Решение № 2-312/2017 2-312/2017~М-166/2017 М-166/2017 от 30 августа 2017 г. по делу № 2-312/2017

дело № 2-312/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 августа 2017 год город Орел

Железнодорожный районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Авраменко О.В.

при секретаре Кириловой Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении районного суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании доверенности недействительной, признании сделок по отчуждению имущества недействительным, включении имущества в наследственную массу, взыскании денежных средств,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 и ФИО4 о признании доверенности недействительной, признании сделок по отчуждению имущества недействительным, включении имущества в наследственную массу, взыскании денежных средств. В обоснование требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ умер её отец – ФИО2, приходившийся ответчице ФИО3 отцом, а ФИО4 – мужем.

При жизни ФИО2 принадлежало имущество: 2-комнатная <адрес> в <адрес>, земельный участок 6 соток в СТ «Домнино» с летним духэтажным кирпичным домом, гараж № в ПГК «Нива», расположенный по адресу: <адрес>, автомобиль марки ВАЗ 2115, государственный регистрационный знак №/рус, 2011 года выпуска, денежные счета в ПАО «Сбербанк России».

При жизни ФИО2 являлся инвалидом 2 группы по общему заболеванию, страдал рядом возрастных заболеваний, в том числе онкологическим, сосудистыми заболеваниями и отклонениями в психике. Проживал совместно с ответчиками и вел с ними совместное хозяйство.

После его смерти истец обратилась к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство. И в декабре 2016 года ей стало известно, что наследство состоит из денежных средств в размере 700,00 рублей, находящихся в ПАО «Сбербанк России».

Ответчики от вступления в наследство отказались.

Истец указывает, что отец являясь военным пенсионером и инвалидом П группы, имел пенсионные накопления на счетах в банке. В феврале 2014 года оформил на ФИО3 доверенность, на основании которой ответчица оформляла гражданско-правовые сделки с имуществом, принадлежащим ФИО2 и распоряжалась денежными средствами.

Поскольку ФИО2 страдал психическим заболеванием и не мог отдавать отчет своим действиям с 2013 года, он не мог самостоятельно принимать решения, ответчик ФИО3, воспользовавшись его состоянием, на протяжении 2015 и 2016 годов снимала со счета отца денежные средства и распоряжалась ими по своему усмотрению.

Истец просит суд признать доверенность от ДД.ММ.ГГГГ недействительной, включить в наследственную массу <адрес>, земельный участок 6 соток в СТ <адрес> с летним духэтажным кирпичным домом, гараж № в ПГК «Нива», расположенный по адресу: <адрес>, автомобиль марки ВАЗ 2115, государственный регистрационный знак №/рус, 2011 года выпуска, денежные счета в ПАО «Сбербанк России» и установить факт принятия истцом наследства после смерти ФИО2.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО5, действующая на основании ордера, неоднократно исковые требования уточняли и, окончательно определившись с требованиями, указали, что считали договор дарения земельного участка земельный участок площадью 600,00 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>» и доверенность, выданную на имя ФИО3 на право распоряжения денежными вкладами от ДД.ММ.ГГГГ недействительными, поскольку на момент составления договора дарения и доверенности ФИО2 не понимал значение своих действий и не мог ими руководить, был в преклонном возрасте, страдал заболеваниями, способными повлиять на психическое состояние здоровья. Ссылаясь на положения ст. ст. 1111, 1152, ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, просили признать доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, выданную на имя ФИО3 недействительной; признать незаконным снятие денежных средств и пользование ими ФИО3 с расчетных счетов ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно в размере 2 406 799,36 рублей; признать договор дарения земельного участка площадью 600,00 кв.м расположенного по адресу: <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ г. недействительным; прекратить право собственности ФИО3 на земельный участок; включить земельный участок и денежные средства в размере 2 406 799,36 рублей в наследственную массу после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, признать за ФИО1 право собственности на ? доли в праве на земельный участок площадью 600,00 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> в порядке наследования после смерти ФИО2 и взыскать с ФИО3 денежные средства в сумме 2 406 799,36 рублей..

От требований в части признания права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, гараж в ГСК «Нива», автомобиль марки Автомобиль марки ВАЗ 2115, государственный регистрационный знак №рус, 2011 года отказались.

Ответчики ФИО3 и ФИО4, а также их представители ФИО6 и ФИО7, действующие на основании ордеров и доверенностей, просили суд отказать ФИО1 в удовлетворении требований, поскольку ответчики проживали одной семьей, вели общее хозяйство, денежные средства, которые снимались ФИО3 со счета ФИО2, передавались ФИО4 и являлись совместно нажитым имуществом супругов. Денежные средства шли на содержание и лечение ФИО2, бытовые нужды. Сделки с имуществом, были совершены с согласия ФИО2 и ФИО4. ФИО2 психическими расстройствами не страдал, а доверенность выдал, так как был слаб физически и не мог самостоятельно посещать банк. Также полагали, что истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о признании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ на распоряжение банковскими вкладами и договора дарения земельного участка недействительной.

