Решение № 2-1005/2018 2-1005/2018~М-542/2018 М-542/2018 от 18 октября 2018 г. по делу № 2-1005/2018

Дело № 2-1005\18


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Воронеж 19 октября 2018 г.

Советский районный суд г. Воронежа в составе председательствующего

судьи Таниной И.Н.,

при секретаре Дувановой Н.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца адвоката Бондаренко П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании соглашения о разделе земельного участка недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании права собственности отсутствующим, восстановлении записи в ЕГРП о праве общей долевой собственности на земельный участок,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском с учетом уточнения требований (т. 2 л.д.198-201) к ответчикам ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании соглашения о разделе земельного участка недействительным, признании права собственности отсутствующим.

В обоснование иска указала, что ей на праве общей долевой собственности принадлежала 1\2 доли земельного участка с кадастровым номером № площадью 3 787 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>. Сособственниками указанного земельного участка являлись ФИО3 и ФИО4 В период с марта по апреля 2011 г. к ней обратилась ФИО4 с предложением составить соглашение о разделе земельного участка и выделе каждому из участников общей долевой собственности земельного участка пропорционально его доле, для чего необходимы подготовка документов и межевого плана. К июлю 2011 г. все было подготовлено для регистрации соглашения и его регистрации в Управлении Ростреестра. В результате раздела из земельного участка с кадастровым номером 36:34:0504005:25 были образованы земельные участки с кадастровыми номерами:

- №, расположенный по адресу: <адрес> Б, площадью 1 794 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> А, площадью 593 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> В, площадью 348 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> Г, площадью 752 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> Д, площадью 300 кв.м.

После государственной регистрации соглашения от 22.07.2011 г. ФИО4 стал принадлежать земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> Б, площадью 1 794 кв.м., ФИО3 земельные участки с кадастровыми номерами №, расположенный по адресу: <адрес> В, площадью 348 кв.м., №, расположенный по адресу: <адрес> Г, площадью 752 кв.м, ей - земельные участки с кадастровыми номерами № (<адрес>), площадью 593 кв.м и № (<адрес>), площадью 300 кв.м.

04.08.2011 г. ФИО4 продала ФИО2 принадлежащий ей земельный участок и долю жилого дома, после чего она (истец) поняла, что раздел земельного участка был произведен не в соответствии с принадлежащими участникам общей долевой собственности долями, в соответствии с соглашением от 22.07.2011 г. о реальном разделе земельного участка. Указанное соглашение она не подписывала, что подтверждается экспертным исследованием ООО «Воронежский центр судебной экспертизы» от 25.09.2015 г. № 608\1. Полагает, что данная сделка является сделкой, совершенной с целью заведомо противной основам правопорядка по основаниям, предусмотренным ст. 169 ГК РФ, ничтожной и влечет последствия, предусмотренные ст. 167 ГК РФ.

Просит суд, с учетом уточнения иска (т.2 л.д. 198-201), признать соглашение от 22.07.2011 г. о разделе земельного участка с кадастровым номером № недействительной сделкой и применить последствия недействительности ничтожной сделки, признать право собственности Г.К.В. на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> Б, отсутствующим и погасить в ЕГРН соответствующую запись, признать право собственности ФИО3 на земельные участки с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> В и с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> Г, отсутствующим и погасить в ЕГРН соответствующие записи, признать право собственности ФИО1 на земельные участки с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> А и с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> Д, отсутствующим и погасить в ЕГРН соответствующие записи, восстановить в ЕГРН запись о праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 3 787 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель адвокат Бондаренко П.В. иск поддержали по изложенным в нем основаниям.

Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4 не явились, о слушании дела извещены своевременно и надлежащим образом, о причине неявки не сообщили.

