Решение № 2-299/2019 2-299/2019~М-37/2019 М-37/2019 от 18 февраля 2019 г. по делу № 2-299/2019

№ 2-299
РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 февраля 2019 г.

Комсомольский районный суд г. Тольятти Самарской области

в составе:

председательствующего судьи Захаревской М.Г.

при секретаре Зориной В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием помощника прокурора Комсомольского района г. Тольятти Саперского А.П., истца ФИО1, представителя истца ФИО2 (доверенность № ... от 10.12.2018 г. в деле), представителей ответчика ФИО3 (доверенность б/н от 17.09.2018 г. в деле), ФИО4 (доверенность б/н от 11.12.2018 г. в деле)

гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Тольяттинский завод пожарной техники и оборудования» ВДПО о компенсации морального вреда, причиненного вследствие несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Тольяттинский завод пожарной техники и оборудования» ВДПО (далее – ООО «ТЗПТО» ВДПО) о компенсации морального вреда, причиненного вследствие несчастного случая на производстве, указав в обоснование иска следующее:

Он (истец) работал в ООО «ТЗПТО» ВДПО с 26.12.2017 г. в должности слесаря механо-сборочных работ, дополнительным соглашением от 22.01.2018 г. работодатель предоставил ему работу по должности мастера производственного участка с 01.02.2018 г.

03.04.2018 г. при выполнении операции по изготовлению заготовки под огнетушитель с ним произошел несчастный случай – он хотел поправить заготовку, находящуюся в прессе. Его нога находилась на педали пуска, и он непроизвольно нажал на педаль пуска ногой, в результате чего произошел удар пресса по руке.

С полученной травмой он был доставлен в травматологическое отделение ГБУЗ СО «Тольяттинская городская больница № 4», где ему оказали первую медицинскую помощь и госпитализировали с диагнозом «травматический отрыв 1.2 пальца левой кисти, частичное повреждение средней порции сухожилия разгибателя 3 пальца левой кисти».

В больнице он (истец) находился до 12.04.2018 г., ему было рекомендовано дальнейшее наблюдение травматолога, гипсовая фиксация 3 недели, проведение курса ЛФК, ФТЛ. В случае неудовлетворительного результата предполагалось направление на оперативное вмешательство.

По результатам расследования несчастного случая был составлен акт № 2 о несчастном случае, оформленный с нарушениями и не соответствующий материалам расследования несчастного случая, где он (истец) был признан виновным в произошедшем, в связи с чем им была подана жалоба в Государственную инспекцию труда в Самарской области. После признания прежнего акта утратившим силу составлен новый акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 за № 4 от 25.06.2018 г. При расследовании выявлено, что причинами несчастного случая послужили: не проведение работодателем обучения и проверки знаний требований охраны труда ФИО1, чем нарушены абз. 8 ч. 2 ст. 212 ТК РФ и п.п. 2.3.1., 2.3.2. Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организации, являющегося Приложением к Постановлению Минтруда России и Минобразования России от 13.01.2003 г. № 1/29; допуск ФИО1 к исполнению им трудовых обязанностей, не прошедшего в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, чем нарушены абз. 9 ч. 2 ст. 212 ТК РФ, ст. 76 ТК РФ.

По результатам освидетельствования и установления степени утраты трудоспособности ФКУ «ГБ МСЭ по Самарской области» Минтруда России ему (истцу) установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 10 %, о чем выдана справка серии МСЭ-2012 № 0006229. Группа инвалидности не устанавливалась и оформлялась.

В связи с полученной травмой он (истец) лишен возможности продолжить трудовую деятельность, полноценно содержать семью, выполнять самостоятельно дела по дому, что причиняет ему нравственные страдания. Полученная травма вызывает у него физические страдания, что требует постоянного медицинского наблюдения, требуется реабилитация. Все специальности, которыми он владеет (обработка металлов резанием, слесарь КИПиА, охранник) требуют здоровых, полноценных рук. После увольнения в ноябре 2018 г. из-за ограничения двигательной активности кисти и отсутствия пальцев он (истец) не может найти себе работу, 15.01.2019 г. зарегистрировался в ГКУ Самарской области «Центр занятости населения г.о. Тольятти» в качестве безработного, получает пособие по безработице. Ежемесячная страховая выплата по возмещению вреда здоровью, произведенная Фондом социального страхования, в размере 1600 рублей назначена на срок с 04.08.2018 г. по 01.08.2019 г. Единовременная страховая выплата в размере 9636,85 рублей выплачена 27.09.2018 г.

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования, дополнив, что нравственные страдания причинены ему и действиями ответчика, произведенными после получения производственной травмы, поскольку после несчастного случая ответчик не отреагировал на его письменные просьбы о возмещении морального вреда.

