Решение № 2-3/2019 2-3/2019(2-408/2018;2-5221/2017;)~М-5309/2017 2-408/2018 2-5221/2017 М-5309/2017 от 26 июня 2019 г. по делу № 2-3/2019

Дело № 2-3/2019

27RS0004-01-2017-006939-42


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2019 года г.Хабаровск

Индустриальный районный суд города Хабаровска в составе

председательствующего судьи Карпенко А.В.,

с участием помощника прокурора Индустриального районного суда г.Хабаровска Левковой А.С.,

истца ФИО2,

представителей ответчика КГБУЗ «ККБ № 1» им.проф. С.И.Сергеева министерства здравоохранения Хабаровского края ФИО3, действующего на основании доверенности № 05/19-С от 24.05.2019, ФИО4, действующей на основании доверенности № 08/18-С от 31.03.2018,

представителя ответчика КГБУЗ «Городская поликлиника № 8» министерства здравоохранения Хабаровского края ФИО5, действующей на основании доверенности от 05.03.2018, ФИО6, действующей на основании доверенности от 18.12.2017,

представителя третьего лица АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО7, действующей на основании доверенности № 149 от 29.12.2018,

при секретаре судебного заседания Прониной О.В.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница № 1» им.проф. С.И.Сергеева Министерства здравоохранения Хабаровского края, Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская поликлиника № 8» Министерства здравоохранения Хабаровского края о компенсации морального вреда, возмещении расходов на погребение,

Установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ответчикам о компенсации морального вреда, возмещении расходов на погребение, ссылаясь на то, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась его матерью. ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 00 минут у нее поднялась температура 37,2. Его сестра, ФИО2 дала ей лекарство «Терафлю», однако температура поднялась до 38,2, после чего сестра дала ей «ФИО35». 30.10.2015 ночью, направляясь в туалет, мама упала из-за того, что почувствовала себя плохо. Когда померили температуру и давление, показатели оказались низкими – температура 35,2, давление 70/38, после чего вызвали скорую медицинскую помощь. Приехавшая по вызову фельдшер ФИО10 не усмотрела оснований для госпитализации и предложила утром вызвать на дом врача. Всю ночь 30.10.2015 у мамы оставалось плохое самочувствие, давление не нормализовалось, а утром ее рвало черными массами. Утром 30.10.2015 на дом вызвали врача КГБУЗ «Городская поликлиника № 8». Приехавшая по вызову терапевт ФИО11 осмотрела маму, сказала, что у нее увеличена печень и назначила таблетки «Кеторал» по 10 мг от боли, «Линекс» для пищеварения, «Урдоксу», 5-6 семян лимонника, «Валокардин», ограничение в питании. В 20 часов 00 минут того же дня маме вызвали скорую помощь, так как ее состояние не улучшалось, назначенные лекарства не помогали. Скорая помощь отвезла ФИО21 в КГБУЗ «ККБ-1» с диагнозом «ушиб грудной клетки, закрытый перелом 5-7 ребер, посттравматическая пневмония справа». В ККБ-1 ей сделали рентген органов грудной клетки, ее осмотрел торакальный хирург, который сделал пальпацию живота, обследований и анализов не назначал. Торакальный хирург сказал, что переломов грудной клетки, посттравматического плеврита нет, боли вызваны падением, поэтому нужно в течение пяти дней делать уколы лекарством «Кетонал». ФИО21 сделали один укол лекарством «Кетонал», отдали рентгенологические снимки, медицинское заключение, и они поехали домой. Однако ее самочувствие оставалось прежним.

31.10.2015 в 09 часов 00 минут ФИО21 третий раз вызвали скорую помощь, которая отвезла их в НУЗ «Дорожная клиническая больница ОАО «РЖД» ст.Хабаровск». Там сделали анализы крови, мочи, рентген, хирургом был произведен ее осмотр. Однако маме стало плохо и в 11 часов 28 минут ее отвезли в отделение анестезиологии и реаниматологии, где она умерла.

Согласно справке о смерти от 03.11.2015 № 6888 причина смерти установлена: синдром токсического шока, другая пневмония, возбудитель не уточнен. Согласно выписке из протокола № 195 от 02.11.2015 основным заболеванием явилась субтотальная фибринозно-лейкоцитарная пневмония справа с некрозами межальвеолярных перегородок, формированием микроабсцессов и участками организации (карнификации), фибринозно-гнойный плеврит справа (объемом 800 мл).

По случаю лечения ФИО21 была проведена экспертиза качества медицинской помощи. Основные ошибки при оказании медицинской помощи выразились в несвоевременной диагностике обширной полисегментарной пневмонии справа и правостороннего плеврита, как следствие, отсутствие назначения антибиотиков, при том, что абсолютно необходимая терапия антибиотиками была назначена только в НУЗ «Дорожная клиническая больница ОАО «РЖД» на ст.Хабаровск» за час до смерти. Отсутствие своевременной антибактериальной терапии могло стать одним из факторов наступления летального исхода. Ошибки вызваны некачественным непосредственным исследованием больной (перкуссия, аускультация), неправильной интерпретацией анамнестических данных и изменений на рентгенограмме легких.

В целях привлечения виновных лиц к ответственности истец обратился в правоохранительные органы. В рамках предварительного расследования была назначена комиссионная медицинская судебная экспертиза. Выводы комиссионной медицинской судебной экспертизы в экспертном заключении № 144 от 25.07.2016 также содержат утверждение о некачественной помощи, оказанной ККБ-1, что «диагностические мероприятия выполнены не в полном объеме, т.к. не выполнено никаких анализов пациентке, которая не могла даже стоять при выполнении Р-графии ОГП. Р-снимки выполнялись сидя, так как обычно выполняются стоя. Диагностические мероприятия выполнены неправильно: нет заключения (описания) по данным Р-грамм ОГП дежурным врачом-рентгенологом и не осмотрена дежурным терапевтом, не выполнены простейшие анализы крови и мочи. Диагноз воспаления легких не выставлен» (стр.11 заключения); о некачественной помощи, оказанной городской поликлиникой №8, а именно «диагностические мероприятия выполнены не в полном объеме: нет данных перкуссии легких, не определялись бронхофония и голосовое дрожание, подвижность легочных краев, не назначено рентгенологическое обследование ОГП. Тяжесть общего состояния больной оценена неправильно как «состояние относительно удовлетворительное»: при температуре тела 36.0, АД 95/65 мм.рт.ст. после озноба с повышением температуры тела до 38.2, которые были у больной накануне 29.10.2015, страдающей повышенным кровяным давлением уже несколько лет, должно быть расценено, как тяжелое или по крайней мере средней степени тяжести, а не «относительно удовлетворительное», «пневмония даже не заподозрена» (стр.11 заключения).

В дальнейшем была назначена дополнительная экспертиза № 159 от 01.06.2017, выводы которой также позволяют утверждать, что медицинская помощь была оказана некачественно и повлияла на исход заболевания. Таким образом, ошибочные действия медицинских работников КГБУЗ «ККБ № 1», КГБУЗ «ГП № 8», которые выразились в недооценке тяжести состояния мамы, не проведении необходимых анализов, обследований, неверной диагностике, не назначении необходимой специфической терапии, привели к смерти ФИО21 Смертью матери истцу причинены невыносимые моральные и нравственные страдания, связанные с болью утраты близкого человека. Потеря мамы также отразилась на состоянии его здоровья, он проходил курс лечения у уролога, терапевта и невролога, ежегодно ездит в санаторий. В настоящее время проходит курс лечения у невролога по периодическим головным болям. Просит суд взыскать с КГБУЗ «Краевая клиническая больница № 1» им. проф. С.И. Сергеева министерства здравоохранения Хабаровского края и с КГБУЗ «Городская поликлиника №8» министерства здравоохранения Хабаровского края, солидарно компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, расходы на погребение в размере 102 255 рублей, а всего 2 102 255 рублей.

Определением судьи Индустриального районного суда г.Хабаровска от 18.12.2017 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», НУЗ «Дорожная клиническая больница на ст.Хабаровск-1 ОАО «РЖД», КГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г.Хабаровска» министерства здравоохранения Хабаровского края.

Определением судьи Индустриального районного суда г.Хабаровска от 29.03.2017 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО11, ФИО22

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал, сославшись на обстоятельства, изложенные в иске. Дополнил, что причина смерти его матери установлена согласно выводам экспертизы № 144 от 25.07.2016, это инфекционно-токсический шок с полиорганной недостаточностью, в результате заболевания внебольничная пневмония в нижней доле правого легкого, тяжелого течения. Этот диагноз установлен на основе патологоанатомического заключения, на основе которого были определены диагнозы. Это также подтвердило экспертное заключение профессора ФИО33 №1139 от 08.02.2016, что диагноз клинический посмертный и патологоанатомический поставлен правильно.

