Решение № 2-445/2020 2-445/2020~М-374/2020 М-374/2020 от 18 ноября 2020 г. по делу № 2-445/2020

Дело № 2-445/2020

(УИД 24RS0027-01-2020-000551-68)


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 ноября 2020 года город Кодинск

Кежемский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Гарбуза Г.С.,

при секретаре Гусевой И.И.,

с участием: истца ФИО1,

представителя ответчика ПАО «МРСК Сибири» ФИО2, действующего на основании доверенности от 09.01.2020 (по ВКС),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-445/2020 по исковому заявлению ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго» о признании приступившим к работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ПАО «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго», в котором просит с учётом уточнения требований: признать его приступившим к работе на условиях неполного рабочего времени во время нахождения в отпуске по уходу за ребёнком до достижения возраста трёх лет – с 01.06.2020; взыскать с ответчика в свою пользу утраченный заработок за время вынужденного прогула за период с 01.06.2020 по 12.11.2020 в размере 239555 рублей 43 копейки; компенсацию морального вреда в сумме 30000 рублей.

В обоснование исковых требований ФИО1 ссылается на то, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в ПАО «МРСК Сибири», куда был принят по трудовому договору № на должность механика в отделение Северо-Восточных электрических сетей с графиком работы в виде пятидневной рабочей недели, с выходными днями – суббота и воскресенье. Должностной оклад изначально был установлен ему в размере 13853 рубля, районный коэффициент 60%, процентная надбавка 50%; дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ должностной оклад увеличен до 21830 рублей, а дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ – до 22702 рублей. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он отправлен в отпуск по уходу за ребёнком до трёх лет. ДД.ММ.ГГГГ он подал заявление, в котором изъявил желание выйти на работу на условиях неполного рабочего времени в период отпуска по уходу за ребёнком до достижения трёх лет, с ДД.ММ.ГГГГ. По прибытии на работу его к работе не допустили. Полагает, что работодателем были нарушены положения ч. 3 ст. 256 ТК РФ, ст. 93 ТК РФ. В указанной связи просит признать его приступившим к работе с ДД.ММ.ГГГГ, взыскать с ответчика в свою пользу утраченный заработок в сумме 239555 рублей 43 копейки. Кроме того, действиями ответчика истцу причинён моральный вред. Компенсацию морального вреда истец просит взыскать, основываясь на положениях ст. 237 ТК РФ, в размере 30000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования по изложенным в иске основаниям с учётом уточнений; приведённый в уточнённом иске расчёт компенсации за задержку выплаты заработной платы просил во внимание не принимать, ввиду того, что исковые требования об этом он не заявляет, а просит признать его приступившим к работе с ДД.ММ.ГГГГ, взыскать утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, исходя из шестичасового рабочего времени, и компенсацию морального вреда. Суду дополнительно объяснил, что с ДД.ММ.ГГГГ он работает в ПАО «МРСК Сибири». Когда родился младший сын – ФИО4, ему (истцу) был предоставлен отпуск по уходу за ребёнком до 1,5 лет. В период этого отпуска он выходил на работу на неполное рабочее время, и об этом заключалось соглашение. В дальнейшем возникла необходимость уйти в отпуск по уходу за ребёнком до трёх лет. Его супруга таким отпуском не воспользовалась. В связи со сложным материальным положением в семье ДД.ММ.ГГГГ он обратился с заявлением о выходе на работу на условиях неполного рабочего времени с ДД.ММ.ГГГГ, прибыл ДД.ММ.ГГГГ, но его к работе не допустили. В письме, с которым его ознакомили, указано, что у него поддельный диплом о среднем специальном образовании, а представитель ответчика в отзыве на иск указывает, что в настоящий момент квалификационные требования для его должности – это наличие как минимум среднего профессионального образования, что отражено в должностной инструкции. Однако, на момент его трудоустройства для его должности среднего профессионального образования не требовалось, и ему работник отдела кадров сказал предоставить какой-нибудь диплом; в должностной инструкции указано, что якобы для должности механика должно быть высшее образование, при этом с должностной инструкцией его не знакомили. Полагает, что работодатель должен был допустить его на работу ДД.ММ.ГГГГ, а в дальнейшем разбираться, что делать с несоответствием предъявляемым требованиям. В указанной связи полагает, что ответчиком нарушены положения ст. 93 и ст. 256 ТК РФ, поэтому настаивает на удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика ПАО «МРСК Сибири» ФИО2, находясь в Железнодорожном районном суде г. Красноярска и выступая в судебном заседании через систему видеоконференц-связи, исковые требования не признал. Поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на иск (л.д. 45-46), и дополнительно пояснил, что истец является работником их организации, которому предоставлен отпуск по уходу за ребёнком до достижения трёх лет. В январе 2019 года из прокуратуры Кежемского района поступило представление с требованиями устранить нарушение трудового законодательства, в котором указывалось, что ФИО1 не обучался в автотранспортном техникуме, и соответствующий диплом ему не выдавался. Учитывая, что предоставленный работником диплом был подложным, а ДД.ММ.ГГГГ истец подал заявление о выходе на работу на неполный рабочий день, его к работе ДД.ММ.ГГГГ не допустили, а предложили представить объяснения по поводу этих обстоятельств и предоставить документы, подтверждающие соответствие работника квалификационным требованиям. Служебного расследования в организации не проводилось, и поскольку на тот момент работник находился в отпуске по уходу за ребёнком, то никаких мер дисциплинарного характера к ФИО1 принять было нельзя. Полагает, что в сложившейся ситуации истца нельзя считать приступившим к работе с ДД.ММ.ГГГГ, и основания для взыскания в пользу работника утраченного заработка, а также компенсации морального вреда отсутствуют.