Третьи лица представители Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области, Филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата» Росреестра по Воронежской области, в судебное заседание не явились, о слушании дела извещены надлежаще, о причине неявки не сообщили.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав истца, адвоката Бондаренко П.В., проверив материалы дела, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что Постановлением Управы Советского района администрации городского округа г. Воронеж № 1015-с от 17.03.2006 г. ФИО1, М.А.И., ФИО3 был утвержден проект границ земельного участка по адресу: <адрес>, площадью 3 702 кв.м, и передан бесплатно в общую долевую собственность ФИО1 в размере 1\2 доли, М.А.Н. в размере 1\4 доли, ФИО3 в размере 1\4 доли (т.1 л.д.76).

Постановлением Управы Советского района администрации городского округа г. Воронеж № 776 от 05.07.2007 г. ФИО1, М.А.И., ФИО3 был утвержден проект границ земельного участка по адресу: <адрес>, площадью 3 787 кв.м (т.1 л.д.75).

Указанный земельный участок был поставлен на кадастровый учет и ему присвоен кадастровый номер № (л.д.т.1л.д.91-92).

Согласно дела правоустанавливающих документов на земельный участок с кадастровым номером №, было зарегистрировано право общей долевой собственности на земельный участок за ФИО1 в размере 1\2 доли (т.1л.д.208), за М.А.И. в размере 1\4 доли, за ФИО3 в размере 1\4 доли (т.1 л.д. 157-194).

Решением Советского районного суда г. Воронежа от 14.06.2007 г. за ФИО1 признано право собственности на незавершенный объект капитального строительства - жилой дом (лит. Б) № по <адрес><адрес> (т.1 л.д.77-80), право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке (т.1 л.д.214, 218.

Согласно договору дарения от 10.08.2009 г., М.А.И. подарил ФИО4 принадлежащую ему 1\4 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок №, площадью 3 787 кв.м и расположенного на нем жилого <адрес> лит. А-А2 (т.1 л.д.177).

Постановлением Администрации городского округа г. Воронеж № 225 от 03.03.2011 г. <адрес> была переименована в <адрес> (т.1 л.д.243).

25.05.2011 г. в филиал ФГБУ «Федеральная кадастровая палата» с заявлением о постановке на государственный кадастровый учет обратилась Ш.Е.Н., действовавшая по доверенности, выданной ФИО4, с приложением межевого плана, подготовленного в результате выполнения кадастровых работ в связи с образованием пяти земельных участков путем раздела земельного участка с кадастровым номером №, в состав которого было включено соглашение от 21.04.2011 г. о реальном разделе земельного участка с кадастровым номером № пропорционально принадлежащим долям в праве общей долевой собственности (т.2 л.д. 3-33).

Как указано в соглашении от 21.04.2011 г., в целях прекращения общей долевой собственности ФИО3, ФИО1 и ФИО4 договорились произвести реальный раздел земельного участка пропорционально принадлежащим им долям в праве общей долевой собственности, по которому ФИО3 приобретает в собственность земельный участок S3,2, площадью 752 кв.м, ФИО1 приобретает в собственность земельный участок S1, площадью 593 кв.м и земельный участок S4, площадью 300 кв.м, ФИО4 приобретает в собственность земельный участок S2, площадью 1 794 кв.м (т.2 л.д. 33-34).

03.06.2011 г. ФГУ «Земельная кадастровая палата» по Воронежской области принято решение о постановке на кадастровый учет объектов недвижимости (т.2 л.д.43)

В результате раздела из земельного участка с кадастровым номером 36:34:0504005:25 были образованы земельные участки с кадастровыми номерами:

- №, расположенный по адресу: <адрес> Б, площадью 1 794 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> А, площадью 593 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> В, площадью 348 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> Г, площадью 752 кв.м,

- №, расположенный по адресу: <адрес> Д, площадью 300 кв.м. (т.2 л.д.3-180).

Право собственности на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1 794 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> Б, зарегистрировано за ФИО2 (т.2 л.д.231).

Право собственности на земельные участки с кадастровым номером №, площадью 593 кв.м и с кадастровым номером №, площадью 300 кв.м, расположенные по адресу: <адрес>, зарегистрировано за ФИО1 (т.2 л.д.208-210).

Как следует из свидетельства о государственной регистрации права собственности, основанием для государственной регистрации права собственности за ФИО1 является соглашение от 22.07.2011 г.

По условиям соглашения от 22.07.2011 г., в целях прекращения общей долевой собственности ФИО3, ФИО1 и ФИО4 договорились произвести реальный раздел земельного участка пропорционально принадлежащим им долям в праве общей долевой собственности, по которому ФИО3 приобретает в собственность земельный участок № 167 В, площадью 348 кв.м, с кадастровым номером №, ФИО1 приобретает в собственность земельный участок №, площадью 593 кв.м, с кадастровым номером № и земельный участок №, площадью 300 кв.м, с кадастровым номером №, ФИО4 приобретает в собственность земельный участок №, с кадастровым номером №, площадью 1 794 кв.м (т.2 л.д.243).

Обратившись в суд с настоящим иском, ФИО1 указывает, что запись в ЕГРП о праве собственности ФИО2 на земельный участок № Б с кадастровым номером №, площадью 1 794 кв.м и ФИО3 на земельный участок № В, площадью 348 кв.м с кадастровым номером № и земельный участок № Г, площадью 752 кв.м, с кадастровым номером №, нарушает ее право на получение в собственность выделившейся доли земельного участка из общей долевой собственности пропорционально принадлежащей ей 1\2 доли в размере 1 893,5 кв.м, на что при заключении указанной сделки была направлена ее воля.

Заявляя требование о признании соглашения от 22.07.2011 г. недействительной сделкой и применении последствий недействительности ничтожной сделки, истец ссылается на положения ч. 1 ст. 166, ст. 169 ГК РФ и указывает, что указанное соглашение она не подписывала, а о наличии соглашения от 21.04.2011 г. ей стало известно только после государственной регистрации права собственности на выделившиеся земельные участки. Полагает, что соглашение от 22.07.2011 г. является сделкой, совершенной с целью заведомо противной основам правопорядка, то есть ничтожной сделкой, в результате чего ФИО4 получила необоснованную выгоду, так как ей в собственность был выделен земельный участок в размере, превышающем размер принадлежащей ей доли в праве общей долевой собственности. Полагает, что она не являлась участником сделки, поскольку спорное соглашение не подписывала, ввиду чего срок исковой давности для оспаривания сделки ею не пропущен.

Рассматривая требование ФИО1 о признании соглашения от 22.07.2011 г. недействительной сделкой и применении последствий недействительности ничтожной сделки, суд приходит к следующему.

На основании ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу ст. 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

В соответствии со ст. 246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

Участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 252 ГК РФ имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними.

Согласно ст. 153 ГК РФ, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, признаются сделками.

На основании частей 1, 2 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу ч. 1, 2 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствий недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 169 ГК РФ, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (пункт 85), предусмотрено, что согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Судом установлено, что истцу на праве общей долевой собственности принадлежала 1\2 доли земельного участка с кадастровым номером № площадью 3 787 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>. Сособственниками указанного земельного участка являлись ФИО3 и ФИО4 В период с марта по апреля 2011 г. к ней обратилась ФИО4 с предложением составить соглашение о разделе земельного участка и выделе каждому из участников общей долевой собственности земельного участка пропорционально его доле, для чего необходимы подготовка документов и межевого плана.

В результате проведения межевых работ земельный участок с кадастровым номером №, площадью 3 787 кв.м, был разделен на пять неравнозначных по площади земельных участков.

Как следует из пояснений истца ФИО1 в судебном заседании, 22.07.2011 г. она, ФИО3 и ФИО4 действительно подписывали соглашение о разделе земельного участка, однако его текст не соответствует изложенному в оспариваемом документе.