В судебном заседании представитель ответчика КГБУЗ «ККБ № 1» ФИО34 возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях и в дополнениях к ним, согласно которым, учитывая нетипичность протекания пневмонии и характер ее развития ни одному из медицинских учреждений (специалистов) на начальном этапе невозможно было установить позже установленный в Дорожной больнице диагноз. Кроме того, что в КГБУЗ ККБ № больная была доставлена с диагнозом: ушиб грудной клетки, закрытый перелом 5-7 ребер, посттравматическая пневмония справа исключительно для консультации торакального хирурга. При осмотре торакальным хирургом внутренних повреждений органов грудной клетки не выявлено, в наблюдении торакального хирурга не нуждается, данных о необходимости госпитализации в отделение торакальной хирургии отсутствует. При этом в назначениях врач торакальный хирург отмечает о необходимости наблюдения и лечения по месту жительства. В заключении экспертизы качества оказания медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ экспертом ФИО14 указано, что из предоставленных рентгенограмм органов грудной клетки имелись якобы очевидные признаки пневмонической инфильтрации, хотя данный эксперт не имеет сертификата по лучевой диагностике (рентгенологии) (рентгенограммы были по его записям в экспертном заключении консультированы рентгенологом ФИО16). Клиническими критериями диагноза пневмонии являются: очаговая инфильтрация легочной ткани и, по крайней мере, два из нижеперечисленных симптомов: острое лихорадочное начало заболевания (Т >38,0°С); кашель с мокротой: физикальные признаки (фокус крепитации и/или мелкопузырчатых хрипов жесткого бронхиального дыхания, укорочение перкуторного звука); лейкоцитоз. Тяжесть пневмонии зависит от трех важнейших параметров: возбудителя, коморбидного фона (характер сопутствующих соматических заболеваний) и осложнений основного заболевания. В этой связи нельзя понять осложнение основного заболевания, приведшей к смерти больной ФИО1 - токсико-септический шок, который не подтвержден морфологическими данным (наличие возбудителя, септическая селезенка и др. параметрами). С точки зрения современного танатогенеза (ФИО17 Патология лечения. Руководство для врачей. СПб: Северо-Запад, 1999.- С.48-49), основными причинами смерти больных являются сердечные (лево- или право-желудочковый), легочные, мозговые и смешанные клинические проявления. Недостаточность органа в танатологическом плане - это пусковой процесс терминального состояния, определяющий наступление летального исхода по соответствующему (мозговому, сердечному, легочному) типу (ФИО17 Патология лечения. Руководство для врачей. СПб: Северо-Запад, 1999.- С.50). В данном случае, смерть больной ФИО1 наступила по «сердечному правожелудочковому типу» (терминология ФИО17). Помимо этого, в экспертном заключении № отсутствуют ответы на некоторые поставленные перед экспертами вопросы. Некоторые ответы не раскрыты экспертами и не содержат достаточных выводов. Отсутствует какой-либо вывод экспертов о наличии или отсутствии причинно-следственной связи между действиями врачей, несвоевременно поставленным диагнозом, проводимым лечением, наличия пожилого возраста пациента с многочисленными сопутствующими заболеваниями. Отсутствие вывода о причинно-следственной связи данной экспертизы лишает сделать однозначный вывод о степени причинения морального вреда и как следствие отсутствуют основания для взыскания материального вреда.

Дополнил, что в заключении судебно-медицинской экспертизы № не дан ответ на вопрос о том, какие хронические и функциональные связи имеются между началом заболевания, состоянием больной ФИО1, приемом лекарственных средств, осмотрами терапевта КГБУЗ «Городская поликлиника №», торакального хирурга КГБУЗ «Краевой клинической больницей №» на догоспитальном и стационарном этапах оказания медицинской помощи, выявленными морфологическими изменениями при вскрытии. Данный вопрос имеет существенное значение, поскольку по современным данным танатогенеза процесс умирания имеет три причины смерти: легочный, сердечный и мозговой. В рассматриваемой ситуации причина смерти ФИО1 указана инфекционно-токсический шок, который ничем не подтвержден, нет бактериологического исследования, нет реакции со стороны селезенки, нет проявлений синдрома системной воспалительной реакции.

Представитель ответчика КГБУЗ «ККБ №» ФИО18 поддержала вышеуказанные доводы. Дополнила, что ФИО1 была доставлена в ККБ № с диагнозом - ушиб грудной клетки, закрытый перелом 5-8 ребер справа, исключительно для консультации торакального хирурга. На момент осмотра были жалобы на боли в груди после падения. В больнице ей сделали рентген для исключения перелома. Учитывая диагноз при поступлении учреждение, а также нетипичность пневмонии, пожилой возраст больной, отсутствие явных признаков пневмонии на рентгеновских снимках, отсутствие тяжелого состояния на момент осмотра, явных признаков для экстренной госпитализации больной, жалоб родственников на осмотр и рекомендации врача, ФИО1 с рекомендациями в случае ухудшения состояния была направлена по месту жительства. С учетом предъявляемых жалоб в период оказания в КГБУЗ ККБ № медицинской помощи ФИО1 действия медицинского персонала были адекватны. При поступлении больной в Железнодорожную больницу в ночь с 30.10.16 на 31.10.16 г. и при осмотре в условиях РАО уже в 11:50 терапевтом, врач также отмечает, что на рентгенограмме органов грудной клетки явных признаков пневмонии не выявлено. При таких обстоятельствах, учитывая нетипичность протекания пневмонии и характер ее развития ни одному Учреждению (специалисту), в том числе на начальном этапе, невозможно было установить диагноз больной, который был установлен после смерти больной. Действия родственников выраженные в отказе от госпитализации, а также приемом пациенткой на протяжении нескольких дней препаратов Терафлю и ФИО35, а также многочисленные сопутствующие заболевания оказали влияние па развитие осложнений и повысили вероятность неблагоприятного исхода. Отсутствует причинно-следственная связь между действиями врачей, несвоевременно поставленным диагнозом, проводимым лечением, наличия пожилого возраста пациента с многочисленными сопутствующими заболеваниями.

В судебном заседании представитель ответчика КГБУЗ «Городская поликлиника №» ФИО19 исковые требования не признала, суду пояснила, материалами дела не установлен и не подтвержден диагноз «синдром токсического шока». Имеется справка о смерти, где указана причина смерти. Гистологический архив, на основании которого можно было установить точный диагноз, и по какой причине умерла ФИО1 утрачены. Терапевт поликлиники № ФИО12 осматривала ФИО20 30.05.2015, до этого родственники давали ей лекарственные препараты (Терафлю и ФИО35), что «смазало» картину заболевания. При осмотре врач прослушала больную, заполнила медицинскую карту, дала направление на обследование. При осмотре больной клинического течения заболевания, которое присуще для пневмонии, не было обнаружено. Пациентка была возрастной, у нее было много хронических заболеваний и на этом этапе было сложно поставить диагноз пневмония. Участковому врачу-терапевту для постановки клинического диагноза дается 10 дней с момента обращения. В дальнейшем врачи при осмотре ФИО21 также не подтверждают пневмонию. Полагает, что отсутствует причинно-следственная связь между смертью ФИО1 и действиями врача.

В судебном заседании представитель ответчика КГБУЗ «Городская поликлиника №» ФИО8 поддержала вышеизложенные доводы. Дополнила, что в осмотр фискального обследования входит: перкуссия, пальпация и аускультация. В последнее время, вопросы пальпации и перкуссии органов дыхания утрачиваются, так как имеется много технологических и инструментальных исследований. В основном проводится только аускультация. Даже если бы была проведена перкуссия, бронхофония и голосовое дрожание, не было бы достоверного признака диагностики пневмонии, поскольку у ФИО1 имелись сложные хронические заболевания, которые бы смазали картину. Аускультация является более вероятным методом, при котором может выявиться пневмония. Так как у ФИО1 имелись хронические заболевания и была картина атипичной пневмонии с болями в животе, с тошнотой и рвотой, врач ФИО12 расценила это как обострение хронических заболеваний (гепатита, хронического панкреатита, не было высокой температуры с ознобами, ни кашля характерного для пневмонии, отдышка, связана с сердечной недостаточностью).

