Решение № 2-4488/2025 2-915/2026 2-915/2026(2-4488/2025;)~М-3129/2025 М-3129/2025 от 28 мая 2026 г. по делу № 2-4488/2025

Гражданское дело № 2-915/2026

УИД 54RS0003-01-2025-002641-26


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 марта 2026 года город Новосибирск

Заельцовский районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Кудиной Т.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Зильбернагель Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 (<данные изъяты>) к Акционерному обществу Банк Инго (ИНН __) о защите прав потребителя, прав субъекта персональных данных,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском АО Банк Инго о защите прав потребителя, прав субъекта персональных данных.

В обоснование иска указано, что истец является потребителем услуг ответчика, 02.05.2023 в своем личном кабинете на финансовое платформе ПАО <данные изъяты> в сети Интернет истцом с ответчиком (прежнее наименование – Банк <данные изъяты> (АО) был заключен договор банковского вклада «Гравитация» на сумму 200 000 рублей. В правоотношениях с истцом ответчику стал известен номер мобильного телефона истца +__.

26.04.2024 на номер мобильного телефона +__ от ответчика с номера телефона с буквенным обозначением <данные изъяты> поступило СМС-сообщение рекламного содержания без согласия истца. Истец указывает, что содержащаяся в данном сообщении реклама является недопустимой, поскольку в ней отсутствует часть существенной информации о рекламируемом товаре, об условиях его приобретения или использования (нарушение ч. 7 ст. 5 ФЗ «О рекламе»).

С учетом отсутствия у ответчика на 26.04.2024 информированного, свободно и осознанно выраженного согласия истца на обработку персональных данных истца в целях рекламы услуг, товаров ответчика и иных лиц и направления истцу рекламных сообщений (и более того наличия на эту дату у ответчика волеизъявления истца не направлять ему рекламные рассылки и заверения ответчика о не направлении истцу рекламных рассылок - см. претензию от 29.08.2023, ответ на эту претензию от 11.09.2023), истец полагает, что направление ответчиком сообщения рекламного характера представляют собою нарушение прав истца как потребителя услуг ответчика (оказание дополнительной не согласованной с истцом услуги - направление рекламных сообщений; неправомерное использование персональных данных, полученных в потребительских отношениях; навязывание услуг ответчика без согласия истца с использованием персональных данных; не предоставление истцу надлежащей и достоверной информации о рекламируемых услугах); нарушение прав истца в рамках законодательства о рекламе (направление рекламного сообщения без согласия; направление недопустимой рекламы); нарушение прав истца в рамках законодательства о персональных данных (направление рекламного сообщения без согласия); нарушение прав истца в рамках законодательства о связи (направление рекламной сообщения без согласия).

26.04.2024 истец направил ответчику претензию (направлена по электронной почте) с требованиями: компенсировать моральный вред за указанное нарушение прав; возместить убытки в связи с указанным нарушением - расходы, направленные на восстановлений прав на досудебной стадии разрешения спора и выразившиеся в произведенных расходах на оказание юридических услуг, канцелярские действия. Одновременно в указанной претензии содержался запрос о предоставления сведений относительно персональных данных истца. Ответчик претензию получил, ответ на претензию не предоставил, в добровольном порядке указанные требования, изложенные в претензии, оставил без удовлетворения.

Истец просит:

признать незаконным бездействие ответчика по непредоставлению в установленный законом срок ответа на запрос истца о предоставлении сведений в силу ч. 7 ст. 14 Федерального закона «О персональных данных», изложенный в претензии от 26.04.2024, и истребуемых в этом запросе сведений;

признать незаконными действия ответчика по направлению 26.04.2024 с номера телефона с буквенным обозначением Ingobank на номер телефона истца +__ сообщения рекламного характера;

взыскать с ответчика в пользу истца в качестве возмещения убытков в виде расходом на юридические услуги, канцелярские действия сумму денежных средств в размере 10 480 рублей, в качестве компенсации морального вреда за указанные нарушения сумму денежных средств в размере 100 000 рублей, потребительский штраф.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО2 поддержали требования иска, представили дополнительные письменные объяснения в обоснование требований.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен, направил письменный отзыв на исковое заявление.

