Приговор № 1-2/2020 1-25/2019 от 19 февраля 2020 г. по делу № 1-2/2020

Дело № 1-2/2020


Приговор

Именем Российской Федерации

20 февраля 2020 года город Казань

Казанский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего Банникова Ю.Э.,

при секретаре судебного заседания Хисматуллиной Л.Т.,

с участием государственных обвинителей — старших помощников военного прокурора Казанского гарнизона капитанов юстиции ФИО33 и ФИО34, помощника военного прокурора Казанского гарнизона лейтенанта юстиции ФИО35,

подсудимого ФИО36,

защитника – адвоката Порошина С.Л.,

представителей потерпевшего – федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный центр токсикологической, радиационной и биологической безопасности» (далее – ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ») в лице ФИО37 и ФИО38,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего <изъято> ФИО36, родившегося <дата>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, с высшим образованием, состоящего в зарегистрированном браке, имеющего на иждивении <изъято>, ранее не судимого, проходившего военную службу по контракту с 6 августа 2013 года по 11 ноября 2015 года в должности инженера, уволенного с военной службы 19 декабря 2019 года, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации,

установил:

ФИО36, действуя с корыстным умыслом, направленным на хищение путём обмана денежных средств в особо крупном размере, в апреле 2013 года предложил ФИО1 – директору ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и его заместителю - ФИО2 участие в конкурсе для заключения государственного контракта на выполнение опытно-конструкторской работы по разработке <изъято> (далее - КТИМ), цена которого составляла 47 344 610 рублей. Не раскрывая своих истинных намерений, ФИО36 также предложил заключить договор соисполнительства с коммерческой организацией на выполнение части работ по данному государственному контракту, стоимость выполнения которых составит около половины от общей цены контракта. По результатам проведения конкурса между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в лице директора ФИО1 и Министерством обороны Российской Федерации 13 мая 2013 года заключён государственный контракт <номер> на выполнение опытно-конструкторской работы на общую сумму 41000000 рублей. Одновременно ФИО36 убедил ранее знакомого ФИО3, являвшегося директором открытого акционерного общества «ЦАГИ-системы моделирования» (далее – ОАО «ЦАГИ-СМ»), заключить контракт с ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» на выполнение опытно-конструкторских работ, пообещав получение денежного вознаграждения в размере 10 % от суммы предполагаемого договора, заверив, что все обязательства по контракту он возьмёт на себя.

После чего ФИО36 лично подготовил текст контракта и технического задания к нему на выполнение опытно-конструкторских работ: <изъято> который предусматривал шесть этапов, с указанием сроков исполнения и цены каждого этапа.

23 мая 2013 года между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ» заключён, подготовленный ФИО36, контракт № 04/13-ЦСМ на выполнение опытно-конструкторской работы по разработке специального термоконтейнера на общую сумму 23000000 рублей.

В последствии ФИО36 представил в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» формальные разработки эскизного и технического проектов специального термоконтейнера и аппаратурно-технологической линии (далее – АТЛ), выполненные наряду с иной документацией по государственному контракту от 13 мая 2013 года <номер> привлечёнными ФИО36 лицами, тем самым, введя в заблуждение ФИО1 и ФИО2 в части информативности и качества данных документов, а также их соответствия стоимости, предусмотренной по 1 и 2 этапам контракта.

В качестве авансов на выполнение работ и в соответствии с актами выполненных работ по двум этапам ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» перечисляло на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» денежные средства.

В декабре 2013 года ФИО36, понимая, что выполнить последующие этапы ему не представляется возможным, якобы выполнив часть контракта, предъявив указанную выше документацию по первым двум этапам, несоответствующую действительной стоимости и качеству, решил не выполнять условия контракта № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года по этапам № 3, № 4, не разрабатывать рабочую конструкторскую документацию и не изготавливать опытный образец, а предложил использовать покупной термоконтейнер ТМ-20, отвечающий требованиям тактико-технического задания (далее – ТТЗ), за исключением наличия внешнего электропитания.

Реализуя задуманное, ФИО36 отыскал термоконтейнеры, которые отвечали указанным требованиям, в розничной продаже в ООО «Термо-Конт МК» и сообщил главному конструктору опытно-конструкторских работ <изъято> ФИО2 о том, что изготовление рабоче-конструкторской документации и изготовление термоконтейнера, отвечающего требованиям ТТЗ, займёт более длительное время, и в сроки, установленные контрактом, их представить не имеется возможности ввиду трудоёмкости выполняемых работ.

ФИО2, будучи введённым в заблуждение ФИО36, в целях недопущения срыва сроков по основному государственному контракту вынужденно согласился с предложением ФИО36 использовать покупной термоконтейнер ТМ-20 на период проведения государственных испытаний по основному государственному контракту, надеясь на получение соответствующего термоконтейнера в будущем.

С целью исполнения государственного контракта ФИО2 по рекомендации ФИО36 инициировал перед представителями Заказчика предложение об использовании термоконтейнера без внешнего электропитания на период проведения государственных испытаний, на что получил согласие.

После этого ФИО2 подписал, представленный ФИО36, договор поставки медицинских термоконтейнеров № 7/03-14 от 7 марта 2014 года, подписанный ООО «Термо-Конт МК» в лице генерального директора ФИО5, на основании которого ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» на счёт ООО «Термо-Конт МК» переведены денежные средства в сумме 13800 рублей на приобретение и поставку 4 медицинских термоконтейнеров ТМ-20.

Далее ФИО36 сообщил ФИО2, ФИО1 и иным сотрудникам учреждения заведомо ложную информацию о том, что работы по этапам № 3 и № 4 ведутся, однако их выполнение требует дополнительных денежных средств. Обещая в будущем представить результаты работ, ФИО36 попросил от руководства ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» подписать акт сдачи-приемки выполненных работ по названным этапам и перечислить на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» в качестве оплаты за выполненную работу предусмотренные условиями контракта денежные средства, что было выполнено.

Кроме того, ФИО36, взяв на себя ответственность за выполнение опытно-конструкторских работ, укомплектованием аппаратурно-технологической линии оборудованием не занимался вовсе и на момент подписания акта сдачи-приемки этапа № 4 от 27 марта 2014 года какое-либо оборудование закуплено не было, в связи с чем на объекте Заказчика аппаратурно-технологическая линия размещена не была.

При этом ФИО36, не желая тратить денежные средства, выделенные на выполнение 4 этапа, инициировал подписание договора между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в лице ФИО1 и ОАО «ЦАГИ-СМ» в лице ФИО3 от 21 марта 2014 года № 02/14-ЦСМ, который предусматривал размещение и ввод в эксплуатацию аппаратурно-технологической линии, то есть выполнение аналогичных работ, предусмотренных условиями технического задания на выполнение опытно-конструкторских работ по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ.

Несмотря на размещение аппаратурно-технологической линии на объекте Заказчика, сертификация её проведена не была, что также свидетельствует о преждевременном подписании акта выполненных работ по этапу № 4 от 27 марта 2014 года.

При таких обстоятельствах, ФИО36 обманным путём организовал подписание актов сдачи-приемки выполненных работ по этапам № 1, № 2, № 3 и № 4 опытно-конструкторских работ по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13 – ЦСМ, которые фактически в рамках указанного контракта не выполнялись.

Кроме того, в последующем рабоче-конструкторская документация и изготовленные на их основе опытные образцы термоконтейнеров в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» ФИО36 также представлены не были, так как фактически не изготавливались, а потому участия в каких-либо испытаниях на этапе № 5 не принимали вовсе ввиду их отсутствия.

Всего по актам сдачи-приемки выполненных работ по этапам № 1, № 2, № 3 и № 4, а также в качестве авансов на выполнение этапов № 5 и № 6 по указанию руководства ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», обманутого и введенного в заблуждение ФИО36, бухгалтерским работником учреждения со счёта ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» <номер>, открытого в банке ГРКЦ НБ Республики Татарстан банка России, расположенном по адресу: <...>, осуществлён безналичный перевод денежных средств в ОАО «ЦАГИ-СМ» на расчётный счёт <номер>, открытый в ООО КБ «Международный расчетный банк» (<...>), в сумме 19 840 000 рублей следующими платежными поручениями:

-платёжным поручением № 587 от 28 июня 2013 года на счет ОАО «ЦАГИ-СМ» в соответствии с п. 6.3.1 названного контракта переведены авансы на выполнение работ по этапу № 1 в сумме 750 000 рублей, этапу № 2 в сумме 1 050 000 рублей, этапу № 3 в сумме 1 500 000 рублей, которые в тот же день списаны со счёта ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и поступили на указанный расчётный счёт ОАО «ЦАГИ-СМ»;

-платёжным поручением № 776 от 24 сентября 2013 года на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» переведены 1 750 000 рублей в качестве окончательного расчета по этапу № 1, которые в тот же день списаны со счёта ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и поступили на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ»;

-платёжным поручением № 665 от 24 декабря 2013 года на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» переведены 2 150 000 рублей в качестве окончательного расчёта по этапу № 2, которые в тот же день списаны со счёта ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и поступили на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ»;

-платёжным поручением № 506 от 6 марта 2014 года на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» переведены 3 300 000 рублей в качестве окончательного расчета по этапу № 3, которые в тот же день списаны со счета ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и поступили на счет ОАО «ЦАГИ-СМ» (при этом 300 000 рублей переведены в качестве оплаты за выполненные работы по этапу № 2, так как ранее ошибочно не были своевременно переведены);

-платёжным поручением № 505 от 6 марта 2014 года на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» переведены 3 600 000 рублей, в качестве авансов на выполнение работ по этапу № 4 в сумме 2 460 000 рублей, этапу № 5 в сумме 840 000 рублей и этапу № 6 в сумме 300 000 рублей, которые в тот же день списаны со счёта ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и поступили на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ»;

-платёжным поручением № 311 от 29 мая 2014 года на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» переведены 5 740 000 рублей, в качестве окончательного расчёта по этапу № 4, которые в тот же день списаны со счёта ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и поступили на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ».