Суд, заслушав истца ФИО1 и представителя ответчика ФИО2, изучив письменные материалы дела, полагает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 256 ТК РФ, по заявлению женщины, а также лиц, указанных в ч. 2 данной статьи, им предоставляется отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет.

Исходя из положений ст. 256 ТК РФ, по заявлению женщины или лиц, указанных в части второй настоящей статьи (отец ребёнка, бабушка, дед, другие родственники или опекуны, фактически осуществляющие уход за ребёнком), во время нахождения в отпусках по уходу за ребёнком они могут работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию.

В силу ст. 93 ТК РФ по соглашению сторон трудового договора работнику как при приёме на работу, так и впоследствии может устанавливаться неполное рабочее время (неполный рабочий день (смена) и (или) неполная рабочая неделя, в том числе с разделением рабочего дня на части). Неполное рабочее время может устанавливаться как без ограничения срока, так и на любой согласованный сторонами трудового договора срок. Работодатель обязан устанавливать неполное рабочее время по просьбе беременной женщины, одного из родителей (опекуна, попечителя), имеющего ребёнка в возрасте до четырнадцати лет (ребёнка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет), а также лица, осуществляющего уход за больным членом семьи в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. При этом неполное рабочее время устанавливается на удобный для работника срок, но не более чем на период наличия обстоятельств, явившихся основанием для обязательного установления неполного рабочего времени, а режим рабочего времени и времени отдыха, включая продолжительность ежедневной работы (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, устанавливается в соответствии с пожеланиями работника с учётом условий производства (работы) у данного работодателя.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «МРСК Сибири» в лице руководителя филиала «Красноярскэнерго» и ФИО1 заключён трудовой договор №, в соответствии с которым истец принят на работу на должность механика в производственное отделение Северо-Восточные электрические сети, с установлением должностного оклада в размере 13853 рубля, районного коэффициента – 60%, процентной надбавки – 50%. Трудовой договор заключён на неопределённый срок (л.д. 10-11). Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ закреплено, что должностные обязанности работника определяются должностной инструкцией механика Кодинского участка службы механизации производственного отделения Восточные электрические сети филиала ПАО «МРСК Сибири» - «Красноярскэнерго»; должностной оклад установлен – 21830 рублей (л.д. 13-16). В соответствии с дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен должностной оклад в размере 22702 рубля (л.д. 12).