Заслушав объяснения истца и его представителя, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено из объяснений, материалов дела и сторонами не оспаривалось, что 02.05.2023 через финансовую платформу ПАО <данные изъяты>, между Банком <данные изъяты> (АО) и ФИО1 заключен Договор банковского вклада «Гравитация» на сумму 200 000 руб. на срок 365 дней.

30.06.2023 Банк <данные изъяты> (АО) изменил наименование на Акционерное общество <данные изъяты>, что подтверждается выпиской из протокола __

24.06.2025 Акционерное общество <данные изъяты> изменил наименование на Акционерное общество Банк Инго, что подтверждается выпиской из протокола 91, выпиской из ЕГРЮЛ.

В правоотношениях с истцом ответчику стал известен номер мобильного телефона истца +__.

29.08.2023 ФИО1 обратился к ответчику с претензией, в которой потребовал не допускать направление на его номера мобильных телефонов (в том числе путем СМС-сообщений), на ее электронную почту и любым другим способом рекламной и любой другой информации банка и третьих лиц (л.д. 11).

В ответ на претензию ответчиком дан ответ от 11.09.2023 (л.д. 12-13), в котором ответчик указал, что на основании обращения истца Банком приняты меры для исключения контактных данных ФИО1 из рассылок.

В обоснование иска ФИО1 ссылается на то, что в отсутствие его согласия 26.04.2024 на номер мобильного телефона +__ от ответчика с номера телефона с буквенным обозначением <данные изъяты> поступило СМС-сообщение следующего содержания: «А. Ф., 01.05.2024 заканчивается срок Вашего вклада <данные изъяты> Выберите новый вклад с практичным сроком и выгодной ставкой в приложении или интернет-банке: ... (л.д. 10).

Факт направления указанного сообщения ответчиком не оспорен.

Истец расценивает указанное сообщение как рекламное, а рекламу – ненадлежащей, поскольку она распространена истцу без его согласия.

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе» под рекламой понимается информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.

Согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона «О рекламе» объект рекламирования – это товар, средства индивидуализации юридического лица и (или) товара, изготовитель или продавец товара, результаты интеллектуальной деятельности либо мероприятие (в том числе спортивное соревнование, концерт, конкурс, фестиваль, основанные на риске игры, пари), на привлечение внимания к которым направлена реклама.

Согласно пункту 8 статьи 3 Федерального закона «О рекламе» потребители рекламы – это лица, на привлечение внимания которых к объекту рекламирования направлена реклама.

Согласно ч. 1 ст. 18 Федерального закона «О рекламе» распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы. При этом реклама признается распространенной без предварительного согласия абонента или адресата, если рекламораспространитель не докажет, что такое согласие было получено. Рекламораспространитель обязан немедленно прекратить распространение рекламы в адрес лица, обратившегося к нему с таким требованием.

Согласно пункту 4 статьи 3 Федерального закона «О рекламе» ненадлежащей рекламой признается реклама, не соответствующая требованиям законодательства Российской Федерации.

В соответствии с частью 7 статьи 38 Федерального закона «О рекламе» за нарушение статьи 18 Закона о рекламе ответственность несет рекламораспространитель.

Законность либо незаконность действий ответчика по направлению истцу сообщению рекламного характера посредством электронной почты следует оценивать применительно к его требованию о взыскании компенсации морального вреда, причиненного такими действиями.

Ответчиком не оспорено, что рекламораспространителем в рассматриваемом случае являлся Банк Инго (АО).

Вместе с тем, ответчик полагает, что направленное Банком персонально истцу 26.04.2024 сообщение содержит информацию об окончании срока вклада и предложение рассмотреть возможность об открытии нового вклада, без указания конкретного вклада, то есть сообщение не соответствует признакам рекламы.

