Решение № 2-1426/2019 2-1426/2019~М-1274/2019 М-1274/2019 от 13 июня 2019 г. по делу № 2-1426/2019

Дело № 2-1426\2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2019 года г. Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Евдокимова И.В.,

при секретаре Хабло А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Тюрьма Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Ульяновской области, УФСИН России по Ульяновской области, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению Тюрьма Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Ульяновской области (далее – ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области), в обосновании заявленных требований указав, что отбывая пожизненное лишение свободы, в период с 2003 года по 2005 год содержался в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области. В течение всего пребывания в данном учреждении к нему при любом открытии камеры, где он содержался, во время обыска камеры, досмотра личных вещей применялись специальные средства – наручники при положении рук за спиной, что могут подтвердить его сокамерники. Применение к нему наручников доставляло ему неудобства, в том числе при посещении стоматолога, при визите к которому он, находясь в наручниках в положении рук за спиной, лежа в стоматологическом кресле на своих руках, испытывал продолжительную физическую боль; наручники стягивали кисти рук, впивались в спину. Лечение зубов при этом становилось невозможным, из-за чего он ограничивал посещения стоматолога. При применении наручников кисти его рук отекали, на запястьях появлялись вдавленные следы. В связи с этим условия его содержания оказывали на него неблагоприятное психологическое воздействие, вызывали чувства унижения, страха, упадок духа, безнадежность, состояние беззащитности, безразличие ко всему.

Считает данные действия администрации указанного учреждения незаконными, поскольку он в период нахождения в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области не пытался совершить побег, причинить вред себе либо окружающим. Согласно постановлению Димитровградского городского суда от 12.04.2005 он зарекомендовал себя в данном учреждении положительно, нарушений порядка отбывания наказания не допускал.

Просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного применения к нему наручников, в размере 300 000 руб.

Судом в качестве ответчиков по делу привлечены УФСИН России по Ульяновской области, Министерство финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Ульяновской области; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Ульяновский прокурор по надзору за исполнением федерального законодательства в исправительных учреждениях области.

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференцсвязи, истец ФИО1 исковые требования поддержал по снованиям, изложенным в иске, добавил, что сотрудники ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области не ограничивали его в возможности посещения стоматолога, но он сам вынужден был посещать данного врача реже из-за неудобств, связанных с применением наручников. Просил исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, пояснила, что ФИО1, осужденный к пожизненному лишению свободы, отбывал наказание в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области с (ДАТА) по (ДАТА). В период нахождения истца в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области действовали Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденные Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 30.07.2001 № 224. Надзор за осужденными осуществлялся в соответствии с Инструкцией об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 09.10.2003 №264 ДСП, который был уничтожен 07.09.2006 в связи с утратой своей силы. Названные истцом осужденные отбывали наказание в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области, но в одной камере с истцом содержатся не могли, исходя из требований законодательства к условиям содержания. Камерные карточки указанного выше периода не сохранились ввиду уничтожения за истечением срока хранения. Информация о применении в 2003-2005 годах в отношении истца специальных средств в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области отсутствует, поскольку материалы по применению спецсредств и физической силы, имеющие срок хранения 5 лет, уже уничтожены. Специальные средства в виде наручников могли применяться только при наличии оснований, указанных в п.п. 2, 4 ст. 30 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 за №5473/1. При этом, данная информация, в случае если имели место факты применения спецсредств(наручников) в отношении ФИО1, должна в обязательном порядке находиться в материалах личного дела этого осужденного по месту отбывания им наказания. Обыск камеры, в соответствии с требованиями УИК РФ, Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 09.10.2003 за №264 ДСП, мог производиться в отсутствии нахождения в ней осужденных, которые на время обыска помещаются в иное свободное помещение, за исключением случаев, не терпящих отлагательств. Полагала, что истцом не предоставлено доказательство факта причинения ему физических и нравственных страданий виновными действиями учреждения, потому требование о взыскании денежной компенсации морального вреда является необоснованным и неподлежащим удовлетворению.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ, Управления Федерального казначейства по Ульяновской области ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании не присутствовала; направила письменный отзыв, согласно которого считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, поскольку истцом не представлено доказательств наличия причинения ему вреда, противоправности действий(бездействия) причинителя вреда, причинной связи между противоправными действиями(бездействием) и вредом, вины лица, причинившего вред истцу. Т.е. условия для компенсации морального вреда отсутствуют; заявленный истцом размер компенсации морального вреда не подтвержден документально. На основании изложенного просила в удовлетворении иска ФИО1 отказать в полном объеме.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, Ульяновский прокурор по надзору за исполнением федерального законодательства в исправительных учреждениях области, в судебном заседании не участвовал, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела.