В судебном заседании представитель третьего лица АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО9 исковые требования поддержала, сославшись на обстоятельства, изложенные в отзыве и дополнении к отзыву, из которых следует, что в ООО «СК «ДАЛЬ-РОСМЕД» было организовано проведение экспертизы качества медицинской помощи в соответствии со ст. 40 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации». По заключению эксперта медицинская помощь оказана не в полном объеме, поскольку при обследовании больной врачом ФИО12 30.10.2015 не была выполнена перкуссия легких; отмеченное отсутствие аускультативных симптомов кроме ослабления дыхания при столь выраженной патологии легких вызывает сомнение в качестве выполнения этого исследования; терапевтом ошибочно не была назначена рентгенография грудной клетки; при осмотре торакальным хирургом не была выполнена перкуссия легких; интерпретация хирургом аускультативной картины в легких как нормальной вызывает сомнение в связи с имевшей место массивной пневмонией и плевритом; не взят общий анализ крови, несмотря на предшествующую, лихорадку и боли в грудной клетке; оценка рентгеновских снимков рентгенологом была ошибочной, несмотря на явные признаки полисегментарной пневмонической инфильтрации в нижней доле справа и наличия плеврального выпота диагноз пневмонии не был установлен. В результате перечисленных дефектов оказания медицинской помощи не были своевременно диагностированы обширная полисегментарная пневмония справа и правосторонний плеврит, не назначено лечение антибиотиками. Таким образом, установлено некачественное исследование больной (перкуссия, аускультация), неправильная интерпретация анамнестических данных и изменений на рентгенограмме легких, что повлекло запоздалую диагностику пневмонии тяжелого течения, отсутствие адекватной терапии. Следствием ошибок в диагностике явилось неправильное лечение на амбулаторном этапе: абсолютно необходимая терапия антибиотиками была назначена только в НУЗ «ДКБ на ст. Хабаровск ОАО «РЖД» за час до смерти больной. Отсутствие антибактериальной терапии могло стать одним из факторов наступления летального исхода. В материалах дела представлены заключения эксперта (экспертиза по материалам проверки) № 144 от 25.07.2016, № 159 от 01.06.2017, в которых перечислены недостатки оказания медицинской помощи на этапе КГБУЗ «ККБ-1». Обращает внимание на противоречивый и нелогичный вывод 9 (стр. 24) заключения №, который дублируется в выводах 5, 6 (стр. 24, 25) заключения №: эксперты отмечают, что «помощь, даже будучи неполной, не является причиной заболевания». Однако, требования предъявляются не по поводу того, что из-за некачественной медицинской помощи возникло заболевание пневмония, а по поводу того, что неполная диагностика, отсутствие специфического лечения пневмонии привели к ухудшению состояния здоровья, прогрессированию заболевания и наступлению летального исхода. Кроме того, ответственность наступает не только тогда, когда причиной заболевания является некачественная медицинская помощь, но и за медицинскую помощь ненадлежащего качества, как неверная диагностика, отсутствие необходимого лечения, в результате чего ухудшается состояние здоровья пациента, прогрессирует заболевание, наступает летальный исход.

В судебное заседание представители третьего лица КГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г.Хабаровска, НУЗ «Дорожная клиническая больница на ст.Хабаровск-1 ОАО «РЖД», ФИО11, ФИО22 не явились, о дате и месте слушания дела извещались своевременно и надлежащим образом.

Ранее допрошенная представитель третьего лица КГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г.Хабаровска ФИО36 пояснила, что при вызове скорой помощи ФИО37 сотрудниками были выполнены все необходимые мероприятия. Также имел место отказ от госпитализации.

Ранее допрошенное третье лицо ФИО11 пояснила, что 30.10.2015 она осматривала ФИО1 на дому. На момент осмотра больная предъявляла жалобы на слабость, тошноту, боли в области желудка и живота, отсутствие стула, температуры у нее не было. Она аускультативно ее прослушала, данные по заболеванию легочной системы отсутствовали. За два дня до вызова у больной повысилась температура, родственники дали ей жаропонижающие препараты Терафлю и ФИО35. Поскольку на момент осмотра у ФИО1 были симптомы заболевания ЖКТ и она уже принимала препараты при данных хронических заболеваниях, она рекомендовала продолжить их прием и других препаратов ей не назначила. Она рекомендовала наблюдение участковым врачом на дому, а в случае ухудшения состояния вызвать скорую помощь. Также она назначила анализы крови и мочи на понедельник, поскольку осматривала ее в пятницу.

Третье лицо ФИО13 по существу пояснил, что 30.10.2015 около 23 часов ФИО1 была доставлена в ККБ-1 скорой помощью. У нее был неопределенный болевой синдром, температура и давление были в норме, одышки, отеков и акроцианоза не было. Целостность каркасности грудной клетки была не нарушена, переломов ребер, травмы со стороны правого легкого и плевральной области, гемоторакса, пневмоторакса и гидроторакса, которые сопутствуют травме, у нее так же не было. Рентгенологические снимки были выполнены в положении сидя, в связи с болевым синдромом, остеохондрозом, остеопорозом возрастного характера. На снимках он увидел изменения в прикорневой зоне, мелкого инфильтративного характера, которые расценил как застойное проявление малого кровообращения и хронического ишемического расстройства сердца, сердечной недостаточности. Каких-то инфильтративных изменений не было. При исследовании бокового снимка он интерпретировал, что никакого уровня жидкости, ни инфильтративных изменений, характерных для плеврита, у больной также не было. Он рекомендовал ей по соматическим заболеваниям дообследоваться по месту жительства в городской больнице, желательно в условиях стационара. ФИО1 была выполнена инъекция Кетонала, анализов он не назначал, поскольку травмированным больным с неосложненной травмой груди они анализы не назначают. Если бы ее госпитализировали, тогда бы анализы назначили. Конкретно в стационар он ее не направил, поскольку обычно такие больные лечатся в условиях стационара по месту жительства. Возражений от нее или от ее родственников не было. Пациентка получала препараты нестероидного характера по эпизодам температуры тела. Вряд ли какой-то вялотекущий процесс у нее был, но на фоне соматических заболеваний он мог перерасти в молниеносную форму.

Ранее допрошенный представитель третьего лица НУЗ «Дорожная клиническая больница на ст.Хабаровск-1 ОАО «РЖД» ФИО23 пояснил, что 31.10.2015г. в 10 часов 40 минут в больницу в тяжелом состоянии была доставлена ФИО1 У нее были взяты все необходимые анализы, сделано ЭКГ, рентген грудной клетки, по результатам которого установлено, что у нее имеется тяжелая форма пневмонии. После чего ФИО1 стало плохо и она была направлена в реанимацию, где проведены реанимационные мероприятия, которые не дали положительного результата и больная умерла. После смерти ФИО1 было заседание врачебной комиссии летальных исходов, дефектов качества оказания медицинской помощи не выявлено.

Эксперт ФИО24 суду пояснила, что ответить на вопрос какие хронологические и функциональные связи имеются между началом заболевания, состоянием больной ФИО1, приемом лекарственных средств, осмотрами терапевта КГБУЗ «Городская поликлиника №», торакального хирурга КГБУЗ «Краевой клинической больницей №» на догоспитальном и стационарном этапах оказания медицинской помощи, выявленными морфологическими изменениями при вскрытии, при отсутствии гистологического архива невозможно.

Свидетель ФИО25 суду пояснила, что ФИО26 приходится ей матерью. 29.10.2015 около 19 часов маме стало плохо, ее лихорадило. Она дала ей один пакетик Терафлю, однако около 21 часа у нее поднялась температура – 38,1- 38,5. После этого она дала ей одну таблетку ФИО35. Ночью мама упала, идя в туалет. Она измерила давление, оно было низким – 70/38, температура была 38,5. Она вызвала скорую помощь, маме сделали ЭКГ и предложили отвезти в травматологию. Скорее всего, им предлагали подписать отказ от госпитализации, но кто ставил подпись, она не знает. 30.10.2015 она вызвала на дом терапевта. В 12-40 часов пришла терапевт ФИО11, которая осмотрела маму, сказала соблюдать диету, так как ночью ее рвало, назначила Кетонал, Линекс, Урдоксу. Никаких анализов не назначили. К вечеру маме не стало лучше и они опять вызвали скорую помощь, которая увезла маму в ККБ-1 с подозрением на плеврит. В больнице ей сделали два рентгеновских снимка, ее осмотрел торакальный хирург, сказал, что переломов нет, маме сделали обезболивающее, назначили Кетонал, после чего их отпустили домой. Утром маме стало плохо, состояние ее было тяжелое, она стала заговариваться, ослабла. Ей вызвали скорую помощь, которая отвезла их в Железнодорожную больницу. Там врач сразу назначил анализ мочи, крови, капельницу, и направил маму на рентген. Когда маме делали рентген, она стала задыхаться и ее увезли в реанимацию. Через час врач сообщил, что она скончалась.

Суд в порядке ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав истца, представителя ответчика, представителей третьих лиц, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшую необходимым исковые требования удовлетворить частично, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания свих требований и возражений.

Согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст.1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определяет правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан.

В соответствии со ст.ст. 10, 19, 22 названного Федерального закона граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь. Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Согласно ст.79 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи.

Статьей 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является сыном ФИО1, что подтверждается свидетельством о рождении.

