Апелляционное определение № 33-20483/2026 от 12 мая 2026 г.Московский областной суд (Московская область) - Гражданское судья Шиканова З.В. Дело <данные изъяты> УИД <данные изъяты> <данные изъяты> 13 мая 2026 года Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе: председательствующего судьи Петруниной М.В., судей Волковой Э.О., Гирсовой Н.В., с участием прокурора Очировой Н.В., при ведении протокола помощником судьи Порватовой Т.А., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, по апелляционным жалобам Министерства финансов РФ, и ГСУ СК России по <данные изъяты> на решение Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, Заслушав доклад судьи Гирсовой Н.В., объяснения ФИО1, представителя ФИО1 – адвоката Севрюковой Д.О., представителя ГУ СК России по <данные изъяты> – ФИО2, УСТАНОВИЛА: ФИО1 обратился в Воскресенский городской суд <данные изъяты> с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование (л.д. 3-12). Истец просил суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 7000 000 руб., причиненного незаконным уголовным преследованием. Заявленные исковые требования мотивированы тем, что <данные изъяты> Следственным отделом по <данные изъяты> - Следственного управления Следственного комитета РФ по <данные изъяты> возбуждено уголовное дело <данные изъяты> по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, по факту обнаружения трупа ФИО3, <данные изъяты> года рождения, со странгуляционной бороздой на шее. По подозрению в совершении вышеуказанного преступления в порядке ст. 91 УПК РФ<данные изъяты> был задержан ФИО1 Воскресенским городским судом <данные изъяты><данные изъяты> в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до <данные изъяты>, которая в последующем неоднократно продлевалась. ФИО1 <данные изъяты> было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. <данные изъяты> ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. <данные изъяты> года приговором Московского областного суда ФИО1 был оправдан по предъявленному обвинению и освобожден из-под стражи. Таким образом, ФИО1 находился под стражей, изолированный от общества 513 дней (16 месяцев 28 дней). Апелляционным определением Первого апелляционного суда общей юрисдикции от <данные изъяты> оправдательный приговор отменен, на основании поданного апелляционного представления прокурора. Приговором Московского областного суда от <данные изъяты> ФИО1 был снова оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии), на основании п.п. 2, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, ввиду непричастности к совершению инкриминируемого преступления. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от <данные изъяты> приговор Московского областного суда оставлен без изменения. Согласно извещению судьи Московского областного суда за ФИО1, как за оправданным, в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию. В настоящее время, будучи незаконно привлеченным к уголовной ответственности за деяние, которого ФИО1 не совершал, истец считает возможным воспользоваться своим конституционным правом и получить от государства компенсацию причиненного ему морального вреда за перенесенные им страдания и испытания в сумме 7 000000 руб. В судебное заседание суда первой инстанции не явился представитель ответчика, Министерства финансов Российской Федерации. О времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Суд определил, рассмотреть дело в отсутствии представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации. В судебном заседании суда первой инстанции истец, ФИО1, требования искового заявления поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Представитель истца – адвокат Севрюкова Д.О., действующая по ордеру (л.д. 13), в судебном заседании суда первой инстанции требования искового заявления поддержала и просила удовлетворить по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что ФИО1 находился в СИЗО 513 дней незаконно. В СИЗО в <данные изъяты> над истцом издевались, медицинские препараты не разрешали передавать. Истец является инвалидом детства по психиатрическому заболеванию, его родители переживали за сына. Руководитель Следственного отдела <данные изъяты> ГСУ СК РФ по <данные изъяты> – ФИО4, действующий на основании доверенности (л.