Определением суда от 05.04.2017 года к участию в деле в качестве соответчика был привлечен ФИО8.

От требований к ФИО8 о признании сделки купли-продажи автомобиля марки ВАЗ 2115, государственный регистрационный знак №/рус, 2011 года и признания права собственности на него ФИО1 отказалась (т. 3 л.д. 4).

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу первого абзаца пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами.

При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку (п. 1 ст. 183 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО2 приходился истцу ФИО1 и ответчице ФИО3.

С ответчицей ФИО4 состоял в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 31).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер (т. 1 л.д. 84).

При жизни ФИО2 принадлежала 2х-комнатная <адрес> в <адрес> согласно договору на передачу квартиры в собственность от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 60, 176).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключил с ФИО3 договор дарения указанной квартиры (т. 1 л.д. 77, 178), сделка прошла государственную регистрацию.

Автомобиль марки ВАЗ 2115, государственный регистрационный знак №рус, 2011 года выпуска был продан ФИО11 внуку – ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 101, 183, 184, 185).

Также ФИО8 был передан металлический гараж ГПК «Нива» расположенный по адресу: <адрес>,. (т. 1 л.д. 186).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключил договор дарения с ФИО3, согласно которому подарил ФИО3 земельный участок площадью 600,00 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 177). Сделка прошла государственную регистрацию.

Являясь военным пенсионером, ФИО2 получал пенсию Министерства обороны в размере 40 628,36 руб. и дополнительное материальное обеспечение в размере 1 000,00 рублей (т. 1 л.д. 99), а также пенсию через пенсионный фонд по категории «Участники ВОВ, ставшие инвалидами» в размере 7 284,05 руб. (т. 1 л.д. 20, 97).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 оформил на ФИО3 доверенность на право распоряжения денежными вкладами, хранящимися в АО «Сбербанк России», удостоверенной нотариусом ФИО9 (т. 2 л.д. 16).

В соответствии с требованиями части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Учитывая, что стороной ответчиков по данному гражданскому делу оспаривался факт нахождения ФИО2 в состоянии, не позволяющем понимать значение своих действий и руководить ими при выдаче доверенности и заключении договора дарения земельного участка, для разрешения данного вопроса судом была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению комиссии врачей судебно-психиатрических экспертов БУЗ Орловской области Орловский психоневрологический диспансер № от ДД.ММ.ГГГГ, при жизни ФИО2 обнаруживал признаки расстройства психики в форме органического расстройства личности вследствие смешанных причин (сосудистое заболевание головного мозга, раковая интоксикация). Степень изменений психики подэкспертного в отсутствие продуктивных психопатологических расстройств, грубых нарушений мышления, памяти. Интеллекта, при удовлетворительной социальной адаптации была выражена не столь значительно и не лишала ФИО2 в период с января 2012 года по декабрь 2013 года возможности правильно понимать значение своих действий и руководить ими. В последующем, ориентировачно, с декабря 2013 года на фоне утяжеления стоматического состояния подэкспертного, отмечалось существенное изменение психического состояния подэкспертного с грубыми нарушениями внимания, памяти, мышления, нелепым поведением, дезориентировкой в окружающем и лицах, психологическими эпизодами по типу делириозных. Степень указанных изменений психики была столь значительна, что лишала ФИО2 способности правильно понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания доверенности ДД.ММ.ГГГГ и в последующем.

Допрошенная в судебном заседании в качестве эксперта ФИО10 поддержала экспертное заключение в полном объеме, пояснила, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ способность ФИО2 осознавать значение своих действий, их юридические последствия и руководство своими действиями в период подписания доверенности и договора дарения была утрачена. Эксперты пришли к выводу, что в момент выдачи доверенности и заключения сделки по дарению земельного участка он не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд признает убедительным и допустимым доказательством заключение комиссии экспертов, так как оно содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные выводы и исчерпывающие ответы на поставленные судом вопросы, оснований сомневаться в этих выводах у суда не имелось.

Экспертиза была проведена комиссией экспертов, обладающих специальными познаниями в области медицины и психиатрии, эксперты об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения предупреждены, экспертиза проведена по материалам гражданского дела, медицинским документам и другим материалам, экспертами даны ответы на все поставленные вопросы в письменной форме, содержание заключения соответствует ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доказательств опровергающих выводы экспертов, ни истцом, ни ответчиками не представлено. Эксперты исходили из исследованных обстоятельств, путем оценки представленных сторонами доказательств, в том числе учитывая показания свидетелей, как со стороны истца, так и ответчиков.

