Решение № 2-262/2019 2-262/2019~М-195/2019 М-195/2019 от 21 мая 2019 г. по делу № 2-262/2019

Дело №


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 мая 2019 года р.п. Тальменка Тальменского района

Тальменский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Гомер О.А.,

при секретаре Берстеневой В.В.,

с участием:

истца ФИО2,

представителя истца ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» об отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Тальменский районный суд с иском к КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» об отмене приказа № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании недополученной заработной платы за январь-февраль 2019 года в размере 12000 руб., компенсации морального вреда в размере 10000 руб., мотивировав заявленные требования тем, что с 2001 года работает у ответчика, с 2012 года в должности <данные изъяты>, в ее обязанности входит кормление постояльцев, помывка ложек и кружек и тумбочек постояльцев, покупка в буфете по указанию руководителя еды постояльцам. Ее график работы два через два, заработная плата 16000 руб.. Приказом директора от ДД.ММ.ГГГГ № она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде строгого выговора, в связи с неисполнением должностных обязанностей выразившихся в неправомерном ограничении жизни деятельности проживающей ФИО6, путем самовольного закрытия ее в комнате без уведомления об этом медицинской сестры. Данный приказ был отмен на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, после ее обращения к юристу и высказывания несогласия с незаконным дисциплинарным взысканием и намерения обжаловать действия директора в суд. Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора, в связи с неисполнением должностных обязанностей выразившихся в нарушении п.1.3 трудового договора «осуществлять кормление больных, находящихся на постельном режиме», приведшие к тому, что проживающая ФИО7 подавилась продуктами питания. О данном приказе ей стало известно ДД.ММ.ГГГГ, когда она приступила к работе после периода временной нетрудоспособности. До этого времени дать объяснения по поводу ФИО7 директор не просил, а просто требовал с ДД.ММ.ГГГГ написать заявление об увольнении, при этом никакого акта об отказе дачи объяснения не оформлялось. Данный приказ о применении дисциплинарного взыскания не мотивирован, не обоснован, в нем не имеется указаний, в чем конкретно были допущены грубые нарушения и в чем они выразились. При наложении дисциплинарного взыскания не учитывалась тяжесть совершенного проступка, поскольку каких-либо неблагоприятных последствий не наступило. Более того, вообще с приказом не согласна, так как не по ее вине ФИО7 подавилась булочкой, если вообще такое событие было. ФИО7 не относится к категории лиц, которых необходимо кормить «с ложки», не включена в существующий список таких лиц. Докладная медицинской сестры ФИО8 – сфальсифицированное доказательство. Кроме того, работодатель незаконно лишил ее части заработной платы и надбавки к заработной плате всего в размере 12000 руб. за январь и февраль месяц по 6000 руб., ее заработная плата составила меньше МРОТ. Данное удержание (недоплата) являются самоуправными действиями со стороны директора учреждения. Причиненный ей моральный вред оценивает в размере 10000 руб., так как действиями работодателя причинены нравственные страдания, она переживала, страдала, что незаконно привлечена дважды к дисциплинарной ответственности, что недополучила законно заслуженную заработную плату, не смогла заплатить за кредит собственными средствами (занимала). На протяжении 18 лет добросовестно, честно работала, никаких нареканий со стороны работодателя не было, имеет три благодарности за добросовестный труд, за личный вклад в работу интернета, в 2018 году была удостоена звания «заслуженный работник интерната», ее фотография висела на доске почета. Не заслужила такого отношения со стороны работодателя.

Определением Тальменского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части исковых требований о взыскании недополученной заработной платы за январь-февраль 2019 года в размере 12000 руб. прекращено в связи с отказом истца от указанных требований.

