Решение № 2-1504/2017 2-1504/2017~М-963/2017 М-963/2017 от 19 июля 2017 г. по делу № 2-1504/2017

Дело №2- 1504/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июля 2017 года

Московский районный суд г. Калининграда

в составе председательствующего судьи Гуляевой И.В.

при секретаре Казановской Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью,

установил:

Истец ФИО1 изначально обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, указав, что 14 ноября 2016 года около 14-00 час. на <адрес> принадлежащая ответчику собака бойцовской породы укусила истца за кисть левой руки, в результате чего истец получила телесное повреждение в виде "...", что повлекло причинение средней тяжести вреда ее здоровью, причинило длящиеся физические и нравственные страдания, потребовало проведение лечения последствий травмы в условиях поликлиники. Ответчик не принес извинений, в добровольном порядке не загладил причиненный вред, что явилось причиной для обращения в суд с настоящим иском.

Истец просила взыскать с ФИО2 в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в сумме 45 000 руб., а также возместить за счет ответчика расходы в сумме 1 240 руб. по оплате услуги медицинского освидетельствования на предмет установления степени тяжести причиненного вреда здоровью ФИО1.

В ходе рассмотрения дела, с согласия истца и ее представителя по доверенности в материалах дела (л.д. 9) ФИО4, в порядке ч. 1 ст. 40 Гражданского процессуального кодекса РФ, определением суда в протокольной форме от 06 июля 2017 года в качестве соответчика по делу привлечена ФИО3, как законный владелец животного.

В судебном заседании истец и ее представитель ФИО4 исковые требования поддержали к двум соответчикам по основаниям, изложенным в иске.

Истец пояснила, что проживает в доме <адрес>, владеет собакой породы «немецкая овчарка» по кличке "..." которую содержит на придомовой территории. 14 ноября 2016 года в обеденное время она пошла в магазин, расположенный на этой же улице. Выйдя из магазина, она увидела своего пса без поводка и намордника, прибежавшего за ней из дома. ФИО2 в это время выгуливал на улице принадлежащую его матери ФИО3 собаку породы «питбуль» по кличке "..." Животное ответчиков было без намордника, поводка и ошейника. Собаки стали драться друг с другом. Она, ФИО1 и ФИО2 пытались разнять собак, в ходе чего собака ответчика укусила ее за кисть левой руки. Из-за укуса она, ФИО1, испытала резкую боль. Причинение вреда здоровью имело место в присутствии свидетеля ФИО5, которая разливала собак водой и видела момент укуса.

После укуса руки животным ответчиков, она, ФИО1, почувствовала недомогание, была вынуждена вызвать на дом бригаду «Скорой помощи», силами которой доставлена в травмпункт ГБУЗ КО «ЦГКБ», где получила медицинскую помощь. В связи с обнаружением "..." была наложена гипсовая лонгета. В дальнейшем она проходила лечение в поликлинике ГБУЗ КО «ЦГКБ» у врача-травматолога, не могла себя обслуживать длительное время, испытывала длящиеся физические мучения. Несмотря на проведенное лечение, двигательная функция руки не восстановлена в полном объеме. Ни в досудебном порядке, ни после обращения в суд с иском, никто из соответчиков не возместил причиненный моральный вред.

Просят взыскать с соответчиков в солидарном порядке денежную компенсацию морального вреда в сумме 45 000 руб. за вред, причиненный здоровью ФИО1, а также 1 240 руб. в возмещение затрат на медицинское освидетельствование.

Ответчики ФИО2 и ФИО3 исковые требования не признали и просили отказать в их удовлетворении в полном объеме. Подтвердили, что ФИО3 после смерти мужа действительно владеет собакой «питбуль» по кличке "..." которую содержит на придомовой территории возле дома <адрес> по месту своего жительства.

