствующей критерию доступности, не могут быть приняты во внимание.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в случае организации страховщиком и (или) оплаты транспортировки поврежденного транспортного средства до места проведения восстановительного ремонта и обратно согласие потерпевшего на выдачу направления на ремонт на СТОА, не соответствующей критерию доступности, не требуется, что прямо следует из абзаца третьего пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО.

Поскольку страховщик не организовал ремонт транспортного средства на станции технического обслуживания, отвечающей критериям доступности к месту жительства (месту ДТП) потерпевшего, не организовал транспортировку транспортного средства до места ремонта, вины потерпевшего в непроведении ремонта судебная коллегия не усматривает.

Поскольку в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства в натуре, то в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов и других убытков на основании статей 393, 397 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд, применяя положения статей 15, 393, 397, 1064, 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 37, 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», пришел к верному выводу о наличии оснований для взыскания убытков со страховщика, причиненных неисполнением обязательств по договору ОСАГО.

Заключению судебной автотовароведческой экспертизы о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца по среднерыночным ценам судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка.

Оснований не доверять заключению государственной судебной экспертизы у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку экспертное исследование выполнено по определению суда в установленном законом порядке на основании всех имеющихся в распоряжении суда и представленных сторонами документов. Экспертиза проведена на основе нормативных актов, методических рекомендаций, регламентирующих производство экспертиз, научной литературы.

В заключении судебного эксперта приведены все этапы исследования, анализ всех существующих факторов. Выводы эксперта подробно мотивированы, сделаны на основе совокупного анализа всех фактических обстоятельств дела. Само заключение является полным и обоснованным. Какие-либо неясности, неточности, исключающие однозначное толкование выводов эксперта, отсутствуют.

Эксперт, проводивший исследование, имеет соответствующее специальное образование и экспертные специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство», «Исследование транспортных средств в целях определения их стоимости и стоимости восстановительного ремонта», продолжительный стаж работы в экспертной деятельности с 2011 года; эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, включен в реестр экспертов-техников (регистрационный №..., аттестован 01 февраля 2012 года).

Данное экспертом С. заключение, равно как и его компетентность, у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Учитывая, что доказательств, ставящих под сомнение указанное заключение судебной экспертизы, доказательств недостаточной ясности, неполноты, неправильности, необоснованности заключения стороной ответчика в нарушение положений статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, достаточных оснований для признания заключения судебной экспертизы недопустимым, недостоверным доказательством по делу у суда апелляционной инстанции не имеется.

Ссылку подателя жалобы о непредставлении ФИО3 доказательств несения фактических расходов на ремонт, что является основанием для отказа во взыскании убытков, судебная коллегия отклоняет.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы, и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения прав, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов, и агрегатов с той же степенью износа, что у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Таким образом, доводы жалобы о том, что сумма ущерба должна быть рассчитана с учетом износа деталей поврежденного автомобиля, противоречат положениям статей 15, 1064, 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации и вышеуказанным разъяснениям.

Доводы апелляционной жалобы о совершении ФИО3 оферты (соглашения о страховом возмещении) путем подачи заявления об осуществлении страховой выплаты в денежной форме, а страховщиком акцепта этой оферты путем перечисления денежные средства на предоставленные истцом реквизиты, судебной коллегией отклоняются за необоснованностью.

При этом судебная коллегия учитывает, что истец как потребитель финансовой услуги по отношению к страховщику является заведомо слабой стороной, которая не обладает специальными познаниями, в связи с чем в условиях неясности выраженной страхователем воли на форму получения страхового возмещения именно на СПАО «Ингосстрах» лежала обязанность при принятии заявления о наступлении страхового случая разъяснить потерпевшему основания и последствия выбора той или иной формы страхового возмещения. При отсутствии соответствующих доказанных действий страховщика все сомнения подлежат толкованию в пользу потребителя как наиболее незащищенного участника гражданско-правовых отношений. Страховое возмещение ФИО3 страховщик должен был произвести путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, однако данное обязательство он не исполнил.

Отклоняя довод апелляционной жалобы о необходимости освобождения страховщика от взыскания штрафа и неустойки ввиду наличия 10 % погрешности между выплаченным страховым возмещением (175 300 рублей) и определенной экспертизой финансового уполномоченного стоимостью восстановительного ремонта автомобиля по Единой методике с учетом износа (177 600 рублей), судебная коллегия отмечает, что установленная пунктом 3.5 положения Банка России от 04 марта 2021 года № 755-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» 10-процентная погрешность применяется к размеру страхового возмещения, выплата которого предусмотрена в денежной форме.

В настоящем споре ФИО3 ввиду неисполнения страховщиком обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства на СТОА просил произвести ему доплату страхового возмещения по Единой методике без учета износа и убытки, вызванные односторонним изменением страховщиком формы страхового возмещения.

В силу пункта 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО, пунктов 80, 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в случае неисполнения в добровольном порядке требований потерпевшего - физического лица со страховщика в пользу потерпевшего подлежит взысканию штраф за в размере 50 процентов от разницы между надлежащим размером страхового возмещения по конкретному страховому случаю и размером страхового возмещения, осуществленного страховщиком в добровольном порядке до возбуждения дела в суде.

То обстоятельство, что разница между размером выплаченного страхового возмещения находится в пределах 10 % погрешности с размером страхового возмещения, определенного по экспертизе финансового уполномоченного, не освобождает его от ответственности за неисполнение в добровольном порядке требований истца по выдаче направления на СТОА и нарушение срока осуществления страхового возмещения в надлежащей форме.

