Решение № 2-1466/2017 2-1466/2017~М-1413/2017 М-1413/2017 от 24 декабря 2017 г. по делу № 2-1466/2017

Дело № 2-1466/2017 25 декабря 2017 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Лощевской Е.А.,

при секретаре Аксеновой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Приморского районного суда Архангельской области в г. Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным. В обоснование требований указал, что в ноябре 2017 года он узнал, что в октябре 2013 года его мать, ФИО3, подписала договор дарения квартиры, расположенной по адресу <адрес>, в результате чего квартира перешла в собственность ФИО2 (дочери истца). Полагает, что договор дарения является недействительным, так как ФИО3 событий заключения договора не помнит. Считает, что она (ФИО3) была обманута ФИО2, которая ввела ее в заблуждение, уговорила подписать договор дарения на данную квартиру, объяснив, что спорная квартира переходит в собственность ФИО1 Основанием для признания сделки недействительной, по мнению истца, являются: п. 1 ст. 177 ГК РФ, так как сделка не являлась волеизъявлением ФИО3, которая в момент ее совершения не осознавала окружающей ее обстановки, не была способна понимать значение своих действий и руководить ими; ст. 178 ГК РФ - поскольку даритель заблуждалась относительно природы сделки; ст. 179 ГК РФ – так как ФИО3 плохо понимала, что такое договор дарения, полагала, что собственником квартиры будет истец, а внучка ее обманула. ФИО1 проживает в указанной квартире более 19 лет, заботится о матери, покупает лекарства и продукты, сделал ремонт в квартире. Спорная квартира является единственным жильем ФИО3 и истца ФИО1, который зарегистрирован в указанной квартире с 1996 года. В силу возраста и состояния здоровья ФИО3 заблуждалась относительно природы сделки, предполагая, что спорная квартира переходит в собственность, по предполагаемому завещанию - истцу. В настоящее время ФИО2 имеет намерение продать квартиру.

В судебном заседании истец Река А.И на заявлении настаивал, поддержал доводы иска, указал, что в настоящее время его из квартиры не выселяют, но оспариваемая сделка нарушает его права, как единственного наследника первой очереди, так как после смерти ФИО3 квартира перешла бы по наследству ему.

Представитель истца ФИО5, участвующий в деле на основании доверенности, поддержал заявленные требования, в ходе судебного разбирательства отказался от обоснования признания сделки недействительной на основании ч. 1 ст. 177 ГК РФ, указав об отсутствии причин, предполагающих невменяемость ФИО3 в момент заключения договора дарения.

Ответчик ФИО2 с иском не согласилась, указав, что все время ее бабушка ФИО3, всем говорила о том, что квартира останется внучке (ответчику), о чем было составлено завещание в 2002 году. Договор дарения оформили в 2013 году по настоянию ФИО3, которая боялась, что ее сын (истец) может оспорить завещание. Полагает, что ФИО3 в настоящее время изменила свое мнение под давлением сына (истца).

Представитель ответчика ФИО6, участвующая в деле на основании доверенности, возражала против удовлетворения иска, указав, что ФИО1 не является заинтересованным лицом по сделке, так как его правовое положение, как при собственнике ФИО3, так и при собственнике ФИО2, осталось одинаковым, из квартиры ответчик истца не выселяет, вследствие чего права его не нарушены, следовательно, ФИО1 является ненадлежащим истцом. Полагает, что стороной истца не предоставлено доказательств, являющихся основанием для удовлетворения иска.

Третье лицо ФИО3 пояснила, что желает, чтобы квартира осталась ей, так как ФИО2 уговорила переписать квартиру на нее (внучку), а сейчас она (ФИО3) с этим не согласна.

Заслушав стороны, их представителей, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности с нормами действующего законодательства, суд приходит к следующему.

Ответчик ФИО2 является собственником квартиры, расположенной по адресу <адрес>. Основанием для возникновения права собственности на квартиру явился договор дарения квартиры, заключенный 17 октября 2013 год между ФИО3 и ФИО7

Со слов истца, он узнал о заключении указанного договора осенью 2017 года, считает его недействительным на основании ст.ст. 178, 179 ГК РФ, в связи с чем обратился в суд.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 3 ст. 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии с ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Как установлено в судебном заседании, условия, оговоренные в договоре, были выполнены сторонами в полном объеме. 31.10.2013 указанный договор зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (запись регистрации 29-29-01/132/2013-097.

В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Согласно пункту 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обращаясь в суд с иском, истец ссылался на то, что его мать была обманута внучкой (ответчиком) и введена в заблуждение относительно того, кому переходит в собственность квартира, так как мать предполагала, что квартира переходит в собственность ее сына, Реки А.И.

По смыслу статей 4, 45, 46, 47, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) обязанность доказывания лежит на сторонах, заявляющих требования относительно предмета спора. Стороны доказывают не только те обстоятельства, на которые ссылаются, но и те, которые в их интересах должны быть установлены судом по конкретной категории дел.

В Постановлении Европейского суда по правам человека от 26 июля 2007 года по делу «М. против Российской Федерации» указано, что «бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том кто его отрицает».

Положения указанных норм разъяснены сторонам в ходе судебного разбирательства.

