Решение № 2-4807/2025 2-516/2016 2-516/2026 2-516/2026(2-4807/2025;)~М-3990/2025 2-516/26 М-3990/2025 от 7 мая 2026 г. по делу № 2-4807/2025

Дело № 2-516/2016

УИД 76RS0013-02-2025-00 4192-63

Мотивированное
решение изготовлено 08 мая 2026 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 апреля 2026 года г. Рыбинск Ярославской обл.

Рыбинский городской суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Орловой М.Г.,

при секретаре Палиловой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, Обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, Обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр», в котором просит взыскать с надлежащего ответчика сумму ущерба, причиненного заливом квартиры, в размере 265 420 рублей, расходы на оплату отчета об оценке в сумме 6 000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб., штраф.

Свои требования истец мотивировал следующими обстоятельствами:

ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>. ООО «УК «Центр» является организацией, обслуживающей дом, в котором расположена принадлежащая истцу квартира. 23.06.2023 года в результате пожара, произошедшего в вышерасположенной <данные изъяты>, а также ликвидации его последствий, произошло затопление принадлежащей истцу квартиры, следствием которого явилось повреждение внутренней отделки и домашнего имущества. 01.07.2023 года произошло повторное затопление принадлежащей истцу квартиры в связи с течью находящегося в квартире <данные изъяты> стояка горячего водоснабжения, входящего в состав общедомового имущества. Для определения стоимости причиненного ущерба истец обратился к оценщику, согласно заключению которого, стоимость устранения причиненных повреждений составляет 265 420 руб.

Истец ФИО1, ее представитель по устному ходатайству ФИО3, в судебных заседаниях заявленные требования поддержали в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ООО «УК «Центр» - ФИО4, действующая по доверенности, в судебных заседаниях обстоятельства, изложенные в иске не оспаривала, заявленные к обществу требования признала частично. В обоснование своих возражений пояснила, что 23.06.2023 года в квартире <данные изъяты> произошел пожар, а 01.07.2023 года в результате аварии на общедомовом стояке горячего водоснабжения произошло её затопление; между этими событиями сотрудниками управляющей компании квартиры истца и ответчика не осматривались. 03.07.2023 ФИО1 обратилась в управляющую компанию с заявлением об обследовании ее квартиры; акт осмотра составлен 06.07.2023 года. Причиной пожара, произошедшего в квартире <данные изъяты>, явилась работа включенных в одну розетку бытовых приборов в опасном режиме. Установлено, что имелся залом на проводе, то есть он имел признаки повреждения, не связанного с пожаром. Также не плотность контактов часто служит причиной возгорания. Таким образом, причиной возгорания явилась неисправность в электроприборах или в соединительных шнурах. Наличие проблем во внешней сети установлено не было. Электропитание в квартире было, обращений по вопросу некорректной работы внешних сетей не поступало. Таким образом, залив квартиры истца, произошедший в результате тушения пожара, находится в причинно – следственной связи с неисправностью оборудования, установленного в указанной квартире, что находится за рамками зоны ответственности управляющей компании. С учетом сложности рассматриваемого спора и обстоятельств дела ходатайствовала о снижении размера заявленного к взысканию штрафа, а также компенсации морального вреда в случае удовлетворения исковых требований в указанной части.