С целью обналичивания денежных средств, согласно достигнутой ранее между ФИО3 и ФИО36 договоренностью, 12 декабря 2013 года между ОАО «ЦАГИ-СМ» и ООО «Новые Технологии» заключен фиктивный контракт № 15/13-ЦСМ/Док без намерений выполнения каких-либо работ по нему, в соответствии с условиями которого на счёт указанной организации были переведены денежные средства в сумме 17 575 000 рублей.

Далее неустановленными в ходе следствия лицами, денежные средства по мере их поступления были обналичены, а в последующем через сотрудников ОАО «ЦАГИ-СМ» в сумме около 16 500 000 рублей переданы ФИО36 в офисе указанной организации и иных местах г. Москвы, которыми он распорядился по своему усмотрению.

При таких обстоятельствах ФИО36 путём обмана и злоупотребления доверием похитил принадлежащие ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» денежные средства в сумме 19 840 000 рублей по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ, заключенному между ОАО «ЦАГИ-СМ» и ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», который выполнен не был, тем самым причинив ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» имущественный ущерб в особо крупном размере на общую сумму 19 840 000 рублей.

Подсудимый ФИО36 в суде свою вину в совершении инкриминируемого ему деяния не признал и показал, что работы по 1-3 этапам выполнял совместно с ФИО4 и привлечёнными им конструкторами, а также ФИО13 и привлечёнными последним научными сотрудниками. Решение об использовании покупных термоконтейнеров принято руководством ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ». Названные термоконтейнеры были разработаны и созданы по заказу ФИО5 и его субподрядчиком – ООО «Телджен». При этом на 4 этапе было изготовлено и скомплектовано оборудование аппаратурно-технологической линии для производства иммуноферментных тест-систем. В связи с фактическим выполнением 1-4 этапов к нему каких-либо претензий не могло быть, поскольку взятые обязательства по подготовке необходимой документации он исполнил в полном объёме. Он считает, что невыполнение работ со стороны ОАО «ЦАГИ-СМ» относится исключительно к гражданско-правовым отношениям, а ущерб в результате неисполнения всего контракта установить невозможно, в связи с чем установить сумму похищенного имущества также невозможно.

ФИО36 также пояснил, что он каких-либо обязательств по заключенному контракту не имел, поскольку его техническая работа не была документально оформлена, а как следствие не имел возможности рассчитывать на оплату за выполненную научную работу. По его мнению, в данном случае отсутствует сам факт мошенничества, поскольку действие контракта приостановлено, и он может быть исполнен в законном порядке путём выполнения надлежащим образом 5 и 6 этапов.

В то же время суд отмечает, что в ходе предварительного расследования ФИО36 неоднократно менял показания. Так, 12 января 2016 года ФИО36 заявил ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, из которого следует, что вину в инкриминируемом ему деянии он признаёт, готов сотрудничать со следствием и давать правдивые показания. В последующем ходатайство было удовлетворено, и 14 января 2016 года ФИО36 заключил досудебное соглашение о сотрудничестве с заместителем прокурора Республики Татарстан. После заключения такого соглашения ФИО36, будучи допрошенным в качестве обвиняемого, показал, что вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации, он признаёт. Одновременно с этим им даны последовательные показания, которые подтверждаются совокупностью доказательств, собранных по уголовному делу.

Вместе с тем, в ходе последующих допросов в качестве обвиняемого ФИО36 в очередной раз свои показания изменил, пояснив, что умысла на хищение денежных средств у него не было, все работы, предусмотренные контрактом, им выполнялись, никаких денежных средств ни от кого он не получал, в связи с чем какого-либо преступления им совершено не было.

Несмотря на непризнание своей вины, виновность ФИО36 в совершении инкриминируемого ему деяния полностью подтверждается собранными по делу и исследованными в суде доказательствами.

Представитель потерпевшего ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» - ФИО37 в суде показал, что 13 мая 2013 года между Министерством обороны Российской Федерации и ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в лице директора ФИО1 заключён государственный контракт <номер> на выполнение опытно-конструкторской работы по разработке <изъято> на общую сумму 41 000 000 рублей.

Фактически инициатором заключения данного контракта являлся ФИО36, который пообещал руководству ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в будущем тесное взаимодействие с Министерством обороны, заключение новых государственных контрактов на крупные суммы, общее покровительство с его стороны в рамках оказания помощи при выполнении контрактов, что положительно скажется на престиже учреждения и материальном достатке его сотрудников.

Также ФИО36 заверил руководство ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в том, что все основные работы по названному контракту будут выполнены им лично, но необходимо было заключить смежный контракт с ОАО «ЦАГИ-СМ» на выполнение части работ.

23 мая 2013 года в рамках выполнения работ по вышеуказанному госконтракту между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ» заключен контракт № 04/13-ЦСМ на выполнение части опытно-конструкторской работы по изготовлению термоконтейнера и АТЛ для тест-систем на общую сумму 23 000 000 рублей.

Затем ФИО36 начал последовательно представлять сотрудникам ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» опытно-конструкторские работы по этапам, согласно контракту. Однако данные документы являлись неинформативными и формальными. Как выяснилось данные документы представлялись ФИО36 исключительно в целях сокрытия своих истинных преступных намерений и создания видимости исполнения взятых на себя перед ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» обязательств.

При этом ФИО36 обманным путём инициировал приобретение ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» покупных термоконтейнеров, не выполняя какие-либо работы по этапам № 3 и № 4 контракта от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ, связанные с изготовлением термоконтейнера.

В последующем руководство ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», будучи обманутым ФИО36, подписало акты сдачи-приемки выполненных работ по четырём этапам по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ, в результате чего платёжными поручениями по указанным этапам, а также в качестве авансов на выполнение этапов № 5 и № 6 ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ были перечислены денежные средства на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» в сумме 19 840 000 рублей.

ФИО37 также пояснил, что согласно п. 12.5 условий ТТЗ на выполнение опытно-конструкторских работ по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ на этапах разработки эскизного и технического проектов, разработки рабоче-конструкторской документации для изготовления опытного образца изделия, изготовления опытного образца изделия и участия в предварительных испытаниях должен быть проведен комплекс мероприятий по укомплектованию – АТЛ оборудованием, а также её сертификация. При этом АТЛ для производства тест-систем должна быть размещена на базе научно-исследовательского центра (войсковая часть <номер>).

Однако, учитывая, что ФИО36 взятые на себя обязательства в действительности не были выполнены на момент подписания акта сдачи-приемки этапа № 4 от 27 марта 2014 года, какое-либо оборудование закуплено не было, в связи с чем на объекте Заказчика АТЛ размещена не была.

ФИО36 также инициировал подписание договора между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в лице ФИО1 и ОАО «ЦАГИ-СМ» в лице ФИО3 от 21 марта 2014 года № 02/14-ЦСМ на сумму 4 000 000 рублей, который предусматривал размещение и ввод в эксплуатацию АТЛ, то есть выполнение аналогичных работ, предусмотренных условиями технического задания на выполнение опытно-конструкторских работ по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ.

В рамках указанного договора ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» лишь 7 апреля 2014 года на расчётный счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» переведены денежные средства в размере 3 200 000 рублей в качестве аванса на покупку оборудования для АТЛ и доставку оборудования в ФБУ «33 ЦНИИИ МО Российской Федерации», то есть уже после подписания 27 марта 2014 года акта сдачи-приемки выполненных работ этапа № 4 по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ.

В дальнейшем АТЛ на объекте Заказчика была размещена, но её сертификация не проведена. Тем самым акт выполненных работ по этапу № 4 от 27 марта 2014 года был подписан преждевременно в результате обманных действий ФИО36.

ФИО36, взяв на себя обязательства по выполнению условий контракта от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ, не имея реальной возможности выполнить все его условия и изначально не имея реальных целей выполнить их в надлежащем виде обманным путём организовал подписание актов сдачи-приемки выполненных работ по этапам № 1, № 2, № 3 и № 4 опытно-конструкторских работ по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13 – ЦСМ, которые фактически в рамках указанного контракта не выполнялись.

Кроме того, в последующем рабоче-конструкторская документация и изготовленные на их основе опытные образцы термоконтейнеров в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» ФИО36 также представлены не были, так как фактически не изготавливались, а потому участия в каких-либо испытаниях на этапе № 5 не принимали вовсе в виду их отсутствия.

Таким образом, в результате действий ФИО36 ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» причинён ущерб на сумму 19 840 000 рублей.

Представитель потерпевшего ФИО38 полностью поддержала позицию представителя ФИО37.

Согласно оглашённым в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО3 – бывшего генерального директора ОАО «ЦАГИ-СМ», в мае 2013 года в офис организации прибыл ранее ему знакомый ФИО36, который предложил выполнить за 23 000 000 рублей опытно-конструкторские работы по разработке специального термоконтейнера для обеспечения транспортирования <изъято>, пояснив, что фактически работы по контракту тот выполнит сам, а ОАО «ЦАГИ-СМ» будет использоваться для перечисления денежных средств.

Примерно через неделю ФИО36 сообщил, что вопрос привлечения ОАО «ЦАГИ-СМ» в качестве соисполнителя решён и представил на подпись контракт между с ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», а также техническое задание к нему, подписанные директором ФИО1.

Определив размер вознаграждения в сумме 5% от цены контракта, которые планировал оставить в ОАО «ЦАГИ-СМ», он подписал контракт и техническое задание к нему.

С руководством ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и его представителями он не общался. В последующем от ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» поступили денежные средства в сумме 17 575 000 рублей, которые за исключением 5% от указанной суммы были переведены в ООО «Новые технологии». Вопросом по их обналичиванию занимался главный бухгалтер ОАО «ЦАГИ-СМ» ФИО6.

По предложению ФИО36 также аналогичным образом был заключён ещё один контракт на сумму примерно 4 000 000 рублей по закупке оборудования в г. ФИО39.