Вопреки данному доводу апелляционной жалобы, требования истца о взыскании убытков, а не страхового возмещения не освобождает страховщика от применения санкций, поскольку сам факт удовлетворения судом требования потерпевшего - физического лица о взыскании убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства влечет за собой присуждение предусмотренных Законом об ОСАГО неустоек и штрафов.

В таком случае осуществленные страховщиком выплаты страхового возмещения в денежном выражении не подлежат учету при определении размера неустоек и штрафов, поскольку подобные действия финансовой организации не могут рассматриваться как надлежащее исполнение обязательства.

Отклоняя довод апелляционной жалобы о необоснованном взыскании со страховой компании финансовой санкции и процентов за пользование чужими денежными средства, судебная коллегия обращает внимание, что в соответствии с абзацем третьим пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО при несоблюдении срока направления потерпевшему мотивированного отказа в страховом возмещении страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему денежные средства в виде финансовой санкции в размере 0,05 процента от установленной настоящим Федеральным законом страховой суммы по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Из акта о страховом случае по убытку №... от 8 апреля 2024 года следует, что заявление о страховом случае было подано и зарегистрировано страховщиком 18 августа 2022 года, после чего 31 августа 2022 года проведен осмотр автомобиля истца и составлено экспертное заключение, на основании выводов которого выплачено страховое возмещение. Таким образом, факт подачи заявления в СПАО «Ингосстрах» подтвержден указанным актом, ввиду чего судом правомерно в соответствии с абзацем третьим пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО со страховой компании взыскана финансовая санкция за период с 08 сентября 2022 года по 09 апреля 2024 года.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционной жалобы СПАО «Ингосстрах» в части незаконного взыскания в пользу ФИО3 процентов за пользование чужими денежными средствами и полагает, что судом верно применены положения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, изложенные в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», из которых следует, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Принимая во внимание, что требования ФИО3 о взыскании со страховой компании убытков судом первой инстанции удовлетворены, вывод о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму убытков 108 600 рублей со дня вступления в законную силу решения суда и по день фактического исполнения обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, также является правильным.

Ссылка апеллянта на то, что размер взысканной неустойки не отвечает требованию разумности и является средством обогащения кредитора, с учетом всех обстоятельств дела, в том числе длительности периода нарушения обязательства, достаточным подтверждением несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и получения необоснованной выгоды страхователем не является, а потому не может служить основанием к отмене судебного акта.

Учитывая размер страховой выплаты, соотношение суммы неустойки и суммы страхового возмещения, продолжительность периода просрочки, а также компенсационную природу неустойки, судебная коллегия, руководствуясь статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает, что взысканная сумма неустойки отвечает признакам соразмерности, баланса интересов сторон по делу не нарушает, в связи с чем оснований для вмешательства в судебное постановление, не имеется.

Изложенный в апелляционной жалобе довод об отсутствии оснований для взыскания неустойки одновременно с убытками (двойная мера ответственности страховщика) является несостоятельным. Применяя пункт 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации судом в данном случае правомерно установлено, что ни договор страхования, ни Закон об ОСАГО не ограничивают ответственность страховщика выплатой либо только неустойки, либо только убытков.

Кроме того удовлетворение судом требования потерпевшего - физического лица о взыскании убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства, не исключает присуждение предусмотренных Законом об ОСАГО неустоек и штрафов, подлежащих в этом случае исчислению из размера неосуществленного страхового возмещения (возмещение вреда в натуре).

Аналогичная правовая позиция нашла свое отражение в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2025 года № 13-КГ25-1-К2, от 18 ноября 2025 года № 41-КГ25-68-К4.

Несогласие ответчика с тем, что размер компенсации морального вреда несоразмерен испытываемым истцом страданиям, не свидетельствует о нарушении требований закона, а выражает субъективное отношение ответчика к критериям их определения, размер компенсации морального вреда относится к сфере оценочных категорий и определяется на основании усмотрения суда. В данном случае, судебная коллегия с размером компенсации морального вреда, определенного судом, соглашается с учетом обстоятельств настоящего дела.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания со страховой компании расходов на независимые экспертизы отклоняются, поскольку в соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случаях, когда законом предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на подготовку отчета об оценке), признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек, что согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 29 октября 2020 года № 2514-О.

Судом первой инстанции правомерно учтено, что абзацем 6 пункта 11.3 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Положением Банка России от 01 апреля 2024 года № 837-П, предусмотрена возможность по решению потерпевшего к заявлению дополнительно прилагать документы, подтверждающие обоснованность требований потерпевшего в виде оригиналов или их заверенных копий.

Истец, будучи не согласным с проведенной ответчиком экспертизой, воспользовался своим правом на представление страховщику заключений независимых экспертиз, подтверждающих обоснованность своих требований.

Расходы истца по оплате экспертиз, проведенных экспертом ИП С. 14 февраля 2023 года, в размере 10 000 рублей, подтвержденные квитанциями №..., №..., судебная коллегия признает необходимыми с целью определения истцом размера ущерба.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что оспариваемое решение принято в соответствии с нормами материального и процессуального права, основания для его отмены или изменения по изложенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют, оснований для взыскания с истца понесенных ответчиком судебных расходов по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Вологодского городского суда Вологодской области от 25 августа 2025 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» по доверенности ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий И.Н. Бочкарева

Судьи: Н.М. Чистякова

Е.И. Дечкина

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 23 января 2026 года.