Ответчик ФИО2, ее представитель по устному ходатайству ФИО5 в судебных заседаниях обстоятельства, изложенные в иске, не оспаривали, против удовлетворения заявленных к ФИО2 требований возражали, поддержав доводы, изложенные в письменной правовой позиции (т. 2 л.д. 186-205). В обоснование своих возражений указали, что надлежащим ответчиком является ООО «УК «Центр», поскольку в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих виновность ФИО2 в произошедшем пожаре. В заключении же пожарно-технической экспертизы сделан вывод лишь о вероятной причине пожара. Со стороны ФИО2 не допущено нарушение правил противопожарной безопасности; все электрические приборы, установленные в кухне ее квартиры, были новые, они оборудованы автоматическими выключателями и эксплуатировались согласно рекомендациям производителей. Пожар произошел в результате короткого замыкания в приборе, включенном в розетку. Причины замыкания установлены не были, но в случае, если бы сработала система защиты, установленная в распределительной коробке в общедомовом щитке, пожар бы не случился. Проверка защитных устройств включена в перечень обязательных работ, которые должна проводить управляющая компания не реже, чем один раз в год. Кроме того, в феврале 2023 года ФИО2 обращалась в управляющую компанию в связи с тем, что стояк горячей воды подтекал в стыке соединений, однако, аварийная служба каких – либо ремонтных работ не выполнила, порекомендовав засыпать место течи солью. После произошедшего пожара ФИО2 повторно вызывала аварийную бригаду в связи с течью стояка, однако, каких-либо мер предпринято также не было. Через неделю стояк прорвало и затопило всю квартиру. Также указали, что обследование принадлежащей ФИО2 квартиры не проводилось. Акт же обследования жилого помещения истца составлен специалистами управляющей компании 06.07.2023 г. на основании заявления о назначении комиссии в связи с затопление из-за разрыва стояка горячего водоснабжения в кв. <данные изъяты>. Таким образом, необходимость обращения истца в управляющую компанию обусловлена именно масштабом ущерба от второго затопления. Отметили, что вопреки требованиям, предъявляемым законодательством, в акте управляющей копании нет никакой фактической информации об ущербе по каждому из помещений. Из его буквального текста усматривается, что в нем перечислены повреждения, якобы причиненные в результате первого затопления, после вторичного затопления новых повреждений специалисты не выявили. Однако, поскольку повреждения, причиненные в результате первого затопления, должным образом не фиксировались, приведенные в акте выводы о тождественности повреждений сомнительны. Кроме того, в целях объективной и достоверной фиксации повреждений, причиненных квартире истца, надлежало пригласить на осмотр ФИО2, чего сделано не было, а акт о заливе ей не предъявлялся. Указанное свидетельствует о том, что акт от 06.07.2023 г. является недопустимым доказательством вины ФИО2 Помимо указанного, представленный истцом отчет о стоимости восстановительного ремонта является недопустимым доказательством по делу, поскольку договор на оценку заключён после второго затопления, в самом же отчете в качестве даты оценки указана дата, когда произошел пожар, а фотографии выполнены оценщиком 04.07.2023 года; из отчета с достоверностью невозможно установить, какие события положены в основу оценки.

Третье лицо ФИО6 в судебные заседания не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался судом надлежащим образом, направил в суд своего представителя по доверенности ФИО7, который в судебных заседаниях пояснял, что в результате раздела совместно нажитого имущества ФИО6 является сособственником квартиры, в которой возникали аварийные ситуации, приведшие к затоплению квартиры истца. Брак между П-выми расторгнут, в настоящее время также как и на момент рассматриваемых аварий ФИО6 проживает в другой стране; о произошедшем ему стало известно со слов ФИО2, а также из полученных им документов.

Свидетель <данные изъяты> опрошенная 26.02.2026 г. в ходе предварительного судебного заседании, показала, что ФИО1 приходится ей сестрой, в квартире ФИО1 проживает совместно с их матерью. После пожара, произошедшего в квартире <данные изъяты>, вода текла по стенам квартиры <данные изъяты>, в результате чего были повреждены кухня, коридор, большая комната, а также комната с балконам, в остальных помещениях протечек не было. Также она приезжала к сестре в день, когда произошел разрыв стояка. В результате последней аварии была залита кухня, большая комната, следующая за ней вторая комната (там была вода в подвесном потолке), в остальных помещениях было сухо. После второго затопления повреждения усугубились. После первого затопления соседи сверху в квартиру истца не спускались, после второго затопления они приходили, все осматривали. После затопления в квартире ФИО1 был сделан частичный ремонт: произведена замена ДВП на полу, в трех комнатах были заменены обои.