ФИО3 пояснила, что 14 ноября 2016 года в связи "..." не могла ухаживать за животным. Она поручила своему сыну ФИО2, приехавшему ее навестить, выгулять собаку. Поскольку пес имеет миролюбивый характер, прошел специальную подготовку в школе дрессировки, они не используют намордник, чтобы не обижать животное. Поводок сын не нашел и отправился выгуливать пса только с ошейником. Дальнейшие события ей известны только со слов сына, который принес собаку на руках домой. Полагает, что истец ФИО1 была укушена своим собственным животным, которого содержит ненадлежащим образом.

ФИО2 дал аналогичные пояснения и также настаивал, что собака породы «питбуль» по кличке "..." принадлежащая его матери, не могла укусить истца. Подтвердил, что как он сам, так и истец ФИО1 пытались разнять дерущихся животных. Очевидец конфликта ФИО9 действительно пыталась разлить собак водой. Однако показания этого свидетеля он считает недостоверными, данными в суде исключительно в угоду истцу ФИО1, с которой свидетель состоит в хороших отношениях.

Кроме того, оба ответчика указали, что считают истинной причиной обращения истца в суд длящиеся неприязненные отношения со стороны семьи Р-ных к их семье.

Заслушав пояснения явившихся участников судебного разбирательства по делу, допросив свидетелей ФИО9 со стороны истца, ФИО10 со стороны ответчиков, исследовав письменные материалы дела, обозрев представленную медицинскую карту амбулаторного больного ГБУЗ КО «ЦГКБ» №42/256 на имя ФИО1, материалы уголовного дела №1- 8/2017 мирового судьи 5 судебного участка Московского района г. Калининграда по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 Уголовного кодекса РФ, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующему.

Как видно из материалов дела, ФИО1 14 ноября 2016 года бригадой «Скорой помощи» доставлена в травмпункт ГБУЗ КО «ЦГКБ» (л.д. 18-19, 43-47) по поводу укушенной раны руки. Из карты вызова «скорой помощи» следует, что вызов имел место на <адрес>. По прибытии бригады «Скорой помощи» пациент предъявляла жалобы на боли в области левой кисти в связи с укусом собакой руки. При осмотре отмечается отек, покраснение. Выставлен предварительный диагноз "..."

В травмпункте ГБУЗ КО «ЦГКБ» ФИО1 выполнен рентгеновский снимок, на левую руку наложена гипсовая лонгета. Ранее выставленный диагноз подтвердился. Рекомендовано наблюдение у врача-травматолога в поликлинике по месту жительства в амбулаторном порядке. ФИО1 выдана справка №2016-54736 по факту обращения ее в травмпункт больницы.

Согласно акту судебно-медицинского освидетельствования №3219 от 21 ноября 2016 года ГБУЗ КО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д. 6) у ФИО1 имеются следующие телесные повреждения: "...". Согласно выводу судебно-медицинского эксперта эти повреждения могли образоваться 14 ноября 2016 года, причинили средней тяжести вред здоровью, как повлекшие за собой длительное его расстройство на срок свыше 21 дня.

Из содержания медицинской карты амбулаторного больного ГБУЗ КО «ЦГКБ» №42/256 на имя ФИО1, представленной суду для обозрения, видно, что истец проходила в поликлинике амбулаторное лечение по поводу "..." Врачом отмечалось длительное ограничение движений "...". Последнее посещение врача-травматолога имело место 04 мая 2017 года, когда установлено, что "..."

Таким образом, представленными суду медицинскими документами подтверждены как причина образования травмы у истца (укус животным), так и степень тяжести причиненного вреда здоровью ФИО1, длительность пройденного ею лечения.

Место, время и обстоятельства причинения вреда здоровью истца подтверждены показаниями самих сторон спора и свидетеля ФИО9

Так, в суде обе стороны подтвердили, что вред здоровью истца причинен 14 ноября 2016 года около 14-00 час. на <адрес> в ходе укуса истца собакой в руку.

