Апелляционное определение № 33-2741/2026 от 24 марта 2026 г.

УИД: 66RS0006-01-2025-001203-98

Дело № 33-2741/2026 (2-2523/2025

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 25.03.2026.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 11.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Кучеровой Р.В.,

судей

Филатьевой Т.А.,

ФИО1

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Дружининой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, признании ничтожным соглашения о расторжении договора, замене стороны в договоре,

поступившее по апелляционной жалобе истца на решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 12.11.2025.

Заслушав доклад председательствующего по обстоятельства дела и доводам апелляционной жалобы, пояснения представителей истца ФИО5 и ФИО6, представителя ответчика ФИО3 – ФИО7, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором, с учетом исковых требований (т. 4 л.д. 85), просил взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 235 000 руб., неосновательного обогащения, возникшего в связи с исполнением договора <***> от 08.10.2024 об оказании услуг; признать соглашение от 14.07.2025 о расторжении Договора <***> от 08.10.2024 об оказании услуг ничтожным; произвести замену стороны «Заказчика» в Договоре <***> от 08.10.2024 об оказании услуг с ФИО3 на ФИО2; взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 8100000 руб. неосновательного обогащения, возникшего при передаче денежных средств, для приобретения транспортного средства BMW X7 (л.д. 85, т. 4, 190-194, т. 3, л.д. 2-3, т. 1).

В обоснование иска, с учетом уточнений (л.д. 85, т. 4, 190-194, т. 3, л.д. 2-3, т. 1), указано, что 06.10.2024 истец и ответчик по соглашению в устной форме договорились о приобретении транспортного средства BMW X7 за границей. При этом стороной договора выступит ФИО3, поскольку трудовую деятельность она не осуществляет, в свою очередь ФИО2 постоянно работает, таким образом, ФИО3 действует в интересах ФИО2. 08.10.2024 между ФИО3 и Индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен договор <***> об оказании услуг по подбору автомобиля, стоимость услуг составила 235 000 руб. Оплата по указанному договору была осуществлена истцом по счету № 80 от 09.10.2024, в котором в качестве заказчика указан ФИО2 10.10.2024 ФИО2 со своего счета № <№>, открытого в АО «Т-Банк» осуществил перевод на счет № <№>, открытый в АО «Альфа-банк» принадлежащий ИП ФИО4, перевел 235000 руб. В последствии был предложен вариант транспортного средства BMW X7, находящегося в США стоимостью ориентировочно 12 750 000 руб. Данное транспортное средство было согласовано и одобрено ФИО2 06.11.2024 истец в офисе ПАО «Сбербанк», расположенного в ТРЦ «Радуга Парк», снял 8500000 руб., с целью внесения аванса по договору поставки транспортного средства BMW X7 и иных нужд. ФИО2 попросил ФИО3 оформить договор поставки транспортного средства, а также передал денежные средства в размере 8100 000 руб. для внесения аванса. Согласно устной договоренности, по прибытию BMW X7 в Российскую Федерацию ФИО3, передает указанное транспортное средство ФИО8 Фактически между истцом и ответчиком был заключен агентский договор, по которому вознаграждением был предусмотрен Mercedes GL. При этом ФИО3 нарушила устные договоренности, обязательства не выполнила. Однако впоследствии ФИО3 отказалась передавать транспортное средство ФИО2 и расторгла договор <***> об оказании услуг, заключив соответствующее соглашение от 14.07.2025, денежные средства возвращены ФИО3 Таким образом, принимая во внимание, что по счету от 09.10.2024 № 80, заказчиком указан ФИО2, а также факт оплаты данного счета именно истцом путем перевода со своего счета № <№>, открытого в АО «Т-Банк», на счет №<№>, открытый в АО «Альфа-Банки», принадлежащий ИП ФИО9, сумму 235 000 руб., доказывает, что на стороне Ответчика возникло неосновательное обогащение. Соглашение от 14.07.2025 о расторжении договора <***> от 08.10.2024 о возмездном оказания услуг следует признать ничтожным, так как поведение ответчика при расторжении не явилось добросовестным, ответчик действовал с намерением причинить имущественный вред.

Кроме того, истец ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 с требованием о признании договора <***> от 08.10.2024 возмездного оказания услуг, заключенный между ИП ФИО4 и ФИО3, недействительным, указывая в обоснование иска аналогичные вышеуказанные доводы. Исковые требования приняты к производству суда, возбуждено гражданское дело № 2-2646/2025 (т. 2).

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 05.08.2025 гражданские дела № 2-2523/2025 и № 2-2646/2025 по искам ФИО2 объединены в одно производство, присвоен единый номер гражданского дела № 2-2523/2025 (т. 1 л.д. 226, т. 2 л.д. 80).

Протокольным определением суда 12.11.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ИП ФИО10

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 12.11.2025 производство по гражданскому делу в части исковых требований ФИО2 к ФИО3, ИП ФИО4 о признании недействительным договора <***> от 08.10.2024 возмездного оказания услуг между ИП ФИО4 и ФИО3 прекращено в связи с отказом истца от иска.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 12.11.2025 исковые требования ФИО2 оставлены без удовлетворения.