После оперативного лечения в ГБУЗ СО «Тольяттинская городская больница № 4» состояние его здоровья не улучшилось, в области тыла левой кисти имеется поперечный шрам от ранения, 3 палец левой кисти согнут, активное разгибание отсутствует. Диагноз «ампутационная культя 2п левой кисти на уровне основной фаланги 3п левой кисти» сохраняется и ему рекомендовано повторное оперативное вмешательство в плановом порядке после устранения тугоподвижности сухожилия разгибателя 3 пальца левой кисти, что подтверждается медицинским заключением врача-травматолога от 21.06.2018 г.

Истец не отрицает, что в момент несчастного случая проявил неосторожность, т.к. штамповка им производилась без дополнительных приспособлений (металлических крючков, пинцетов), при установке заготовки он должен был отключить электропитание пресса, чтобы избежать внезапного опускания ползуна, однако оборудование он не выключил.

Представитель ответчика ФИО4, допрошенная в судебном заседании, иск признала в части, указав, что ООО «ТЗПТО» ВДПО выполняло все требования, предусмотренные действующим законодательством по охране труда работников, а именно: своевременно проводило инструктажи и проверку знаний требований охраны труда, бесплатно выдавало спецодежду и средства индивидуальной защиты. Работодатель провел обучение истца по квалификации мастер производственного участка. ФИО1 не первый день работал на станках, занимая должность мастера, сам производил инструктажи новым сотрудникам по технике безопасности при работе на прессах. Несчастный случай произошел по его грубейшей неосторожности. Считая заявленную к взысканию сумму в размере 500 000 рублей явно завышенной, представитель ответчика просила снизить размер компенсации морального вреда до 7000 рублей и учесть, что производственная травма отнесена к легкому вреду здоровью. В последствии у истца не было заинтересованности в продолжении работы, хотя он мог выполнять работу в прежней профессии с незначительными ограничениями, а для обсуждения вопросов о компенсационных выплатах ФИО1 к работодателю не явился.

Суд, выслушав участников процесса, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск удовлетворить в части, считает исковое заявление ФИО1 обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

На основании ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

Виды, объем и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом (ст. 184 ТК РФ).

Ответственность работодателя заключается в возмещении работнику причиненного вреда путем: возмещения заработка (полностью или частично) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; возмещения дополнительных расходов в связи с трудовым увечьем; выплаты единовременного пособия в связи с трудовым увечьем или смертью кормильца; выплаты компенсации морального вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствие со ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Статья 237 ТК РФ также предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как следует из материалов дела, ФИО1 работал в ООО «ТЗПТО» ВДПО с 26.12.2017 г. в должности слесаря механо-сборочных работ, дополнительным соглашением от 22.01.2018 г. работодатель предоставил ему работу по должности мастера производственного участка с 01.02.2018 г. (л.д. ...).

03.04.2018 г. при выполнении операции по изготовлению заготовки под огнетушитель с ним произошел несчастный случай – истец хотел поправить заготовку, находящуюся в прессе. Его нога находилась на педали пуска, и он непроизвольно нажал на педаль пуска ногой, в результате чего произошел удар пресса по руке.

С полученной травмой истец был доставлен в травматологическое отделение ГБУЗ СО «Тольяттинская городская больница № 4», где ему оказали первую медицинскую помощь и госпитализировали с диагнозом «травматический отрыв 1.2 пальца левой кисти, частичное повреждение средней порции сухожилия разгибателя 3 пальца левой кисти» (л.д. ...).

В больнице истец находился до 12.04.2018 г., ему было рекомендовано дальнейшее наблюдение травматолога, гипсовая фиксация 3 недели, проведение курса ЛФК, ФТЛ. В случае неудовлетворительного результата предполагалось направление на оперативное вмешательство.

По результатам расследования несчастного случая был составлен акт № 2 о несчастном случае, оформленный с нарушениями и не соответствующий материалам расследования несчастного случая, где истец ФИО1 был признан виновным в произошедшем, в связи с чем им была подана жалоба в Государственную инспекцию труда в Самарской области (л.д. ...).

После признания прежнего акта утратившим силу составлен новый акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 за № 4 от 25.06.2018 г. При расследовании выявлено, что причинами несчастного случая послужили: не проведение работодателем обучения и проверки знаний требований охраны труда ФИО1, чем нарушены абз. 8 ч. 2 ст. 212 ТК РФ и п.п. 2.3.1., 2.3.2. Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организации, являющегося Приложением к Постановлению Минтруда России и Минобразования России от 13.01.2003 г. № 1/29; допуск ФИО1 к исполнению им трудовых обязанностей, не прошедшего в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, чем нарушены абз. 9 ч. 2 ст. 212 ТК РФ, ст. 76 ТК РФ (л.д. ...).

