Решение № 2-2415/2019 2-2415/2019~М-2168/2019 М-2168/2019 от 19 декабря 2019 г. по делу № 2-2415/2019

Дело № 2-2415/19


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 декабря 2019 года г. Симферополь

Центральный районный суд города Симферополя Республики Крым в составе:

Председательствующего судьи – Федоренко Е.Р.,

при секретаре – ФИО4,

с участием представителя истца – адвоката ФИО5,

представителей ответчиков – ФИО6, ФИО7, действующих на основании доверенностей,

прокурора – ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, Обществу с ограниченной ответственностью «Крымский газобетонный завод» о возмещении морального ущерба, причиненного в результате несчастного случая на производстве, третье лицо – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Крым,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ИП ФИО2, ООО «Крымский газобетонный завод» о возмещении морального ущерба, причиненного в результате несчастного случая на производстве. Свои требования мотивировал тем, что с 2017 года он состоит в трудовых отношениях с ИП ФИО2 18.02.2019 года, находясь на рабочем месте, с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ему были причинены тяжелые травмы нижних конечностей: травматическая ампутация правой голени на уровне верхней – средней трети. Травматическая ампутация левой стопы на уровне ФИО3 сустава. Обширная рвано-размозженная рана области верхней трети, средней трети правой голени стопы. Открытый перелом верхней трети правой большеберцовой кости. Шок 2-й степени. На основании приказа №-од от ДД.ММ.ГГГГ комиссией по расследованию несчастного случая на производстве было установлено, что основной причиной произошедшего является нарушение технологического процесса, чем нарушен п.2.8 Инструкции по охране труда №14 для слесаря-ремонтника технологического оборудования, утвержденной Приказом Генерального директора ООО «Крымский газобетонный завод» № от ДД.ММ.ГГГГ. В результате комиссией сделано заключение, что лица, ответственные за тяжелый несчастный случай на производстве являются слесарь-ремонтник ООО «Крымский газобетонный завод» ФИО9, который перед началом работ обязан согласовать свои действия с оператором технологических установок, на которых он будет проводить ремонтные работы и убедиться, что его работа не угрожает жизни и здоровью других работников; и главный механик ФИО10, который нарушил п. 3.5 должностной инструкции Главного механика, утвержденной Генеральным директором ООО «Крымский газобетонный завод», а именно, не осуществил должный контроль за выполнением производственного задания своего подчиненного. По окончанию расследования был составлен акт о несчастном случае на производстве № (Форма Н-1), в котором отражены все вышеуказанные обстоятельства. Учитывая, что вред его здоровью причинен работниками ООО «Крымский газобетонный завод», общество должно возместить вред его здоровью, а также моральный ущерб. Согласно договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «Крымский газобетонный завод» (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор), арендодатель предоставляет во временное пользование линию резки и автоматическую обвязочную машину, техническое обслуживание осуществляется арендодателем. Поскольку ИП ФИО2 является источником повышенной опасности, он обязан возместить вред его здоровью, а также моральный ущерб. Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Учитывая, что вред ему был причинен двумя лицами, а именно ООО «Крымский газобетонный завод» и ИП ФИО2, то они должны нести солидарную ответственность за вред, причиненный его здоровью. В момент получения тяжелой производственной травмы он испытал сильную физическую боль, перешедшую в болевой шок. Физическая боль от полученных увечий до настоящего времени полностью не исчезла. В результате тяжелой производственной травмы истец получил инвалидность второй группы и нуждается в квалифицированном протезировании обоих ног. Прежний жизненный уклад истца кардинально изменился. Истец фактически лишен возможности вести полноценный образ жизни, так как существенно ограничен в передвижении, как пешком, так и на общественном транспорте. Он постоянно испытывает чувство тревоги и беспокойства за свою дальнейшую жизнь, работу, создание семьи. ООО «Крымский газобетонный завод» и ИП ФИО2 не обеспечили безопасные условия труда, в результате чего истец получил тяжелую производственную травму и как следствие испытывает моральные страдания. Просит взыскать с ответчиков солидарно 5 000 000,00 рублей в счет возмещения морального ущерба за причиненную тяжелую производственную травму.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, его представитель в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить. Пояснил, что ответчики не обеспечили безопасные условия труда, аттестация рабочих мест на предприятии не проводилась. Грубая неосторожность в действиях истца установлена не была. Любой, даже самый большой размер компенсации не сможет компенсировать утраченное здоровье истца, и не нормализует его физическое состояние. Заявленная сумма морального вреда является обоснованной, уставной капитал общества позволяет выплатить истцу такой размер денежных средств, и данная сумма не может быть расценена как незаконное обогащение истца за счет средств ответчика.

Представители ответчиков исковые требования признали частично. Не согласны с доводами истца о том, что вред ему был причинен источником повышенной опасности. В соответствии с Федеральным законом № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» линия резки и автоматическая обвязочная машина не относится к источникам повышенной опасности. Считают, что возмещение вреда – это мера гражданско-правовой ответственности. После несчастного случая для истца была приобретена инвалидная коляска с электроприводом, стоимостью 60000,00 руб., истец сопровождался ответчиком для быстрого решения вопросов, связанных со здравоохранением; ему была назначена компенсация в размере 33632,89 руб. в месяц, в общей сумме 255392,15 руб. Также истцу по инициативе ответчика была выплачена материальная помощь в размере 100000,00 руб. Все указанные действия были направлены для реальной помощи истцу. Для ответчика ИП ФИО2 заявленная сумма иска является неподъемной, поскольку обороты и доход индивидуального предпринимателя составляет минимальную часть заявленных требований. Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства прямого умысла ответчиков на причинение вреда, просят снизить сумму компенсации морального вреда до 300000,00 руб.