В судебном заседании истица ФИО2 и действующая на основании ордера ее представительница ФИО3, поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в иске, дополнительно суду пояснили, что в трудовые обязанности истицы входило получение еды в столовой, раздать ее по палатам, непосредственно с ложки накормить 14 тяжело больных, которые не могут самостоятельно это сделать, докормить 54 проживающих – получить в буфете для них дополнительно еду. Лиц, которых нужно накормить и докормить определяли врачи устно, письменно данная информация не доводилась. ФИО7 к лицам, которые не могли есть ложкой самостоятельно, не относилась. ДД.ММ.ГГГГ, после того как раздала по палатам полдник, истица пошла кормить 14 человек, потом услышал, что ее зовут, пришла в палату к ФИО7, где увидела как медсестра ФИО8 ложкой и пальцами доставала изо рота первой пищу. ФИО8 сказала, что ФИО7 подавилась, но истица этого не видела. ДД.ММ.ГГГГ, после двух выходных, к себе в кабинет ее вызвал директор и предложил написать заявление об увольнении, она отказалась, директор стал настаивать, оскорблять, ей стало плохо, поднялось давление, она ушла. В этот момент кроме нее и директора в кабинете никого не было. Написать объявления, в том числе в кабинете других сотрудников, ей не предлагали. С приказом истица не согласна, потому что не виновата, обязанности кормить ФИО7 ложной у нее не было. За нанесенный вред просит взыскать компенсацию в размер 10000 руб., за 4 месяца беспокойства, тяжелую эмоциональную обстановку на работе. ДД.ММ.ГГГГ она вызвала скорую и 35 дней была на амбулаторном лечении с высоким давлением, ранее у нее было диагностировано повышение давление, но в этот раз проявилось более сильно, она страдала.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности ФИО4, в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, пояснив суду, что должностной инструкции истицы нет, все существенные права и обязанности отражены в дополнительном соглашении к трудовому договору от 2014 года. Оспариваемый приказ соответствует закону, факт неисполнения трудовых обязанностей нашел подтверждения - ФИО7 входит в список проживающих, которые требуют внимание при кормлении, истица должна была покормить ФИО7, проконтролировать приме пищи, но она это не сделал, в палате отсутствовала, в результате человек подавился. Соблюдена процедура привлечения - собраны докладная, объяснительная, в отделе кадров в присутствии других работником истица от дачи объяснений отказалась. При определении вида дисциплинарного наказания учтена тяжесть проступка - подавился человек, что могло привести к летальному исходу. ФИО7 входит в список 14 человек отделения милосердия, которых должны кормить ложкой буфетчицы. Письменно это не было зафиксируется, указания имеются только в медицинских документах, которые были доведен устно врачом ФИО13. Письменно до работников порядок исполнения данной обязанности не доводится, при приеме на работу обучают, дают рекомендации, как исполнять. С заявленным моральным вредом не согласны, диагноз истицы установлен давно, скачки давления – естественное состояние, связь между требованием работодателя дать объяснения и состоянием здоровья не установлена.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав материалы дела и оценив каждое доказательство в отдельности в их совокупности, суд приходит к следующему.

Из представленных в материалах дела документов судом установлено, что КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» является стационарным учреждением, предмет деятельности которого составляет социальное облуживание граждан пожилого возраста и инвалидов, в том числе страдающих хроническими психическими заболеваниями и нуждающимися в постоянном постороннем уходе и наблюдении (разделы 3, 6 Устав учреждения).

Стороны состоят в трудовых отношениях, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 занимает должность обслуживающего персонала: буфетчицы (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительное соглашение к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ истице объявлен выговор в связи с неисполнением должностных обязанностей выразившихся в нарушении п. 1.3 Трудового договора, приведшее к тому, что проживающая ФИО7 подавилась продуктами питания.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, в том числе, выговор.

В силу ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину, требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Согласно разъяснениям, данным п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Также из положений п. 53 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ следует, что на работодателе лежит бремя представления доказательств, свидетельствующих о совершении работником дисциплинарного проступка.

Как следует из дополнительного соглашения к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО2, вреди прочего, была возложена обязанность: производить раздачу больным пищи, согласно ФИО1 и назначенной диете (п. 1.2), осуществлять кормление больных, находящихся на постельном режиме и не способных самостоятельно питаться (п. 1.3), контролировать прием пищи больными, находящимися в состоянии психического возбуждения (п. 1.4).

В представленной в материалах дела докладной медицинской сестры ФИО8, положенной в основу оспариваемо приказа, указано, что ДД.ММ.ГГГГ она стала очевидцем том, как проживающая ФИО7 давится, рот ее забит пищей, в руках находился недоеденный пирог, остатки которого при оказании помощи вышли при кашле. Вахтер ФИО10 в объяснениях на имя директора учреждения указал, что при оказании помощи медицинская сестра ФИО8 вытащила изо рта задыхающейся проживающей ФИО7 булочку.

Вместе с тем, доказательства, достоверно свидетельствующие о возложении на ФИО2 в рамках ее трудовой функции, определенной п. 1.3 дополнительного соглашения к трудовому договору, обязанности осуществлять ДД.ММ.ГГГГ кормление ФИО7, как находящейся на постельном режиме и не способной самостоятельно питаться, ответчиком, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ и бремени доказывания, суду не представлены.