Со слов ФИО36 указанный контракт необходимо было заключить, поскольку приобретение данного оборудования изначально было обусловлено контрактом по <изъято> на 23 000 000 рублей, но поскольку деньги по данному контракту обналичивались и оборудование не приобреталось, следовало заключить контракт, по которому указанное оборудование можно было приобрести и в последующем предъявить Заказчику.

Одновременно ФИО36 приносил ему на подпись акты выполненных работ, однако об их реальном выполнении ему неизвестно. Со стороны ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» к нему никто не обращался.

До подписания контракта он сообщал ФИО36, что контракт на базе ОАО «ЦАГИ-СМ» выполнен быть не может, поскольку отсутствовали необходимые специалисты.

Однако ФИО36 уверял его, что все работы будут выполнены последним лично от имени ОАО «ЦАГИ-СМ» в рамках заключенного контракта, что ОАО «ЦАГИ-СМ» вообще не потребуется каких-либо затрат и усилий для его исполнения. При этом ФИО3 не подозревал, что ФИО36 реально в последующем каких-либо фактических работ по названному контракту не выполнит.

Обязательным условием ФИО36 являлось то, что все перечисленные в рамках контракта №04/13-ЦСМ денежные средства будут выведены с лицевого счёта ОАО «ЦАГИ-СМ» и переданы ФИО36.

Из протоколов очной ставки между обвиняемым ФИО36 и свидетелем ФИО3 от 10 декабря 2015 года и от 30 июля 2016 года следует, что последний подтвердил данные им в ходе следствия показания, пояснив, что именно ФИО36 предложил ему заключить контракт с ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ». ФИО36 сказал, что выполнит все работы самостоятельно, и к ОАО «ЦАГИ-СМ» каких-либо вопросов никто задавать не будет. ОАО «ЦАГИ-СМ» должна была по условиям устных договоренностей с ФИО36 произвести операции по обналичиванию денежных средств, которые передавались ФИО36. Сотрудники ОАО «ЦАГИ-СМ» участия в работах не принимали.

В судебном заседании свидетель ФИО6 – главный бухгалтер ОАО «ЦАГИ-СМ» - показал, что право подписи по распоряжению денежными средствами ОАО «ЦАГИ-СМ» имеют директор ФИО3 и он. В мае 2013 года ФИО36 обратился в ОАО «ЦАГИ-СМ» с предложением выступить в качестве номинального соисполнителя по государственному контракту <изъято>, заключенного между Министерством обороны Российской Федерации и ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», для обналичивания денежных средств.

Согласно заключённому контракту, сумма которого составляла 23 000 000 рублей, ОАО «ЦАГИ-СМ» должно было выполнить разработку специального термоконтейнера. До подписания названного контракта ФИО3 сообщал ФИО36, что данный контракт на базе ОАО «ЦАГИ-СМ» выполнен быть не может, поскольку отсутствовали необходимые специалисты. Однако ФИО36 уверял, что все работы будут выполнены им самим от имени ОАО «ЦАГИ-СМ».

ФИО36 на территории ОАО «ЦАГИ-СМ» каких-либо работ по указанному контракту не осуществлял, какие-либо реальные отчётные документы не представлял, а лишь периодически прибывал и распечатывал акты приемки выполненных работ.

Перед подписанием актов приемки выполненных работ ФИО36 заверял ФИО3, что работы, якобы, выполнены, что проблем не имеется, и что все необходимые документы тот представит позже, чего так реально и не было сделано. По 5-6 этапам контракта ФИО36 документов на их выполнение и актов сдачи-приемки в ОАО «ЦАГИ-СМ» вообще не предоставлял.

ФИО6 также пояснил, что по инициативе ФИО36 был подписан договор между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ» на сумму 4 000 000 рублей, который предусматривал размещение и ввод в эксплуатацию аппаратурно-технологической линии, то есть выполнение аналогичных работ, предусмотренных условиями технического задания на выполнение опытно-конструкторских работ по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ. По данному договору ФИО36 также просил произвести обналичивание денежных средств и передачу их обратно ФИО36, что было выполнено. После обналичивания через ООО «Новые технологии» денежные средства им лично передавались ФИО36 за исключением 10%, которые оставались в ОАО «ЦАГИ-СМ».

От ФГБУ «ФТЦРБ-ВНИВИ» на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» по контракту № 04/13-ЦСМ поступили денежные средства в сумме 19 840 000 рублей, из которых около 16 500 000 рублей ФИО6 были переданы ФИО36 в офисе ОАО «ЦАГИ-СМ», на улице в районе ОАО «ЦАГИ-СМ», а также в районе станции метро «Кузьминки». Сумма передавалась несколькими частями, в зависимости от поступивших денежных средств.

В судебном заседании свидетель ФИО14 - бывший заместитель генерального директора ОАО «ЦАГИ–СМ» показал, что ОАО «ЦАГИ-СМ» пользовались услугами организаций, с помощью которых обналичивались денежные средства за 5 - 10 % от суммы обналичивания. Именно такая формально созданная организация под наименованием ООО «Новые технологии» была сделана знакомыми ФИО6.

Примерно в конце июля – начале августа 2015 года ФИО3 сообщил ему о заключении через ФИО36 контракта с ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», пояснив, что тот не выполнил своих обязательств, предусмотренных контрактом. ФИО36 в помещениях ОАО «ЦАГИ-СМ» разработкой какой-либо документации не занимался, однако тот иногда что-то печатал на компьютере вместе с ФИО17. В августе 2015 года ему стало известно о том, что через ОАО «ЦАГИ-СМ» были проведены крупные денежные средства за сделки, не предусмотренные видом их деятельности.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля ФИО17 – бывшего главного бухгалтера ОАО «ЦАГИ-СМ» следует, что с 1 мая 2014 года, когда она стала работать в ОАО «ЦАГИ-СМ», в данную организацию часто приезжал ФИО36 и привозил какие-то акты сдачи-приёмки работ, либо распечатывал их с собственной флэш-карты на её компьютере. Указанные акты в последующем подписывал ФИО3.

Свидетель ФИО1 - директор ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» показал в суде, что в апреле 2013 года к нему обратился ФИО2 и сообщил о предложении принять участие в конкурсе на выполнение работ по разработке <изъято> по государственному оборонному заказу в интересах Министерства обороны Российской Федерации (<изъято>). Для помощи в оформлении документов на заявку для участия в конкурсе прибыл ранее незнакомый ФИО36, который пояснил, что сумму контракта необходимо уменьшить с 47 000 000 рублей до 41 000 000.

ФИО36 было сообщено о том, что в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» не имелось своего конструкторского бюро, и выполнить рабоче-конструкторскую документацию институт не мог, однако тот ответил, что данный вопрос он полностью берёт на себя, путём привлечения различных специалистов со стороны.

Также ФИО36 отметил, что для выполнения части работ, которые не сможет выполнить институт, необходимо будет привлекать в качестве соисполнителя стороннюю организацию, заключив с ней контракт и в случае победы в конкурсе примерно половину суммы при получении денег от Министерства обороны Российской Федерации нужно будет перечислить на её счёт.

13 мая 2013 года между Министерством обороны Российской Федерации и ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» был заключен государственный контракт, работы по которому состояли из шести этапов.

После чего по предложению ФИО36 был заключен контракт между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ» на выполнение опытно-конструкторской работы по разработке термоконтейнера и АТЛ на сумму 23 000 000 рублей.

Далее ФИО36 в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» были представлены опытно-конструкторские работы и в соответствии с актами выполненных работ по этапам № 1 и № 2 ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» были переведены денежные средства на общую сумму 5 700 000 рублей.

Как оказалось в последствии ОАО «ЦАГИ-СМ», за которую ручался ФИО36, не выполнило условия контракта по этапам № 3 и № 4: не была разработана рабочая конструкторская документация на термоконтейнер и не изготовлен опытный образец. ФИО36 сообщил, что изготовление рабоче-конструкторской документации, изготовление термоконтейнера, полностью отвечающего требования ТТЗ, займёт более длительное время, и в сроки, установленные контрактом, их представить не имеется возможности в виду трудоемкости выполняемых работ и предложил использовать покупной термоконтейнер ТМ-20, отвечающий требованиям ТТЗ, за исключением наличия внешнего электропитания, обещая в будущем изготовить и представить опытный образец термоконтейнера, отвечающий всем требованиям ТТЗ.

Он вынуждено дал согласие на использование названного покупного термоконтейнера, надеясь на его получение в будущем, при этом по рекомендации ФИО36 было инициировано перед Заказчиком предложение об использовании такого термоконтейнера на период проведения государственных испытаний, на что получили положительный ответ.

После этого ФИО36 представил ФИО2 на подпись договор поставки медицинских термоконтейнеров, подписанный ООО «Термо-Конт МК» в лице генерального директора ФИО5, на основании которого ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» на счёт ООО «Термо-Конт МК» переведены денежные средства в сумме 13800 рублей на приобретение и поставку 4 медицинских термоконтейнеров, и в марте 2014 года они были получены.

В последующем ФИО36 попросил подписать акт сдачи-приемки выполненных работ по этапам № 3 и № 4 и перечислить на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» в качестве оплаты за выполненную работу предусмотренные условиями контракта денежные средства, обещая при этом в будущем представить результаты работ.

Акт сдачи-приемки выполненных работ по этапу № 4, несмотря на то, что опытный образец в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» не представлялся, он подписал, поскольку ФИО36 убедил его в том, что необходимо приобрести простые термоконтейнеры взамен разрабатываемого ОАО «ЦАГИ-СМ».

АТЛ для производства <адрес>, однако ФИО36 укомплектованием оборудования не занимался вовсе и на момент подписания акта сдачи-приемки этапа № 4 какое-либо оборудование закуплено не было, в связи с чем на объекте Заказчика аппаратурно-технологическая линия размещена не была.

При этом ФИО36 убедил заключить очередной договор между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ», который предусматривал размещение и ввод в эксплуатацию аппаратурно-технологической линии, то есть выполнение аналогичных работ, предусмотренных условиями технического задания на выполнение опытно-конструкторских работ по контракту от 23 мая 2013 года № 04/13-ЦСМ.