Ответчики, в свою очередь, в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представили доказательств, опровергающих результаты судебной экспертизы.

Доводы ответчиков о состоянии здоровья ФИО2 а именно: что он понимал значение своих действий, мог руководить ими, не страдал какими-либо психическими расстройствами - носят предположительный характер, поскольку ответчики специальными познаниями в области психиатрии не обладают. Не обладают такими познаниями и свидетели ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлен факт того, что при совершении оспариваемых сделок ФИО2 не осознавал значение своих действий и не руководил ими.

Оценивая установленные по делу фактические обстоятельства, представленные сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательства, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 в части признания договора дарения земельного участка площадью 600,00 кв.м расположенного по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ г. недействительным, прекращении права собственности ФИО3 на земельный участок; включении земельного участка в наследственную массу после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ и признании за ФИО1 право собственности на ? доли в праве на земельный участок площадью 600,00 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> в порядке наследования после смерти ФИО2, а также признании недействительной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ФИО2 своей дочери ФИО3 на право распоряжаться банковскими вкладами.

В то же время, требования истца о включении в наследственную массу денежных средств и взыскании с ФИО3 денежных средств в сумме 2 406 799,36 рублей удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов наследственного дела на момент смерти у ФИО2 денежных средств в размере 2 406 799,36 рублей не имелось.

Судом установлено и не оспаривалось ответчиками, что пенсионные сбережения ФИО2 поступали на его счет в ПАО «Сбербанк России», а в последующем через почту России пенсию ФИО2 на дому получала его жена ФИО4, что подтверждается как показаниями ответчиков, так и справками Управления пенсионного фонда и материалами личного дела ФИО2 военного комиссариата Орловской области.

В судебном заседании ответчики не отрицали тот факт, что денежные средства в размере 77 207,59 руб., 96 892,45 руб., 54 200,00 руб. были сняты ФИО3 со счетов ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ сняты денежные средства в размере 208 240,20 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 54 000,00 руб., ДД.ММ.ГГГГ 46 700,00 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 47 500,00 руб..

Указанные обстоятельства подтверждаются также выписками по лицевым счетам.

В судебном заседании ФИО4 подтвердила, что указанные денежные средства были сняты ФИО3 и переданы ей. При этом все действия по снятию денежных средств были произведены с согласия ФИО2. Денежные средства пошли на лечение её мужа, приобретение лекарств, одежды, средств по уходу за ним. Часть денег ею были переданы внукам в качестве подарка.

Ответчик ФИО3 также в судебном заседании утверждала, что все денежные средства ею были переданы родителям и снимала она их с указания отца и матери. Поскольку они проживали одной семьей и вели общее хозяйство, часть денежных средств тратилась на семейные нужды, а остальными распоряжалась ФИО4

Таким образом, суд приходит к выводу, что денежные средства являлись совместным нажитым имуществом супругов ФИО20.

В силу ст. 35 СК РФ, ст. 253 ГК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов определяется по обоюдному их согласию.

Поскольку в судебном заседании бесспорно установлено, что денежными средствами ФИО2 распоряжалась с согласия мужа, а также по собственному усмотрению, суд приходит к выводу, что пенсия ФИО2 не может быть включена в сосав наследственного имущества, в связи с чем, требование ФИО1 о включении денежных средств в наследственную массу удовлетворению не подлежит.

Довод ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании доверенности и договора дарения земельного участка недействительными суд находит необоснованным.

По смыслу пункта 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

В силу положений статьи 166 ГК РФ, данная сделка является оспоримой.

Согласно статье 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В судебном заседании установлено, что между истцом и ответчиками сложились неприязненные отношения. ФИО1 в квартире ответчиков не бывала, общалась с отцом только по телефону и при встречах на улице, поэтому не могла знать о наличии доверенности и договора дарения земельного участка. При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности для защиты нарушенного права истицы не истек, каких либо допустимых доказательств, подтверждающих доводы ответчиков о том, что ФИО1 была осведомлена о сделках в суд не представлено, не добыто таких доказательств и при рассмотрении данного дела.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения земельного участка площадью 600 кв.м. кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Прекратить право собственности ФИО3 на земельный участок площадью 600 кв.м кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>.

Признать право собственности на ? долю в праве на земельный участок площадью 600 кв.м кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес> за ФИО1 в порядке наследования.

В остальной части иска ФИО12 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Орла.

Мотивированный текст решения будет изготовлен 05 сентября 2017 года.

Судья Авраменко О.В.