Решение № 2-4497/2025 2-4497/2025~М-2797/2025 М-2797/2025 от 20 июля 2025 г. по делу № 2-4497/2025

Дело № 2-4497/2025

УИД 53RS0022-01-2025-005824-68


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июля 2025 года Великий Новгород

Новгородский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Антоновой Н.И.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ГОБУЗ «ЦГКБ» ФИО2,

представителя ответчика Министерства здравоохранения Новгородской области ФИО3,

помощника прокурора Великого Новгорода ФИО4,

при секретаре Анциферовой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО41 и Гурьева ФИО42 к Министерству здравоохранения Новгородской области и ГОБУЗ «Центральная городская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истцы ФИО1 и ФИО5 обратились в суд с исковым заявлением к Министерству здравоохранения Новгородской области и ГОБУЗ «Центральная городская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование требований указано, что <данные изъяты>

Истцы просят взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда за ненадлежащее (некачественное) оказание медицинских услуг, <данные изъяты> в следующем размере: в пользу ФИО1- 1 000 000 руб., в пользу ФИО5 - 2 000 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО5, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, представитель ООО «АльфаСтрахование-ОМС» не явились. О времени и месте рассмотрения спора извещены надлежащим образом.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала, указав, что <данные изъяты>

Истец ФИО5 в предварительном судебном заседании указал, что ФИО17 <данные изъяты>

Представитель ответчика ГОБУЗ «ЦГКБ» ФИО2 возражала по существу заявленных требований, ссылаясь на обстоятельства, изложенные в письменных возражениях.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Новгородской области ФИО3 в судебном заседании возражал по существу заявленных требований, ссылаясь на основания, изложенные с письменных возражениях.

Выслушав мнение участников процесса, заключение помощника прокурора Великого Новгорода ФИО4, полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ (далее по тексту также – Федеральный закон № 323-ФЗ) гарантирует каждому пациенту право на охрану здоровья, право на медицинскую помощь и право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (статьи 18 и 19 Федерального закона № 323 –ФЗ).

Исходя из ч. 2 ст. 98 Федерального закона № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 98 Федерального закона № 323-ФЗ).

В соответствии с ч. 1 ст. 38 Конституции РФ семья находится под защитой государства.

Целостность семьи и семейные связи – это личное неимущественное благо, принадлежащее каждому человеку от рождения или в силу закона, которое относится к категории неотчуждаемых и непередаваемых иным способом (п.1 ст.150 ГК РФ).

В судебном заседании установлено, что <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ, была доставлена <данные изъяты> в приемно-диагностическое отделение клиники № 1 ГОБУЗ «ЦГКБ». Со слов <данные изъяты> отражено, что ДД.ММ.ГГГГ она упала на пол, встать самостоятельно не смогла. Установлен диагноз: <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ осмотрена в <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведено рентгенологическое исследование <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ. выполнена <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ госпитализирована в <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ состояние пациентки лечащим врачом расценено как удовлетворительное.

ДД.ММ.ГГГГ дневников осмотра нет.

ДД.ММ.ГГГГ. осмотрена <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ выполнена ЭКГ.

ДД.ММ.ГГГГ. проведен совместный осмотр <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ осмотрена <данные изъяты>

В связи с <данные изъяты> переведена в отделение <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ осмотрена <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ. находилась в отделении <данные изъяты>

По заключению <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ зафиксирована <данные изъяты>

<данные изъяты>С.

<данные изъяты>

В ходе рассмотрения спора стороны отказались от проведения судебной экспертизы.

Как следует из заключения эксперта <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Оснований не доверять указанному выше заключению эксперта у суда не имеется, поскольку оно дано квалифицированными экспертами с соблюдением процессуального порядка, является полным, обоснованным и мотивированным.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что, не смотря на тот факт, что комиссией экспертов в ходе проведения комплексной судебной экспертизы не установлено прямой причинно-следственной связи между действиями медицинского персонала как Клиники № 1 ГОБУЗ «ЦГКБ» и <данные изъяты>, однако, создали условия и снизили шансы на благоприятный исход, который в данном случае отчасти зависел от своевременности и адекватности медицинской помощи, привели к <данные изъяты>

Установив изложенное, разрешая спор, суд приходит к выводу, что ГОБУЗ «ЦГКБ» не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие вины в оказании <данные изъяты> медицинской помощи, не соответствующей установленным порядкам и стандартам, утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (Министерством здравоохранения Российской Федерации). Напротив, материалами дела подтверждается, что отсутствие надлежащего и своевременного обследования привело к тяжким последствиям, в связи с чем имеется наличие косвенной причинно-следственной связи между дефектами, допущенными ГОБУЗ «ЦГКБ» при оказании медицинской помощи <данные изъяты>. и причинением тем самым истцам морального вреда.

При этом, суд исходит из того, что дефекты медицинской помощи. снизили шансы на благоприятный исход, который в данном случае отчасти зависел от своевременности и адекватности медицинской помощи.

Истцы, в ходе рассмотрения дела указывали, что в результате <данные изъяты>

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истцов.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд считает доказанным факт оказания <данные изъяты> ответчиком медицинской помощи ненадлежащего качества, а также отсутствие причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи, и наступившими неблагоприятными последствиями, выразившимися в <данные изъяты>

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Исходя из п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ («Обязательства вследствие причинения вреда» и статьи 1064-1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К нематериальным благам относятся, в частности, жизнь и здоровье гражданина (п. 1 ст. 150 ГК РФ).Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований или возражений.