Он подписал договор № 02/14-ЦСМ от 21 марта 2014 года на сумму 4 000 000 рублей. В итоге АТЛ реально была закуплена и размещена в ФБУ «33 ЦНИИИ МО Российской Федерации».

Вместе с тем, в последующем рабоче-конструкторская документация и изготовленные на их основе опытные образцы термоконтейнеров в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» ФИО36 также представлены не были, так как фактически не изготавливались, а потому участия в каких-либо испытаниях на этапе № 5 не принимали вовсе ввиду их отсутствия.

Всего по контракту ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» перечислило ОАО «ЦАГИ-СМ» 19 840 000 рублей.

Согласно оглашённым в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО8 - главного экономиста ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в марте 2013 года заместитель директора ФИО7 познакомил её с ФИО36 и сообщил, что тот будет заниматься подготовкой конкурсной документации для заключения государственного контракта с Министерством обороны Российской Федерации. После заключения контракта ФИО36 часто приезжал в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» к директору ФИО1. В последствии были заключены контракты с привлеченным в качестве соисполнителя по контракту ОАО «ЦАГИ-СМ» на 23 000 000 рублей и на 4 000 000 рублей.

Свидетель ФИО10 - главный бухгалтер ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», в судебном заседании показала, что по заключённому между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ» контракту в адрес последнего перечислены денежные средства в общей сумме около 20 000 000 рублей.

Данные денежные средства принадлежали ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», в связи с чем и ущерб от невыполнения ОАО «ЦАГИ-СМ» контракта № 04/13-ЦСМ причинён ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ».

По государственному контракту от Министерства обороны на счёт ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» поступили денежные средства в сумме 35 050 000 рублей.

Свидетель ФИО2 – заместитель директора ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», показал суду, что в апреле 2013 года ему из г. Москвы позвонил его научный руководитель ФИО11 и предложил ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» принять участие в разработке опытно-конструкторской работы <изъято>, а в случае положительного ответа обещал направить в г. Казань человека для помощи в оформлении документов на заявку для участия в конкурсе.

Это предложение было обсуждено с ФИО1, который высказал своё согласие на участие в конкурсе. Через несколько дней в институт прибыл ФИО36 и сообщил о наличии конкурса на заключение государственного контракта по выполнению опытно-конструкторской работы по разработке КТИМ в интересах Министерства обороны Российской Федерации на сумму 47 000 000 рублей. ФИО36 обещал помочь в сборе и оформлении необходимых документов, а в последующем содействие в успешном проведении конкурса, при этом указал, что сумму контракта нужно уменьшить.

В последующем ФИО36 по телефону сообщил, что ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» выиграло конкурс на заключение вышеуказанного государственного контракта, после чего был заключён контракт между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и Министерством обороны Российской Федерации на общую сумму 41 000 000 рублей, а ФИО2 стал главным конструктором выполнения работ по данному контракту.

После этого с ОАО «ЦАГИ-СМ» был заключен контракт № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года на выполнение работ, связанных с разработкой и изготовлением электрического термоконтейнера, а также АТЛ. Все работы по данному контракту должен был выполнить ФИО36, как представитель данной организации. В феврале 2014 года ФИО36 сообщил, что не успевает по срокам представить термоконтейнер и обещал представить его в будущем.

В итоге рабоче-конструкторская документация и термоконтейнер ОАО «ЦАГИ – СМ» изготовлены не были, несмотря на то, что указанной организации были перечислены денежные средства, как ему стало известно в сумме 19 840 000 рублей.

Примерно в феврале-марте 2014 года ФИО36 был направлен в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» счёт на приобретение 4 термоконтейнеров у ООО «Термо-Конт МК» на общую сумму около 14 000 рублей, которые были использованы в рамках выполнения работ, так как они соответствовали требованиям ТТЗ, а иных термоконтейнеров у них не имелось.

Стоимость заключенного контракта с ОАО «ЦАГИ-СМ» на сумму 23 000 000 рублей не соответствует реально проведённым работам, которая нашла своё отражение лишь на 6 листах. При этом в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» отсутствовали должные специалисты, которые могли достоверно выяснить факт формальной подготовки отчётной документации по указанному контракту и не могли проверить обоснованность цен и выполненных работ.

Для закупки оборудования для АТЛ по предложению ФИО36 также был заключён контракт с ОАО «ЦАГИ-СМ» на сумму 4 000 000 рублей и закупкой оборудования ФИО36 занимался самостоятельно. Насколько ему известно, оборудование по данному контракту было закуплено и поставлено в г. ФИО39.

ФИО2 считал, что необходимость заключения названного контракта, учитывая, что он фактически дублировал № 04/13-ЦСМ, заключалась в том, что при исполнении первого контракта деньги уже были потрачены, а оборудование, которое нужно было представить в г. ФИО39, не приобрели. Соответственно, чтобы хоть как-то выполнить условия контракта был заключен контракт № 02/14-ЦСМ на сумму 4 000 000 рублей.

Свидетель ФИО16 - заведующий лабораторией микотоксинов отдела токсикологии ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в суде показал, что в мае 2013 года ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» заключён государственный контракт с Министерством обороны Российской Федерации по выполнению опытно-конструкторской работы по разработке КТИМ в интересах Министерства обороны Российской Федерации.

После заключения контракта ФИО36 разрабатывал для ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» конструкторскую документацию, а именно чертежи тест-систем, участвовал в разработке аппаратурной технологической линии по производству тест-систем, а в последующем и стал отвечать за разработку термоконтейнера, предназначенного для транспортировки тест-систем. Все документы ФИО36 составлялись и выполнялись не за своей подписью, а за подписью сотрудников учреждения, в том числе и его. Работу по разработке чертежей брал на себя ФИО36.

В ходе выполнения работ ФИО36 гарантировал представление в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», как представитель ОАО «ЦАГИ-СМ», рабоче-конструкторской документации на электрический термоконтейнер, а также сам опытный образец, изготовленный по данной документации.

Однако ФИО36 своих обязательств в данной части не выполнил.

В ходе выполнения работ на третьем и последующих этапах применялся купленный термоконтейнер ТМ-20, а не термоконтейнер с электропитанием.

Свидетели ФИО18 - ведущий сотрудник лаборатории биохимии и молекулярно-генетического анализа ФГБУ «ФЦТРБ-ВИНИВИ» и ФИО7 - заместитель директора по научной работе и общим вопросам ФГБУ «ФЦТРБ-ВИНИВИ» в судебном заседании показали, каждый в отдельности, что на первом этапе контракта рассматривались документы по термоконтейнеру, в частности его характеристики. Со слов ФИО16 им известно, что данные документы в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» представил ФИО36. Связь с ОАО «ЦАГИ-СМ», привлечённым в качестве соисполнителя по государственному контракту, должна была осуществляться через ФИО36.

По оглашённым в судебном заседании показаниям свидетеля Свидетель №20 – ведущего советника отдела Департамента Министерства обороны Российской Федерации по обеспечению государственного оборонного заказа видно, что в 2013 году по итогам проведения открытого конкурса по заключению государственного контракта шифр <изъято> определён исполнитель – ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ».

Согласно условиям контракта названное учреждение поручалось выполнить опытно-конструкторскую работу по разработке комплекта тест-систем для иммуноферментного обнаружения и идентификации опасных микотоксинов, а также на базе института, расположенного в г. ФИО39, создать линию по производству данных тест-систем.

По указанному государственному контракту было согласовано с Заказчиком изменение условий ТТЗ к термоконтейнеру, а именно предлагался термоконтейнер без электропитания.

В ходе выполнения работ по контракту ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в адрес Департамента поступало письмо о привлечении в качестве соисполнителя ОАО «ЦАГИ-СМ» для разработки термоконтейнера и аппаратурно-технологической линии, которое было разрешено положительно. При этом ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» надлежало представить в Министерство обороны соответствующие документы о заключении договорных отношений. Однако, договор с ОАО «ЦАГИ-СМ» и техническое задание к нему представлены не были, в связи с чем о привлечении соисполнителя Заказчику ничего известно не было, что противоречит требованиям контракта. Разработка термоконтейнера предусматривала собой составление конструкторской документации, по которой в последующем данный контейнер мог быть изготовлен любым заказчиком.

Поскольку ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» не могло выполнить работу, соответствующую требованиям ТТЗ, работы по контракту были прекращены.

Также он видел ФИО36 <дата> в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в г. Казани, где ФИО2 представлял ФИО36, как человека, который занимается термоконтейнером. ФИО36 присутствовал на совещаниях с сотрудниками ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», но на одном из закрытых совещаний на ФИО36 не смогли представить документы о его трудоустройстве в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», после чего на совещаниях тот больше не присутствовал.

Свидетель ФИО9 - начальник <номер> военного представительства Министерства обороны Российской Федерации показал в суде, что названное военное представительство осуществляло контроль по контракту, заключенному между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и Министерством обороны на выполнение опытно-конструкторской работы по разработке КТИМ в интересах Министерства обороны на общую сумму 41 000 000 рублей.

Руководство ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» сообщило ему, что ФИО36 является консультантом по данной работе. Какую-либо работу военное представительство у ОАО «ЦАГИ-СМ» не принимало.

На 3 этапе сотрудниками ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» было принято решение об использовании покупного термоконтейнера. В ходе принятия 3 этапа им проводились обсуждения с представителями ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» по вопросам оформления, качества, полноты содержания и иным вопросам, касающимся непосредственно приёмки работ. На данных обсуждениях иногда присутствовал ФИО36, который предлагал различные варианты развития работ, высказывал своё мнение.

При этом ни ФИО36, ни иные лица ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» рабоче-конструкторскую документацию (далее – РКД) на комплект КТИМ, в состав которой входил термоконтейнер с элементом электропитания, ему не представляли. Максимум были обсуждения по данным вопросам на 1 и 2 этапах работ и не более. Документы, которые обсуждались либо представлялись, нельзя было бы назвать РКД.