д. 64), в судебное заседание суда первой инстанции явился, требования ФИО1 счел необоснованными, в связи с чем, в удовлетворении заявленных требований просил отказать полностью. Счел, что истцом не представлены доказательства нравственных страданий. Периоды содержания под стражей верны и соответствуют материалам уголовного дела. Лицо, виновное в совершении преступления до настоящего времени так и не установлено. На момент задержания ФИО1 у следствия были все основания для его задержания по обвинению в данном преступлении. В судебном заседании суда первой инстанции в качестве свидетеля опрошена ФИО5 – мать истца. Предупреждена об ответственности по ст. 307 УК РФ. Также свидетелю разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ. Подписка отобрана и приобщена к материалам дела. Свидетель, ФИО5, в судебном заседании суда первой инстанции пояснила, что истец, ФИО1, является ее родным сыном. Он инвалид детства по заболеванию олигофрения степень дебильности. Под стражу сына взяли в июле 2021г. по обвинению в удушении бабушки. Проживал сын до момента взятия под стражу в квартире вместе с родителями, в которой в связи с его задержанием был обыск. ФИО1 был под стражей примерно 2 года. Когда сын был в Коломне в СИЗО, давали одно свидание с сыном, а когда перевели в <данные изъяты>, можно было передавать передачи и были свидания по телефону. Сын жаловался на условия содержания в СИЗО в <данные изъяты>, он рассказывал, что у него были приступы головной боли, над ним издевались, душили его. Когда сына посадили, у супруга (отца истца) случился инфаркт, после которого он до сих пор не восстановился, а у нее были проблемы со зрением. Помощник Воскресенского городского прокурора <данные изъяты>, ФИО6, в судебном заседании суда первой инстанции дал заключение, что исковые требования ФИО1 к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда в порядке реабилитации считает обоснованными и законными. Однако, заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 7 000000 руб. является завышенной и не отвечает принципам разумности и справедливости. В связи с чем, требования искового заявления подлежат удовлетворению частично. Решением Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу, ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., причиненного незаконным уголовным преследованием. В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 7 000 000 руб. отказано. Ответчик, Министерство финансов РФ, не согласившись с указанным решением, обратился с апелляционной жалобой, в которой указывает, что считает решение незаконным, необоснованным, подлежащим отмене. В апелляционной жалобе ссылается на то, что судом первой инстанции при вынесении решения были допущены нарушения норм материального права. Просил отменить решение Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, вынести по делу новое решение. Третье лицо, ГСУ СК России по <данные изъяты>, не согласившись с указанным решением, обратился с апелляционной жалобой, в которой ссылается на то, что судом первой инстанции при вынесении решения были допущены нарушения норм материального права. Просил отменить решение Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, вынести по делу новое решение. Ответчик, Министерство финансов РФ, в судебное заседание суда апелляционной инстанции своего представителя не направил, извещен надлежащим образом. Третье лицо, ГСУ СК России по <данные изъяты>, в судебное заседание суда апелляционной инстанции направил своего представителя, ФИО2, который настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы ГСУ СК России по <данные изъяты>, поддержал доводы апелляционной жалобы Министерства финансов РФ. Истец, ФИО1, а также его представителя, Севрюкова Д.О., в судебное заседание суда апелляционной инстанции явились, возражали против удовлетворения апелляционных жалоб. Представитель Севрюкова Д.О. пояснила, что истец является инвалидом детства, находясь в СИЗО претерпел множество издевательств как со стороны администрации, так и со стороны заключенных. Истец ФИО1 на вопрос судебной коллегии пояснил, что издевательства были настольно сильными и продолжительными, что он старается об этом не вспоминать. Прокурор, Очирова Н.В., при даче заключения по делу полагала, что доводы апелляционных жалоб обоснованны, а решение суда подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда. Частью 3 ст. 167 ГПК РФ предусмотрено, что суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными. В силу части 1 статьи 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. Как разъяснено в пункте 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Статья 165.1 ГК РФ Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации). Суд апелляционной инстанции при наличии сведений о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле, о месте и времени судебного заседания, с учетом того, что стороны извещались путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от <данные изъяты> N 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации о времени и месте рассмотрения дела на интернет-сайте Московского областного суда, провел судебное заседание в отсутствие неявившихся лиц. Изучив материалы и обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы, обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, извещавшихся о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом судебная коллегия приходит к выводу, что решение Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>г. подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда. Как установлено судом и подтверждается материалами дела, <данные изъяты> Следственным отделом по <данные изъяты> - следственного управления Следственного комитета РФ по <данные изъяты> возбуждено уголовное дело <данные изъяты> по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, по факту обнаружения трупа ФИО3, <данные изъяты> года рождения, со странгуляционной бороздой на шее, что подтверждается копией постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от <данные изъяты> (л.д. 136). По подозрению в совершении вышеуказанного преступления в порядке ст. 91 УПК РФ<данные изъяты> был задержан и допрошен ФИО1, что подтверждается копией протокола допроса подозреваемого от <данные изъяты> (л.д. 136 оборот – 138). Воскресенским городским судом <данные изъяты><данные изъяты> в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до <данные изъяты>, что подтверждается копией постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (л.д. 141 оборот), которая в последующем неоднократно продлевалась, что подтверждается копией постановления от <данные изъяты> (л.д. 146) и копией постановления от <данные изъяты> (л.д. 149 оборот – 150). <данные изъяты> ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, что подтверждается копией постановления о привлечении в качестве обвиняемого от <данные изъяты> (л.д. 142). <данные изъяты> ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, что подтверждается копией постановления о привлечении в качестве обвиняемого от <данные изъяты> (л.д. 155 оборот – 156). <данные изъяты> года приговором Московского областного суда ФИО1 был оправдан по предъявленному обвинению и освобожден из-под стражи. Таким образом, ФИО1 находился под стражей, изолированный от общества 513 дней (16 месяцев 28 дней), что подтверждается копией приговора Московского областного суда от <данные изъяты> (л.д. 119-120). Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от <данные изъяты> оправдательный приговор отменен, на основании поданного апелляционного представления прокурора, что подтверждается копией апелляционного определения от <данные изъяты> (л.д. 115-117). Приговором Московского областного суда от <данные изъяты> ФИО1 был снова оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии), на основании п.п. 2, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, ввиду непричастности к совершению инкриминируемого преступления, что подтверждается копией приговора суда с участием присяжных заседателей Московского областного суда от <данные изъяты> (л.д. 110-111). Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от <данные изъяты> приговор Московского областного суда от <данные изъяты> в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения, что подтверждается копией апелляционного определения от <данные изъяты> (л.д. 111-114). Согласно извещению судьи Московского областного суда за ФИО1, как за оправданным, в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию, что подтверждается копией извещения от <данные изъяты> (л.д. 18-19). Учитывая вышеизложенные обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта незаконного привлечения истца ФИО1 к уголовной ответственности по предъявленному <данные изъяты> обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, по предъявленному <данные изъяты> обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и факта незаконного содержания под стражей на протяжении 513 дней, в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> В связи с чем, суд первой инстанции счел обоснованными требования истца ФИО1 о возмещении ему морального вреда, в связи с понесенными им нравственными страданиями и переживаниями, определив, что взыскание компенсации морального вреда подлежит с Министерства финансов РФ, поскольку уголовное и уголовно-процессуальное законодательство находятся в исключительном ведении Российской Федерации (статья 71 Конституции РФ). При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции принял во внимание следующие обстоятельства. Истцом ФИО1 заявлено требование о компенсации морального вреда в размере 7 000 000 руб., который он также обосновывает тем, что состоит на учете у врача-психиатра с диагнозом «умственная отсталость легкой степени». Является инвалидом с детства, с диагнозом олигофрения, степень дебильности. С данным диагнозом наблюдается с детства, при этом систематически должен принимать поддерживающую терапию, что подтверждено показаниями истца, свидетеля ФИО5 и материалами дела и не опровергнуто ответчиком. Однако, находясь в следственном изоляторе, необходимые препараты не принимал, в связи с отказом разрешения как сотрудников следственного изолятора, так и медицинских работников. Из материалов дела следует, что ФИО1 является инвалидом второй группы бессрочно, что подтверждается копией справки МСЭ-2007 <данные изъяты> от <данные изъяты> (л.