Суд в соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Установлено, что истец ФИО1, (ДАТА) г.рождения, осужден приговором Самарского областного суда от 05.07.1999г. по ст. 105 ч.2 п.п. «а,д,ж,з,н», ст. 30 ч.1, ст. 105 ч.2 п.п. «а,в,д,з,н», ст.66 ч.2, ст.117 ч.2 п.п. «в,г», ст. 119, ст. 150 ч.4, ст. 158 ч.2 п.п. «а,б,в», ст. 162 ч.3 п.п.«б,в», ст. 222 ч.1, ст. 69 ч.3 УК РФ к пожизненному лишению свободы в ИК особого режима, первые 10 лет в тюрьме.

При этом ФИО1 отбывал меру уголовного наказания в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области с (ДАТА) по (ДАТА).

Затем постановлением Димитровградского городского суда Ульяновской области от (ДАТА) переведен из тюрьмы в ИК особого режима, (ДАТА) убыл в <адрес> (л.д.29).

Обратившись с данным иском, ФИО1 указывает, что в результате систематического незаконного применения к нему спецсредств в виде наручников по причине его осуждения к пожизненному лишению свободы при выводах его из помещения камеры, ему причинен моральный вред, т.е. физические и нравственные страдания, оцениваемые истцом в 300 000 руб.

В силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации допускается возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина, как средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Ст. 10 УИК РФ предусмотрено, что при исполнении наказания осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим).

Согласно ч. 3 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Согласно Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Министерства юстиции РФ от 03.11.2005г. №205, передвижение осужденных к пожизненному лишению свободы за пределами камер, когда они своим поведением дают основания полагать, что могут совершить побег либо причинить вред окружающим или себе, осуществляется в наручниках при положении рук за спиной. В период нахождения истца в учреждении действовали Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений аналогичного содержания, утвержденные Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 30.07.2001 за №224.

Надзор за осужденными осуществлялся в соответствии с Инструкцией об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 09.10.2003 за №264 ДСП, уничтоженным 07.09.2006 в связи с тем, что документ утратил свою силу.

В соответствии со ст.30 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 за №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовное наказание виде лишения свободы» (в редакции, действовавшей в период нахождения истца в ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области) сотрудники уголовно-исполнительной системы имели право применять специальные средства в следующих случаях:

-для отражения нападения на работников уголовно-исполнительной системы, осужденных, заключенных и других граждан,

-для пресечения массовых беспорядков, групповых нарушений общественного порядка осужденными и заключенными, а также задержания правонарушителей, оказывающих злостное неповиновение или сопротивление персоналу,

-для освобождения заложников, захваченных зданий, сооружений, помещений и транспортных средств,

-при конвоировании и охране осужденных и заключенных, когда они своим поведением дают основания полагать, что могут совершить побег либо причинить вред окружающим или себе,

-для задержания и возвращения осужденных и заключенных, бежавших из-под стражи или из учреждения, исполняющего наказание.

В качестве специальных средств могли применяться, в том числе - наручники, в случаях, предусмотренных п.п. 2 и 4 ст. 30 указанного Закона Российской Федерации от 21.07.1993 за №5473-1. При отсутствии наручников сотрудники уголовно-исполнительной системы вправе использовать подручные средства связывания.