С учётом того, что в ТТЗ Заказчиком были внесены изменения, согласно которым был исключён пункт по наличию электропитания в термоконтейнере, то РКД по 3 этапу содержала в себе уже сведения на покупной термоконтейнер без элемента электропитания.

Также ФИО9 пояснил, что после приемки 3 этапа по данному контракту вопросы, связанные с термоконтейнером с электропитанием, не поднимались, так как после внесения изменения в ТТЗ и принятым решением о покупке термоконтейнера, необходимости в изобретении каких-либо иных термоконтейнеров по контракту <изъято> не имелось. При этом ему не было известно о том, что ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в рамках исполнения государственного контракта заключались договора соисполнения. Так, со стороны ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», а также со стороны Министерства обороны Российской Федерации или иных учреждений в адрес его военного представительства договоры соисполнения и технические задания, равно как и любые сведения о таком привлечении, не поступали. Его военное представительство никем не ставилось в известность, что часть работ по ОКР <изъято> будет выполнять ОАО «ЦАГИ-СМ», об этом ему никто не докладывал.

Тем самым, он был уверен, что все работы по ОКР <изъято> выполнялись ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ». Если в рамках государственного контракта был бы выявлен факт, что ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» заключило бы договор соисполнения с ОАО «ЦАГИ-СМ» на разработку термоконтейнеров, и если вместо разработанных и изготовленных термоконтейнеров были бы выявлены покупные термоконтейнеры, то такие работы по договору соисполнения не были бы приняты.

Кроме того, ФИО9 показал, что в период исполнения государственного контракта ОКР <изъято> какая-либо техническая и конструкторская документация на разработку термоконтейнера никогда не представлялась, как сотрудниками ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», так и ФИО36. На начальной стадии государственного контракта ОКР <изъято> шла речь именно о разработке термоконтейнеров, но по итогу были использованы покупные контейнеры, а какой-либо документации на их разработку представлено не было.

Из показаний свидетелей ФИО12 – начальника научно-исследовательского отдела войсковой части <номер>, данных в судебном заседании и ФИО28 - сотрудника научно-исследовательского управления войсковой части <номер>, данных в ходе предварительного следствия и оглашённых в суде, усматривается, что 22 августа 2014 года в названную воинскую часть автомобильным транспортом поступило оборудование для монтажа аппаратурно-технологической линии. Однако, монтаж, наладка, ввод в эксплуатацию оборудования и соответственно сертификация аппаратурно-технологической линии произведены не были.

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля ФИО15 - генерального директора ООО «Телджен», следует, что в 2012-2016 годах ООО «Телджен» занималось разработкой и производством опытных образцов автономных термоэлектрических термостатов. За свой счёт и под свои технические параметры ими разработано и изготовлено несколько моделей. Всей работой занимался Свидетель №2

Летом 2015 года к ним обратился ФИО36 с просьбой приобрести три термостата модели 20. В ходе общения ФИО36 пояснил, что у него имеется контракт, по которому необходимо представить выполненные работы. С этой целью он попросил их выступить в качестве изготовителей термоконтейнера с элементом электропитания, и сообщил, что ОАО «ЦАГИ-СМ» выступит в качестве заказчика.

В ходе общения ФИО36 знакомился с документацией, фотографировал термостат. В какие-либо отношения в дальнейшем с ФИО36 ООО «Телджен» не вступало. Для изготовления термостатов использовались чертежи и документация, разработанная Свидетель №3 Какой-либо иной документации ни ФИО36, ни ФИО5, ни иными лицами им не передавалось.

ФИО5 делал лишь незначительные коррективы, вносил свои предложения в уже опытный образец, но в документации данные предложения не фиксировались.

Свидетель Свидетель №2 - учредитель ООО «Телджен», показал в суде, что летом 2015 году директор ООО «Термо-Конт МК» ФИО5 попросил продать изготовленные в 2014 году 3 термоконтейнера ФИО36. При встрече ФИО36 сообщил, что у него имеется контракт, по которому необходимо отчитаться за выполненную работу, поэтому начал интересоваться изделием и конструкторской документацией. В ходе общения ФИО36 упоминал организацию ОАО «ЦАГИ-СМ», а также просил приклеить на термоконтейнер децимальный номер и чужую информационную табличку. Сам ФИО36 какого-либо отношения к разработке и изготовлению данных термостатов не имел.

Свидетель Свидетель №3 показал в судебном заседании, что летом 2015 года ФИО5 сообщил про ФИО36, желающего приобрести изготовленные термоконтейнеры на базе ТМ-20. Также ФИО5 сообщил, что этот человек в 2014 году уже хотел приобрести названные контейнеры.

После этого на него вышел ФИО36, представился как представитель ОАО «ЦАГИ-СМ», а также сообщил, что собирается приобрести изготовленные термоконтейнеры.

Им был подготовлен счёт, договор и техническое описание термоконтейнеров, которые он отправил на электронную почту ФИО36 и ОАО «ЦАГИ-СМ». Однако договор подписан не был, а ФИО36 пояснил, что директор ОАО «ЦАГИ-СМ» отказался оплачивать приобретение контейнеров.

В начале 2016 года ФИО36 попросил предоставить полный комплект технической документации на указанные контейнеры, а также список составных элементов. Он предоставил ФИО36 на электронном носителе только список комплектующих контейнера, среди которых были, в том числе комплектующие иностранного производства. Также он предоставил ФИО36 чертежи корпуса. Чертежей самого внутреннего контейнера у него не было, так как они были производства ООО «ТермоКонт-МК».

Со слов ФИО36, тот собирался выдать контейнер за свою личную разработку, и поэтому тому, якобы, необходимо что-то в документации откорректировать. При этом ФИО36 ему какие-либо ТТЗ на термоконтейнеры не предоставлял, свою, якобы, имеющуюся документацию не показывал.

Каких-либо документов на разработку и производство (сборку) термоконтейнера ФИО36 ему не представлял, к разработке и производству вышеописанных термоконтейнеров, а также технической документации к ним никакого отношения не имеет, какую-либо работу по данному направлению не осуществлял.

По оглашённым в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО5 - руководителя комитета Управления логистикой хладовой цепи поставок и контроля качества термозависимой продукции медицинского назначения в системе ОЦДС БРИСК видно, что ФИО36 ему знаком с лета 2013 года, когда тот прибыл к нему в офис ООО «Термо-Конт МК» с эскизным проектом и техническим заданием на разработку термоконтейнера многоразового применения с автоматической регулировкой температуры внутреннего объёма от ОАО «ЦАГИ-СМ». Он пояснил ФИО36, что такого термоконтейнера у них не имеется.

Между ними была достигнута устная договоренность о производстве интересующих ФИО36 термоконтейнеров. Он сообщал ФИО36 о том, что в данном вопросе тому смогут помочь в ООО «Телджен», с сотрудниками которого он взаимодействовал, в том числе по изготовлению термоконтейнеров. В последующем разработка термоконтейнера производилась на основании технического задания, а также разработок, которые имелись в его организации и ООО «Телджен» примерно с 2012 года.

Изготовлением термоконтейнера занималась ООО «Телджен». По устной договоренности ООО «Телджен» к началу 2014 года изготовило 3 термоконтейнера, которые в последующем ФИО36 выкуплены не были, объясняя это тем, что тот период ОАО «ЦАГИ-СМ» не может их купить и это будет сделано позже.

В 2015 году к нему в очередной раз обратился ФИО36 с вопросом о необходимости приобретения вышеописанных термоконтейнеров, что, якобы, появилась такая возможность, при этом попросил связать его с представителями ООО «Телджен».

По просьбе ФИО36 он представил названную контактную информацию. Более с ФИО36 он не общался.

Какого-либо договора (контракта) с ФИО36, ОАО «ЦАГИ-СМ» либо другими лицами (организациями) на разработку опытного образца он, как директор ОАО «Термо-Конт МК», не подписывал и не заключал.

ФИО36 ему показывал чертежи термоконтейнера, который необходимо было изготовить, однако для изготовления термоконтейнера необходимо было изготовить пресформы, для чего требовались денежные средства около 460 000 рублей. По этой причине они за образцы взяли термоконтейнер ТМ-20 серийного производства.

Каких-либо документов у ФИО36 по непосредственной разработке термоконтейнеров не имелось. Сам ФИО36 документы на разработку не предъявлял, а все работы по вышеуказанным термоконтейнерам осуществлялись на основании уже имеющихся разработок ФИО19.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО4 - генеральный директор ООО «Евросенсор инжинеринг», в судебном заседании показал, что весной 2013 году к нему обратился ранее знакомый ФИО36 с просьбой оказать помощь в разработке и оформлении конструкторской документации на комплект КТИМ, создаваемый в рамках выполнения опытно-конструкторских работ <изъято>. За выполнение указанных работ ФИО36 пообещал передать ему 700 000 рублей лично либо путём заключения контракта с ОАО «ЦАГИ-СМ».

Эскизный проект, технический проект, рабочая конструкторская документация были выполнены в 2013 году, а окончательный вариант рабочей конструкторской документации в части внесения изменений, связанных с использованием покупного термоконтейнера и изменения ведомостей покупных изделий, был разработан в первом квартале 2014 года, а впоследствии ещё многократно правился до сентября 2014 года. При этом какой-либо расчёт ФИО36 с ним не проводил, каких-либо денежных средств и иных материальных ценностей не передавал, договор с ОАО «ЦАГИ-СМ» он не заключал. В ходе предварительного следствия ФИО36 просил его сообщить в показаниях о том, что денежные средства за оплату его трудовой деятельности, а также иных лиц должны были поступить от ОАО «ЦАГИ-СМ».

Согласно оглашённым в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО20 - инженера-конструктора ООО «Евросенсор инжиниринг», до 2016 года он безвозмездно разрабатывал документацию, связанную с химическими материалами. ФИО4 просил его указывать в разрабатываемых документах фамилии ФИО2 и ФИО21, а в каких-то документах указывали изготовителя ОАО «ЦАГИ-СМ».