Выслушав стороны, свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам:

В силу п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Исходя из п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 N 581-О-О, положение ч. 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливает в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагает на последнего бремя доказывания своей невиновности.

При обращении с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице.

В силу вышеприведенных норм материального права и руководящих разъяснений вышестоящих судов Российской Федерации, установлена презумпция вины причинителя вреда, который может быть освобожден от ответственности лишь в том случае, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Положения ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляют принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон.

Границы предмета доказывания определяются предметом (конкретным материально-правовым требованием к ответчику) и основанием иска (конкретными фактическими обстоятельствами, на которых истец основывает свои требования), право на изменение которых принадлежит только истцу.

Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 59, 60, 67 ГПК РФ).

В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

Судом установлено, и сторонами не оспаривалось, что ФИО1, ФИО8 и ФИО9 в равных долях (по 1/3 доли каждый) являются собственниками жилого помещения, расположенного по адресу: <данные изъяты> этаже многоквартирного жилого дома.

Этажом выше в указанном доме расположена квартира <данные изъяты>, собственниками которой являются ФИО6 и ФИО2; фактически по указанному адресу проживает ФИО2 со своими несовершеннолетними детьми: <данные изъяты>

Управление домом по указанному адресу осуществляет ООО «Управляющая компания «Центр».

23.06.2023 года в квартире <данные изъяты> имел место пожар, в процессе тушения которого была залита как квартира <данные изъяты>, так и расположенная под ней квартира <данные изъяты>.

01.07.2023 года в кухне квартиры <данные изъяты> имела место течь стояка системы ГВС, в результате чего была повторно залита как квартира <данные изъяты>, так и расположенная под ней квартира <данные изъяты>.

Разрешая спор относительно лица, к зоне ответственности которого относятся причины возгорания, и как следствие на которого возникает обязанность по возмещению ущерба, причиненного в результате его тушения, суд исходит из того, что согласно материалам проверки по факту пожара КРСП <данные изъяты> от 28.06.2023 г. очаг пожара находился в правом дальнем углу помещения кухни.

Согласно письменным объяснениям ФИО2, отобранным у нее 23.06.2026 г. и 26.06.2026 г. в указанный день она находилась на работе, в квартире оставались дети. ФИО2 в период времени с 11 до 12 часов ушла из дома гулять, <данные изъяты> оставался дома один. О пожаре ФИО2 узнала по телефону от сына в 15:07 (15:09). На кухне находился кухонный гарнитур и холодильник слева от входа. В электрическую сеть был включён холодильник, электроподжиг газовой плиты, вытяжка, маленький духовой шкаф. Электроподжиг, вытяжка и духовой шкаф были подключены в разные розетки, находящиеся на одной линии и подключены к одному автоматическому выключателю. Холодильник был подключен к другой линии и к другому автоматическому выключателю. По правой стороне кухни в дальнем правом углу у окна располагался деревянный стеллаж, на котором находился электрический чайник и микроволновая печь, которые были включены в одну розетку. Расположенный там же мультипекарь был отключен от розетки. Загорание произошло в том месте, где на кухне стоял стеллаж с электрическим чайником и микроволновой печью. Факт поджога она отрицает. Полагала, что возникла неисправность электробытовых приборов или проводки. О месте загорания ей известно со слов сына, который ничего не разогревал, приборами не пользовался. Также поясняла, что несколько месяцев назад на кухне делался ремонт с частичной заменой проводки.

<данные изъяты> опрошенный 23.06.2023 г. и 26.06.2023 г. пояснял, что в указанную дату с 11:00 он находился дома один и с этого времени читал книгу, затем смотрел телевизор, играл в телефон. Он находился в комнате, дверь в которую была закрыта. Когда он вышел из комнаты увидел, что на кухне горит стеллаж, примерно начиная со второй полки, нижняя еще не горела.

Как следует из исследовательской части технических заключений <данные изъяты> от 20.07.2023 г. очаг пожара расположен в правом дальнем углу кухни квартиры (относительно входа), в месте расположения электрической микроволновой печи и электрического чайника (ответ на вопрос 1).