Согласно ч. 2 ст. 36 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» по договору банковского вклада, внесенного гражданином на условиях его выдачи по истечении определенного срока, кредитная организация обязана бесплатно проинформировать гражданина об истечении срока вклада не позднее чем за пять календарных дней до даты истечения срока вклада, а по договору банковского вклада, внесенного гражданином на условиях его выдачи по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, о наступлении которых кредитная организация знает или должна была знать, кредитная организация обязана бесплатно проинформировать гражданина о наступлении таких обстоятельств в течение пяти календарных дней после дня их наступления. Кредитная организация обязана проинформировать гражданина способом, предусмотренным договором банковского вклада для обмена информацией между банком и вкладчиком.

Учитывая вышеизложенное, сообщение от 26.04.2024 направлено истцу во исполнение требований действующего законодательства о банках и банковской деятельности.

Вместе с тем, анализ содержания сообщения от 26.04.2024 позволяет сделать вывод о том, что оно носит смешанный характер, а именно кроме информирования вкладчика об окончании срока вклада содержится предложение выбрать новый вклад, то есть банк предлагает выбрать банковский продукт.

В рассматриваемом случае суд соглашается с позицией истца и приходит к выводу, что в распространенном ФИО1, 26.04.2024 сообщении на номер телефона истца усматривается нарушение части 1 статьи 18 Федерального закона «О рекламе», выразившееся в распространении ответчиком рекламы в отсутствие согласия адресата (истца) на получение рекламы, поскольку ФИО1 свое согласие отозвал.

В силу части 2 статьи 38 Федерального закона «О рекламе» лица, права и интересы которых нарушены в результате распространения ненадлежащей рекламы, вправе обращаться в установленном порядке в суд или арбитражный суд, в том числе с исками о возмещении убытков, включая упущенную выгоду, о возмещении вреда, причиненного здоровью физических лиц и (или) имуществу физических или юридических лиц, о компенсации морального вреда, о публичном опровержении недостоверной рекламы (контррекламе).

Таким образом, в силу прямого указания в законе моральный вред подлежит взысканию в случае установления факта нарушения прав гражданина в результате распространения ненадлежащей рекламы.

Поскольку судом установлен факт нарушения прав ФИО1 в результате распространения 26.04.2024 ненадлежащей рекламы от АО Банк Инго, требование о взыскании компенсации причиненного истцу морального вреда, является обоснованным. Размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, суд находит чрезмерным, и с учетом требований ст.ст. 150, 1099-1100 ГК РФ полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в качестве компенсации морального вреда 1 000 руб.

Вместе с тем, суд не усматривает нарушений прав ФИО1 как потребителя, связанных с непредставлением в содержании рекламного сообщения 26.04.2024 минимальной необходимой информации о продавце (исполнителе) и товарах, как того требует ст.ст. 8-10 Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», ввиду следующего.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 2 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе» настоящий Федеральный закон не распространяется на информацию, раскрытие или распространение либо доведение до потребителя которой является обязательным в соответствии с федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 10 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Часть 2 статьи 10 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» содержит перечень информации о товарах (работах, услугах), обязательной для доведения изготовителем (исполнителем, продавцом) до сведения потребителей.

При этом в соответствии с частью 3 статьи 10 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» информация, предусмотренная пунктом 2 настоящей статьи, доводится до сведения потребителей в технической документации, прилагаемой к товарам (работам, услугам), на этикетках, маркировкой или иным способом, принятым для отдельных видов товаров (работ, услуг).

Следовательно, поскольку рекламное сообщение 26.04.2024 носило исключительно информационный характер и не являлось способом доведения до истца как потребителя информации, доведение которой предусмотрено законом, в данном случае Федеральный закон от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе» не распространяется на информацию, раскрытие или распространение либо доведение до потребителя которой является обязательным в соответствии с федеральным законом, а потому нарушений прав ФИО1 как потребителя не допущено.

Следовательно, не имеется оснований для взыскания компенсации морального вреда в данной части на нарушение прав потребителя (которое не установлено).