Из оглашённых в судебном заседании показаний свидетеля ФИО22 - неофициального работника «НТ эксперт-центр» следует, что в мае-июне 2016 года ФИО4 дал ему указание откорректировать чертежи контейнера для хранения химических элементов, предоставленные ФИО36. В течение 2 недель он правил ошибки в чертежах в соответствии с требованиями единой системы конструкторской документации, за что ФИО4 заплатил ему 5 000 рублей. При этом сам ФИО36 какую-либо работу по подготовке документов, чертежей, связанных с контейнерами, не производил.

По оглашённым в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО23 – другого неофициального работника «НТ эксперт-центр» видно, что в январе и феврале 2015 года по поручению ФИО4 он готовил ведомость покупных изделий и ведомость спецификаций, которые касались разработки специального устройства для определения наличия бактериологических болезней при помощи химикатов. Данная работа делалась по заказу ФИО36, который сам какую-либо работу по подготовке документов, связанных с контейнером, не производил.

Согласно оглашённым в суде показаниям свидетеля ФИО13 в 2013 году к нему обращался ФИО36, который представил для ознакомления несколько дисков с комплектом документации, касающейся эскизного и технического проектов, в том числе на реактивы и термоконтейнеры. По данным документам он давал ФИО36 рекомендации по улучшению их качества, при этом в ряде случаев сам вносил в электронные версии исправления, а иногда писал на черновике недостатки, которые можно было бы в последующем устранить. После ознакомления он вернул документы ФИО36.

По оглашённым в судебном заседании показаниям свидетеля Свидетель №34 – матери подсудимого, видно, что о наличии крупных сумм денежных средств у сына ей ничего неизвестно, в конце 2013 года тот купил автомобиль «БМВ Х5».

Из оглашённых в суде показаний свидетеля Свидетель №35 - супруги подсудимого, усматривается, что за последние два года крупных покупок ФИО36 не совершал, за исключением покупки на личные сбережения автомобиля «БМВ Х5» примерно в 2014 году.

Свидетели ФИО24 и ФИО25 – сотрудники УФСБ России по Республике Татарстан в суде показали, каждый в отдельности, что в 2015 году проводились оперативно-розыскные мероприятия (далее - ОРМ), направленные на установление признаков коррупционного преступления в действиях должностных лиц ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», связанных с выполнением государственного контракта от 13 мая 2013 года <номер>.

В ходе ОРМ установлено, что ФИО36, желая обогатиться за счёт бюджетных средств, в апреле 2013 года прибыл в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», где предложил ФИО1 и его заместителю ФИО2 принять участие в конкурсе на заключение названного контракта, обещая способствовать победе в конкурсе, а после заключения контракта в выполнении работ, сдаче их Заказчику. При этом обязательным условием ФИО36 была заявлена необходимость заключения контракта с фирмой соисполнителем ОАО «ЦАГИ-СМ» на выполнение части работ на сумму не менее 50 % от общей цены основного контракта.

ФИО1 дал согласие на участие в конкурсе, надеясь на выполнение своих обязательств ФИО36 в части оказания содействия в ходе выполнения работ. Далее ФИО36 организовал сбор заявки Учреждением на участие в конкурсе, которая в последующем была доставлена в Министерство обороны Российской Федерации. После победы в конкурсе ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» заключило контракт с Министерством обороны <номер> от 13 мая 2013 года на сумму 41 000 000 рублей.

ФИО36 подготовил проект контракта № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ», обеспечив подписание контракта уполномоченными на то лицами.

ФИО36 заверил директора ОАО «ЦАГИ-СМ» ФИО3, что работы по контракту выполнит самостоятельно, а ОАО «ЦАГИ-СМ» необходима только для «обналичивания» денежных средств.

После заключения указанных контрактов ФИО36 стал оказывать содействие сотрудникам ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в выполнении работ по государственному контракту от 13 мая 2013 года <номер>, представляя необходимые документы и принимая участие в обсуждениях.

Вместе с тем, ФИО36 по контракту № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» представил опытно-конструкторские работы по этапам № 1, № 2, так как именно данные работы вошли в состав ОКР <изъято> и приняты Заказчиком. Более ФИО36 каких-либо работ по контракту от 23 мая 2013 года не выполнял и результаты их в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» не представлял.

Кроме того, в ОАО «ЦАГИ-СМ» из ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» были переведены денежные средства в сумме 19 840 000 рублей. ФИО36 по данному контракту выполнены работы по 1 и 2 этапам на общую сумму 6 000 000 рублей. Работы по этапам № 3, № 4, № 5 и № 6 в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» по контракту от 23 мая 2013 года ФИО36 представлены не были.

На выполнение этапов № 3, № 4 денежные средства перечислены в ОАО «ЦАГИ-СМ» в полном объёме, а на выполнение этапов № 5 и № 6 перечислены только авансы, а всего на общую сумму 13 840 000 рублей, которые были обналичены через ООО «Новые технологии» и расходованы ФИО36 по своему усмотрению.

В ходе проведения ОРМ сотрудники УФСБ России по Республике Татарстан прав и законных интересов ФИО36 не нарушали, давление на ФИО36 не оказывали.

В судебном заседании свидетель ФИО26 – научный сотрудник 48 ЦНИИ Министерства обороны Российской Федерации, г. ФИО39 – показал, что при сопровождении 2 этапа ОКР <изъято> он познакомился с ФИО36, который представился работником ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ».

По данным ОКР предусматривалась разработка термоконтейнеров, требования к которому были отражены в ТТЗ к государственному контракту <номер>. При этом изменение требований ТТЗ в отношении термоконтейнера было нецелесообразным. Данный термоконтейнер возможно было разработать с электропитанием, отвечающим требованиям ТТЗ без использования иностранных комплектующих, поскольку имелись отечественные организации, специализирующиеся на данном направлении.

ФИО40 считает, что утверждённое ТТЗ Министерством обороны должно было быть выполнено, а если исполнитель не мог этого сделать, то последний не должен был заключить государственный контракт на данные виды работ.

Денежные средства, выделенные на разработку термоконтейнера, по его мнению, были потрачены не по назначению. При этом им было подготовлено особое мнение о нецелесообразности изменения ТТЗ в части исключения электропитания термоконтейнера. ФИО36 был всегда против этого особого мнения.

Из заключения специалиста от 10 мая 2017 года видно, что в нарушение п. 14 Постановления Правительства Российской Федерации от 11 августа 1995 года № 804 «О военных представительствах Министерства обороны Российской Федерации» и ГОСТ РВ 15.203 (Военная техника. Порядок выполнения опытно-конструкторских работ по созданию изделий и их составных частей) ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в установленном порядке представителя Заказчика – 725 военное представительство Министерства обороны Российской Федерации о заключении контракта соисполнения № 04/13-ЦСМ не уведомило, в последующем Исполнителем по указанному контракту – ОАО «ЦАГИ-СМ» результаты работ по данному контракту к технической приемке военному представительству Министерства обороны Российской Федерации не предъявлялись, в результате чего ход работ Исполнителя военным представительством не контролировался.

Указанные выводы специалист ФИО29 подтвердил в судебном заседании.

Согласно заключению специалиста от 5 июня 2017 года ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» заключило контракт с ОАО «ЦАГИ-СМ» № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года на разработку термоконтейнера и разработку аппаратурно-технологической линии для производства тест-систем в размере 23 000 000 рублей с целью вывода денежных средств, предполагая заранее, что разработку данного термоконтейнера ОАО «ЦАГИ-СМ» проводить не будет, что подтверждается практически полным отсутствием научно-технической продукции по каждому этапу контракта.

Всего в результате работы по контракту в отчётной документации ОКР <изъято> представлено 2 листа формата А4 и 4 листа формата А3, что свидетельствует об умышленном завышении цены контракта с целью вывода денежных средств.

Помимо этого по 2 этапу отсутствует разработанное ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» тактико-технико-экономическое обоснование ОКР <изъято>, в котором проведена оценка ориентировочной стоимости жизненного цикла комплекта КТИМ, начиная с разработки и поставки на производство, стоимости и продолжительности подготовки и освоения серийного производства.

Кроме того, чертежи на термоконтейнер, представленные адвокатом ФИО36, не соответствуют чертежам и электрической схеме в документации, изъятой в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и у гражданина ФИО4, и при проведении всех этапов ОКР не использовалась.

Однако данные чертежи совпадают с внешним видом термостата автономного термоэлектрического «Telgen», изъятого у гражданина Свидетель №3

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО27 подтвердил выводы, изложенные в своём заключении от 5 июня 2017 года.

Согласно акту добровольной выдачи от 6 июля 2015 года ФИО3 представил в УФСБ России по Республике Татарстан компакт-диск с записью разговора, состоявшегося между ним и ФИО36 2 июля 2015 года в кабинете № 318 <адрес>.

Согласно протоколу осмотра названного компакт-диска от 7 апреля 2016 года установлено, что на записи осуществляется разговор двух мужчин по вопросам не исполнения обязательств по контракту, а также по вопросам сокрытия сведений о денежных средствах по нему.

Так, в частности в ходе разговора мужчина (голос № 2, ФИО36) на вопрос ФИО3 о том, где документация, пояснил, что она корректируется. При этом ФИО36 убеждает ФИО3 занять позицию: «Неважно как они работали в рамках этого контракта, важно, что они собираются его выполнить и вот они дублируют всю документацию».

Кроме того, ФИО36 в разговоре пояснил, что опытный образец термоконтейнера предлагается взять в «Термо-Конт МК» у ФИО5, который будет ему представлен до 6 июля 2015 года. При этом ФИО36 сообщил, что на этом этапе ничего не делалось. Также ФИО36 выясняет у ФИО3 (голос № 1) про деньги, видел ли ФИО3 какие-либо денежные средства, а также убеждает, чтобы тот на все вопросы про денежные средства пояснял, что он (ФИО36) никаких денежных средств не видел, работает и продолжает работать.

Кроме того, в ходе разговора ФИО36 пояснил, что документация на термоконтейнер его конструкторами делается и будет представлена ФИО3 позже.