д. 23-24). Согласно выписки из медицинской карты амбулаторного пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях ГБУЗМО «Воскресенская больница» Психоневрологический диспансер (Центр психического здоровья) от <данные изъяты>, ФИО1, <данные изъяты> года рождения, является инвалидом второй группы бессрочно с 2008г. с диагнозом умственная отсталость легкой степени, с указанием на отсутствие или слабую выраженность нарушения поведения; детским психиатром наблюдался с 1986 г.; эпизодически принимает поддерживающую терапию, что подтверждается копией выписки (л.д. 26). Согласно ответу ГБУЗ МО «Воскресенская больница» Психоневрологический диспансер (Центр психического здоровья) от <данные изъяты>г. на судебный запрос, ФИО1 состоит в диспансерной группе наблюдения у врача-психиатра с 1992г. с диагнозом: «Умственная отсталость легкой степени». Последнее посещение ПНД <данные изъяты> в медикаментозной терапии не нуждается. Дееспособности не лишен (л.д. 82). Судом установлено, что дважды <данные изъяты> судом был вынесен оправдательный приговор в отношении ФИО1 по предъявленному ему особо тяжкому преступлению. На протяжении двух лет. ФИО1 доказывал свою невиновность в Московском областном суде и в суде апелляционной инстанции. Уголовное преследование, применение процессуальных мер принуждения длительный период ограничивали права истца ФИО1 на свободу передвижения, выбор места пребывания, свободного общения с родными, близкими ему людьми - родителями, друзьями клуба инвалидов «Лидер», где ФИО1 был призером спортивных соревнований инвалидов, были нарушены его семейные, социальные связи и обычный распорядок жизни; он ранее не был судим и к уголовной, а также административной ответственности не привлекался, содержание под стражей вызвало у него переживания, которые причинили ФИО1 нравственные страдания. Согласно справке о назначенных пенсиях и социальных выплатах от <данные изъяты> ФИО1 является получателем социальной пенсии в соответствии с п. 1 ст. 11 ФЗ от 15.12.2001г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обсечении в РФ» с <данные изъяты>, бессрочно, ежемесячной денежной выплаты ветеранам, инвалидам и гражданам, подвергшимся воздействию радиации в соответствии с п. 1 ст. 28.1 ФЗ от 24.11.1995г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в РФ» с <данные изъяты>г., бессрочно, суммы ежемесячной денежной выплаты с учетом волеизъявления гражданина об отказе от получения социальной услуги или предоставлении социальной услуги, что подтверждается копией справки МИЦ СФР от <данные изъяты> (л.д. 89) и копиями справок ОСФР по <данные изъяты> и МО от <данные изъяты> (л.д. 95-97). Доход ФИО1 является незначительным. После освобождения ФИО1 вынужден был трудоустроиться, чтобы помочь родителям финансово: выплатить займы, которые были взяты на адвокатов, на расходы на поездки в изоляторы, в суды. В связи с чем, через менее недели устроился уборщиком производственных и служебных помещений, где и работает по настоящее время. Согласно справке ООО «СИНЕРГОСЕРВИС» от <данные изъяты>г., ФИО1 работает в Обособленном подразделении ООО «СИНЕРГОСЕРВИС» в <данные изъяты> с <данные изъяты> по настоящее время уборщиком производственных и служебных помещений, что подтверждается копией справки общества (л.д. 30) и справкой о доходах и суммах налога физического лица за 2025 г. от <данные изъяты> (л.д. 99). Также в обоснование размера компенсации морального вреда в сумме 7 000000 руб. истец ФИО1 ссылается на ненадлежащие условия содержания под стражей, на ухудшение состояния своего здоровья, ввиду невозможности принимать специальные медицинские препараты. Признавая право истца ФИО1 на реабилитацию и на компенсацию морального вреда, суд счел завышенным предъявленный ко взысканию истцом размер компенсации морального вреда в сумме 7 000 000руб. При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учел положения статьей 151, 1071, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты><данные изъяты> «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации <данные изъяты> от <данные изъяты> «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», а также следующие обстоятельства: продолжительность уголовного преследования с момента задержания ФИО1 по уголовному делу <данные изъяты> и до даты оправдания судом – 513 дней (16 месяцев 28 дней); категорию преступления, в совершении которого истец обвинялся, но был оправдан; избранную меру пресечения, длительность и условия содержания ФИО1 под стражей, а также принимает во внимание личность истца ФИО1, который ранее не привлекался к уголовной и административной ответственности. Истец, ФИО1, на момент задержания был зарегистрирован и фактически проживал в квартире, расположенной по адресу: <данные изъяты>, г.