Судом установлено, что 29.10.2015 около 19 часов ФИО1 стало плохо, у нее поднялась температура, ФИО2 дала ей ее Терафлю, а позже ФИО35. Ночью, идя в туалет, она упала. Затем в 00 часов 26 минут 30.10.2015 на дом была вызвана скорая помощь, фельдшером которой рекомендовался вызов участкового терапевта. Участковый терапевт прибыл к больной в 12 часов 40 минут 30.10.2015, она была осмотрена, выставлен диагноз: хронический вирусный гепатит ассоциированный с циррозом печени в стадии ухудшения, хронический панкреатит болевая форма в ст.обострения. Постхолецистэктомический синдром в стадии ухудшения. Даны рекомендации и назначения: Обследование ОАК, ОАМ, сахар, ОХ, креатинин, АЛТ, АСТ, ЩФ, ГГТП. Режим питания. Исключить острую, жирную, жареную пищу. Назначен Омепразол, Мезим форте, Урдокса, Линекс. Родственникам даны рекомендации при ухудшении самочувствия вызывать скорую помощь. 30.10.2015 в 21 час 50 минут ФИО21 повторно была вызвана скорая помощь по поводу болей в грудной клетке справа после падения на правый бок в квартире. Больная доставлена в ККБ-1 с диагнозом «Закрытый перелом 5-8 ребер справа». В больнице была осмотрена торакальным хирургом, установлен диагноз: бытовая травма, ушиб грудной клетки справа, диффузный пневмосклероз S4-5 справа, эмфизема легких ДН 0 <адрес> рентгенограмма грудной клетки в 2-х проекциях, переломов ребер, гемопневмоторакса не определяется. Сделан Кетонал 2.0 3 раза в/м. Рекомендованы анальгетики (Кетонал) и лечение, наблюдение терапевта по месту жительства. Третий вызов к ФИО1 поступил 31.10.2015 в 08 часов 45 минут по поводу тошноты, рвоты, жидкого стула. Больная была доставлена в Дорожную клиническую больницу в тяжелом состоянии, установлен диагноз: «Внебольничная пневмония не уточненная, тяжелая форма. Лейкопения не уточненной этиологии. Тромбоцитопения, анемия средне-тяжелой степени. Инфектиционно-токсический шок. Хронический вирусный гепатит В и С с умеренной активностью». В 11 часов 06 минут 31.10.2015 выполнена рентгенография ОГП, диагноз подтвержден рентгенологически: «Пневмония в нижней доле правого легкого. Плеврит. Хроническая эмфизема легких. Пневмослероз. Склероз аорты». В 11 часов 30 минут начаты реанимационные мероприятия, которые оказались безуспешными, после чего наступила смерть больной.

Согласно свидетельству о смерти серии I-ДВ № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ, актовая запись о смерти №.

Из заключения эксперта КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» МЗ Хабаровского края № 144 от 25.07.2016 следует, что непосредственной причиной смерти ФИО1 явился инфекционно-токсический шок с развитием полиорганной (дыхательной, сердечнососудистой и почечно-печеночной) недостаточности при заболевании внебольничная пневмония в нижней доле правого легкого тяжелого течения, осложненная правосторонним фибринозно-гнойным парапневмотическим плевритом. Данное основное заболевание имело место при таких сопутствующих патологиях как хроническая ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь, 2 морфологическая стадия, универсальный атеросклероз, дисциркуляторная энцефалопатия, цирроз печени, умеренно выраженной степени активности, перивазальный, перибронхиальный пневмосклероз; частичная облитерация левой плевральной полости плотными фиброзными спайками в области задне-верхних отделов, хронический двусторонний необструктивный пиелонефрит.

На этапе КГБУЗ «ККБ №» медицинская помощь оказывалась своевременно. Однако диагностические мероприятия выполнены не в полном объеме, поскольку результаты рентгенографии органов грудной клетки не описаны дежурным врачом-рентгенологом; не назначены и не выполнены рутинные анализы крови и мочи, не оценено общее состояние больной, не осмотрена дежурным терапевтом-пульмонологом, не полно описан объективный статус больной, дежурным торакальным хирургом не выявлен правосторонний плеврит и инфильтрация легочной ткани в правом легком, при осмотре в приемном отделении неверно оценена тяжесть общего состояния больной, что привело к выводу врача «лечение и наблюдение терапевтом по месту жительства, по необходимости стационарное лечение». На тот момент времени требовалась срочная госпитализация пациентки пульмонологический стационар и начала немедленной терапии тяжёлой осложнений пневмонии. Диагностические мероприятия выполнены не правильно: нет заключения (описания) по данным рентгенограмм ОГК дежурным врачом-рентгенологом и не осмотрена дежурным терапевтом, не выполнены простейшие анализы крови и мочи, Диагноз воспаления лёгких не выставлен.

На этапе оказания медицинской помощи и диагностики врачом-терапевтом КГБУЗ «Городская поликлиника №» оказывала своевременно: в 00 часов 56 минут 30.10.2015 года, убыла машина скорой медицинской помощи, фельдшером которой, рекомендовался активный вызов участкового терапевта, участковый терапевт прибыл к больной в 12 часов 40 минут 30.10.2015 года. Диагностические мероприятия выполнены не в полном объёме: нет данных перкуссии лёгких, не определялись бронхофония и голосовое дрожание, подвижность лёгочных краев, не назначено рентгенологическое обследование ОГК. Тяжесть общего состояния больной оценена неправильно «состояние относительно удовлетворительное»: при температуре тела 36.0, АД 95/65 мм.рт.ст. после озноба с повышением температуры тела до 38.2, которые были у больной накануне 29.10.2015 года, страдающей повышенным кровяным давлением уже несколько лет, должно быть расценено, как тяжёлое или по крайней мере средней тяжести, а не «относительно удовлетворительное». Диагноз больной выставлен неправильный: «Хронически вирусный гепатит «С», ассоциированный с циррозом печени в стадии ухудшения. Хронический панкреатит болевая форма в стадии обострения. Постхолецистэктомический синдром в стадии ухудшения». Пневмония даже не заподозрена.

На этапе оказания медицинской помощи и проведения диагностики в КГБУЗ «ККБ №» выявлены следующие недостатки: рентгенограммы ОГК не описаны профессионалом дежурным врачом-рентгенологом; не назначены и не выполнены простейшие анализы крови и мочи; не оценено общее состояние больной; больная не была осмотрена дежурным терапевтом-пульмонологом; недостаточно описан объективный статус больной; торакальным хирургом не выявлен правосторонний плеврит и инфильтрация лёгочной ткани в правом лёгком, врач, принимавший и осматривающий пациентку в приёмном отделении, неверно оценил тяжесть общего состояния больной, что привело к выводу врача «лечение и наблюдение терапевтом по месту жительства, по необходимости стационарное лечение».

При осмотре больной на дому врачом-терапевтом КГБУЗ «Городская поликлиника №» выявлены следующие недостатки: неверно оценено общее состояние больной - «состояние относительно удовлетворительное»; учитывая низкое АД 95/65 мм.рт.ст. у пациентки, страдающей много лет артериальной гипертензией, рвота, боли в животе как минимум должно быть расценено, как средней тяжести, что требовало иной тактики в оказании медицинской помощи - немедленного вызова бригады скорой помощи; не приняты меры к срочной эвакуации тяжёлой больной в стационар; назначенные лабораторные исследования в амбулаторных условиях выполнить 30.10.2015 года в 12 часов 40 минут было невозможно из-за тяжести состояния пациентки; не проведено перкуторное исследование лёгких; не проведена оценка бронхофонии, голосового дрожания, подвижности лёгочных краёв.

На этапе амбулаторной медицинской помощи врачом-терапевтом поликлиники на дому 30.10.2015 года диагностические лабораторные назначения сделаны, но без учёта тяжести общего состояния больной, во второй половине рабочего дня, когда лаборатория поликлиники уже заканчивает свою работу, не назначена рентгенография ОГК. Диагностические возможности в амбулаторных условиях были весьма ограничены (на дому) 30.10.2015 года в 12 часов 40 минут у больной в тяжелом состоянии или даже в состоянии средней тяжести в дневное время (осмотрена участковым терапевтом в 12 часов 40 минут 30.10.2015 года), поэтому назначения врача терапевта выполнить было невозможно по организационным и техническим причинам.

Таким образом, диагностические возможности врачом-терапевтом «Городская поликлиника №» были использованы неправильно и не своевременно. Своевременное проведение рентгенографии ОГК могло помочь в постановке диагноза, а выполнение анализов крови и мочи помогло правильно направить диагностические поиски.