За нарушение норм действующего трудового законодательства Государственной инспекцией труда в Самарской области в отношении ООО «ТЗПТО» ВДПО составлены протоколы об административном правонарушении от 26.06.2018 г., назначены наказания в виде предупреждений, штрафов в размерах 55000 рублей, 65000 рублей (л.д. ...).

По результатам освидетельствования и установления степени утраты трудоспособности ФКУ «ГБ МСЭ по Самарской области» Минтруда России истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 10 %, о чем выдана справка серии МСЭ-2012 № 0006229 (л.д. ...).

Группа инвалидности не устанавливалась и оформлялась.

Согласно программе реабилитации пострадавшего ФИО1 формы и приемы реабилитации предусматривают санаторно-курортное лечение (опорно-двигательный профиль) с 25.07.2018 г. по 01.08.2019 г. Может выполнять работу в прежней профессии с незначительными ограничениями (л.д. ...).

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

На основании акта расследования несчастного случая на производстве было установлено, что вследствие не обеспечения безопасных условий труда, не проведения инструктажа по охране труда у истца наступило трудовое увечье, в результате которого частично утрачена профессиональная трудоспособность, истец вынужден применять медикаментозное лечение, стационарное лечение, ограничен в выборе профессии, поскольку ему противопоказан труд в заданном темпе, точные виды труда с участием обеих рук.

Истец у работодателя подвергся воздействию движущихся предметов, машин (защемление между станиной пресса и ползуном пресса), когда не были обеспечены безопасные условия труда, согласно личной учетной карточке средства индивидуальной защиты (СИЗ) ФИО1 не выдавались.

Полученные им повреждения относятся к категории легких травм, увечье является неустранимым и заметным для окружающих; с даты первичного освидетельствования и по настоящее время степень утраты профессиональной способности не изменилась.

В связи с полученной травмой истец лишен возможности продолжить трудовую деятельность, полноценно содержать семью, выполнять самостоятельно дела по дому, что причиняет ему нравственные страдания. Полученная травма вызывает у него физические страдания, что требует постоянного медицинского наблюдения, применения обезболивающих препаратов, т.к. культя болит, требуется реабилитация. Истцу рекомендовано повторное оперативное вмешательство в плановом порядке после устранения тугоподвижности сухожилия разгибателя 3 пальца левой кисти, что подтверждается медицинским заключением врача-травматолога от 21.06.2018 г. Кроме того, после увольнения в ноябре 2018 г. из-за ограничения двигательной активности кисти и отсутствия пальцев истец не может найти себе работу, т.к. все специальности, которыми он владеет (обработка металлов резанием, слесарь КИПиА, охранник) требуют здоровых, полноценных рук.

На письменную просьбу компенсировать моральный вред после несчастного случая работодатель ответил отказом.

Вместе с тем, несмотря на отсутствие в акте сведений о факте неосторожности истца, суд также учитывает показания истца ФИО1, который в судебном заседании пояснил, что проявил невнимательность, при установке заготовки он должен был отключить электропитание пресса, чтобы избежать внезапного опускания ползуна, однако оборудование он не выключил, его руки находились в опасной зоне, что также привело к несчастному случаю на рабочем месте.

Судом также принимается во внимание обстоятельство, что истцом (после изменения формулировки увольнения) по собственной инициативе были прекращены трудовые отношения с ответчиком, несмотря на возможность обеспечения ему условий труда в соответствии с медицинскими показаниями (может выполнять работу в прежней профессии с незначительными ограничениями). Истец ФИО1 отказался от иска к ООО «ТЗПТО» ВДПО о восстановлении на работе (л.д. ...), данные факты были подтверждены в судебном заседании сторонами по делу.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд учитывает характер причиненного здоровью истца вреда, степень перенесенных истцом страданий и полагает целесообразным взыскать с ООО «ТЗПТО» ВДПО в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 100000 рублей.

Сумму компенсации, предложенную ответчиком в размере 7000 рублей, суд считает заниженной, не соответствующей требованиям разумности и справедливости, и не в полной мере компенсирующей те нравственные и физические страдания, которые испытывает истец в связи с полученным трудовым увечьем.

Доводы ответчика о том, что истец при устройстве на работу осознавал тот факт, что поступает на работу с опасными производственными факторами, к которым относятся подвижные части производственного оборудования, не первый день работал на прессе, суд считает несостоятельными, поскольку в соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работника средствами труда, оборудованием, инструментами.

При вынесении решения по делу суд обязан рассмотреть вопрос о распределении судебных расходов.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ТЗПТО» ВДПО в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного вследствие несчастного случая на производстве, 100000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Взыскать с ООО «ТЗПТО» ВДПО государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Комсомольский районный суд г. Тольятти Самарской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.Г. Захаревская

Мотивированная часть решения изготовлена 22.02.2019 г. в единственном экземпляре и является подлинником.

Судья М.Г. Захаревская