С таким решением не согласился истец, подал апелляционную жалобу и дополнения к ней, в которой просит решение отменить, принять по делу новое решение, исковые требования удовлетворить в полном объеме. В обоснование жалобы, повторяя доводы, изложенные в обоснование требований, выражает не согласие с выводами суда. Считает выводы суда о том, что денежные средства в размере 235000 руб. не подлежат возврату в силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации необоснованными, юридически ошибочными и не соответствуют фактически обстоятельствам дела. Суд первой инстанции фактически подменил правовую природу сделки, проигнорировав существование договорного обязательства. Ссылаясь на положения пункта 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, наличие счета № 80 от 09.10.2024, в котором заказчиком указан ФИО2, настаивает на том, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение. Указывает, что из материалов дела следует, что ответчик действовала по поручению истца, совершая фактические и юридические действия по приобретению автомобиля от своего имени за счет истца, что соответствует природе агентского договора. Также суд пришел к ошибочному выводу об отсутствии оснований для признания соглашения от 14.07.2025 ничтожным, либо замене стороны в договоре <***> с ФИО3 на ФИО2, а также о недоказанности факта передачи ответчику 8100000 руб., игнорируя при этом совокупность взаимосвязанных доказательств и характер фактически обстоятельств. Настаивает на том, что содержащиеся в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, установленные факты подлежат оценке в совокупности с иными доказательствами. Полагает, что правовое значение постановления заключается не в его преюдицальности, а в том, что они являются письменным доказательствами, содержащими зафиксированные в установленном порядке сведения, имеющие значения. Считает, что вывод, к которому пришел суд, фактически лишил истца права на восстановлении своих нарушенных прав. Судом не исследована процедура покупки автомобиля ответчиком. Также судом необоснованно принял выписки по счетам ответчика в качестве доказательств наличия денежных средств у ответчика для приобретения транспортного средства. Также не дана оценка доводам истца в части квалификации спорных правоотношений, вытекающих их агентского договора. Кроме того, истец заявляет ходатайство о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик ФИО3 указала на необоснованность доводов, отсутствие оснований для отмены решения суда.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители истца ФИО5 и ФИО6 настаивали на доводах апелляционной жалобы, просили решение суда отменить.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 – ФИО7 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила решение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Как следует из материалов дела, стороны извещены о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции в соответствии со ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, информация о рассмотрении дела размещена на сайте Свердловского областного суда (oblsud.svd.sudrf.ru).

Поскольку в материалах дела имеются доказательства заблаговременного извещения сторон о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав представителей сторон, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что 08.10.2024 ФИО3 и ИП ФИО4 заключен договор возмездного оказания услуг <***>. Согласно указанному договору, исполнитель осуществлял консультирование заказчика по вопросам, связанным с покупкой автомобиля, осуществление контроля за ходом приобретения заказчиком на оговоренных условиях. Стоимость услуг составила 235 000 руб. (л.д. 10-109, т.1).

Согласно платежному поручению от 10.10.2024 № 660134, ФИО2 перевел 235 000 руб. ФИО4 (л.д. 110), что также подтверждается перепиской в мессенджере WhatsApp и пояснениями ответчика в судебном заседании (л.д. 11-113).

Таким образом, факт перечисления истцом денежных средств ФИО4 в сумме 235 000 руб. не оспаривается сторонами и подтвержден письменными доказательствами.

В соответствии с соглашением о расторжении договора <***> возмездного оказания услуг от 08.10.2025 указанный договор расторгнут 14.07.2025 (т. 1 л.д. 163).

Данные фактические обстоятельства подтвердила ИП ФИО4 в ответе на судебный запрос, а также в ответе на претензию (л.д. 5-6, 100-101, т.1), в котором указала, что при подписании указанного договора у нее не имелось оснований полагать, что указанный договор возмездного оказания услуг ФИО3 в интересах третьих лиц, в том числе, ФИО2. При заключении договора и дальнейшем общении, ФИО3 ссылалась на мужа, который оплатил договор. Из обстановки явствовало общность интересов ФИО3 и ФИО11.

Ответчик и истец длительное время – около трех лет проживали одной семьей, вели общее совместное хозяйство. Истец систематически перечислял ответчику денежные средства для хозяйственных и личных нужд ответчика, указанная сумма составляла ежемесячно порядка 200000 руб. Данные обстоятельства подтвердили стороны в судебном заседании, что также следует из выписки по счету ответчика (л.д. 1-158, т. 3).

Разрешая заявленные требования, руководствуясь приведенными в решении нормами материального права, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследовании доказательств, их оценке в соответствии с правилами, установленными в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и соответствуют нормам материального права, регулирующим возникшие отношения.