Также суд приходит к выводу, что не имеется оснований для взыскания потребительского штрафа по части 6 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», поскольку судом установлено нарушение прав ФИО1 как потребителя рекламы, а не как потребителя услуг ответчика.

В связи с получением рекламного сообщения 26.04.2024 истец направил ответчику претензию (направлена по электронной почте) с требованиями компенсировать моральный вред, возместить убытки в связи с указанными допущенными нарушениями, выразившиеся в расходах на оказание юридических услуг, канцелярские действия, а также в претензии содержался запрос о предоставления сведений относительно персональных данных истца.

Ответ на претензию истцу не предоставлен, в связи с чем истец заявляет требование о признании незаконным бездействия ответчика по непредоставлению в установленный законом срок ответа на запрос истца о предоставлении сведений в силу ч. 7 ст. 14 Федерального закона «О персональных данных», изложенный в претензии от 26.04.2024, и истребуемых в этом запросе сведений.

Оснований для их удовлетворения суд не усматривает, исходя из следующего.

Отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, иными муниципальными органами, юридическими лицами и физическими лицами с использованием средств автоматизации, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях, или без использования таких средств, если обработка персональных данных без использования таких средств соответствует характеру действий (операций), совершаемых с персональными данными с использованием средств автоматизации, то есть позволяет осуществлять в соответствии с заданным алгоритмом поиск персональных данных, зафиксированных на материальном носителе и содержащихся в картотеках или иных систематизированных собраниях персональных данных, и (или) доступ к таким персональным данным регулируются положениями Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ «О персональных данных».

В соответствии со статьей 18.1 Закона о персональных данных оператор обязан принимать меры, необходимые и достаточные для обеспечения выполнения обязанностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами. Оператор самостоятельно определяет состав и перечень мер, необходимых и достаточных для обеспечения выполнения обязанностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом или другими федеральными законами. К таким мерам, в частности, относятся издание оператором, являющимся юридическим лицом, документов, определяющих политику оператора в отношении обработки персональных данных, локальных актов по вопросам обработки персональных данных, определяющих для каждой цели обработки персональных данных категории и перечень обрабатываемых персональных данных, категории субъектов, персональные данные которых обрабатываются, способы, сроки их обработки и хранения, порядок уничтожения персональных данных при достижении целей их обработки или при наступлении иных законных оснований, а также локальных актов, устанавливающих процедуры, направленные на предотвращение и выявление нарушений законодательства Российской Федерации, устранение последствий таких нарушений. Такие документы и локальные акты не могут содержать положения, ограничивающие права субъектов персональных данных, а также возлагающие на операторов не предусмотренные законодательством Российской Федерации полномочия и обязанности; применение правовых, организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных в соответствии со статьей 19 настоящего Федерального закона.

Право субъекта на доступ к его персональным данным предусмотрено статьей 14 Закона о персональных данных, а корреспондирующая обязанность оператора ее предоставить закреплена в статье 18 данного Закона.

Согласно части 1 статьи 14 Закона о персональных данных субъект персональных данных имеет право на получение сведений, указанных в части 7 настоящей статьи, за исключением случаев, предусмотренных частью 8 настоящей статьи. Субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав.

Банк гарантирует тайну сведений о клиенте в соответствии с пунктом 1 статьи 857 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 18.1 Закона о персональных данных оператор обязан принимать меры, необходимые и достаточные для обеспечения выполнения обязанностей, предусмотренных этим законом и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами. Оператор самостоятельно определяет состав и перечень мер, необходимых и достаточных для обеспечения выполнения обязанностей, предусмотренных данным законом и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, если иное не предусмотрено данным Федеральным законом или другими федеральными законами. К таким мерам относится, в частности, применение правовых, организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных в соответствии с названной выше статьей.

В соответствии со статьей 18 Закона о персональных данных при сборе персональных данных оператор обязан предоставить субъекту персональных данных по его просьбе информацию, предусмотренную частью 7 статьи 14 того закона (пункт 1).