С учетом того, что на этапе КГБУЗ «ККБ №» не назначены и не выполнены никакие исследования (анализы крови, мочи, УЗИ плевральных полостей), кроме рентгенографии ОГК, выполненные рентгенограммы не описаны врачом- рентгенологом, хирургом не описан объективный статус больной, не вызван на осмотр больной терапевт (пульмонолог), не выявлен правосторонний плеврит и инфильтрация лёгочной ткани в правом лёгком, неверно оценена тяжесть общего состояния больной, экспертная комиссия также считает, что диагностические возможности торакальным хирургом КГБУЗ «ККБ №» были использованы неправильно и не своевременно.

На этапе медицинской помощи на дому (амбулаторно) при осмотре врачом-терапевтом имелись объективные причины препятствующие правильной диагностике и лечению, так как течение пневмонии у ФИО1 было не типичным, что свойственно пожилому возрасту и ослабленным больным с многочисленными сопутствующими заболеваниями. В анализируемом случае отсутствовали жалобы, характерные для воспаления лёгких: на кашель, отхожденне мокроты, одышку, учащенное сердцебиение, рвота и боли в животе не характерны для воспаления лёгких, имел место приём медикаментов пациенткой самостоятельно без осмотра и их назначения врачом, что могло повлиять на клиническое течение пневмонии и исказить, «смазать» её симптоматику, отсутствовали возможности в амбулаторных условиях выполнить исследования (анализы), назначенные терапевтом. Лечение внебольничной пневмонии не проводилось, поскольку этот диагноз не был выставлен.

На этапе оказания медицинской помощи в КГБУЗ «ККБ №» объективных причин, препятствующих правильной диагностике воспаления лёгких не имелось: Краевая клиническая больница № является многопрофильным лечебным учреждением и располагает всеми необходимыми средствами и методами и профессиональными кадрами для лечения и обследования больных различного профиля в том числе и пневмоний. Имеются клиническая лаборатория, биохимическая лаборатория, бактериологическая лаборатория. Имеются рентгенологическое отделение, отделение УЗИ диагностики и др. В полном объёме диагностические исследования не использовались.

На амбулаторном этапе имела место недооценка тяжести общего состояния больной и не диагностированное правостороннее воспаление лёгких с правосторонним плевритом, из-за отсутствия возможности проведения специальных исследований и не типичностью течения воспаления лёгких (протекание болезни без выраженной симптоматики), что повлияло на несвоевременность диагностики воспаления лёгких, но косвенно способствовало утяжелению общего состояния пациентки. Ошибочность в диагнозе «Хронический вирусный гепатит С, ассоциированный с циррозом печени в стадии ухудшения. Хронический панкреатит болевая форма в стадии обострения, Постхолецистэктомический синдром в стадии ухудшения» способствовало выбору неверной тактике лечения и ведения больной - не вызвана бригада СМИ, это могло способствовать прогрессированию заболевания.

На этапе КГБУЗ «ККБ №» из-за нетипичного протекания болезни, что характерно для течения тяжёлых пневмоний у лиц преклонного и старческого возраста, без выраженной симптоматики (отсутствовал кашель, не было мокроты и одышки, отсутствовали повышение температуры тела и не было учащенного сердцебиения, было нормальным кровяное давление) и недостаточно проведенного объективного осмотра и обследования имело место неправильная диагностика, что привело к пролонгированию времени начала специфического лечения, что также могло способствовать прогрессированию течения пневмонии.

Тем не менее, указанные недостатки в диагностике и соответственно в выборе тактики ведения больной в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 не состоят. Установленные дефекты диагностики не способствовали эффективному и своевременному лечению патологического состояния (пневмонии), создали ситуацию прогрессирования патологического процесса и тем самым лишь косвенно способствовали ухудшению состояния здоровья ФИО1 и наступлению летального исхода. Медицинская помощь и диагностика не может находиться в причинно-следственной связи с заболеванием и смертью больной так как эта помощь, даже будучи неполной, не является причиной заболевания и соответственно следствием смерти от него.

В связи с этим, в данном конкретном случае следует считать, что междудействиями врача-терапевта поликлиники и дежурного торакального хирурга КГБУЗ«ККБ №» при диагностике и оказании медицинской помощи ФИО1 инаступлением последствий в виде смерти последней имеется причинно-следственнаявзаимосвязь косвенного характера.

При постановке диагноза торакальным хирургом КГБУЗ «ККБ №» «Бытовая травма. Ушиб грудной клетки справа. Диффузный пневмосклероз S4-5 справа. Эмфизема лёгких, ДН-0 ст. госпитализация не требовалась».

Диагноз пневмонии не выставлен. При правильной диагностике требоваласьсрочная госпитализация. Имелись явные критерии для госпитализации: возраст старше 70лет, сопутствующие хронические заболевания в том числе хронические гепатиты,иммунодефицит; спутанность или снижение сознания, возможная аспирация (у больнойнакануне 29.10.2015 года была рвота); нестабильная гемодинамика (низкое АД-95\65мм.рт.ст.), септический шок, экссудативный плеврит, лейкопения менее 4000\мл, анемия,почечная недостаточность - социальные показания.

Благоприятный исход при правильном оказании медицинской помощи больным пневмониями зависит от большого числа разнообразных и трудноучитываемых факторов, а именно от тяжести течения пневмонии, которые бывают лёгкого течения и тяжелого течения, от возраста пациента (по данным ведущих пульмонологов страны / академика ФИО27, проф. д.м.н. ФИО28, М.; 2015 года у пациентов в возрасте 60 лет, и старше, летальность от пневмоний очень высока и достигает 20%, а по данным профессоров из Омской медицинской академии ФИО29, ФИО30 «летальность от пневмоний у людей старше 60 лет примерно в десять раз выше, чем у тех, кто не достиг этого возраста), от вида возбудителя воспаления и его чувствительности к антибиотикам, от наличия или отсутствия сопутствующих заболеваний. У пожилых и стариков, анамнез которых отягощен различными хроническими заболеваниями благоприятность прогноза резко снижается. В исследуемом случае преморбидный фон был очень неблагоприятный (хронический гепатит «С»; ишемическая болезнь сердца, атеросклероз аорты и церебральных артерий с симптомами дисциркуляторной энцефалопатии, болезнь Паркинсона: Нетоксический многоузловой зоб; гипертоническая болезнь 3 стадии; эрозивный рефлюкс эзофагит, хронический гастрит, дуоденит; варикозное расширение вен нижних конечностей), от состояния иммунной системы больного (известно, что иммунитет у пожилых значительно снижен, поэтому они склонны к тяжёлому течению бактериально-вирусных инфекций и высокой летальности, не только от пневмоний, но и других инфекций, от времени и интенсивности начала правильного лечения. Смертность от тяжёлых внебольничных пневмоний среди больных пожилого и старческого возраста составляет до 20% (по данным академика ФИО27, М-2015 года), а от вызванных стафилококком ещё больше - по данным некоторых авторов достигает 33%.

С учетом всего вышеизложенного, в анализируемой ситуации дефекты диагностики и медицинской помощи лишь косвенно повлияли на течение причинности, поскольку такая легочная патология (пневмония на фоне множественных тяжелых сопутствующих патологий) без специфического лечения обычно имеет неблагоприятный исход. В данном конкретном случае, принимая во внимание тяжесть и множественность сопутствующих патологий и характер поражения легочной ткани у ФИО1 полностью гарантировать возможность благоприятного исхода даже в случае своевременной диагностики и безотлагательного начала лечения бронхопневмонии, невозможно.

Смерть ФИО1 наступила в результате заболевания - внебольничная пневмония в нижней доле правого лёгкого тяжёлого течения, осложнённая правосторонним фибринозно-гнойным парапневмоническим плевритом и развитием инфекционно-токсического шока с развитием полиорганной (дыхательной, сердечнососудистой и почечно-печеночной) недостаточности. Данное основное заболевание имело место при таких сопутствующих патологиях как хроническая ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь, 2-ая морфологическая стадия, универсальный атеросклероз, дисциркуляторная энцефалопатия, цирроз печени, умеренно выраженной степени активности, перивазальный, перибронхиальный пневмосклероз; частичная облитерация левой плевральности полости плотными фиброзными спайками в область заднее-верхних отделов, хронический двусторонний необструктивный пиелонефрит.