Согласно информации КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» на ДД.ММ.ГГГГ в учреждении на стационарном облуживании находился 331 проживающий, из них в отделении милосердия, т.е. на постельном режиме или передвигающихся в пределах палаты 90 проживающих.

В судебном заседании истица ФИО2 подтвердила, что в рамках своих должностных обязанностей должна осуществлять непосредственное кормление проживающих, не способных самостоятельно питаться, число которых в феврале 2019 года составляло 14 человек из 72 проживающих в отделении милосердия. Однако, факт включения ФИО7 в перечень данных лиц, не подтвердила, в связи с чем, не признала себя виновной в совершении вменного ей дисциплинарного проступка.

В судебном заседании свидетель ФИО11, врач-психиатр, выполнявшая в спорный период обязанности заведующей медицинской частью КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет», суду пояснила, что в обязанности кормилиц входит, в том числе, кормить проживающих, т.е. кормить из ложки, которые не могут самостоятельно за собой ухаживать, питаться по каким-либо нарушениям. Список таких лиц составляется в произвольном форме от руки на тетрадном листке кормилицами на основании устных указаний врача или врачом, не утверждается. Способ кормления определяет врач, что отражает в истории болезни, и в справке ВЭК, председателем которой являлась свидетельница. У ФИО7 после перенесенного инсульта парализовало ноги и левую руку, она в сознании, все понимает, говорит отдельные фразы, самостоятельно только кушает, оправляется в памперс, переворачивается в пределах кровати. ФИО7 рассматривалась на комиссии по вопросу нуждаемости в постоянном уходе, но не в кормлении, ест самостоятельно.

Свидетель ФИО12, врач-психиатр КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет», суду пояснил, что ФИО7 является его пациенткой, узнает врачей, плохо говорит, не может вставать, парализована одна рука, может сама принимать жидкую пищу – положить ложку в рот, но твердую пищу - булочку или хлеб, принимает с трудом, нарушен глотательный рефлекс. До буфетчиц интерната информацию о способе кормления ФИО7 он не доводил, они сами знают, кого и как кормить.

Допрошенный в качестве свидетеля врач-терапевт КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» ФИО13 суду пояснил, что в феврале 2019 года ФИО7 относилась к числу больных, которые не могли сами питаться, она парализован на одну сторону, речь тихая, позвать на помощь не может, сидеть на может, принимая пищу лежа на спине, даже здоровый человек, может подавиться, поэтому за ней необходим контроль. Рекомендации о способе кормления ФИО7 зафиксированы в ее истории болезни, где написано, что прием пищи с помощью ложки и поильника. Эти рекомендации должны исполнять кормилицы. Непосредственно до кормилиц данные рекомендации он не доводил, дал устные указания медсестрам, передали ли те информацию кормилицам, не проверял. В интернате есть рукописный списки лиц, которые нуждаются в кормлении ложкой, он видел эти списки, кто их составляет и как он доводится до персонала, не знает.

ФИО14, работающая в КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» буфетчицей, будучи допрошенной в качестве свидетеля, суду пояснила, что в ее обязанности с января 2017 года входило получить пищу, раздать согласно ФИО1 и диете, кормить по списку лиц, которые не могут самостоятельно есть. Список таких лиц дает доктор. Был ли список в феврале 2019 года, не помнит. ФИО7 ест самостоятельно, поворачивается на бок, перед ней ставят еду, дают ложку и она ест. В Списке лиц на кормление ФИО7 не было. После нового года свидетельница увидела, что ФИО7 не съела пищу, взяла ложку и стала кормить по своему убеждению.

Таким образом, допрошенные сотрудники КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» в судебном заседании не подтвердили с достоверностью факт формирования и (или) утверждения перечня (списка) нуждающихся в кормлении больных, находящихся на постельном режиме и не способных самостоятельно питаться, а также включение в данный список по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 и ознакомление с данным списком истицы.

Не представлены также в деле письменные доказательству указанным обстоятельствам: уведомление работодателем ФИО2 о перечне лиц, в отношении которых должна осуществляться трудовая функция, предусмотренная п. 1.3 дополнительного соглашения.

Исходя из должностных обязанностей ФИО2, отраженных в ее трудовом договоре, с учетом показаний свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, суд приходит к выводу, что в трудовые обязанности истицы не входило определения способа кормления проживающих и их психического и физического состояния, данные вопросы относились к полномочиям врачей КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет».