Суд не находит достаточных оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО9, которая надлежащим образом предупреждена судом об уголовной ответственности по ст. ст. 307-308 Уголовного кодекса РФ за дачу ложных показаний в суде и отказ от дачи показаний. Свидетель в суде утверждала, что была очевидцем события, в ходе которого истец получила травму. Указывала, что четко видела момент укуса истца за руку именно животным породы «питбуль», находившимся у ФИО2. Свидетель в суде также подробно описала момент укуса истца.

Из материалов уголовного дела №1- 8/2017 мирового судьи 5 судебного участка Московского района г. Калининграда по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 Уголовного кодекса РФ, следует, что ФИО9, допрошенная в качестве свидетеля в ходе расследования уголовного дела также указывала, что ФИО1 укусила за руку собака породы «питбуль» ответчиков.

Довод ответчиков и свидетеля со стороны ответчиков ФИО10 о миролюбивом, добродушном нраве животного породы « питбуль» по кличке "..." не является основанием полагать, что данное животное не могло укусить истца при изложенных выше обстоятельствах.

Доказательств того, что истец получила травму вследствие укуса ее собственным псом породы «немецкая овчарка» по кличке "..." суду не представлено и в ходе рассмотрения настоящего спора сторон судом не добыто.

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность являются нематериальными благами и защищаются законом (статья 150 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Поскольку истец получила телесные повреждения в виде "..." по причине укуса собакой, суд находит требование иска о взыскании в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда, по его существу, законным и обоснованным.

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 137 Гражданского кодекса РФ к животным применяются общие правила об имуществе, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Указанная норма рассматривает животных как разновидность имущества, на них распространяются правила, регулирующие правовой режим имущества.

Статья 210 Гражданского кодекса РФ предусматривает обственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

По смыслу ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Следовательно, на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

Действия животного должны контролироваться ее владельцем с целью возможного причинения вреда окружающим.

В соответствии со ст. 1080 Гражданского кодекса РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Порядок содержания животных на территории г. Калининграда по состоянию на дату причинения вреда здоровью истца, регламентирован положениями главы 17 «Правил благоустройства территории ГО «Город Калининград», утвержденных Решением Городского Совета депутатов Калининграда от 20 мая 2015 года №161 ( в редакции, актуальной на 14 ноября 2016 года).

В соответствии с пунктами 17.2.1.6-1.2.1.8 Правил… при содержании животных владельцы животных обязаны выводить собак в общественные места на поводке, обеспечивающем безопасность человека, иных животных и самих собак, и в наморднике ( требование о выгуле собак в наморднике не распространяется на щенков в возрасте до шести месяцев и декоративных собак ростом в холке до 35 сантиметров); вести собаку на поводке (брать на короткий поводок) при пересечении проезжей части, при движении по тротуару, дороге; принимать меры к недопущению самостоятельного выхода домашних животных из мест их содержания.

Согласно требованиям п. 17.2.2. Правил… владелец животного, имеющий в пользовании земельный участок, может содержать животное в свободном выгуле при ограничении передвижения животного в пределах участка при наличии ограждения, обеспечивающего изоляцию животного и предупреждающего его проникновение на территорию общего пользования, высотой не менее 160 см. О наличии сторожевых животных, находящихся в свободном выгуле на территории участка, на калитке (воротах, ограждении) владельцы должны размещать предупреждающую надпись.

Владельцам животных запрещается: ( п. 17.2.3.8) осуществлять выгул собак, за исключением территорий для свободного выгула собак (площадок), без применения принадлежностей (поводка, намордника), обеспечивающих безопасность человека, иных животных и самих собак; оставлять животных во время выгула без присмотра (надзора) за ними (п. 17.2.3.12).