Источником зажигания, за-за которого мог произойти пожар является тепловое проявление электрического тока (стр. 5 заключения).

К месту предполагаемого размещения розетки подходит двужильный алюминиевый провод, фрагмент которого с оплавлением был изъят с места пожара и представлен на исследование.

Кроме того, с места пожара был изъят также трехжильный медный проводник, скорее всего, являющийся шнуром от электроприбора, на котором также имеется электродуговое оплавление (короткое замыкание) (стр. 6 заключения).

Изъятые в квартире <данные изъяты> фрагменты проводников подвиглись воздействию высоких температур, закопчены. На изъятых фрагментах наблюдаются следы аварийного режима работы - в виде локальных дуговых оплавлений (КЗ).

Указать в какой период времени (до пожара, во время пожара) на алюминиевом проводнике образовалось данное электродуговое оплавление не представляется возможным.

Микротекстура исследованного оплавления на медном проводнике имеет признаки, характерные для электродугового оплавления, образовавшегося в богатой кислородом среде (имеет признаки ПКЗ (первичного короткого замыкания), возникшего до процесса пожара, с последующим высокотемпературным отжигом).

Наличие и обнаружение аварийных режимов работы указывает о нахождении представленных объектов под напряжением, то есть в месте обнаружения горения в электрическую сеть квартиры были включены электрические приборы, кроме того был обнаружен провод (предположительно шнур) с аварийным режимом работы, имеющий признак ПКЗ (первичного короткого замыкания), возникшего до процесса пожара.

С учетом изложенного, специалист пришел к заключению о том, что вероятным источником зажигания в рассматриваемом случае послужило тепловое проявление электрического тока. Вероятной причиной пожара в рассматриваемом случае послужил аварийный пожароопасный режим работы включённого в розетку электрического прибора (например микроволновой электрической печи или электрического чайника) в очаге пожара (стр. 7 заключения).

Данное экспертное заключение является объективным и обоснованным, соответствует обстоятельствам дела, не противоречит иным доказательствам, имеющимся в материалах дела, обоснованных возражений, ставящих под сомнение заключение специалиста, сторонами суду не предоставлено, в связи с чем у суд при разрешении спора исходит из выводов и мотивов, изложенных в данном заключении.

Согласно статье 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 3 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме.

Согласно ч. 4 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В силу части 4 статьи 17 ЖК РФ пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Собственник обязан обеспечивать сохранность жилого помещения, поддерживать его в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей (пп. "в" п. 16 Приказа Минстроя России от 14.05.2021 N 292/пр "Об утверждении правил пользования жилыми помещениями").

В силу абзаца второго части первой статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" собственник несет ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством.

По смыслу приведенных норм закона, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества.

Таким образом, собственник помещения обязан осуществлять заботу о принадлежащем ему имуществе, поддерживать его в пригодном состоянии, устранять различные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, находящихся в помещении, а также контролировать действия находящихся в помещении с его ведома третьих лиц, в связи с чем именно собственник имущества несет деликтную ответственность.

Добросовестное содержание собственником своего имущества предполагает контроль за надлежащим состоянием электрических приборов (проводов), и как следствие ответственность за его ненадлежащее содержанием.

Установлено, что квартира, в которой находился очаг возгорания, находится в собственности и фактическом пользовании ФИО2 и ее несовершеннолетних детей; на изъятом из квартиры фрагменте медного проводника (шнур электробытового прибора) обнаружены признаки электродугового оплавления (признаки ПКЗ (первичного короткого замыкания)), возникшего до процесса пожара.

При таком положении, суд приходит к выводу о том, что причиной пожара явился аварийный режим работы электробытового оборудования, а невыполнение обязанности следить за находящимся в квартире оборудованием, контролировать соблюдение требований пожарной безопасности лицами, допущенными в жилое помещение ФИО2, находится в причинно-следственной связи с возникновением пожара и причинением материального ущерба истцу.