В нарушение статьи 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих факт обмана и введения в заблуждение Дарителя ФИО3 в момент заключения договора дарения квартиры Одаряемой Река Л.А., стороной истца представлено не было, в материалах дела таких сведений не содержится, судом не добыто.

Из договора дарения следует, что по данному договору квартира переходит в собственность Река Л.А., на момент подписания договора квартира не заложена, не обещана в дар, стороны заявили, что они не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать существо подписываемого ими договора, а также об отсутствии обстоятельств, вынуждающих их совершать указанную сделку на крайне не выгодных для себя условиях.

Указанный договор подписан ФИО3 собственноручно и не оспаривается в установленном законом порядке. В судебном заседании подлинность подписи в договоре ФИО3 подтвердила.

Из пояснений ответчика, свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10 следует, что ФИО3 имела намерение оставить квартиру после своей смерти внучке Луизе, так как отношения с сыном у нее были плохие из-за его употребления спиртными напитками, в пьяном виде сын ФИО1 поднимал на мать руку, выгонял ее из дома, первоначально было составлено завещание, однако ФИО3 опасалась, что сын уничтожит завещание или оспорит его, поэтому попросила Луизу оформить договор дарения квартиры на внучку. Во время поездки в Архангельск для заключения договора дарения квартиры и на обратной дороге ФИО3 выражала радость от того, что квартира теперь будет находится в собственности ФИО7, после приезда домой пили по этому поводу чай, ФИО3 при этом каких-либо претензий по поводу перехода квартиры в собственность внучке не высказывала. ФИО9 (соседка ФИО3) также пояснила, что примерно год назад ФИО3 делилась с ней радостью по поводу того, что оформила дарение квартиры внучке, пояснив, что теперь будет спокойной. О намерении ФИО3 оставить квартиру внучке Луизе также пояснила свидетель ФИО11

О намерении ФИО3 в дальнейшем оставить квартиру внучке, также свидетельствует завещание от 03 апреля 2002 года, согласно которому ФИО3 завещает спорную квартиру внучке Река Л.А. Завещание до настоящего времени не отменено, сторонами в установленном порядке не оспаривалось.

Проанализировав собранные по делу доказательства, в том числе показания допрошенных свидетелей, применив нормы действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения, суд полагает, что доказательств о том, что подписывая спорный договор дарения квартиры, ФИО3 заблуждалась относительно его правовой природы и, полагая, что подписывает документ о дарении квартиры сыну Река Л.А., а также доказательств отсутствия воли ФИО3 на совершение сделки дарения квартиры либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования.

Кроме этого, заслуживает внимания довод стороны ответчика о том, что ФИО1 является ненадлежащим истцом по делу. К данному выводу суд приходит на основании следующего:

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел, п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. ст. 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что правом на обращение в суд с иском о признании недействительной сделки, совершенной под влиянием заблуждения и обмана, обладает сторона по сделке, а после его смерти - его наследники.

В настоящее время ФИО3 с самостоятельным иском в суд об оспаривании договора дарения квартиры не обращалась.

Также нет оснований полагать, что оспариваемая сделка нарушает права истца, как зарегистрированного в указанной квартире, так как правовое положение ФИО1, как жильца квартиры, которая не принадлежала ему как до оформления договора дарения на ответчика, так и после этого, не изменилось, доказательств тому, что ответчик имеет намерение продать указанную квартиру и выселить из квартиры своего отца (ФИО1) не представлено, напротив, в своих пояснениях ФИО2 указанное отрицает. Довод истца о том, что оспариваемая сделка нарушает его права, как единственного наследника первой очереди к имуществу ФИО3, судом не принимается на основании правовых норм, изложенных выше.

С учетом указанного суд полагает, что истец ФИО1 является ненадлежащим истцом по делу.

Таким образом, суд приходит к убеждению, что истец имела намерение произвести отчуждение принадлежащей ей квартиры по договору дарения, желала и добивалась наступления соответствующих правовых последствий договора в виде передачи ответчику квартиры на праве собственности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 (в ред. от 7 февраля 2017 г.) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Как видно из дела, оспариваемый истцом договор был заключен 31 октября 2013 г., в суд с настоящим иском обратился 21 ноября 2017 г.

На заявление представителя ответчика о пропуске срока исковой давности истец указал, что об оспариваемой сделке, заключенной между ФИО3 и Река Л. А. он узнал в ноябре 2017 года, когда, в связи с пожаром в подъезде, понадобились документы на квартиру. Из пояснений ответчика в судебном заседании следует, что отцу ФИО1 она документы на квартиру не показывала, о договоре дарения не говорила.

Таким образом, заявление истца о том, что он узнал о совершении оспариваемой сделки в ноябре 2017 года, в ходе судебного заседания не опровергнуто стороной ответчика.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При таких обстоятельствах, установленный ч. 2 ст. 181 ГК РФ годичный срок исковой давности для признания оспариваемой сделки недействительной в данном случае истцом не пропущен.

Анализируя изложенное, суд не находит предусмотренных законом оснований для признания договора дарения от 17 октября 2013 года недействительным по заявленному истцом правовому основанию, в связи с чем исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Приморский районный суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Лощевская