Представитель третьего лица – Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Крым в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, подал письменные пояснения, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Суд, выслушав участников судебного разбирательства, заключение прокурора, исследовав материалы дела, приходит к выводу о следующем.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации государством охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных в ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК Российской Федерации), предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 ТК Российской Федерации).

Частью 8 ст. 220 ТК Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение вреда осуществляется в соответствии федеральными законами и иными правовыми актами.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз. 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Судом установлено, что истец ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ состоит в трудовых отношениях с ИП ФИО2 на должности оператора технологических установок (л.д.9-10).

ДД.ММ.ГГГГ во время выполнения трудовых обязанностей с истцом ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого ему была причинена тяжелая травма нижних конечностей. Травматическая ампутация правой голени на уровне верхней – средней трети. Травматическая ампутация левой стопы на уровне ФИО3 сустава. Обширная рвано-размозженная рана области верхней трети, средней трети правой голени стопы. Открытый перелом верхней трети правой большеберцовой кости. Шок 2-й степени (л.д.107-108).

Местом несчастного случая является территория ООО «Крымский газобетонный завод», цех по производству газобетона. Несчастный случай произошел на третьей линии (линия резки массива). Травма нанесена передвижной тележкой, которая служит для подачи массива на линию резки.

Оборудование, использование которого привело к несчастному случаю: оборудование производственной линии NESS ACC SYSTEM KBT-S 350-900 по производству автоклавного газобетона.

Сведения о проведении специальной оценки условий труда (аттестации рабочих мест по условиям труда) с указанием индивидуального номера рабочего места и класса (подкласса) условий труда не проводились.

Указанные обстоятельства установлены Актом о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом), расследование тяжелого несчастного случая проведено на основании приказа №-од от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.28-35).

Согласно Акту о несчастном случае по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, лицами, ответственными за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая являются слесарь-ремонтник ООО «Крымский газобетонный завод» ФИО9, который нарушил п.2.8 Инструкции по охране труда № 14 для слесаря-ремонтника технологического оборудования, утвержденной Приказом Генерального директора ООО «Крымский газобетонный завод» № от ДД.ММ.ГГГГ, а именно слесарь-ремонтник перед началом работ обязан согласовать свои действия с оператором технологических установок, на которых он будет проводить ремонтные работы и убедиться, что его работа не угрожает жизни и здоровью других работников; и главный механик ФИО10, который нарушил п. 3.5 должностной инструкции Главного механика, утвержденной Генеральным директором ООО «Крымский газобетонный завод», а именно, не осуществил должный контроль за выполнением производственного задания своего подчиненного (л.д.36-40).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <адрес>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <адрес> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <адрес>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В силу п. 32 постановления Пленума Верховного Суда от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Согласно ст. 1099, 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда и независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Таким образом, законом предусмотрено возложение на причинителя вреда ответственности при причинении вреда жизни или здоровью гражданина, морального вреда и при отсутствии его вины, что является специальным условием ответственности.

Как ранее установлено, вред здоровью истцу ФИО1 причинен работниками ООО «Крымский газобетонный завод», а источник повышенной опасности – оборудование, использование которого привело к несчастному случаю – линия резки и автоматическая обвязочная машина, находилось во временном пользовании ИП ФИО2, на основании договора аренды имущества от ДД.ММ.ГГГГ, что не оспаривалось ответчиками, а также отражено в Акте о несчастном случае по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.36-40).

Противоправность поведения, вина работников ООО «Крымский газобетонный завод» и причинно-следственная связь с наступлением у истца соответствующих тяжелых травм нижних конечностей установлены Актом о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) №-од от ДД.ММ.ГГГГ, и Актом о несчастном случае по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.36-40).

Поскольку источником повышенной опасности, при использовании которого произошел несчастный случай, владел ИП ФИО2, его ответственность по возмещению вреда наступает независимо от вины.

При таких обстоятельствах суд полагает о наличии оснований для возложения на ответчиков солидарной ответственности за причинение вреда.

Доводы представителя ответчика ИП ФИО2 о том, что линия резки и автоматическая обвязочная машина не являются источником повышенной опасности, поскольку не указана в Приложении к Федеральному закону № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», суд считает несостоятельными, поскольку в соответствии с нормой ст. 1079 ГК РФ, деятельность с использованием механизмов, а также осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности, связана с повышенной опасностью для окружающих.

Наличие грубой неосторожности в действиях истца вышеназванным актом о результатах проведенного расследования по факту несчастного случая, не подтверждается.

Разрешая спор, учитывая степень вины ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда на предприятии, отсутствие не предприятии на момент несчастного случая аттестации рабочих мест, обстоятельства несчастного случая, основные его причины, тяжесть перенесенных истцом физических и нравственных страданий, и невозможность полного восстановления утраченного здоровья и физического состояния, а также учитывая требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, баланса интересов сторон, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчиков в пользу истца в счет компенсации морального ущерба, причиненного в результате несчастного случая на производстве, 2 000 000,00 руб.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать в солидарном порядке с Индивидуального предпринимателя ФИО2, и Общества с ограниченной ответственностью «Крымский газобетонный завод» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального ущерба, причиненного в результате несчастного случая на производстве 2000000,00 руб. (два миллиона рублей 00 копеек).

Взыскать в солидарном порядке с Индивидуального предпринимателя ФИО2, и Общества с ограниченной ответственностью «Крымский газобетонный завод» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб. (триста рублей 00 копеек).

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Центральный районный суд г. Симферополя в течение одного месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Судья Федоренко Э.Р.

Решение суда в окончательной форме составлено ДД.ММ.ГГГГ.