Апелляционное определение № 33-7445/2026 от 10 марта 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-7445/2026УИД 78RS0019-01-2024-000802-05

Судья: Коновалов Д.Д.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

11 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Илюхина А.П.

судей

ФИО1, ФИО2,

при помощнике

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24 февраля 2025 года по гражданскому делу № 2-423/2025 по иску ФИО4 к ФИО5 о возмещении ущерба.

Заслушав доклад судьи Илюхина А.П., выслушав представителя истца ФИО6, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5 о возмещении ущерба. В обоснование заявленных требований истец указала, что 28 сентября 2023 года произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого транспортному средству истца были причинены механические повреждения. Указывая, что дорожно-транспортное происшествие произошло по причине нарушения ответчиком требований ПДД Российской Федерации, а выплаченного страхового возмещения недостаточно для восстановления нарушенного права, истец просила взыскать с ответчика 417 458 рублей в счет возмещения ущерба, судебные расходы в виде расходов на подготовку отчета об оценке в размере 35 000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей, а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 8 225 рублей.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24 февраля 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда отменить, полагая, что оно принято с нарушениями норм действующего законодательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что 28 сентября 2023 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств Фольксваген, номер №..., под управлением ответчика, и Мерседес, номер №..., под управлением истца.

В соответствии с материалом проверки по факту дорожно-транспортного происшествия от 28 сентября 2023 года ФИО4 была привлечена к административной ответственность за правонарушение, связанное с неправильным движением транспортного средства по полосам движения, а из постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ответчика усматривается, что он при возобновлении движения и совершение маневра не убедился в безопасности совершении осуществляемого маневра, создал помеху и опасность для движения в результате чего произошло столкновение с автомобилем истца.

В результате дорожно-транспортного происшествия транспортное средство истца получило механические повреждения.

27 декабря 2023 года между истцом и АО «АльфаСтрахование» было заключено соглашение о страховой выплате, после чего, 12 января 2024 года истцу было выплачено страховое возмещение в размере 100 500 рублей (Т. 1 л.д. 197).

Истцом представлены заключения специалистов, согласно которым действия истца не влияли на дорожную обстановку, истец не создавала опасную ситуацию в дорожной обстановке, тогда как действия ответчика привели к дорожно-транспортному происшествию (Т. 1 л.д. 35-36), а стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца на 20 декабря 2023 года без учета износа составляет 517 958 рублей (Т. 1 л.д. 56).

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ответчик выразил несогласие с виновностью в дорожно-транспортном происшествии, а также с размером причиненного ущерба, в связи с чем по настоящему делу была назначена судебная экспертиза.

Согласно судебной экспертизе (Т. 1 л.д. 180-197), с технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля Мерседес не соответствовали требованиям п.п. 1.3 и 9.7, а также линии горизонтальной дорожной разметки 1.2 приложения 2 ПДД Российской Федерации и послужили непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия, тогда как действия водителя автомобиля Фольксваген не противоречили требованиям ч. 2 п. 10.1 ПДД Российской Федерации и не находились в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции по результатам проведения экспертизы были допрошены эксперты, которые заключение поддержали в полном объеме, дали исчерпывающие пояснения по вопросам, поставленным в рецензии истца.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, дав подробную оценку показаниям допрошенных в судебном заседании экспертов, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в действиях ответчика отсутствует противоправное поведение, находящееся в причинно-следственной связи с причинением ущерба имуществу истца, в связи с чем в удовлетворении исковых требований отказал.

Проверяя законность и обоснованность судебного решения, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно, в бремя доказывания истца входит обязанность доказать противоправоправное поведение ответчика, находящееся в причинно-следственной связи с причинением ущерба.

В бремя доказывания со стороны ответчика входит представление доказательств отсутствия своей вины, поскольку она презюмируется.