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Из анализа приведенных правовых норм следует, что на медицинское учреждение возлагается обязанность, используя данные медицинской науки и практики, соответствующую медицинскую технику, специальные знания и опыт, произвести необходимые действия по обследованию пациента, своевременному установлению правильного диагноза, проведению надлежащего качественного лечения, под которым понимаются медицинские услуги, оказанные в соответствии с имеющейся у человека медицинской проблемой, соответствующие современным достижениям науки и практики, осуществленные своевременно, в необходимой последовательности, обеспечивающие положительный эффект и не приведшие к ухудшению здоровья пациента.

Исходя из статей 151, 1064 ГК РФ, применительно к настоящему спору, для возникновения ответственности ответчика за вред, причиненный истцу, необходимо наличие следующих условий: причинение истцу вреда; размер вреда; противоправность поведения работников ответчика и их вина в причинении вреда; прямая причинная связь между противоправными действиями (бездействием) работников ответчика и наступившим вредом.

Ответственность за моральный вред, причиненный вследствие недостатков оказанной медицинской услуги, помимо статьи 98 Федерального закона № 323-ФЗ, регулируется общими нормами гражданского законодательства, а также законодательством о защите прав потребителей.

Как разъяснено в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей. При этом, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе медицинских услуг.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в Постановлении от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик (пункт 11).

Совокупность условий для наступления ответственности ответчика перед истцами, в настоящем случае имеется и подтверждается доказательствами, которые не были опровергнуты в ходе судебного разбирательства. Обстоятельства, освобождающие ГОБУЗ «ЦГКБ» от ответственности за ненадлежащее оказание медицинских услуг, судом не установлены.

Следовательно, исковые требования ФИО1 и ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

Суд приходит к выводу о том, что надлежащим ответчиком по настоящему спору является ГОБУЗ «ЦГКБ».

Приходя к выводу о наличии оснований для возложения на ГОБУЗ «ЦГКБ» гражданско-правовой ответственности за причиненный истцу моральный вред, суд, вместе с тем, находит завышенным заявленный размер компенсации морального вреда.

В этом отношении в соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ судом учитывается характер и длительность причиненных истцу нравственных и физических страданий, их индивидуальные особенности, степень и форму вины причинителя вреда, а также требования разумности и справедливости.

Характер нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

У суда не вызывает сомнения тот факт, что <данные изъяты> нарушено неимущественное благо истцов: <данные изъяты>, что повлекло причинение им глубоких нравственных страданий, испытываемых по настоящее время, которые выразились в душевных переживаниях, вызванных горем в связи со <данные изъяты>

Определяя размер компенсации причиненного морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства причинения вреда, отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями сотрудников медицинских учреждений и <данные изъяты> позицию истца ФИО1, которая указала, что не обеспокоена размером компенсации морального вреда, целью ее иска явилось привлечение к ответственности виновных лиц, а так же степень физических и нравственных страданий истца ФИО5, который указал, что на протяжении долгих лет жизни (<данные изъяты>), статус ответчика, являющегося бюджетным учреждением, и, учитывая указанные обстоятельства в их совокупности, а также финансовое положение ГОБУЗ «ЦГКБ» (достоверных и достаточных доказательств затруднительности которого ответчиком суду представлено не было), руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает возможным определить его в сумме 450 000 руб. в пользу истца ФИО1 и 850 000 руб. в пользу истца ФИО5

Разрешая требования истцов о взыскании штрафа по Закону о защите прав потребителя, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей» требования потребителя этих услуг.

Поскольку истцы не являлись потребителями услуг, оснований для взыскания штрафа у суда не имеется.

Следовательно, в остальной части в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

Приведенные в ходе судебного разбирательства спора доводы представителя ответчика ГОБУЗ «Центральная городская клиническая больница» судом отклоняются как несостоятельные, противоречащие исследованным по делу доказательствам.

ФИО1 при подаче настоящего иска была оплачена государственная пошлина в размере 6 000 руб., в соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика ГОБУЗ «ЦГКБ» следует взыскать пользу ФИО1 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 3 000 руб., излишне оплаченную государственную пошлину в размере 3000 руб. ФИО1 надлежит возвратить из местного бюджета, уплаченную по чеку от 26 марта 2025 года.

ФИО5 при поддаче иска государственную пошлину в размере 3 000 руб. не оплатил, доказательств, свидетельствующих об освобождении истца от уплаты государственной пошлины материалы дела не содержат. Следовательно, с ФИО5 надлежит взыскать в местный бюджет государственную пошлину в размере 3 000 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика ГОБУЗ «ЦГКБ» следует взыскать пользу ФИО5 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 3 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 ФИО43 и Гурьева ФИО44 к Министерству здравоохранения Новгородской области и ГОБУЗ «Центральная городская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная городская клиническая больница» (№) в пользу ФИО1 ФИО45, компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб., в пользу ФИО5 ФИО46 компенсацию морального вреда в размере 850 000 руб.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с Государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения «ЦГКБ» (№) в пользу ФИО1 ФИО47 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 3 000 руб.

Взыскать с Гурьева ФИО48, в доход местного бюджета государственную пошлину 3 000 руб.

Взыскать с Государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения «ЦГКБ» (№) в пользу Гурьева ФИО49 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 3 000 руб.

Возвратить ФИО1 ФИО50, из местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

На решение лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором - апелляционное представление - в Судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Новгородский районный суд Новгородской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения, то есть с 21 июля 2025 года.

Председательствующий Н.И. Антонова