Из заключения эксперта «Бюро судебно-медицинской экспертизы» МЗ <адрес> № КГБУЗ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на этапе оказания медицинской помощи и диагностики врачом-терапевтом КГБУЗ «Городская поликлиника №» оказывалась своевременно: в 00 ч. 56 мин. ДД.ММ.ГГГГ убыла машина скорой медицинской помощи, фельдшером которой рекомендовался активный вызов участкового терапевта, участковый терапевт прибыл к больной в 12ч.40 мин. ДД.ММ.ГГГГ. Диагностические мероприятия выполнены не в полном объёме: нет данных перкуссии лёгких, не определялись бронхофония и голосовое дрожание, подвижность лёгочных краев, не назначено рентгенологическое обследование ОГК. Тяжесть общего состояния больной оценена неправильно «состояние относительно удовлетворительное»: при температуре тела 36.0, АД 95/65 мм.рт.ст. после озноба с повышением температуры тела до 38.2 которые были у больной накануне ДД.ММ.ГГГГ, страдающей повышенным кровяным давлением уже несколько лет, должно быть расценено, как тяжёлое или по крайней мере средней тяжести, а не «относительно удовлетворительное». Диагноз больной выставлен неправильный: «Хронический вирусный гепатит С, ассоциированный с циррозом печени в стадии ухудшения. Хронический панкреатит болевая форма в стадии обострения. Постхолецистэктомический синдром в стадии ухудшения». Таким образом, назначения (медицинская помощь) ФИО1 со стороны терапевта КГБУЗ «Городская поликлиника №» не соответствовали имеющейся основной патологии в форме пневмонии.

При выполнении достаточного комплекса диагностических мероприятий в ходе осмотра пациентки врачом-терапевтом КГБУЗ «Городская поликлиника №» имелась возможность предположить наличие легочной патологии (пневмонию, плеврит и инфильтрацию легочной ткани в правом легком) и определить комплекс дальнейших мероприятий, направленных на верификацию данного диагноза. Следовательно, можно высказаться о том, что не полнообъемное проведение врачом-терапевтом диагностических манипуляций могло повлиять на правильность выставленного диагноза. Правильная оценка амнестических данных и выполнение в полном объеме рутинных диагностических мероприятий, даже при условии осмотра на дому, могло способствовать правильной предварительной диагностике и определить дальнейшую тактику ведения больного. То есть существенного значения место проведения осмотра в анализируемой ситуации не имело. Тем не менее, на этапе медицинской помощи на дому (амбулаторно) при осмотре врачом-терапевтом имелись иные (не связанные с полнообъемностью диагностических мероприятий) объективные причины препятствующие правильной диагностике и лечению. Течение пневмонии у ФИО1 было не типичным, что свойственно пожилому возрасту и ослабленным больным с многочисленными сопутствующими заболеваниями. В анализируемом случае отсутствовали жалобы, характерные для воспаления лёгких: на кашель, отхождение мокроты, одышку, учащенное сердцебиение, рвота и боли в животе не характерны для воспаления лёгких, имел место приём медикаментов пациенткой самостоятельно без осмотра и их назначения врачом, что могло повлиять на клиническое течение пневмонии и исказить, «смазать» её симптоматику, отсутствовали возможности в амбулаторных условиях выполнить исследования (анализы), назначенные терапевтом. Таким образом, даже выполнение всех диагностических мероприятий и анамнестического анализа при осмотре на дому не могло бы гарантировать установление правильного предварительного диагноза. Установление неправильного диагноза соответственно определили неверный тактический характер ведения больной и следовательно могли способствовать прогрессированию легочной патологии. Указанные недостатки в диагностике и соответственно в выборе тактики ведения больной в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 не состоят. Установленные дефекты диагностики не способствовали эффективному и своевременному лечению патологического состояния (пневмонии), создали ситуацию прогрессирования патологического процесса и тем самым лишь косвенно способствовали ухудшению состояния здоровья ФИО1 и наступлению летального исхода. Медицинская помощь и диагностика в данном конкретном случае, не может находиться в прямой причинно-следственной связи с заболеванием и смертью больной, так как эта помощь, даже будучи неполной, не является причиной заболевания и соответственно следствием - смерти от него. В связи с этим следует считать, что между действиями врача-терапевта КГБУЗ «Городская поликлиника №» при диагностике и оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением последствий в виде смерти последней имеется причинно-следственная взаимосвязь косвенного (непрямого) характера.

Ha этапе КГБУЗ «ККБ №» из-за нетипичного протекания болезни, что характерно для течения тяжёлых пневмоний у лиц преклонного и старческого возраста, без выраженной симптоматики (отсутствовал кашель, не было мокроты и одышки, отсутствовали повышение температуры тела и не было учащенного сердцебиения, было нормальным кровяное давление) и недостаточно проведенного объективного осмотра и обследования при отсутствии должной оценки рентгенографического исследования, имело место неправильная диагностика, что привело к пролонгированию времени начала специфического лечения. Таким образом, неправильная диагностика соответственно послужила основанием для выбора неправильной тактики ведения больной в виде несвоевременной и не соответствующей основной патологии медицинской помощи. На этапе оказания медицинской помощи в КГБУЗ «ККБ №» объективныхпричин, препятствующих правильной диагностике воспаления лёгких не имелось: Краеваяклиническая больница № является многопрофильным лечебным учреждением ирасполагает всеми необходимыми средствами и методами и профессиональными кадрамидля лечения и обследования больных различного профиля, в том числе и пневмоний.Имеются клиническая лаборатория, биохимическая лаборатория, бактериологическаялаборатория. Имеются рентгенологическое отделение, отделение УЗИ диагностики и др. В полном объёме диагностические исследования не проведены. При использовании имеющихся возможностей лечебного учреждения и полнообъемному диагностическому поиску выявить наличие у ФИО1 легочной патологии было возможным. Соответственно отсутствие достаточно полного диагностического поиска способствовало установке неверного диагноза. Установление неправильного диагноза на этапе КГБУЗ «ККБ №» соответственно определили неверный тактический характер ведения больной и следовательно могли способствовать прогрессированию легочной патологии. Изменения, имеющиеся на рентгенограмме ФИО1, могли быть интерпретированы как легочная патология в форме пневмотического поражения как врачом торакальным хирургом КГБУЗ «ККБ №», так и врачом рентгенологом. При постановке диагноза торакальным хирургом КГБУЗ «ККБ-1» «Бытовая травма. Ушиб грудной клетки справа. Диффузный пневмосклероз S4-5 справа. Эмфизема лёгких, ДН- 0 ст. госпитализация не требовалась». Диагноз пневмонии не выставлен. При правильной диагностике имелись основания для срочной госпитализация и оказания соответствующей медицинской помощи в условиях стационара. Кроме того, имелись критерии для госпитализации и без установления диагноза «пневмония»: возраст старше 70 лет, сопутствующие хронические заболевания в т.ч. хронические гепатиты, иммунодефицит; спутанность или снижение сознания, возможная аспирация (у больной накануне ДД.ММ.ГГГГ была рвота); нестабильная гемодинамика (низкое АД-95/65 мм.рт.ст.), септический шок, экссудативный плеврит, лейкопения менее 4000/мл., анемия, почечная недостаточность, социальные показания. Указанные недостатки в диагностике и соответственно в выборе тактики ведения больной на этапе КГБУЗ «ККБ №» в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 не состоят. Установленные дефекты диагностики не способствовали эффективному и своевременному лечению патологического состояния (пневмонии), создали ситуацию прогрессирования патологического процесса и тем самым лишь косвенно способствовали ухудшению состояния здоровья ФИО1 и наступлению летального исхода. Медицинская помощь и диагностика в данном конкретном случае, не может находиться в прямой причинно-следственной связи с заболеванием и смертью больной, так как эта помощь, даже будучи неполной, не является причиной заболевания и соответственно следствием - смерти от него. В связи с этим следует считать, что между действиями врачей КГБУЗ «ККБ №» при диагностике и оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением последствий в виде смерти последней имеется причинно-следственная взаимосвязь косвенного (непрямого) характера.

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи ООО «Страховая компания «ДАЛЬ-РОСМЕД» № от ДД.ММ.ГГГГ на этапе КГБУЗ «Городская поликлиника №» министерства здравоохранения <адрес> имеют место дефекты качества оказания медицинской помощи: неоказание, несвоевременное и надлежащее оказание диагностических и лечебных мероприятий, приведшие к ухудшенасостояния здоровья и прогрессированию заболевания (вызов терапевта на дом ДД.ММ.ГГГГ).На этапе КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» им. проф. Сергеева министерства здравоохранения <адрес> имеет место дефекты качества оказания медицинской помощи: неоказание, несвоевременное и надлежащее оказание диагностических и лечебных мероприятий, приведшие к летальному исходу. На этапе КГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи <адрес>» министерства зравоохранения <адрес> имеет место дефект качества оказания медицинской помощи, не повлиявший на исход заболевания на втором и третьем этапе оказания помощи (ДД.ММ.ГГГГ (21.50-23.20), ДД.ММ.ГГГГ (8.45-10.34).