При таком положении, суд полагает, что надлежащим ответчиком по делу является ФИО2, не обеспечившая безопасные условия эксплуатации имущества в пределах принадлежащего ей жилого помещения.

В силу презумпции вины причинителя вреда, суд отклоняет возражения ФИО2 о возникновения пожара по вине управляющей компании, поскольку достаточными доказательствами они не подтверждены.

Согласно положениям статей 34, 38 Закона о пожарной безопасности, статей 15, 210, 1064 ГК РФ, разъяснениям, содержащихся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 14 от 5 июня 2002 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", ответчик, возражающий относительно удовлетворения иска, должен доказать отсутствие своей вины.

Таких доказательств ФИО2 не было предоставлено ни в ходе проведения проверки по факту пожара, ни при рассмотрении настоящего спора судом.

Доводы ФИО2 о том, что управляющей компании осуществляется ненадлежащий контроль за состоянием общедомового имущества (система защиты) при отсутствии доказательств, подтверждающих причинно – следственную связь между ненадлежащим состоянием такого имущества и возникновением пожара, не могут быть положены в основу решения суда о привлечении управляющей компании к гражданско – правовой ответственности, возникшей по случаю пожара.

В материалы дела не представлено доказательств того, что надлежащая работа внутридомовой системы электроснабжения, включая вводно-распределительные устройства и аппаратуру защиты, могла предотвратить первичное короткое замыкание и возникший в результате него процесс пожара, с последующим высокотемпературным отжигом.

Стороне ответчика ФИО2 была разъяснена необходимость предоставления доказательств, подтверждающие причины и механизм возникновения пожара, в том числе разъяснена возможность и порядок проведения по делу судебной экспертизы. Указанной возможностью сторона ответчика не воспользовалась и несет связанные с этим риски.

Суд также отмечает то обстоятельство, что ФИО2, в квартире которой произошел пожар, будучи лицом, ответственным за надлежащее содержание принадлежащего ей имущества и обязанным к соблюдению прав и законных интересов соседей, также не обеспечила своевременную фиксацию места происшествия, а также сохранность оборудования, находящиеся в непосредственной близости к очагу возгорания (микроволновая печь и электрический чайник,), чем лишила себя возможности представить доказательства, подтверждающие надлежащее техническое состояние указанного оборудования, а также причины возникновения пожара и несет связанные с этим риски.

Разрешая спор относительно лица, к зоне ответственности которого относятся причины аварийной ситуации на стояке ГВС, и как следствие возникает обязанность по возмещению ущерба, причиненного в результате разлива теплоносителя, суд исходит из следующего:

В соответствии со статьей 162 ЖК РФ по договору управления многоквартирным домом управляющая организация в течение согласованного срока за плату обязана оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

В соответствии со ст. 161 ЖК РФ управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме.

Надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе о защите прав потребителей, и должно обеспечивать соблюдение требований к надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность жизни, здоровья и имущества граждан; соблюдение прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме, а также иных лиц (часть 1.1 данной статьи).

Как следует из пункта 10 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 г. N 491 (далее по тексту также Правила № 491), общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) в состоянии, обеспечивающем: соблюдение характеристик надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества физических или юридических лиц, государственного, муниципального и иного имущества и др.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 491, управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.

В соответствии с пунктом 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 г. N 491, в состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях.

Исходя из вышеуказанных положений стояки ГВС, не имеющие запорных (отключающих) устройств и являющиеся элементом единой системы ГВС многоквартирного дома, в силу закона являются общим имуществом собственников помещений многоквартирного дома, за надлежащее содержание которого несет ответственность управляющая компания.

В случае нарушении целостности общего имущества ответственность за ненадлежащее обслуживание этого имущества лежит на управляющей организации, при этом на нее же ложится в силу статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания причины затопления из-за виновных действий собственника.

Судом установлено, что 01.07.2023 года в кухне квартиры <данные изъяты> имела место течь стояка системы ГВС, в результате чего квартиры <данные изъяты> были залиты.

Доказательств, подтверждающих возникновение данной аварийной ситуации из-за виновных действий собственника, в материалах дела не имеется, в том числе каких-либо данных о том, что ответчиком ООО «УК «Центр» были предприняты соответствующие действия по содержанию общего имущества, которые включали бы в себя, в том числе, осмотр (обследование) общедомового имущества (в т.ч. системы ГВС) в целях своевременного выявления несоответствия его состояния требованиям эксплуатации.

Наличие виновных действий ООО «УК «Центр» в виде ненадлежащего исполнения обязательств по управлению многоквартирным домом, представителем ответчика не опровергнуто, в связи с чем, надлежащими ответчиком по возмещению ущерба, причиненного в результате течи на стояке ГВС, суд признает ООО «УК «Центр».

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В абз. 1 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

При этом согласно абз. 2 п. 13 того же Постановления, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Судом установлено, что в результате пожара, произошедшего 23.06.2023 г., а также в результате аварийной ситуации на системе ГВС, имевшей место 01.07.2023 г., дважды произошел залив квартиры № <данные изъяты>, а также расположенной этажом ниже квартиры <данные изъяты>, в результате чего внутренней отделке последней были причинены повреждения.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 23.06.2023 г., составленному начальником отделения ГПИ ОНД и ПР по г. Рыбинску, Рыбинскому Пошехонским районам <данные изъяты> при осмотре квартиры <данные изъяты> установлено, что в результате тушения пожара коридор, кухня и комната данной квартиры имеют повреждения в виде водных подтеков, с потолка капает вода.

При этом, согласно фототаблице, приложенной к протоколу осмотра места происшествия, в принадлежащей ФИО2 квартире <данные изъяты>, коридора – гардеробной (фото 7), а также комнаты с балконом (фото № 8) залиты водой (на полу имеются водяные лужи), что предполагает наличие протечек в соответствующих комнатах нижерасположенной квартиры.

Из показаний <данные изъяты> отобранных у неё 23.06.2023 г. усматривается, что в результате пожара в квартире <данные изъяты> повреждены потолки на кухне, в коридоре и комнате.

Свидетель <данные изъяты> показала, что в результате тушения пожара в квартире <данные изъяты> вода текла по стенам и были повреждены (слева направо): кухня, коридор, большая комната, комната с балконом; в небольшой комнате, а также в маленькой комнате протечек не было.

ФИО1 в своих пояснениях указала, что в результате пожара пострадали все комнаты, но больше всех пострадала кухня, большая комната.

При таком положении, суд полагает доказанным то обстоятельство, что в результате тушения пожара были причинены повреждении внутренней отделки квартиры <данные изъяты> в виде водных подтеков, в следующих помещениях: кухня, коридор, комната площадью 17,1 кв.м. (№ 4 согласно техническому паспорту, № 1 согласно план-схеме протокола осмотра), комната с балконом площадью 15,3 кв.м. (№ 3 согласно техническому паспорту, № 2 согласно план-схеме протокола осмотра).

Согласно пояснениям истца, оснований не доверять которым у суда не имеется, в период с 23.06.2023 г. по 01.07.2023 г. она в управляющую компанию не обращалась, ремонт в квартире не выполняла; в указанный период времени квартира истца не была просушена.

01.07.2023 года в результате аварии на стояке системы ГВС квартира <данные изъяты> была залита повторно; повреждения получили помещения кухни, коридора, а также всех 4-х комнат; доказательств обратного не представлено.

03.07.2023 г. ФИО1 обратился в ООО «Управляющая компания «Центр» с заявлением, в котором просил создать в связи с затоплением с верхнего этажа.