С документами истории болезни № ФИО7, содержащей рекомендации лечащего врача о приеме пищи с ложечки и при помощи поильника, ФИО2 не была ознакомлена.

Также, принимая во внимания возражения представителя ФИО5, суд считает необходимым отметить, что на ряду с вышеуказанными обстоятельствами не представлено ответчиком доказательств, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 находилась в состоянии психического возбуждения, вследствие которого требовался контролировать прием ею пищи со стороны буфетчицы; доведение данной информации до истицы и возложения на нее обязанности осуществления данного контроля.

На основании изложенного, оценивая в совокупности представленные в деле доказательства, суд приходит к выводу, что доказательства, достоверно свидетельствующие о возложении на ФИО2 трудовой обязанности непосредственно накормить ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, а также проконтролировать прием пищи последней, не представлены, следовательно, работодатель не имел оснований для привлечение истицы к дисциплинарной ответственности, соответствующий приказ незаконен и подлежит отмене.

Положениями ст. 237 ТК РФ предусмотрено право работника на возмещение морального вреда, причиненного ему неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Как следует из разъяснений, данных в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2, суд в силу абз. 14 ч. 1 ст. 21 и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Установленные по делу обстоятельств, свидетельствующие о недобросовестности работодателя: привлечении к дисциплинарной ответственности работника в виде выговора за неисполнение трудовых обязанностей, который не было на него возложены в установленном законом порядке, что являются основанием для взыскания компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 в связи с нарушением ее трудовых прав.

Заявляя требование о компенсации морального вреда, истица исходила, в том числе, из того, что по вине ответчика переживала, страдала, что незаконно привлечена к дисциплинарной ответственности, 4 месяца находилась в состоянии беспокойства, тяжелой эмоциональной обстановки, при этом добросовестно, честно работала, имеет благодарности за добросовестный труд, ее фотография висела на доске почета. В результате действий работодателя ухудшилось ее состояние здоровья, 35 дней была на амбулаторном лечении

Определяя размер компенсации морального вреда, придерживаясь принципа разумности и справедливости, учитывает характер допущенных ответчиком нарушений трудовых прав работника, вину ответчика, степень и характер нравственных страданий истца, принимая во внимание продолжительность нарушения прав работника, поощрения работодателем ранее труда истицы, отсутствие иных действующих дисциплинарных взысканий, суд приходит к выводу, что компенсация морального вреда ФИО2 должна быть определена в размере 2000 руб., полагая, что такой размер является достаточным, разумным и справедливым.

При уменьшении заявленной к взысканию суммы компенсации морального вреда суд также учитывает, что размер исковых требований истицей определялся исходя из требования о взыскании недополученной заработной платы и переживаний, связанных с привлечением к дисциплинарному взысканию по приказу от ДД.ММ.ГГГГ, который был отменен работодателем и не являлся предметом настоящего спора.

Представленные в материалах дела медицинские документы, содержат данные об изменении состояние здоровье истицы – вызов бригады скорой помощи в день издания оспариваемого приказа, нахождение на амбулаторном лечении. Вместе с тем, доказательства, свидетельствующие о наличия прямой причинно-следственной связи между изменением состояния ее здоровья и незаконными действиями работодателя, суду не представлены, при тех условиях, что заболевание диагностировано ранее, истица имеет с ДД.ММ.ГГГГ инвалидность по общему заболеванию бессрочно. Данная связь может быть установлена при проведении судебно-медицинской экспертизы, однако ходатайство о проведении экспертизы истцом, его представителем не заявлялось. При этом вопрос о ее проведении ставился судом на обсуждение в порядке ч. 2 ст. 56 ГПК РФ. В то же время, при определении вышеуказанного размера компенсации вреда, суд учитывал, что сложившаяся обстановка, переживание по поводу действий работодателя, оказывали влияние на общее самочувствие истицы.

В связи с установлением судом отсутствия у работодателя законных оснований для привлечения истицы к дисциплинарной ответственности, вследствие этого незаконности оспариваемого приказа, оценка соблюдения ответчиком процедуры привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности, не давалась.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в размере 300 руб..

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» об отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Отменить приказ КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» № от ДД.ММ.ГГГГ об объявлении ФИО2 выговора.

Взыскать с КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 2000 руб..

Взыскать с КГБСУСО «Тальменский психоневрологический интернет» в доход бюджета муниципального образования Тальменский район госпошлину в размере 300 руб..

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Тальменский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Гомер О.А.