Проверяя доводы истца о том, что соглашение от 22.07.2011 г. она не подписывала, подпись в нем ей не принадлежит, судом из Управления Росреестра по Воронежской области был истребован подлинник указанного документа, и определением суда от 28.08.2018 г. была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Из заключения ФБУ «ВРЦСЭ» № 8317\4-2 от 13.09.2018 г. следует, что рукописная запись «ФИО1», расположенная в соглашении от 22.07.2011 г. между ФИО3, ФИО1, ФИО4 на оборотной стороне в графе «подписи сторон» выполнена не ФИО1, а другим лицом. Подпись от ее имени на оборотной стороне в графе «подписи сторон» после слов «ФИО1» выполнена не самой ФИО1, а другим лицом с подражанием ее подлинным подписям (т.3 л.д. 24-30).

В соответствии с ч. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что для применения положений ст. 169 ГК РФ необходимо, в частности, установление того, что сделка нарушала требования правовых норм, обеспечивающих основы правопорядка, то есть направленных на охрану и защиту основ конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, обороноспособности, безопасности и экономической системы государства, а также нарушала нравственные нормы.

Истец, ссылаясь на общественную опасность и противоправность сделки по заключению соглашения о разделе земельного участка от 22.07.2011 г., заключенной между ФИО3, ФИО1 и ФИО4, не указала, какие конкретно нормы права или принципы нравственности ими были заведомо нарушены.

Суд полагает, что не имеется правовых оснований считать указанное соглашение сделкой, нарушающей требования правовых норм, обеспечивающих основы правопорядка, то есть направленных на охрану и защиту основ конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, обороноспособности, безопасности и экономической системы государства, а также нарушающих нравственные нормы.

Оценивая все представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку доказательств, которые бы свидетельствовали о наличии предусмотренных ст. 169 ГК РФ оснований для признания соглашения от 22.07.2011 г. недействительными, стороной истца не представлено.

Вместе с тем, ответчиками ФИО2 и ФИО3 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ч. 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент оспариваемого соглашения) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

В силу ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Согласно положениям ст. 181 ГК РФ (в редакции, действующей на момент рассмотрения дела) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (ч.1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ч.2).

В соответствии с ч. 1 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

В соответствии с ч. 1 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Положение приведенной выше ч. 1 ст. 181 ГК РФ предполагают, что начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, а соответственно и по требованиям о признании ее недействительной, обусловлено исключительно началом исполнения такой сделки.

Как установлено судом, 22.07.2011 г. участники общей долевой собственности ФИО1, ФИО4 и ФИО5 достигли соглашения о разделе принадлежащего им земельного участка.

Как следует из пояснений самой ФИО6 в судебном заседании, при подписании соглашения она рассчитывала на приобретение в собственность земельного участка, соответствующего по площади принадлежащей ей 1\2 доле в праве общей долевой собственности на земельный участок, а именно – земельного участка № Б с кадастровым номером 36:34:0504005:92, площадью 1 794 кв.м. При этом, данный довод истца вызывает у суда сомнения, поскольку при указанном варианте раздела незавершенный объект строительства лит. Б, принадлежащий истцу на праве собственности, находился бы на земельном участке, принадлежащем другому лицу.

С момента государственной регистрации права собственности на указанные земельные участки и получения свидетельств о государственной регистрации права собственности ФИО6 стало известно, что в результате раздела земельного участка, площадью 3 787 кв.м., ей стали принадлежать на праве собственности земельные участки, площадью 593 кв.м и 300 кв.м, что явно не соответствует 1\2 доле от площади 3 787 кв.м.

Кроме того, как пояснила ФИО1 в судебном заседании, до раздела земельного участка порядок пользования ими не был определен, сразу после заключения соглашения порядок пользования земельным участком изменился, ФИО7 возвел на участке забор, после чего доступ ФИО1 и ФИО3 на выделенный ФИО2 участок был прегражден.