Из протокола оценки качества медицинской помощи ООО «Страховая компания «ДАЛЬ-РОСМЕД» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что качество оказания медицинской помощи больной ФИО1, оказанной врачом-терапевтом поликлиники № следует признать недостаточно удовлетворительным. Несмотря на обширность пневмонии, она не только не была диагностирована, но не была даже заподозрена, в связи с чем, необходимая рентгенография органов грудной клетки не была назначена. Качество оказания медицинской помощи больной врачами ККБ-1 надо признать неудовлетворительным. Массивная полисегментарная пневмония справа не была даже заподозрена ни при клиническом обследовании, ни после изучения рентгенограмм, хотя на них имелись очевидные признаки пневмонической инфильтрации. Не были выполнены стандартные общеклинические лабораторные исследования, хотя предшествовавшая лихорадка, общее «тяжелое состояние и отсутствие конкретного диагноза делали эти исследования целесообразными.

Из заключения экспертов ГАУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы Министертсва здравоохранения Республики Татарстан» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ввиду того, что в ходе ознакомления с предоставленным гистологическим материалом, выявлены несоответствия номера стекольного архива с номером протокола патологоанатомического вскрытия, несоответствие количества и набора гистологических кусочков перечню, указанному в протоколе патогистологического исследования, несоответствие номера уголовного дела, указанного на предметном стекле, определить морфологические изменения при вскрытии и, следовательно установить наличие связи (хронической и функциональной) между началом заболевания, состоянием пациента, приемом лекарственных средств, осмотрами врачей на догоспитальном и стационарном этапах оказания медицинской помощи, не представляется возможным.

Согласно данным специальной литературы понуляционная вероятность благоприятного исхода внебольничных пневмоний при своевременном и полном объеме лечебно-диагностических мероприятий достаточно высокая. Однако при наличии установленных факторов риска, из которых наиболее значимыми следует признать пожилой возраст, а также значимый фоновый коморбид (актуальные в данном конкретном случае) существенно возрастает вероятность летального исхода.

На всех рентгеновских снимках, представленных для анализа, имеются достаточно очевидные рентгенологические признаки правосторонней пневмонии, осложненной выпотным плевритом. С учетом нетипичного начала и течения пневмонии пациентки, достаточно характерных (нетипичность) для больных пожилого возраста, опираясь на данные проведенных рентгенологических исследований, диагноз пневмонии мог быть установлен.

Все врачи, в силу служебных обязанностей независимо от своей специальности, вовлеченные в процесс диагностики пневмоний, обязаны уметь трактовать результаты рентгенографии органов грудной клетки. Последующее квалифицированное заключение врача-рентгенолога в данном случае должно играть вспомогательную (хотя безусловно обязательную) роль, так как врач-рентгенолог в отличие от лечащих врачей дает заключение по рентгеновскому снимку, не видя самого пациента. Исходя из этого, неправильную трактовку рентгеновского снимка, выполненного в условиях приемного отделения ГКБУЗ «ККБ №», торакальным хирургом, повлекшим за собой рекомендацию лечения и наблюдения пациентки терапевтом по месту жительства, следует признать критичным, что могло повлиять на несвоевременность начала терапии пневмонии и последующий неблагоприятный исход заболевания.

Следует также отметить, что исходя из представленной для экспертизы документации, даже при последующей госпитализации пациентки ДД.ММ.ГГГГ (суббота) в ДКБ по <адрес>-1, выполненные уже в данном ЛПУ рентгенофаммы пациентки, не трактовались врачами как имеющие рентгенологические признаки пневмонии. Диагноз «Пневмония» был выставлен исходя из комплексной (клинико-лабораторно-инструментальной) оценки состояния пациентки и назначена соответствующая терапия. А рентгенологические признаки пневмонии были верифицированы уже позже врачом-ренгенологом в первый рабочий день (понедельник ДД.ММ.ГГГГ), после летального исхода заболевания.

Жалобы пациентки на боли в животе и рвоту не являются характерными для пневмонии, однако могут встречаться среди нетипичных признаков начала пневмонии у пациентов пожилого возраста.

Врач ФИО12 провела аускультацию, при которой обнаружила только симметричное ослабление дыхания. Аускультация является наиболее значимой среди методов физикального осмотра при подозрении на пневмонию, поэтому недостатки осмотра в виде не проведения исследований голосового дрожания, бронхофонии, подвижности нижних легочных краев, не являются критичными и не могли бы дать дополнительную диагностическую информацию, особенно, учитывая характерную для пневмоний у лиц пожилого возраста скудость физикальных проявлений заболевания. При установлении предварительного диагноза врач всегда опирается на более характерные для определенных нозологических форм симптомы. В связи с этим, при наличии жалоб на боли в животе и тошноту, сведений о приеме жаропонижающего средства Терафлю, оказывающего раздражающее действие на слизистую желудка, возможного истолкования артериальной гипотензии и слабости, как развившихся после снижения температуры на фоне приема жаропонижающего средства, что имеет место довольно часто у пожилых пациентов с выраженным атеросклерозом, исключении острого коронарного повреждения по данным ЭКГ, снятой перед этим фельдшером СМП, как причины артериальной гипотензии, врач ФИО12 заподозрила патологию органов пищеварения и гепатобилиарной системы.

Кроме того, бригадой СМП ФИО1 была доставлена ДД.ММ.ГГГГ в приемный покой ДКБ по <адрес>-1 с направительным диагнозом «Острый панкреатит», так как указанные жалобы дополнились и появлением жидкого стула.

Классическими клиническими проявлениями внебольничных пневмоний являются: острое начало заболевания с лихорадочного подъема температуры (стойкого, а не в течение одного дня), появления сухого кашля, впоследствии с мокротоотделением, локальной физикальной симптоматики. Для более тяжелого дебюта заболевания также нередко появление и нарастание одышки и локальных болей в грудной клетке, связанных с кашлем и актом дыхания, обусловленных осложнением- плевритом. Для лиц пожилого возраста, иммунокомпрометированных пациентов (алкоголизированных, наркозависимых, получающих и иммуносупрессивную терапию) пневмония может начинаться без единого из перечисленных признаков.

У ФИО1 пневмония прогнозируемо протекала нетипично для классического течения заболевания. Нельзя исключить влияние на последующие затруднения в диагностике пневмонии приема препаратов Терафлю и ФИО35. Компоненты данных препаратов в качестве побочных эффектов могут вызывать чувство усталости, тошноту, рвоту, боли в животе, головокружение, а также лейкопению и тромбоцитопению (выявленные в последующем при лабораторном обследовании пациентки в условиях ДКБ по <адрес>-1). Основной компонент Терафлю и ФИО35 - парацетамол, являясь потенциальным гепатотоксином, мог повлиять на последующее отклонение от нормы печеночных показателей (выявленное в последующем при лабораторном обследовании пациентки в условиях ДКБ по <адрес>-1). Изменение течения заболевания было обусловлено пожилым возрастом пациентки, а также многочисленными сопутствующими заболеваниями, чаще встречающимися у лиц пожилого возраста.

По данным медицинской карты амбулаторного больного диагноз «Хронический вирусный гепатит С» был выставлен пациентке в 2013г и присутствовал к моменту осмотра врачом ФИО12 Что касается ассоциации с циррозом печени и выставленного постхолецистэктомического синдрома (в вопросе неверно сформулирована форма заболевания), следует отнести к гипердиагностике (особенно при отсутствии данных указывающих на оперативное удаление желчного пузыря).

Методы исследования легких, такие как - голосовое дрожание, бронхофония, исследование легочных краев. Данные методы физикальной диагностики входят в академический комплекс осмотра любого пациента, независимо от его заболевания.

Следует признать, что в клинической практике, при отсутствии подозрений на патологию органов дыхания и нормальных аускультативных данных, в подавляющем большинстве случаев, проведение бронхофонии, голосового дрожания и исследование подвижности легочных краев игнорируются с учетом превалирующего значения аускультативной картины со стороны органов дыхания.

Таким образом, отсутствие исследований голосового дрожания, бронхофонии и подвижности легочных краев в данном конкретном случае, является недостатком диагностики, но некритичным для последующего исхода заболевания.

Установить диагноз «Внебольничная пневмония» ФИО1 с нетипичным течением заболевания на основании однократного осмотра на дому, без проведения дополнительных лабораторно-инструментальных методов исследования практически невозможно.

Согласно данным специальной медицинской литературы «Гастроэнтерология» Национальное руководство/ под ред. ФИО31, ФИО32 - М.: ГЭОТАР-Медиа 2012. -480: «...Рентгенологическое исследование органов грудной клетки при диагностике заболеваний органов брюшной полости проводится для исключения заболеваний легких и средостения, которые могут являться причиной болевого синдрома...».

Таким образом, обязательность рентгенографии органов грудной клетки при заболеваниях органов брюшной полости определяется ситуационно, в рамках дифференциальной диагностики, при наличии необходимости исключения патологии органов грудной клетки.

Термин «молниеносное течение пневмонии» не является общепринятым. Пациентов с пневмониями традиционно оценивают по степени тяжести заболевания и прогнозу исхода, а не по течению. (Клинические рекомендации по диагностике, лечению и профилактике тяжелой внебольничной пневмонии у взрослых, М., 2014).