Между тем, судом установлено, что истец ФИО1, будучи владельцем крупной собаки породы «немецкая овчарка» по кличке "..." (л.д. 25-27), фактически оставила ее без присмотра, допустила свободный выгул животного на улице без поводка и намордника, тем самым, способствуя последующей его драке с собакой ответчиков, в ходе чего и был причинен вред здоровью самой ФИО1

При таких обстоятельствах суд находит необходимым установить размер денежной компенсации морального вреда, причиненного истцу, равной сумме 25 000 руб., которую при имеющихся обстоятельствах находит достаточной.

Из материалов дела следует, что согласно регистрационному удостоверению животного, выданному 29 марта 2007 года (л.д. 58-60), собака породы «питбуль» по кличке "..." принадлежала ФИО13, проживавшему в квартире <адрес>

Свидетельством о заключении брака (л.д. 76) подтверждено, что ФИО13 являлся супругом ФИО3 с 2005 года. Животное приобретено супругами в период брака у заводчика ФИО12 (л.д. 60). 26 ноября 2014 года ФИО13 умер (л.д. 61). После его смерти ФИО3 продолжает владеть собакой, проживала и проживает в квартире <адрес>. Животное содержится в квартире ФИО3 и на придомовой территории, что подтверждено показаниями соответчиков, свидетеля ФИО10, представленной ответчиком фототаблицей с отображением животного в домашней обстановке в квартире ФИО3 (л.д. 63-64).

Из пояснений ФИО2 и ФИО3 также следует, что 14 ноября 2016 года в связи с болезнью ФИО3 сама не смогла выгулять собаку и попросила об этом своего сына ФИО2. ФИО3 подтвердила в суде, что является законным владельцем собаки, преднамеренно передала сыну животное без поводка и намордника, сама выгуливает собаку также в свободном выгуле без намордника и поводка.

Тем самым, ФИО3, как владелец животного, зная об особенностях бойцовской породы собак и понимая свою обязанность контролировать действия животного с целью возможного причинения им вреда окружающим, умышленно допустила нарушение Порядка содержания животных на территории г. Калининграда, что состоит в причинной связи с причинение вреда здоровью истца ФИО1

Между тем, ФИО2 в суде указывал, что собака была приобретена по его настоянию, он ранее ухаживал за животным, собака осталась у матери из-за разъездного характера его работы и невозможностью за ней ухаживать. Пса он считает своим, знает особенности его характера и любит его.

В ходе рассмотрения настоящего дела и при рассмотрении уголовного дела ФИО2, также указывал, что собака принадлежит его семье.

Как установлено судом, ответчик ФИО2, 14 ноября 2016 года получив животное от матери, также хорошо зная особенности породы собак «питбуль», преднамеренно осуществлял его выгул в дневное время в людном месте без поводка и намордника в нарушение требований Правил..., в ходе чего не смог удержать собаку, которая укусила истца за руку.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ответственность за вред, причиненный животным здоровью истца, следует возложить в солидарном порядке как на ФИО3, как законного владельца собаки, так и на ФИО2, как члена ее семьи, не уследившего за животным.

При разрешении требования истца о возмещении судебных расходов суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуально кодекса РФ судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истом затрачено 1 240 руб. на оплату судебно-медицинского освидетельствования (л.д. 31) в целях установления степени тяжести причиненного вреда здоровью. Издержки, понесенные истцом, носили вынужденный характер и подлежат возмещению за счет ответчика.

На основании п.п. 3) ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истец, обратившийся в суд с требованиями, вытекающими из причинения вреда здоровью, при принятии иска освобожден судом от уплаты государственной пошлины.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части иска.

Моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании п.п. 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера и составляет для физических лиц 300 руб.

Таким образом, с ответчиков также подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 руб. в доход местного бюджета ГО «Город Калининград».

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, - удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО3, ФИО2 в солидарном порядке в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда вследствие причинения вреда здоровью в сумме 25 000 руб., в возмещение судебных расходов 1 240 руб.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО2 госпошлину в сумме 300 руб. в доход местного бюджета ГО «Город Калининград».

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 25 июля 2017 года.

Судья Гуляева И.В.