Если персональные данные получены не от субъекта персональных данных, оператор, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 названной статьи, до начала обработки таких персональных данных обязан предоставить субъекту персональных данных информацию о наименовании либо фамилии, имени, отчестве и адресе оператора или его представителя, ели обработки персональных данных и ее правовом основании, предполагаемых пользователях персональных данных, установленных Законом о персональных данных правах субъекта персональных данных, источнике получения персональных данных (пункт 3).

Оператор освобождается от обязанности предоставить субъекту персональных данных вышеуказанные сведения, в частности, если субъект персональных данных уведомлен об осуществлении обработки его персональных данных соответствующим оператором, персональные данные получены оператором на основании федерального закона или в связи с исполнением договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных (пункт 4).

Таким образом, Закон о персональных данных предусматривает исключения из обязанности оператора по предоставлению субъекту персональных данных информации, предусмотренной частью 3 статьи 17 Закона о персональных данных.

Судом было установлено, что между сторонами был заключен договор банковского вклада, при заключении которого истцом были предоставлены банку персональные данные.

При таких обстоятельствах в данном случае имелись предусмотренные Законом о персональных данных основания для освобождения банка от обязанности предоставить ФИО1 информации об обработке его персональных данных, связанные с заключенным между сторонами договором банковского вклада.

Таким образом, требования иска в части, касающейся персональных данных, не подлежат удовлетворению.

Требования о взыскании с ответчика убытков в виде расходов истца на юридические услуги, услуги по канцелярским действиям, почтовые услуги на стадии досудебного урегулирования спора в размере 10 480 руб. суд считает необоснованными и отказывает в их удовлетворении, поскольку необходимость осуществления данных расходов для восстановления нарушенного права истца ни в досудебном, ни в судебном порядке законом не предусмотрена и фактически не требовалась.

Выше указано, что 26.04.2024 истец направил ответчику претензию (направлена по электронной почте) с требованиями компенсировать моральный вред, возместить убытки в связи с указанными допущенными нарушениями, выразившиеся в расходах на оказание юридических услуг, канцелярские действия, а также в претензии содержался запрос о предоставления сведений относительно персональных данных истца.

Из положений статьи 15 ГК РФ следует, что убытки это расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Расходы истца по оплате юридической помощи, связанной с направлением ответчику претензии, не могут быть отнесены к убыткам применительно к приведенному в ст. 15 ГК РФ понятию.

По сути, в претензии, на составление и направление которой истец понесла расходы, содержался запрос о предоставлении сведений, касающихся персональных данных истца; требование о компенсации морального вреда и расходов на составление и направление этой самой претензии.

Однако предъявление данной претензии никак не повлияло бы на то, что к моменту ее составления и направления уже имел место факт нарушения ответчиком вышеуказанных прав истца, соответственно, восстановить нарушенное право истца предъявлением указанной претензии было нельзя. Следовательно, ее составление и направление не было вызвано необходимостью восстановления нарушенного права на получение своевременного ответа, а было осуществлено исключительно по инициативе истца при отсутствии требований об этом в действующем законодательстве, то есть не являлось необходимым и не привело бы к восстановлению прав истца.

Таким образом, каких-либо оснований для возмещения за счет ответчика указанных расходов, произведенных истцом по своему усмотрению, в отсутствие доказательств необходимости их несения, у суда не имеется.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета, поскольку истец как потребитель в силу закона был освобожден от ее уплаты при обращении с настоящим иском в суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать незаконными действия Акционерного общества Банк Инго, выразившиеся в направлении 26.04.2024 на телефонный номер ФИО1 +__ СМС-сообщения рекламного характера.

Взыскать с Акционерного общества Банк Инго в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 1 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с Акционерного общества Банк Инго государственную пошлину в доход бюджета в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Заельцовский районный суд г. Новосибирска.

Мотивированное решение изготовлено 29.05.2026.

Судья Т.Б. Кудина