Доводы апелляционной жалобы судебная коллегия считает несостоятельными, основанными на ошибочном толковании норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, разрешая спор о возврате неосновательного обогащения, суду необходимо установить, была ли осуществлена передача денежных средств или иного имущества добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью, или передача денежных средств и имущества осуществлялась во исполнение договора сторон либо иной сделки.

ФИО2 обращаясь с иском, указал, что 08.10.2024 между ФИО3 и Индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен договор <***> об оказании услуг по подбору автомобиля, стоимость услуг составила 235 000 руб. Оплата по указанному договору была осуществлена истцом по счету № 80 от 09.10.2024, в котором в качестве заказчика указан ФИО2 10.10.2024 ФИО2 со своего счета № <№>, открытого в АО «Т-Банк» осуществил перевод на счет № <№>, открытый в АО «Альфа-банк» принадлежащий ИП ФИО4, перевел 235000 руб.

Таким образом, осуществление платежа ФИО2 за ФИО3 по кредитному договору <***> об оказании услуг по подбору автомобиля осуществлялось добровольно и намеренно при отсутствии у него какой-либо обязанности. Стороной по договору истец не являлся.

Суду не представлено доказательств того, что между ФИО2 и ФИО3 имелась договоренность о том, что ответчик ФИО3, заключая указанный договор по поручению истца по приобретению автомобиля от своего имени за счет истца, что соответствует природе агентского договора, равно как и не представлено доказательств того, что платеж производился им в целях осуществления какого-либо иного имеющегося между сторонами обязательства, тогда как обязанность представления таких доказательств в соответствие с требованиями действующего законодательства лежит на стороне истца.

В силу изложенного, ссылка автора жалобы на применение судом не подлежащей применению в данном случае части 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть признана состоятельной, поскольку основана на неверном толковании норм права и направлена на несогласие с выводами суда первой инстанции, которые в полной мере соответствуют положениям действующего законодательства.

Доводы жалобы истца о том, что, по его мнению, фактически между сторонами сложились правоотношения, вытекающие из агентского договора, судебная коллегия отклоняет.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации, по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Исходя из определения договора агентирования, данного в статье 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации, предметом данного договора являются юридические и иные действия, которые правомочен совершать агент от своего имени или от имени принципала (и всегда за счет принципала).

Существенным условием агентского договора является определение действий, которые обязуется совершить агент.

Оснований квалифицировать сложившиеся между сторонами правоотношения как агентский договор суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку доказательств согласования сторонами существенных для данного вида договоров условий истцом не представлено.

Агентский договор в письменном виде сторонами не заключался, ответчик категорически отрицает факт заключения такого договора, в какой-либо иной форме не выразил волю на совершение сделки с истцом.

Указания в апелляционной жалобе на то, что после освобождения из мест лишения свободы действия ответчика были направлены на приобретение автомобиля, не имеют правового значения для разрешения настоящего спора, подлежат отклонению.

Доводы жалобы о том, что суд не исследовалась процедура покупки транспортного средства на аукционе, судебная коллегия отклоняет, поскольку правового значения не имеет в отсутствии надлежащих доказательств передачи денежных средств истцом ответчику в размере 8100000 руб.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют.

Также судебной коллегией не установлено оснований для применения положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (ч. 5 указанной статьи), а фактов осуществления ответчиками гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу (истцу), действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (ч. 1 указанной статьи в рассматриваемом правоотношении отсутствует.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции ненадлежащим образом оценил представленные истцом доказательства, в том числе, постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по факту самоуправства, мошенничества, неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения, а также переписку между истцом и ответчиком ФИО3 и выписку по счету, судебная коллегия отклоняет, поскольку данные доводы направлены на переоценку доказательств, что не может послужить основанием к отмене постановленного решения. В настоящее время ФИО3 к уголовной ответственности не привлечена.

По мнению судебной коллегии, истец не доказал факт передачи 8100000 руб. и получения денежных средств ответчиком. Как видно из искового заявления и пояснений сторон в судебных заседаниях, жили совместно, все отношения строились на доверии. Представленные в материалы дела документы не позволяют с достоверностью установить факт передачи истцом ответчику денежных средств, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом таких доказательств не представлено.

Предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для перехода к рассмотрению гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции не имеется.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, ненадлежащей оценке судом представленных в дело доказательств отклоняются судебной коллегией, как необоснованные, поскольку имеющие юридическое значение для разрешения спора обстоятельства определены и установлены судом первой инстанции полно и правильно, правила оценки доказательств судом соблюдены. Юридически значимые обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, обжалуемое судебное постановление мотивировано, вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права на основании представленных сторонами по делу доказательств, которым судом первой инстанции дана оценка в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы, оспаривающие вышеуказанные выводы суда, по своему содержанию сводятся к разъяснению обстоятельств настоящего дела с изложением позиции истца относительно возникшего спора и собственного мнения о правильности разрешения дела, переоценке доказательств, исследованных судом при разрешении спора, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося по делу решения суда.

В соответствии с частью 3 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 330 данного Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 12.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий: Р.В. Кучерова

Судьи: Т.А. Филатьева

ФИО1