22.11.2011 г. ФИО1 обратилась в прокуратуру Советского района г. Воронежа о проведении проверки деятельности ООО «Земля и право», а также переоформления документов на земельный участок, Управление Росреестра Воронежской области, которым разъяснено, что земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 3 787 кв.м, с кадастровым номером №, принадлежавший ФИО4, ФИО1 и ФИО3, разделен соглашением от 22.07.2011 г., в результате которого были образованы пять земельных участков. 09.08.2011 г. за ФИО1 было зарегистрировано право собственности на земельные участки, площадью 300 кв.м и 593 кв.м, за ФИО2 – на участок площадью 1 794 кв.м, за ФИО3 – на земельные участки, площадью 348 кв.м. и 752 кв.м., земельный участок, площадью 3 787 кв.м, с кадастровым номером 36:34:0504005:25 снят с государственного кадастрового учета (т. 1 л.д. 224-226).

09.08.2011 г. истцу были выданы свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельные участки, площадью 593 кв.м (<адрес> а) и площадью 300 кв.м (<адрес> д), в которых также указано, что документом-основанием для государственной регистрации права собственности является соглашение от 22.07.2011 г. (т.2 л.д. 209-210).

Кроме того, как пояснила истец ФИО1 в судебном заседании, один из подлинных экземпляров соглашения от 22.07.2011 г. находился у нее на руках.

Таким образом, суд полагает бесспорно установленным тот факт, что об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, стало известно 09.08.2011 г., после получения свидетельств о государственной регистрации права собственности на земельные участки, площадью 593 кв.м (<адрес> а) и площадью 300 кв.м (<адрес> д), в результате чего ей в собственность были выделены земельные участки общей площадью, не соответствующей 1\2 доле в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 3 787 кв.м, а также о документе, явившимся основанием для государственной регистрации права собственности – соглашении от 22.07.2011 г.

По указанным основаниям, суд полагает, что истец в течение установленного законом трехлетнего срока исковой давности могла обратиться в суд за защитой нарушенного права, в том числе и с иском об оспаривании сделки по каким-либо основаниям.

Между тем, лишь в 2014 г. ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО2 и ФИО4 о признании соглашений от 21.04.2011 г. и от 22.07.2011 г. о разделе земельного участка недействительными, применении последствий недействительности сделки, погашении в реестре записи о государственной регистрации права собственности (т. 2 л.д. 245-248).

В обоснование своих доводов истец ссылалась на то обстоятельство, что о соглашении от 21.04.2011 г. ей ничего не было известно, она полагала, что в основу межевания положено соглашение от 22.07.2011 г. В результате раздела земельного участка ей стало принадлежать земли меньше на 1000,5 кв.м, чем ей полагалось бы при 1\2 доли, указанные соглашения не соответствуют закону. При этом, ФИО1 не оспаривала соглашение по тем основаниям, что оно подписано не ею, а другим лицом.

Решением Советского районного суда г. Воронежа от 29.11.2014 г. ФИО1 в иске было отказано в связи с пропуском срока исковой давности.

Рассматривая требования истца о признании права ФИО1, ФИО2 и ФИО3 на земельные участки отсутствующим, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам статей 301, 302 ГК РФ, а не по правилам главы 59 ГК РФ.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика (пункт 36).

В соответствии с п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности (пункт 58).

Однако, требование о признании отсутствующим права собственности является исключительным способом защиты нарушенного права, который возможно применить лишь при отсутствии спора о праве на имущество (когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством).

Из системного толкования глав 13, 14, 20, параграфа 7 главы 30 ГК РФ, а также абзаца 4 пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", вытекает, что правом на предъявление иска о признании права отсутствующим имеет лицо, владеющее этим имуществом и обладающее на него зарегистрированным правом.

С учетом вышеизложенного, право истца может быть защищено посредством предъявления иска о признании сделки по разделу земельного участка недействительной, в чем ФИО1 судом отказано.

При указанных обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании соглашения о разделе земельного участка недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании права собственности отсутствующим, восстановлении записи в ЕГРП о праве общей долевой собственности на земельный участок, отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через районный суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 26.10.2018 года.

Председательствующий И.Н. Танина