о. Воскресенск, <данные изъяты>, вместе со своими родителями ФИО5 и ФИО7, что подтверждается копией свидетельства о рождении истца (л.д. 27), копией свидетельства о заключении брака между родителями истца (л.д. 28) и копией выписки из домовой книги (л.д. 92). Привлечение к уголовной ответственности ФИО1 оказало влияние на состояние здоровья его родителей. В частности отец истца – ФИО7, <данные изъяты> года рождения, и мать истца – ФИО5, <данные изъяты> года рождения, являются пенсионерами, что подтверждается копиями удостоверений ГУ УПФР <данные изъяты> по <данные изъяты> и <данные изъяты> (л.д. 94), которые также испытывали нравственные страдания и переживания за сына инвалида. В период уголовного преследования ФИО1, в результате сильных переживаний за сына инвалида, который незаконно был привлечен к уголовной ответственности, отец истца ФИО7 16.08.2022г. перенес острый инфаркт миокарда нижней стенки левого желудочка и до настоящего времени полностью не восстановился и нуждается в постоянном присмотре и уходе, что подтверждается копией выписки из истории болезни <данные изъяты> ГАУЗМО «Воскресенская областная больница» кардиологическое отделение (л.д. 29) и показаниями свидетеля ФИО5 в судебном заседании 04.02.2026г. Суд первой инстанции принял во внимание, что ФИО1 был незаконно привлечен к уголовной ответственности по ст. 105 УК РФ, и сам по себе факт уголовного преследования, выражающийся в том, что истцу вменялось совершение противоправного, уголовно наказуемого деяния, особо опасного преступления, свидетельствует о посягательстве на принадлежащие от рождения нематериальные блага гражданина, а именно, на доброе имя, честь и достоинство ФИО1 Суд первой инстанции счел, что переживания истца ФИО1 по поводу нахождения его под бременем ответственности за деяние, по которому он оправдан, испытываемое им состояние дискомфорта, повышенная психологическая нагрузка при нахождении в условиях ограничения свободы, учитывая индивидуальные особенности истца, его возраст, медицинские особенности здоровья - все это свидетельствует о причинении ФИО1 указанными выше незаконными действиями должностных лиц по привлечению его к уголовной ответственности по вышеуказанному уголовному делу - морального вреда, выраженного в нравственных переживаниях. Уголовное преследование, применение процессуальных мер принуждения в вышеуказанный период ограничивали права истца ФИО1 на свободу передвижения, выбор места пребывания, свободного общения с родными, что повлекло причинение истцу нравственных страданий, на получение квалифицированной медицинской помощи, так как истец является инвалидом детства с диагнозом олигофрения, степень дебильности, умственная отсталость легкой степени и нуждается в приеме медикаментов. Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, применяя положения ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, исходил не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. При этом суд первой инстанции также принял во внимание данные о личности истца ФИО1, который является членом спортивного клуба инвалидов «Лидер» с 2014г. Адаптивным спортом занимается активно. Принимает участие во всех соревнованиях, занимает различные призовые места. Неоднократный призер чемпионатов <данные изъяты> по разным видам спорта, в категории ЛИН. Ежегодно становится лауреатом церемонии награждения «Лучший спортсмен клуба «Лидер» по итогам года». В общении с занимающимися клуба «Лидер» вежлив, дружелюбен, всегда готов прийти на помощь, сопровождает спортсменов на выездных областных мероприятиях по пауэрлифтингу, плаванию и дартсу, что подтверждается копией характеристики истца МУ «Спортивный клуб инвалидов «Лидер» от <данные изъяты> (л.д. 101, 139 оборот). Согласно справке <данные изъяты>ной организации <данные изъяты> организации Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов» от <данные изъяты>, в <данные изъяты>ное общество инвалидов ФИО1 вступил в 2007 г. является активным членом общества, всегда принимает участие во всех мероприятиях, проводимых организацией. Вежливый, общительный и добрый человек без вредных привычек. Никогда не создавал трудностей и не был замечен в конфликтах. Всегда поддерживает хорошие отношения с членами общества, участвует в коллективных работах. Общественный порядок не нарушал. Коммуникабельный, общительный, отзывчивый, ответственный, внимательный, доброжелательный по отношению к другим членам общества. Проявил себя как порядочный человек, готовый всегда прийти на помощь (л.