В ходе изучения данного разговора установлено, что 2 июля 2015 года ФИО36 сам пояснил ФИО3, что термоконтейнер и документация к нему не готовы, а он планирует их только подготовить, чтобы отчитаться за невыполненные работы.

Согласно протоколу выемки от 29 августа 2016 года у ФИО3 произведена выемка мобильного телефона марки Самсунг Галакси Эс 5 мини.

Из протокола осмотра предметов от 29 августа 2016 года следует, что в указанном телефоне имеется запись вышеприведённого разговора, представленная ФИО3 в УФСБ России по Республике Татарстан.

По протоколу осмотра предметов от 29 июля 2016 года видно, что осмотрен диск, поступивший с сопроводительным письмом заместителя начальника межрайонной инспекции ФНС № 46 по г. Москве ФИО30 от 20 октября 2015 года № 09-06/071776.

На диске содержатся реквизиты ООО «Новые технологии», в частности: общество с ограниченной ответственностью «Новые технологии» расположено по адресу: <адрес>. Дата внесения записи в ЕГРЮЛ 14 марта 2013 года. Прекратило деятельность при присоединении 12 февраля 2015 года. Государственная регистрация юридического лица при создании осуществлена 14 марта 2013 года в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы <номер> по г. Москве. Сведения об учредителях: ФИО32. Генеральный директор Свидетель №1.

Согласно протоколу выемки от 13 октября 2015 года произведена выемка юридического дела ООО «Новые технологии», а также выписка по операциям на счёте денежных средств ООО «Новые технологии».

Из протокола осмотра предметов от 21 октября 2015 года следует, что в юридическом деле ООО «Новые технологии» и в выписке по операциям на счёте денежных средств ООО «Новые технологии» содержатся сведения о 41 поступлении на счёт ООО «Новые технологии» от ОАО «ЦАГИ-СМ» денежных средств различными суммами в разные периоды времени с 11 апреля 2013 года по 6 июня 2014 года.

По протоколу осмотра места происшествия от 1 апреля 2016 года видно, что проведён осмотр содержимого электронной почты ФИО16, в частности переписка с ФИО36, после чего файлы, поступившие ФИО16 по электронной почте от ФИО36, скопированы на компакт-диск.

Из протокола осмотра предметов от 23 сентября 2016 года следует, что осмотрен компакт-диск с файлами, поступившими по электронной почте ФИО16 от ФИО36. При этом документации на термоконтейнер с электропитанием в переписке не имеется. В качестве термоконтейнера в переписке указан термоконтейнер ТМ-20.

Согласно протоколу выемки от 27 сентября 2016 года у ФИО16 произведена выемка документов, которые были рассмотрены в рамках приёмки 3 этапа ОКР <изъято> по акту от 28 января 2014 года, а именно: сборочный чертёж, ведомость покупных изделий, ведомость спецификации, упаковочный чертёж в черной папке формата А3; программа и методики предварительных испытаний в мягком переплёте в 1 томе; 2 папки с рабочей конструкторской документацией.

Из протокола осмотра предметов от 27 сентября 2016 года, согласно которому осмотрены документы, которые были рассмотрены в рамках приёмки 3 этапа ОКР «<изъято> по акту от 28 января 2014 года, следует, что в документации, представленной по 3 этапу ОКР <изъято>, термоконтейнер с электропитанием отсутствует. В качестве термоконтейнера, входящий в состав КТИМ, указан покупной ТМ-20.

По протоколу осмотра предметов от 1 июля 2016 года видно, что на осмотренном термоконтейнере ТМ-20, изъятом 20 июля 2015 года в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» имеются сведения о производителе: «Термо-Конт МК».

Согласно протоколу выемки от 16 октября 2015 года у ведущего советника отдела (СМО Управления (по обеспечению ФИО41 и СМО) Департамента Министерства обороны Российской Федерации по обеспечению ГОЗ Свидетель №20 произведена выемка переписки Министерства обороны Российской Федерации с органами военного управления Министерства обороны Российской Федерации, Управлением начальника войск РХБЗ Вооружённых Сил Российской Федерации, 725 военным представительство Министерства обороны Российской Федерации и ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ».

Протоколом осмотра предметов от 2 октября 2016 года установлено, что в рамках выполнения опытно-конструкторской работы по государственному контракту от 13 мая 2013 года <номер> термоконтейнер с электропитанием, равно как и рабоче-конструкторская документация на термоконтейнер с электропитанием не представлялась в связи с внесением в ТТЗ соответствующих изменений и использованием покупного термоконтейнера ТМ- 20.

Из протокола выемки от 26 ноября 2015 года следует, что у главного эксперта отдела (биологической защиты) Управления начальника войск РХБЗ Вооружённых Сил Российской Федерации ФИО31 произведена выемка ТТЗ по государственному контракту <номер> от 13 мая 2013 года.

Согласно протоколу осмотра документов от 15 января 2016 года осмотрено ТТЗ на опытно-конструкторскую работу <изъято>».

В соответствии с заданием, термоконтейнер, входящий в состав КТИМ, должен иметь электропитание.

По протоколу выемки от 27 апреля 2016 года видно, что у ФИО4 произведена выемка комплекта рабочей конструкторской документации на комплект КТИМ.

Согласно протоколу осмотра документов от 26 мая 2016 года осмотрен комплект рабочей конструкторской документации на комплект КТИМ, изъятый у ФИО4, а именно: ведомость технического проекта АТЛ; ведомость эскизного проекта термоконтейнера и чертёж общего вида; сборочный чертёж термоконтейнера; сборочный чертёж сумки; сборочный чертёж комплекта тест-систем; инструкция по применению тест-систем; технические условия для тест-систем; технические условия для комплекта КТИМ; инструкция по изготовлению опытного образца; формуляр комплекта КТИМ; руководство по эксплуатации комплекта КТИМ; сборочный чертёж тест-систем.

Проведённым осмотром установлено, что согласно документации в комплект КТИМ входит термоконтейнер ТМ 20. Сведения о термоконтейнере с элементом питания отсутствуют.

Из заключения эксперта от 5 февраля 2016 года № 2 следует, что часть денежных средств, поступивших на лицевой счёт ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в рамках государственного контракта <номер> от 13 мая 2013 года, были перечислены на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» по контракту № 04/13-ЦСМ в сумме 19 840 000 рублей.

По заключению эксперта от 5 февраля 2016 года № 1 видно, что денежные средства с расчётного счёта <номер>, открытого ОАО «ЦАГИ-СМ» в ООО КБ «Международный расчетный банк», поступившие на данный счёт от ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в рамках контракта № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года в сумме не менее 13 447 270 рублей 39 копеек, перечислены на счёт ООО «Новые технологии» <номер>, открытый в ЗАО УРП с основанием платежа «Оплата по договору № 04/13-ЦСМ/док за комплект рабочей документации по ТК».

Согласно заключению эксперта от 11 августа 2015 года № 164 на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» <номер> в ОКБ «Международный расчетный банк» от ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» поступили денежные средства по контракту № 04/13-ЦСМ в сумме 19 840 000 рублей.

ОАО «ЦАГИ-СМ» перечислило на счёт ООО «Новые технологии» <номер> в ЗАО УРП в рамках договора № 15/13-ЦСМ/Док от 12 декабря 2013 года денежные средства в сумме 19 475 000 рублей.

Из заключения эксперта от 13 августа 2015 года № 172 следует, что Министерство обороны Российской Федерации перечислило на лицевой счёт ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» в рамках контракта <номер> от 13 мая 2013 года денежные средства в сумме 35 050 000 рублей.

ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» перечислило на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» по контракту № 04/13-ЦСМ денежные средства в сумме 19 840 000 рублей.

По заключению эксперта от 16 ноября 2015 года № 233 видно, что денежные средства с расчётного счёта <номер> ООО «Новые технологии», открытого в ЗАО «УРП», поступившие на данный счёт от ОАО «ЦАГИ-СМ» в сумме не менее 13 144 033 рублей 82 копеек, перечислены на расчётный счёт ООО «Восток» <номер>, открытый в КБ МКБ «ООО» г. Москва с основанием платежа «Оплата по договору № ТНЕ-77/01-04 от 19 июня 2013 года за компьютерную технику», и в сумме не менее 1 847 211 рублей 17 копеек на расчётный счёт ООО «Восток» <номер>, открытый в ОАО АКБ «Пробизнесбанк» г. Москвы с основанием платежа «Оплата по договору № ТНЕ-77/01-04 от 19 июня 2013 года за компьютерную технику».

Согласно заключению эксперта от 8 сентября 2016 года № 264, согласно которому в ОАО «ЦАГИ-СМ» в рамках контракта № 04/13 от 23 мая 2013 года ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» перечислены денежные средства в размере 19 840 000 рублей, из которых:

-за этап 1 сумма 2 500 000 рублей;

-за этап 2 сумма 3 500 000 рублей;

-за этап 3 сумма 4 500 000 рублей;

-за этап 4 сумма 8 200 000 рублей;

-за этап 5 сумма 840 000 рублей (аванс на выполнение этапа);

-за этап 6 сумма 300 000 рублей (аванс на выполнение этапа).

Из заключения эксперта от 30 июня 2017 года № 104 следует, что в рамках контракта № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» поступили денежные средства в размере 19 840 000 рублей, из которых:

-по платежному поручению №587 от 28 июня 2013 – 3 300 000 рублей за выполнение опытно-конструкторских работ, аванс по счёту № 16 от 25 июня 2013 года;

-по платежному поручению № 776 от 24 сентября 2013 – 1 750 000 рублей за выполнение опытно-конструкторских работ, по акту от 26 августа 2013 года;

-по платежному поручению № 665 от 24 декабря 2013 – 2 150 000 рублей за выполнение опытно-конструкторских работ, по акту от 28 ноября 2013 года;

-по платежному поручению № 505 от 6 марта 2014 – 3 600 000 рублей за выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (разработка термоконтейнера), аванс по счёту № 5 от 19 февраля 2014 года;

-по платежному поручению № 506 от 6 марта 2014 – 3 300 000 рублей за выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (разработка термоконтейнера), аванс по счёту № 4 от 19 февраля 2014 года;

-по платежному поручению № 311 от 29 мая 2013 – 5 740 000 рублей за выполнение опытно-конструкторских работ (разработка специального термоконтейнера) окончательный расчёт по этапу № 4, по акту от 27 марта 2014 года.