Т.е., специальные средства в виде наручников могли применяться только при наличии оснований, указанных в п.п. 2, 4 ст. 30 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 за №5473/1.

Согласно пояснениям представителя ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области, в данном учреждении отсутствует информация о фактах применения в 2003-2005 г.г. специальных средств в отношении осужденного ФИО1, поскольку все материалы по факту применения в отношении подозреваемых, обвиняемых и осужденных физической силы и специальных средств за 2003-2005 г.г. были уничтожены в соответствии с требованиями законодательства.

Так, материалы по применению спецсредств и физической силы за 2003 г. имели срок хранения 5 лет, и на основании акта на уничтожение дел №1673 от 02.04.2009г. уничтожены 02.04.2009г. (л.д.25-28).

Материалы по применению спецсредств и физической силы за 2004-2005г.г. имели срок хранения в соответствии с п.132 Приказа №017 от 2000г. 5 лет и на основании акта на уничтожение дел №940 от 25.02.2011 уничтожены 25.02.2011(л.д. 22-24).

При этом, согласно выписки из приказа Министерства Юстиции Российской Федерации от 23.06.2005 №94 дсп «Об утверждении Инструкции о работе отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России», в материалы личного дела подшиваются документы в отношении подозреваемых, обвиняемых, осужденных, в числе которых - документы о поощрениях, взысканиях. То же предусматривала Инструкция о работе отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем уголовно-исполнительной системы Министерства Юстиции Российской Федерации, утвержденная приказом Минюста РФ №148 дсп от 18.05.2001, действовавшая до принятия Инструкции №94 дсп от 23.06.2005.

В материалы гражданского дела из личного дела ФИО1 по запросу суда ФКУ ИК-18 У. Р. по ЯНАО представлены копии раппорта от (ДАТА) на имя начальника учреждения ЮН 78/Т УИН МО РФ по Ульяновской области, копии выписки из протокола №* от (ДАТА) заседания административной комиссии учреждения ЮН 78/Т УИН МО РФ по Ульяновской области. Содержащиеся в них сведения свидетельствуют о том, что осужденный ФИО1 высказывал намерения совершить побег из мест лишения свободы, в связи с чем было указано на целесообразность поставить его на профилактический учет, как склонного к совершению побега. В результате, ФИО1 был поставлен на профилактический учет, как лицо, склонное к побегу (л.д. 45, 49).

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля ФИО4 следует, что в отношении ФИО1 имело место применение специальных средств – наручников при выводе его из камеры.

При таких обстоятельствах, учитывая факт нахождения ФИО1 на профилактическом учете в период отбывания наказания в учреждении ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области, и принимая во внимание, что ФИО1 осужден к лишению свободы за совершение преступлений против жизни и общественной безопасности, применение специальных средств – наручников к нему администрацией учреждения ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области (ранее - ЮН 78/Т УИН МО РФ по Ульяновской области) в целях дополнительных гарантий личной безопасности сотрудников учреждения и иных лиц, соответствует Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений.

Возражения истца об отсутствии законных оснований для применения спецсредств-наручников опровергаются указанными выше обстоятельствами.

Тот факт, что ФИО1 постановлением Димитровградского городского суда от 12.04.2005 переведен из ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области в исправительную колонию особого режима, не свидетельствует о незаконности применения в отношении осужденного специальных средств. Указанное постановление было вынесено относительно конкретного временного периода, в рамках разрешения иных вопросов.

Согласно ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, вызванные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с п.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Поскольку доказательств факта причинения ФИО1 физических и нравственных страданий учреждением ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области, которые наступили в следствие неправомерных действий (бездействия) администрации данного учреждения, не представлено, требование истца о взыскании компенсации морального вреда является необоснованным и неподлежащим удовлетворению.

С учетом указанного, в удовлетворении исковых требований ФИО1 надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Тюрьма Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Ульяновской области, УФСИН России по Ульяновской области, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, принесено апелляционное представление в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме - 19.06.2019 года.

Судья И.В. Евдокимова