В соответствии с приказом №-ух от ДД.ММ.ГГГГ, истцу предоставлялся отпуск по уходу за ребёнком до достижения трёх лет в количестве 351 календарного дня с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18).

Ранее дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 устанавливался неполный рабочий день, продолжительностью 6 часов – с 8:00 часов до 17:00 часов и перерывом на обед с 12:00 часов до 13:00 часов (л.д. 106). В то же время по заявлению работника от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении работать на условиях неполного времени (л.д. 52) начальником департамента управления персоналом ПАО «МРСК Сибири – Красноярскэнерго» издавался приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-лс, согласно которому прекращена работа ФИО1 на условиях неполного рабочего времени в период нахождения в отпуске по уходу за ребёнком до достижения возраста полутора лет (л.д. 96).

ДД.ММ.ГГГГ истцом работодателю подано заявление, согласно которому он просил считать его приступившим к работе на условиях неполного рабочего времени во время нахождения в отпуске по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 17). Данное заявление работнику не согласовано.

Позиция ответчика и доводы представителя ФИО2 сводятся к тому, что истцом работодателю был предоставлен подложный диплом о среднем профессиональном образовании, и по данному факту в ПАО «МРСК Сибири» поступило представление прокурора Кежемского района с требованием устранить нарушения законодательства, следовательно, ввиду того, что ФИО1 не имеет среднего профессионального образования, необходимого для работы в должности механика, то допустить к работе его не представляется возможным.

В дело представлена копия диплома 90БА № ФГОУ СПО «Красноярский автотранспортный техникум» о присвоении ФИО1 квалификации «Техник» (л.д. 99), копия ответа от ДД.ММ.ГГГГ за подписью директора КГБПОУ «Красноярский автотранспортный техникум» ФИО6 на имя начальника департамента управления персоналом ПАО «МРСК Сибири», из которого следует, что ФИО1 в 2007-2010 годах в техникуме не обучался, диплом об окончании Красноярского автотранспортного техникума в 2010 году ему не выдавался (л.д. 101), а также представление прокурора Кежемского района от 16.01.2019, в котором последний требует безотлагательно рассмотреть представление и принять конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, рассмотреть вопрос о привлечении виновных лиц к ответственности (л.д. 97-98).

Вместе с тем, сам истец в судебном заседании пояснил, что копия диплома была предоставлена уже после его трудоустройства по электронной почте, и данные обстоятельства представителем ответчика не опровергнуты. Суд принимает во внимание, что представленная ответчиком должностная инструкция механика службы механизации производственного отделения филиала ОАО «МРСК Сибири» - «Красноярскэнерго» содержит квалификационные требования в части образования – наличие высшего профессионального образования по направлению технические науки, при этом данная инструкция была утверждена ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 107-111), то есть до заключения с ФИО1 трудового договора №. Лист ознакомления с должностной инструкцией подписи работника ФИО1 не содержит (л.д. 112).

При таких обстоятельствах полагать, что у работодателя имелись основания не допускать истца к работе ДД.ММ.ГГГГ, суд не может. Обстоятельства, касающиеся предоставления ФИО1 работодателю подложного диплома о среднем профессиональном образовании подлежали установлению в рамках служебной проверки либо служебного расследования, которое, как сообщил представитель ответчика в судебном заседании, не проводилось. Те доводы, в которых представитель ответчика ФИО2 ссылается на то, что в их организацию поступило представление прокурора, и они обязаны были устранить нарушение трудового законодательства, не могут быть положены в основу настоящего решения, поскольку доказательств, подтверждающих принятие работодателем каких-либо конкретных мер, по изложенным в представлении фактам, ответчик суду не представил, из имеющихся в гражданском деле документов следует, что представитель ПАО «МРСК Сибири Красноярскэнерго» ФИО7 направил прокурору письмо о рассмотрении представления от ДД.ММ.ГГГГ, в котором последний извещается о рассмотрении представления ДД.ММ.ГГГГ, в то же время итог неясен.