Согласно акту осмотра, состоявшегося 06.07.2023 г. с участием представителей ООО «УК «Центр» и самой ФИО1, установлено, что первичное затопление принадлежащей истцу квартиры было при тушении пожара в <данные изъяты> (повреждения: разбухла дверная коробка и полотно; в комнате <данные изъяты> у ванной короб и полотно деформированы; потолок зал ком. <данные изъяты> площадью 17 кв.м. подтеки); ранее были затоплены кухня, комнаты <данные изъяты> ремонта после затопления не было.

Согласно отчету № <данные изъяты> от 04.07.2023 г., составленному <данные изъяты> на момент осмотра (04.07.2023 г.) специалистом обнаружены повреждения внутренней отделки квартиры истца, причиненные в результате ее залива, в том числе:

коридор: стены (отслоение краски, отслоение обоев во встроенном шкафу), потолок (окрашен, отслоение краски, шпатлевки), пол (линолеум на ДВП, деформация линолеума, ДВП), двери межкомнатные (дверь на кухню и в комнату 4 не закрываются- перекос);

комната площадью 17.1 кв.м. (<данные изъяты> согласно техническому паспорту): стены (отслоение обоев), потолок (окрашен, отслоение краски, шпатлевки);

комната площадью 15,4 кв.м. (<данные изъяты> согласно техническому паспорту): стены (отслоение обоев, желтые пятна), потолок (натяжной, темное пятно, два отверстия);

комната площадью 10,5 кв.м. (<данные изъяты> согласно техническому паспорту): потолок (окрашен, темное пятно);

комната площадью 11,3 кв.м. (<данные изъяты> согласно техническому паспорту): потолок (отслоение потолочного плинтуса двухуровневого).

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд полагает доказанным тот факт, что повреждения коридора, комнаты площадью 17.1 кв.м., а также стен комнаты площадью 15,4 кв.м. (за исключением повреждения натяжного потолка и пола) причинены как в результате тушения пожара, так и в результате аварийной ситуации на стояке ГВС, в связи с чем, полагает, что ФИО2, а также ООО «УК «Центр», по вине которых были причинены такие повреждения, в равной степени несут ответственность по возмещению стоимости их устранения.

Остальные повреждения были причинены в результате аварийной ситуации на стояке ГВС, в связи с чем, обязанность по возмещению стоимости их устранения должна быть возложена на ООО «УК «Центр» в полном объеме.

Согласно отчету <данные изъяты>, составленному ФИО10, по состоянию на 23.06.2023 г. стоимость устранения повреждений, причиненных в результате пожара, составляет 195 961,46 руб., в том числе:

- коридор - 80 750,98 руб. (в т.ч. пол материалы – 27376,84 руб., пол работы – 18130,87 руб., стены материалы – 3895,34 руб., стены работы - 12387,93 руб., потолок материалы – 3808,30 руб., потолок работы – 15151,70 руб.),

- комната площадью 17, 1 кв.м. (комната <данные изъяты> согласно табл. 7 отчета) -76448,84 руб. (в т.ч. пол материалы – 20 руб., пол работы – 5786,80 руб., стены материалы – 9331,22 руб., стены работы – 30944,91 руб., потолок материалы – 6973,32 руб., потолок работы – 23 392,59 руб.),

- комната площадью 15,4 кв.м. (комната <данные изъяты> табл. 7 отчета) -38 761,64 руб. (в т.ч. стены материалы – 8980,34 руб., стены работы – 29781,30 руб.).

Согласно указанному отчету стоимость устранения остальных повреждений составляет 46 220,09 руб., в том числе:

- комнате площадью 15,4 кв.м. (комната <данные изъяты> согласно табл. 7 отчета) – 19 825,84 руб. (в т.ч. пол материалы – 17,2 руб., пол работы – 5569,2 руб., потолок материалы – 8322,37 руб., потолок работы – 5917,07 руб.),

- комната площадью 10,5 кв.м. (комната <данные изъяты> согласно табл. 7 отчета) -17473,69 руб. (в т.ч. потолок материалы – 3664,86 руб., потолок работы – 13808,83 руб.),

- комната площадью 11,3кв.м. (комната <данные изъяты> согласно табл. 7 отчета) -8920,56 руб. (в т.ч. потолок материалы – 2100,56 руб., потолок работы – 6820 руб.).