Оценив представленные и исследованные доказательства, суд даёт им следующую правовую оценку.

Утверждения подсудимого об отсутствии у него умысла на хищение денежных средств, а также о выполнении им всех работ, предусмотренных контрактом, и в связи с этим о своей невиновности в инкриминируемом ему деянии опровергаются приведёнными выше показаниями представителей потерпевших ФИО37 и ФИО38, свидетелей ФИО3, ФИО6, ФИО1, ФИО2, ФИО16, ФИО9, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО5, которые согласуются не только между собой, но и с другими исследованными в суде доказательствами, в том числе с заключениями экспертов и специалистов, и позволяют суду прийти к выводу об отсутствии у ФИО36 изначально намерений надлежащим образом исполнять контракт № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года между ОАО «ЦАГИ-СМ» и ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ».

Давая юридическую оценку вышеприведённым показаниям подсудимого в данной части следует признать, что ФИО36 действительно выполнял часть работ по контракту <номер> от 13 мая 2013 года, заключенного между ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и Министерством обороны Российской Федерации, так как он обещал сотрудникам ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» оказывать всяческое содействие в выполнении данных работ ещё на стадии подготовки конкурсной документации.

Одновременно с этим в суде установлено, что взятые на себя обязательства перед сотрудниками ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» и ОАО «ЦАГИ-СМ» по контракту № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года ФИО36 не исполнил.

В целях достижения своих корыстных целей ФИО36, злоупотребляя оказанным им в ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» доверием, путём обмана убедил подписать акты выполненных работ по четырём этапам, на основании которых на счёт подконтрольной ему организации ОАО «ЦАГИ-СМ» были перечислены денежные средства.

При таких обстоятельствах ФИО36 своими показаниями подменяет выполненные им работы по контракту <номер> от 13 мая 2013 года, на, якобы, выполненные им работы контракту № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года.

Суд также полагает, что действия ФИО36, направленные на поиск необходимого терконтейнера с документацией для его изготовления летом 2015 года, то есть уже после фиктивного принятия четырёх этапов работ по контракту № 04/13-ЦСМ от 23 мая 2013 года, свидетельствуют о попытке подсудимого скрыть невыполнение им взятых на себя обязательств и ввести в заблуждение уже государственные органы, заинтересовавшиеся законностью расходования денежных средств по указанному контракту.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО3 и ФИО6, которые раскрыли схему финансовых отношений ОАО «ЦАГИ-СМ» с ФИО36, подтвердили неисполнение подсудимым взятых на себя от имени ОАО «ЦАГИ-СМ» обязательств по контракту с ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», а также объяснили способ получения подсудимым поступивших на счёт ОАО «ЦАГИ-СМ» и впоследствии обналиченных денежных средств.

Поэтому утверждения ФИО36 в этой части суд расценивает как способ защиты.

Напротив, проверив и оценив показания представителей потерпевших ФИО37 и ФИО38, свидетелей ФИО3, ФИО6, ФИО1, ФИО2, ФИО16, ФИО9, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО5, заключения экспертов и специалистов суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела по существу и кладёт их в основу приговора.

Таким образом, действия ФИО36, который в период с апреля 2013 года по 29 мая 2014 года в городе Казани путём обмана и злоупотребления доверием должностных лиц ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», а также сотрудников ОАО «ЦАГИ-СМ» совершил хищение денежных средств в размере 19 840 000 рублей, принадлежащих ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ», причинив имущественный ущерб потерпевшему на указанную сумму, суд расценивает как хищение чужого имущества, совершенное путём обмана и злоупотребления доверием - мошенничество в особо крупном размере, и квалифицирует их по ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации.

При назначении ФИО36 наказания суд принимает во внимание, что ранее он ни в чём предосудительном замечен не был, по военной службе характеризовался положительно, по месту жительства также характеризуется положительно, на его иждивении находятся трое малолетних детей. Суд также учитывает инвалидность матери подсудимого.

Перечисленные обстоятельства суд признает смягчающими наказание ФИО36.

Учитывая фактические обстоятельства преступления, характеризующегося ненасильственными действиями виновного, и тем самым влияющими, по мнению суда, на степень общественной опасности деяния в сторону её уменьшения, данные о личности подсудимого, мнение представителя потерпевшего о мере наказания, обстоятельства смягчающие наказание и отсутствие обстоятельств отягчающих наказание, суд считает возможным, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации, изменить категорию совершённого ФИО36 преступления на менее тяжкую, и признать совершённое им деяние преступлением средней тяжести.

По указанным основаниям суд находит возможным не назначать ему дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренные санкцией ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации.

В связи с этим ранее избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО36 до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения.

Представителем потерпевшего ФИО42 заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО36 19 840 000 рублей в счёт возмещения имущественного вреда, причинённого хищением у ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» денежных средств путём обмана.

В судебном заседании представитель потерпевшего ФИО38 уточнила исковые требования и просила взыскать с ФИО36 в пользу ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» денежные средства в размере 18 700 000 рублей.

Подсудимый ФИО36 иск не признал.

Военный прокурор иск поддержал.

Оценивая изложенные выше доказательства, суд считает доказанной виновность ФИО36 в причинении потерпевшему - ФГБУ «ФЦТРБ-ВНИВИ» имущественного вреда на сумму 18 700 000 рублей, который в соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит возмещению ФИО36 в полном объёме.

По вступлению приговора в законную силу, в соответствии ч. 1 ст. 115 УПК Российской Федерации, арест на имущество ФИО36: денежные средства, находящиеся на счёте банковской карты <номер> ПАО «Банк ВТБ24», в сумме 101 504 рублей 55 копеек и автомобиль марки BMWX5 (E70) 30d (3.0TD/245 8AT 5WXDrive), 2012 года выпуска, VIN: <номер>, стоимостью 3 090 000 рублей - подлежит оставлению без изменения до исполнения приговора суда в части удовлетворённого гражданского иска.

В случае отсутствия у ФИО36 достаточных денежных средств для исполнения приговора суда в части удовлетворённого гражданского иска, суд считает необходимым обратить взыскание на арестованное имущество.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства, перечисленные в обвинительном заключении (в справке): в пунктах 1, 3-6, 17, 20 и 21, хранящиеся при уголовной деле – надлежит хранить при уголовном деле; в пунктах 7-16, 18 и 19, хранящиеся при уголовном деле – следует передать по принадлежности; в пунктах 15 и 2, находящиеся на хранении у свидетелей, разрешить использовать по назначению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК Российской Федерации, военный суд

приговорил:

ФИО36 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок четыре года без штрафа и ограничения свободы.

В соответствии с ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации изменить ФИО36 категорию преступления на менее тяжкую – на преступление средней тяжести, в связи с чем местом отбывания наказания определить ему колонию-поселение.

Меру пресечения ФИО36 – подписку о невыезде и надлежащем поведении - до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

В соответствии со ст. 75.1 УИК Российской Федерации осуждённому ФИО36 не позднее 10 суток со дня вступления приговора в законную силу надлежит прибыть в отдел специального учёта ГУФСИН Российской Федерации по Республике Татарстан (г. Казань, ул. Кремлёвская, д. 12/20) для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания.

Срок отбывания наказания ФИО36 исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение с зачётом времени следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием ГУФСИН Российской Федерации по Республике Татарстан из расчёта 1 день за 1 день.

В соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК Российской Федерации время содержания под стражей с 20 августа 2015 года по 9 февраля 2016 года зачесть ФИО36 в срок лишения свободы из расчёта один день за два дня отбывания наказания в колонии поселении.

В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК Российской Федерации время нахождения под домашним арестом с 9 февраля по 8 апреля 2016 года зачесть ФИО36 в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Гражданский иск удовлетворить в полном объёме. Взыскать с ФИО36 в пользу федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный центр токсикологической, радиационной и биологической безопасности» 18 700 000 рублей.

По вступлению приговора в законную силу, в соответствии ч. 1 ст. 115 УПК Российской Федерации, арест, наложенный на денежные средства ФИО36, находящиеся на счёте банковской карты <номер> ПАО «Банк ВТБ24», в сумме 101 504 рублей 55 копеек и автомобиль, принадлежащий ФИО36, марки BMWX5 (E70) 30d (3.0TD/245 8AT 5WXDrive), 2012 года выпуска, VIN: <номер>, стоимостью 3 090 000 рублей, оставить без изменения до исполнения приговора суда в части удовлетворённого гражданского иска.

В случае отсутствия у ФИО36 достаточных денежных средств для исполнения приговора суда в части удовлетворённого гражданского иска, обратить взыскание на арестованное имущество.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу, перечисленные в обвинительном заключении (в справке): в пунктах 1, 3-6, 17, 20 и 21, хранящиеся при уголовной деле – хранить при уголовном деле; в пунктах 7-16, 18 и 19, хранящиеся при уголовном деле – передать по принадлежности; в пунктах 15 и 2, находящиеся на хранении у свидетелей, разрешить использовать по назначению.

На приговор может быть подана апелляционная жалоба в Центральный окружной военный суд через Казанский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня постановления приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Ю.Э. Банников

Справка

Апелляционным определением Центрального окружного военного суда от 3 июня 2020 года приговор Казанского гарнизонного военного суда от 20 февраля 2020 года в отношении ФИО36 изменён.

ФИО36 освобождён от наказания, назначенного по ч. 4 ст. 159 УК Российской Федерации, в связи с истечением срока давности уголовного преследования на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК Российской Федерации.

В остальном приговор в отношении ФИО36 оставлен без изменения.

Судья Ю.Э. Банников