Одновременно с этим, истец подтвердил, что имеет на иждивении ребёнка – сына ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (копия свидетельства о рождении серии III-БА № от ДД.ММ.ГГГГ на 152 л.д.), с которым проживает одной семьёй в доме по адресу: <адрес> (копия выписки из домовой книги на л.д. 157-160), при этом его супруге – ФИО9 (л.д. 153-154) по месту работы в <данные изъяты> «<данные изъяты>» отпуск по уходу за ребёнком до достижения трёх лет не предоставлялся (л.д. 132).

Анализируя изложенное, суд приходит к выводу, что у истца имелось право подавать работодателю заявление о выходе на работу на условиях неполного рабочего времени. В то же время у ответчика не имелось предусмотренных ст. 76 ТК РФ оснований для отстранения ФИО1 от работы.

Требование истца признать его приступившим к работе с ДД.ММ.ГГГГ на условиях неполного рабочего времени суд не находит возможным удовлетворить в заявленной формулировке, в то же время, принимая во внимание положения ст. 234 ТК РФ, согласно которым «работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться; такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы», суд полагает необходимым удовлетворить требования ФИО1 о взыскании с ответчика утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Производя расчёт и определяя размер не полученного истцом заработка, суд принимает во внимание необходимость установления среднедневного заработка за 12 месяцев, с февраля 2018 года по январь 2019 года.

Определяя среднедневной заработок за 12 предшествующих месяцев (период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), суд руководствуется следующим расчётом:

576301 рубль 79 копеек / 247 рабочих дней = 2333 рубля 21 копейка,

где 576301 рубль 79 копеек – величина дохода, полученного им в вышеуказанный период,

247 – количество рабочих дней, согласно производственному календарю на 2018 и 2019 годы для пятидневной рабочей недели (февраль 2018 года – 19 дней, март 2018 года – 20 дней, апрель 2018 года – 21 день, май 2018 года – 20 дней, июнь 2018 года – 20 дней, июль 2018 года – 22 дня, август 2018 года – 23 дня, сентябрь 2018 года – 20 дней, октябрь 2018 года – 23 дня, ноябрь 2018 года – 21 день, декабрь 2018 года – 21 день, январь 2019 года – 17 дней).

Таким образом, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (116 дней) величина утраченного истцом заработка с учётом 6-тичасовой продолжительности рабочего дня составляет:

2333 рубля 21 копейка Х 116 дней / 8 часов Х 6 часов = 202989 рублей 27 копеек, которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Представленный истцом расчёт утраченного заработка суд не может принять как надлежащий, ввиду того, что среднедневной заработок ошибочно рассчитан, исходя из 13 месяцев.

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Принимая во внимание установленное в судебном заседании нарушение ответчиком трудовых прав ФИО1, то обстоятельство, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работник не был допущен к работе на условиях неполного рабочего времени, и заработная плата ему не начислялась, суд приходит к убеждению об обоснованности заявленных истцом требований о взыскании с ответчика компенсации морального вреда. Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, суд принимает во внимание доводы истца, изложенные в исковом заявлении, а также в судебном заседании. С учётом этих обстоятельств, суд определяет ко взысканию с ответчика ПАО «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей. Заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда – 30000 рублей – суд находит завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Учитывая изложенное, с ответчика ПАО «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5529 рублей 89 копеек (5229 рублей 89 копеек – за исковые требования имущественного характера /5200 руб. + 1% суммы, превышающей 200000 руб./, а также 300 рублей – за требования о взыскании компенсации морального вреда).

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго» удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго» в пользу ФИО1 заработную плату за период вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 202989 рублей 27 копеек, компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго» о взыскании утраченного заработка и компенсации морального вреда в остальной части, а также в удовлетворении требований о признании истца приступившим к работе с ДД.ММ.ГГГГ на условиях неполного рабочего времени – отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Сибирь» – «Красноярскэнерго» в доход местного бюджета госпошлину в размере 5529 рублей 89 копеек.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме (23 ноября 2020 года), путём подачи апелляционной жалобы через Кежемский районный суд Красноярского края.

Судья Г.С. Гарбуз