д. 98). Однако, судом первой инстанции также установлено, что каких-либо объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих о причинении ФИО1 существенных нравственных страданий или ухудшение состояния здоровья за период содержания под стражей по данному уголовному делу, со стороны истца суду не представлено. Так, согласно справке от <данные изъяты> Федеральной службы исполнения наказаний Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть <данные изъяты>», ФИО1 поступил в ПФРСИ при ФКУ ИК-6 УФСИН России по МО <данные изъяты> При поступлении жалоб не предъявлял. Указал в анамнезе шизофрению, но подтверждающую медицинскую документацию не представил. За время содержания ФИО1 жалоб на состояние здоровья не предъявлял, за медицинской помощью не обращался. Убыл из учреждения <данные изъяты> При убытии состояние здоровья удовлетворительное, медицинских противопоказаний для этапирования не выявлено, что подтверждается копией справки от <данные изъяты>г. (л.д. 108). Оценивая вышеуказанные доказательства по делу и указанные выше обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца ФИО1 частично и взыскании в его пользу с Министерства Финансов РФ за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., полагая указанный размер компенсации соответствует принципам разумности и справедливости, соответствующим установленным по делу обстоятельствам. Судебная коллегия, проанализировав материалы и обстоятельства дела, не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда. Статьей 53 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Согласно абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. В п. 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ. Частью 2 ст. 151 ГК РФ установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Как разъяснено в п. 24, п. 25, п. 27, п. 28, п. 30, п. 38, п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ). Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении. Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.). Таким образом, сумма компенсации должна соответствовать требованиям ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ о разумности и справедливости и тем нравственным и физическим страданиям истца, которые он вынужден был претерпевать в связи с незаконным уголовным преследованием. Системное толкование положений ст. ст. 1070 и 1100 ГК РФ свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица, в связи с чем сам по себе данный факт является установленным и доказыванию не подлежит. На истца возложена обязанность в силу ст. 56 ГПК РФ обосновать: - конкретный размер денежной компенсации исходя из обстоятельств дела, т.е. мер реагирования, принятых в отношении него в ходе производства по уголовному делу; - тяжесть наступивших для истца последствий; - факт ограничения истца в реализации конституционных прав и свобод, в том числе права на свободу передвижения и жизнедеятельности; - характер причиненных истцу нравственных страданий и т.д. Доводы истца о его личности, характере и степени нравственных страданий являются существенными для определения размера компенсации морального вреда. Истец должен доказать характер и степень причиненных ему физических и нравственных страданий в результате его незаконного уголовного преследования, а также то, что эти страдания соответствуют заявленной им в иске сумме компенсации. Обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности, справедливости и соразмерности размера компенсации морального вреда последствиям нарушения прав должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, не допускала неосновательного обогащения потерпевшего. Судебная коллегия, проанализировав обстоятельства и материалы дела, соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда, однако, вместе с тем не может согласиться с определенным размером такой компенсации. Судебная коллегия, принимая во внимание продолжительность уголовного преследования с момента задержания ФИО1 до даты оправдания судом, категорию преступления, в совершении которого истец обвинялся, но был оправдан, избранную меру пресечения, длительность и условия содержания ФИО1 под стражей, личность истца ФИО1, который ранее не привлекался к уголовной и административной ответственности, тот факт, что незаконное уголовное преследование свидетельствует о посягательстве на принадлежащие от рождения нематериальные блага гражданина, а именно, на доброе имя, честь и достоинство, испытываемое ФИО1 состояние дискомфорта, повышенная психологическая нагрузка при нахождении в условиях ограничения свободы, индивидуальные особенности истца, его возраст, медицинские особенности здоровья, так как истец является инвалидом детства с диагнозом олигофрения, степень дебильности, умственная отсталость легкой степени и нуждается в приеме медикаментов, вместе с тем учитывая, что каких-либо объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих о причинении ФИО1 существенных нравственных страданий или ухудшение состояния здоровья за период содержания под стражей по данному уголовному делу, со стороны истца суду не представлено, приходит к выводу об установлении размера компенсации морального вреда в размере 2000000 руб. Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1). Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор (пункт 1 части 2). В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты><данные изъяты> «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что одной из составляющих реабилитации является возмещение морального вреда. В соответствии с положениями статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2). Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты><данные изъяты> «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27). Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28). В целом, сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 30). В суде апелляционной инстанции представитель ФИО1, со ссылкой на имеющиеся у него с детства заболевания, указала на его беспомощность, чувство незащищенности, что при опросе самого истца судом апелляционной инстанции было отдельно отмечено. Представитель также пояснила, что родители, являющиеся с рождения и до настоящего времени защитой и опорой своего взрослого ребенка, нуждающегося в бытовом уходе, в постоянном приеме лекарственных препаратов, который, в отсутствие законных оснований, попал в среду, не только чуждую ему, но и опасную для него с учетом его физического и психического состояния, являясь малообеспеченными, с целью спасения своего сына, веря в его невиновность, которая в последствии подтвердилась оправдательным приговором суда, взяли на себя кредитные обязательства для оплаты услуг адвоката в рамках уголовного процесса, общая сумма которых составила более 1500000 рублей. Отец истца в период нахождения сына в СИЗО, перенес инфаркт и до сих пор находится в тяжелом состоянии, что также отразилось как на самом истце, как на сыне, так и на всей семье, где на мать легли заботы по восстановлению как сына, так и мужа. Таким образом, данное незаконное уголовное преследование нарушило образ жизни, род занятий, привычный уклад семьи, восстановление которого в прежнем виде возможно уже не наступит. Как указано в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от <данные изъяты><данные изъяты>-П и от <данные изъяты><данные изъяты>-П, незаконное или необоснованное уголовное преследование представляет собой грубое посягательство на человеческое достоинство, а потому возможность реабилитации, восстановления чести и доброго имени опороченного неправомерным обвинением лица является непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности, презумпции невиновности, права каждого на защиту его прав и свобод. Учитывая указанные обстоятельства, которые нашли свое подтверждение, в том числе, при непосредственном опросе истца, отдельно подчеркивая индивидуальные особенности потерпевшего и его полную непричастность к преступлению, продолжительность уголовного преследования, характер и длительность принятых мер процессуального принуждения и связанные с этим ограничения на личную и семейную жизнь, возможность продолжать работу, вести привычный образ жизни, условия содержания под стражей, объем причиненных истцу нравственных страданий, требования разумности и справедливости, судебная коллегия считает, что оснований для большего снижения компенсации морального вреда, чем определено судебной коллегией (2 000 000 рублей) в данном конкретном случае не имеется, поскольку безосновательное снижение размера компенсации морального вреда недопустимо, требование истца обосновано по праву. Руководствуясь ст. ст. 199, 328 - 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия ОПРЕДЕЛИЛА: решение Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> изменить. Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу, ФИО1, <данные изъяты> года рождения, уроженца <данные изъяты>, паспорт серии <данные изъяты><данные изъяты>, выдан 09.03.2006г. паспортным столом <данные изъяты> УВД <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 (два миллиона) рублей 00 копеек, причиненного незаконным уголовным преследованием по уголовному делу <данные изъяты> в отношении ФИО1, родившегося <данные изъяты>, в <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <данные изъяты>, гражданина РФ, со средне-специальным образованием, несудимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Апелляционные жалобы Министерства финансов РФ, и ГСУ СК России по <данные изъяты> удовлетворить частично. Председательствующий Судьи Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме <данные изъяты>. Суд:Московский областной суд (Московская область) (подробнее)Ответчики:Министерство финансов РФ (подробнее)Судьи дела:Гирсова Наталья Владимировна (судья) (подробнее)Судебная практика по:Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вредаСудебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ По делам об убийстве Судебная практика по применению нормы ст. 105 УК РФ |