Для установления диагноза необходимы: анализ жалоб, анамнестических данных и данных объективного осмотра в комплексе с лабораторно-инструментальными методами исследования, которые необходимо проводить в короткий промежуток времени и отказ родственников от госпитализации, несомненно мог оказать влияние на развитие осложнений и повысить вероятность неблагоприятного исхода. В данном конкретном случае имел место оформленный отказ от госпитализации, предложенной фельдшером СМП на первичном вызове ДД.ММ.ГГГГ в 00:26 час.

Значимость методов физикального осмотра (пальпации, голосового дрожания и бронхофонии) повышается при типичном течении пневмонии. При нетипичном течении заболевания у пациентов пожилого возраста, их информационный вес существенно ниже и в таких случаях наличие пневмонии, степень вовлечения в процесс легочной ткани, характер осложнений (в том числе выпотным плевритом), практически невозможно определить без рентгенологического исследования органов грудной клетки.

Вышеприведенные заключения экспертов являются достаточно полными, подробными и мотивированными, выводы экспертов логичны, последовательными, эксперты обладают соответствующей квалификацией, предупреждены об уголовной ответственности, в связи с чем, суд принимает их в качестве доказательства по делу.

Разрешая вопрос о том, кто является лицом, на которого в силу установленных по делу обстоятельств и правовых норм должна быть возложена гражданско-правовая ответственность по возмещению морального вреда истцу, суд исходит из следующего.

Как следует из заключений экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, экспертизе качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколу оценки качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, при оказании ФИО1 медицинской помощи в КГБУЗ «ККБ-1» были допущены дефекты оказания медицинской помощи, а именно, неправильная диагностика послужила основанием для выбора неправильной тактики ведения больной в виде несвоевременной и не соответствующей основной патологии (пневмонии) медицинской помощи, в полном объеме диагностические исследования не были проведены, не были выполнены стандартные общеклинические лабораторные исследования. Установленные дефекты диагностики не способствовали эффективному и своевременному лечению патологического состояния (пневмония), создали ситуацию прогрессирования патологического процесса, и тем самым косвенно способствовали ухудшению состоянию здоровья ФИО1 и наступлению летального исхода. Между действиями врачей КГБУЗ ККБ-1 при диагностике и оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением последствий в виде смерти последней имеется причинно-следственная взаимосвязь косвенного (непрямого) характера.

При этом, как указано в вышеприведенных заключениях и в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ на всех рентгеновских снимках, представленных для анализа, имеются достаточно очевидные рентгенологические признаки правосторонней пневмонии, осложненной выпотным плевритом. С учетом нетипичного начала и течения пневмонии пациентки, достаточно характерных (нетипичность) для больных пожилого возраста, опираясь на данные проведенных рентгенологических исследований, диагноз пневмонии мог быть установлен. Все врачи, в силу служебных обязанностей независимо от своей специальности, вовлеченные в процесс диагностики пневмоний, обязаны уметь трактовать результаты рентгенографии органов грудной клетки.

В связи с чем, доводы представителя ответчика ФИО15 о том, что на начальном этапе невозможно было установить диагноз пневмонии, являются несостоятельными.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что КГБУЗ ККБ-1 является лицом, на которого должна быть возложена гражданско-правовая ответственность по возмещению морального вреда истцу.

Доводы представителя ответчика ФИО15 о том, что причина смерти ФИО20 инфекционно- токсический шок ничем не подтверждена, суд признает необоснованными, поскольку в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ указана причина смерти последней (внебольничная пневмония в нижней доле правого лёгкого тяжёлого течения, осложнённая правосторонним фибринозно-гнойным парапневмоническим плевритом и развитием инфекционно-токсического шока с развитием полиорганной (дыхательной, сердечнососудистой и почечно-печеночной) недостаточности), не доверять данному заключению у суда оснований не имеется, при этом доказательств того, что смерть ФИО20 наступила вследствие иных причин суду представлено не было.

Доводы представителя ответчика ФИО15 о том, что в заключении судебно-медицинской экспертизы № не дан ответ на вопрос о том, какие хронические и функциональные связи имеются между началом заболевания, состоянием больной ФИО1, приемом лекарственных средств, осмотрами терапевта КГБУЗ «Городская поликлиника №», торакального хирурга КГБУЗ «Краевой клинической больницей №» на догоспитальном и стационарном этапах оказания медицинской помощи, выявленными морфологическими изменениями при вскрытии, который мог бы установить причину смерти ФИО1, являются безосновательными, поскольку вопрос о причине смерти последней перед экспертами не ставился, ответ на данный вопрос дан в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы представителя ответчика ФИО18 о том, что между действиями врачей ККБ-1 и смертью ФИО1 отсутствует причинно-следственная связь, являются несостоятельными, поскольку несвоевременное установление диагноза больной, повлекло несвоевременное лечение пневмонии, что косвенно способствовало ухудшению состояния здоровья ФИО1 и наступлению летального исхода. При диагностике и оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением последствий в виде смерти последней имеется причинно-следственная взаимосвязь косвенного (непрямого) характера.

Что касается действий врача КГБУЗ «Городская поликлиника №» ФИО12, то суд учитывает, что выполнение всех диагностических мероприятий на дому: перкуссии легких, бронхофония и голосовое дрожание, подвижность легочных краев, назначение рентгенологического обследования, которые не были ею выполнены, не могло гарантировать установление правильного предварительного диагноза (заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ).

Также в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ эксперты пришли к выводу о том, что врач ФИО12 провела аускультацию, которая является наиболее значимой среди методов физикального осмотра при подозрении на пневмонию, поэтому недостатки осмотра в виде не проведения исследований голосового дрожания, бронхофонии, подвижности нижних легочных краев, не являются критичными и не могли бы дать дополнительную диагностическую информацию, особенно, учитывая характерную для пневмоний у лиц пожилого возраста скудость физикальных проявлений заболевания. Отсутствие исследований голосового дрожания, бронхофонии и подвижности легочных краев в данном конкретном случае, является недостатком диагностики, но некритичным для последующего исхода заболевания. Установить диагноз «Внебольничная пневмония» ФИО1 с нетипичным течением заболевания на основании однократного осмотра на дому, без проведения дополнительных лабораторно-инструментальных методов исследования практически невозможно.

Также суд учитывает, что врачом ФИО12 были сделаны назначения, однако выполнить их было невозможно по организационным и техническим причинам, поскольку ФИО1 была осмотрена ДД.ММ.ГГГГ во второй половине рабочего дня (пятница), когда лаборатория поликлиники уже заканчивает свою работу. Выполнить назначения возможно было только в понедельник.

При таких обстоятельствах, суд считает, что КГБУЗ «Городская поликлиника №» не является лицом, на которого должна быть возложена гражданско-правовая ответственность по возмещению морального вреда истцу.

Согласно ст.150 ГК РФ, к нематериальным благам закон относит жизнь и здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и доброе имя, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личную и семейную жизнь, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемые иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Разрешая заявленные требования о компенсации морального вреда, суд учитывает, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной /статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах/. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание индивидуальную особенность истца, близость его родства с потерпевшей, характер физических и нравственных страданий, вызванных невосполнимой утратой матери.

Также суд учитывает нетипичность протекания заболевания ФИО1, ее пожилой возраст, наличие многочисленных сопутствующих хронических заболеваний, прием ею препаратов Терафлю и ФИО35, что в совокупности затруднило диагностику и установление правильного диагноза больной, а также отказ родственников от госпитализации, который мог оказать влияние на развитие осложнений и повысить вероятность неблагопритяного исхода.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым взыскать с КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» Министерства здравоохранения <адрес> в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Согласно статье 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Как следует из материалов дела, истцом ФИО2 понесены расходы на погребение ФИО1 на общую сумму 102 255 рублей, которые подтверждаются копией чека от 16.11.2015 года и кассовым чеком на данную сумму. Данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в связи с чем, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 545 рублей 10 коп.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 к КГБУЗ «Краевая Клиническая больница №» Министерства здравоохранения Хабаровского края, КГБУЗ «Городская поликлиника №» о компенсации морального вреда, расходов на погребение - удовлетворить частично.

Взыскать с КГБУЗ «Краевая Клиническая больница № 1» Министерства здравоохранения Хабаровского края в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, расходы на погребение в размере 102 255 рублей.

Взыскать с КГБУЗ «Краевая Клиническая больница № 1» Министерства здравоохранения Хабаровского края в доход муниципального образования государственную пошлину в размере 3 545 рублей 10 коп.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская поликлиника №» Министерства здравоохранения Хабаровского края отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Хабаровска.

Судья Карпенко А.В.

Мотивированное решение изготовлено 12.07.2019.