Общая стоимость ремонта (работы и материалы) округленно составляет 242 181 руб. (195 961,46 +46 220,09).

Также оценщиком определена стоимость сопутствующих услуг в размере 23 239 руб., которая подлежит распределению пропорционально размеру установленного судом ущерба по каждому из аварийных случаев, соответственно, 18 805 руб. (80,92 % от общей стоимости ремонта) и 4434 руб. (19,08 % от общей стоимости ремонта).

Выводы указанного отчета подробно мотивированы и допустимыми доказательствами не опровергнуты.

У суда отсутствуют основания не доверять результатам представленного отчета, который произведен специалистом, прошедшим соответствующее обучение и имеющим опыт при проведении оценочных работ.

Доказательств существования менее затратного способа исправления повреждений принадлежащего истцу помещения стороной ответчика не представлено.

При таком положении суд определяет к взысканию с ФИО2 сумму ущерба, причиненного в результате пожара в размере 107 383,23 руб. ((195 961,46+18 805)/2), с ООО «УК «Центр» - сумму ущерба, причиненного в результате аварии на стояке ГВС, в сумме 158 037 руб. ((195 961,46+18 805)/2) + 46 220,09+ 4434).

Указанные денежные средства подлежат взысканию с ответчиков, как понесенные истцом убытки в целях восстановления его нарушенного права.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему:

Согласно преамбуле Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг).

Потребителем, в соответствии с абзацем 3 преамбулы Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Согласно ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

При разрешении требования о взыскании компенсации морального вреда суд учитывает причиненные истцу нарушением его прав, как потребителя нравственные страдания, вызванные бытовыми неудобствами, необходимостью обращаться к ответчику, поведением ответчика.

С учетом обстоятельств дела, исходя требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ООО «УК «Центр» в пользу истца в сумме 10 000 рублей.

В соответствии с ч. 6 ст. 13 ФЗ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей).

Требования ФИО1 о выплате ей материального ущерба ответчиком ООО «УК «Центр» добровольно исполнено не было, что дает основание для взыскания с последнего в пользу истца штрафа, который с учетом определенного судом размера ущерба и компенсации морального вреда составляет 84 018,50 рублей ((158 037 + 10 000) /2).

Представитель ответчика ходатайствовал об уменьшении размера штрафа в соответствии со ст. 333 ГК РФ.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, учитывая социальную значимость вида деятельности ответчика, суд считает обоснованным при взыскании штрафа применить положения ст. 333 ГК РФ и снизить размер взыскиваемого с ответчика в пользу истца штрафа – до 45 000 рублей.

В связи с рассмотрением настоящего дела истец понес заявленные к взысканию расходы, на оплату услуг оценщика в сумме 6000 руб., которые в порядке ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчиков ФИО2 и ООО «УК «Центр» пропорционально размеру удовлетворённым к ним требованиям (соответственно 40,46 % и 59,54 %).

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчиков государственную пошлину с зачислением в бюджет городского округа г. Рыбинск.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>) к ФИО2 (<данные изъяты>), Обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр» (<данные изъяты>)- удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>):

- материальный ущерб – 107 383 рубля,

- расходы по оплате услуг оценщика – 2427,60 рублей,

всего -109 810,60 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>):

- материальный ущерб – 158 037 рублей,

- расходы по оплате услуг оценщика – 3 572,40 рублей,

- компенсацию морального вреда -10 000 рублей,

- штраф – 45 000 рублей,

всего -216 609,40 рублей.

Взыскать с ФИО2 (<данные изъяты>) государственную пошлину в размере 3 626,43 рублей с зачислением в бюджет городского округа город Рыбинск.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр» (<данные изъяты>) государственную пошлину в размере 8 336,57 рублей с зачислением в бюджет городского округа город Рыбинск.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья М.Г. Орлова