Ответчиком было доказано, что в его действиях отсутствует противоправное поведение, находящееся в причинно-следственной связи с причинением ущерба, что подтверждается выводами, изложенными в заключении эксперта.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

В апелляционной жалобе ФИО4 ссылается на то обстоятельство, что судом первой инстанции незаконно сделал вывод об отсутствии в действиях ответчика противоправного поведения, возложив ответственность за возникновение дорожно-транспортного происшествия на истца, не применив при этом положения п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации. Судебная коллегия полагает данный довод подлежащим отклонению исходя из следующего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», водитель транспортного средства, движущегося в нарушение ПДД РФ по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Заключением судебной экспертизы установлено, а также подтверждается истцом, что она, в нарушение требований ПДД Российской Федерации, двигалась не по полосе движения, а по сплошной линии разметки, что не создавало у ответчика обязанности уступить дорогу транспортному средству истца.

Таким образом, оснований для применения положений п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку именно противоправные действия истца привели к возникновению дорожно-транспортного происшествия, тогда как в действиях ответчика отсутствует противоправное поведение, находящееся в причинно-следственной связи с причинением ущерба.

Довод истца о назначении по делу повторной или дополнительной судебной экспертизы судебной коллегией отклоняется ввиду следующего.

Заключение экспертов в совокупности с пояснениями экспертов, соответствует положениям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требованиям, предъявляемым Федеральным законом № 73 от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; экспертное заключение содержит подробное описание проведенных исследований; выводы эксперта научно обоснованны; при проведении экспертизы эксперт руководствовался соответствующими нормативно-правовой документацией, справочной литературой, методиками, эксперты перед началом проведения экспертного исследования были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, квалификация экспертов не вызывает сомнений, подтверждается приложенными к экспертному заключению документами о соответствующем профессиональном образовании.

Представленная истцом рецензия на заключение повторной судебной экспертизы сводится к критическому, частному мнению специалиста относительно выводов судебной экспертизы, а потому не свидетельствует о недопустимости последнего.

По всем доводам рецензии эксперты дали исчерпывающие пояснения, указав, что ими исследовалось не соответствие или несоответствие действий водителей каким-то конкретным пунктам ПДД Российской Федерации, а сама дорожно-транспортная ситуация, и устанавливалось, какими пунктами правил водители должны были руководствоваться. Эксперты пояснили, что, так как столкновение произошло в момент движения автомобиля истца по трамвайным путям в месте, где такое движение запрещено, ответчик не должен был руководствоваться п. 8.1 ПДД Российской Федерации и предоставлять преимущественное право движения. У водителя, который движется по траектории, которая запрещена правилами, нет преимущества в движении перед иными водителями. В данном случае не имеет значения ни наличие транспортного средства на трамвайных путях, ни наличие или отсутствие указателя поворота на автомобиле Фольксваген, потому что у автомобиля Мерседес не было преимущественного права на проезд.

При таких обстоятельствах оснований для назначения повторной или дополнительной судебной экспертизы не имеется, поскольку экспертом даны ответы на поставленные вопросы, позволяющие в полной степени установить наличие или отсутствие состава гражданско-правового деликта в действиях сторон.

Довод истца о том, что заключение эксперта является недопустимым доказательством, поскольку выполнено комиссией экспертов вместо проведения ее одним экспертом, также отклоняется судебной коллегией исходя из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Из определения о назначении по делу судебной экспертизы (Т. 1 л.д. 175) усматривается, что проведение экспертизы было поручено АНО «Центр научных исследований и экспертизы», то есть конкретному экспертному учреждению.

Руководитель экспертного учреждения после получения материалов дела для проведения судебной экспертизы, в соответствии с требованиями Федерального закона № 73 от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», обязан поручить производство экспертизы конкретному эксперту или комиссии экспертов (ст. 14 указанного Федерального закона).

Следовательно, так как проведение судебной экспертизы было поручено не конкретному эксперту или комиссии экспертов, а экспертному учреждению, руководитель экспертного учреждения правомерно поручил ее проведение комиссии экспертов.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Доводы апелляционной жалобы по существу направлены на неправильное толкование действующего законодательства и переоценку доказательств, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24 февраля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

В окончательной форме апелляционное определение принято 12 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи