Решение № 2-1661/2025 2-99/2026 2-99/2026(2-1661/2025;)~М-267/2025 М-267/2025 от 23 апреля 2026 г. по делу № 2-1661/2025

№ 2-99/2026 (2-1661/2025;)

УИД №18RS0004-01-2025-001831-05


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 апреля 2026 года г. Ижевск

Индустриальный районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Сандраковой Е.В.,

при секретаре Якимовой Д.В.,

при помощнике прокурора Индустриального района г.Ижевска Долиной А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО8 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», Министерству здравоохранения Удмуртской Республики о взыскании денежной компенсации морального вреда, штрафа,

установил:

ФИО8 обратился в суд с исковым заявлением к БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» о взыскании компенсации морального вреда в размере 6 000 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требования потребителя штраф в размере 50% от суммы присужденной судом в пользу потребителя.

Требования иска мотивировал тем, что истец находился на лечении в проктологическом отделении в БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» с 25.04.2016г. по 17.06.2016г. с диагнозом: «<данные изъяты>». 05.05.2016г. во время операции при установке подключичного катетера истцу ..., возник <данные изъяты>, операцию прервали. В течении 4-х дней врачи пытались исправить свою ошибку путем установки дренажа по-Бюлау. Во время и после прободения ... истец испытывал сильные физические боли и стресс от полученного вреда здоровью. 25.05.2016г. ФИО8 была сделана операция: <данные изъяты>. Операцию проводил ФИО1. Во время операции у хирурга сломалась игла, фрагменты которой были оставлена в теле истца в глубоких отделах ПЖК передней брюшной стенки вблизи канала стомы. Так же в период с 04.10.2023г. по 07.10.2023г. истец находился на стационарном лечении в 1 РКБ в урологическом отделении с диагнозом: «<данные изъяты>». 12.09.2023г. истцу была сделана операция: А16.28.050.001.Уретролитотрипсия другими методами эндоскопическая КЛТ <данные изъяты>, проводил которую хирург ФИО2. (Выписка медицинской карты № стационарного больного от 14.09.2023г. БУЗ УР «Первая республиканская клиническая больница», Выписной эпикриз №). 05.10.2023г. истцу была сделана <данные изъяты>: А16.28.077. Другие операции на <данные изъяты>, которую проводил хирург ФИО2. (Выписка медицинской карты № стационарного больного от 06.10.2023г. БУЗ УР «Первая республиканская клиническая больница», Выписной эпикриз №). Иных операций у ФИО8 не было. Во время операции в 2016 году в теле истца были оставлены металлические инородные тела на уровне наружного отверстия стомы. Обследование путем компьютерной томографии 11.09.2023г. подтверждает факты оставления инородных металлических предметов после перенесенных истцом операций в 1 РКБ. В настоящее время ФИО8 испытывает физические боли в брюшной полости тела, из-за чего вынужден был обратиться к невропатологу для лечения психического состояния в результате фактов причинения вреда здоровью. В результате причиненного вреда здоровью при проведении операции хирургом БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» ФИО1 истец каждый день испытывает физические и нравственные страдания.

Протокольным определением суда от 02 апреля 2026 года судом к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

Протокольным определением суда от 28 мая 2025 года к участию в деле в порядке ст. 40 ГПК РФ в качестве соответчика привлечено Министерство Здравоохранения Удмуртской Республики.

Допрошенная в судебном заседании 04 сентября 2025 года свидетель ФИО3, предупрежденная об уголовной ответственности по ст.307-308 УК РФ, суду пояснила, что приходится истцу супругой, по направлению врача ее супруг ФИО8 поступил на лечение, гормональное лечение не подходило, состояние ухудшалось, сильно похудел, килограмм на 10. Самостоятельно приобретали препараты, поскольку в больнице не было в наличии. 5 мая была назначена операция. При установке катетера С. закричал, его перевели в реанимацию и операцию перенесли. Сделали операцию, выделили палату. У С. началось воспаление, и она за ним ухаживала, жила в больнице. Через 2 месяца после выписки убрали швы. В инфекционной больнице лежал раза 2-3. Оперативных вмешательств не было после 2016 года. С. жаловался на колющие боли, были выписаны обезболивающие препараты.

Допрошенный в судебном заседании 21 января 2026 года свидетель ФИО4, предупрежденный об уголовной ответственности по ст.307-308 УК РФ, суду пояснил, что истец ему знаком поскольку водили детей в хоккейную школу в 2019- 2020 гг. ФИО8 сам в хоккейных матчах не участвовал. Принимал участие в качестве организатора, звонил, договаривался. Знает, что С. операцию делал, что поставили диагноз ....

Допрошенная в судебном заседании 25 февраля 2026 года эксперт ФИО5, предупрежденная об уголовной ответственности по ст.307-308 УК РФ, суду пояснила, что установка центрального венозного катетера (ЦВК) не является дефектом оказания медицинской помощи. Технически процедура проведена правильно. Сама по себе процедура ЦВК является небезопасной. <данные изъяты>. На стр.11 заключения эксперта № есть указание на это. Пациент был переведен в реанимацию, проведены все необходимые манипуляции.

Допрошенный в судебном заседании 25 марта 2026 года свидетель ФИО6, предупрежденный об уголовной ответственности по ст.307-308 УК РФ, суду пояснил что оставленные фрагменты инородного тела не могут однозначно свидетельствовать, что это игла, поскольку линия шва содержит около 30 скрепок, это может быть хирургическая скоба. Такие скобы изготавливаются из специального металла и не окисляются. Диаметр хирургической скобы и иглы разный. Даже если это игла, она так же изготовлена из специального металла (медицинская сталь). Считает, что операция была проведена правильно. Размер инородного тела был посчитан по результатам КТ. Они являются не точными. Дискомфорта доставлять такие инородные тела не могут, они обрастают тканями, что является защитной функцией организма. Возникший пневмоторакс также не может расцениваться как медицинский дефект, это осложнение, которое имеет место быть в 3-5% случаев установки подключичного катетера. Допустимые осложнения описаны в различных научных статьях и других документах. Это очень сложная манипуляция, ювелирная. Если возникает осложнение, пациента переводят в реанимацию, что и было сделано.

В судебное заседание не явились истец ФИО8, представитель Министерства здравоохранения УР, третьи лица: представитель ООО "Капитал МС", ФИО1, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. О причинах неявки суду не сообщили.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие участников процесса.

В судебном заседании представитель истца ФИО9, действующая на основании доверенности, поддержала требования иска в полном объеме, представила письменную речь.

Представитель ответчика ФИО10, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения искового заявления, поддержала ранее приобщенные к материалам дела письменные возражения на исковое заявление, а так же дополнения к возражениям.

Помощник прокурора Индустриального района г.Ижевска Долина А.А., в судебном заседании дала заключение об обоснованности исковых требований ФИО8, просила удовлетворить иск, размер взыскиваемой суммы оставила на усмотрение суда. Требования о взыскании штрафа полагала не подлежащими удовлетворению.

Выслушав участников судебного процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что имеются основания для удовлетворения исковых требований, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (последняя редакция) (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно статье 10 Закона об охране здоровья граждан доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации (пункт 2); применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

Согласно части 5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

На основании пункта 2 статьи 79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 3 статьи 98 указанного Закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания застрахованному медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Учреждения здравоохранения, независимо от форм собственности, а также частнопрактикующие врачи (специалисты, работники), участвующие в системе обязательного медицинского страхования, несут ответственность за вред (ущерб), причиненный застрахованным гражданам их врачами либо другими работниками здравоохранения.

Ответственность за вред (ущерб) наступает в случае наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у застрахованного пациента.

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основанием обращения в суд ФИО8, с требованием о компенсации причиненного ему физического и морального вреда, явилось некачественное оказание ему медицинской помощи в БУЗ «Первая Республиканская клиническая больница МЗ УР».

В силу пунктов 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений абз.3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022г. №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Как следует из разъяснений указанных в п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда истца.

В соответствии с п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022г. №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Согласно определению ВС РФ от 22.03.2021 №18-КГ20-122-К4 ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно статье 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №17 от 28.06.2012г. "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии со статьей 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации способ и размер компенсации морального вреда размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе морального, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Между тем, законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что согласно свидетельству о перемене имени № от 23.08.2023г. ФИО8 переменил фамилию на Сапрун, о чем составлена запись акта о перемене имени № ... отделом ЗАГС Управления ЗАГС Администрации ... УР.

Согласно выписке из истории болезни № БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» от 17.06.2016г. ФИО8, -Дата- лет, находился на лечении в ... отделении 1РКБ с 25.04.16г. по 17.06.16г. с диагнозом: <данные изъяты> Состоит на учете с <данные изъяты> с 2012г. Обострения ежегодно, лечится стационарно. В связи с ухудшением состояния около 1 мес. назад, учащением стула 10 раз в сутки ..., потерей веса до 10 кг, пациент был вынужден обратиться к врачу. Был госпитализирован 25.04.16г. в проктологическое отделение 1РКБ. Было сразу же предложено оперативное лечение, от которого пациент категорически отказался. 05.05.16г. возник ..., как осложнение при установке подключичного катетера. Купирован установкой дренажа по Бюлау в течение 4-х дней. На фоне проводимой базисной терапии ВЗК - динамики нет. 13.05.16г. колоноскоиия: <данные изъяты> Учитывая отрицательную динамику, пациенту предложено повторно оперативное лечение. 25.05.16г. выполнена операция: <данные изъяты>. Послеоперационный период протекал без осложнений, проводилась симптоматическая и коррегирующая терапия. 17.06.16г. выписан на амбулаторное лечение у хирурга и терапевта.

Согласно представленному в адрес суда операционному журналу колопроктологического отделения за 2016 год, протоколы операций от 05.05.2016г. и от 25.05.2016 гг. в данном журнале отсутствуют.

Согласно ответу БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» от 14.07.2025г. № следует, что в операционном журнале колопроктологического отделения за 2016 год, находящегося на хранении в архиве БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» (фонд Р-1195, опись 3, дело 1323) отсутствуют записи о проведённых оперативных вмешательствах в отношении ФИО11, -Дата- года рождения.

Как следует из заключения исследования БУЗ УР «1РКБ МЗ УР» отделения лучевой диагностики, кабинета спирально компьютерной томографии от 30.04.2019г. проведено сканирование в нативных условиях и после внутривенного контрастного усиления кортико-медуллярного, нефрографическую и экскреторную (на 10 и 41 минуте) фазы. Умеренная ... справа, обусловленная частично обтекаемым конкрементом р верхней трети .... Микролит в верхней малой чашечке и ки,стр,,... 1 категории по Bosniak. Конкременты в малых чашечках .... <данные изъяты>.

Из заключения по исследованию КТ ФИО8 от 11.09.2023г. спиральной компьютерной томографии почек, мочевыводящих путей, следует, что обнаружено металлическое инородное тело (хирургическая игла) в глубоких отделах ИЖК передней брюшной стенки вблизи канала стомы. Подкожно расположенное металлическое инородное тело на уровне наружного отверстия стомы.

Кроме того, 12.09.2023г. истцу была сделана операция: А16.28.050.001. Уретролитотрипсия другими методами эндоскопическая КЛТ <данные изъяты>, проводил которую хирург ФИО2 (Выписка медицинской карты № стационарного больного от 14.09.2023г. БУЗ УР «Первая республиканская клиническая больница», Выписной эпикриз №).

Так же в период с 04.10.2023г. по 07.10.2023г. истец находился на стационарном лечении в 1 РКБ в урологическом отделении с диагнозом: «<данные изъяты>».

05.10.2023г. истцу была сделана операция на мочевой системе: А16.28.077. Другие операции на мочевой системе эндоскопические ВЦС/удаление стента, которую проводил хирург ФИО2 (Выписка медицинской карты № стационарного больного от 06.10.2023г. БУЗ УР «Первая республиканская клиническая больница», Выписной эпикриз №).

В связи с обнаружением инородного тела по результатам исследования КТ ФИО8 обратился к БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» с досудебным требованием по факту оказания услуги ненадлежащего качества, просил в добровольном порядке в срок до 01 ноября 2024 года произвести компенсацию причиненного ему физического и морального вреда, которые оценил в 6 000 000 миллионов рублей.

Согласно ответу БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» от 31.10.2024г. № на досудебную претензию, для возможности рассмотрения требования просили предоставить заверенные в установленном порядке копии медицинских документов обследования брюшной полости, а так же документы, подтверждающие обращение к невропатологу по факту лечения психологического состояния в результате фактов причинения вреда здоровью.

30.10.2023г. ФИО8 была проведена в БУЗ УР «ГП № МЗ УР» Рентгенограмма брюшной полости, согласно заключения: инородные тела – 2 отломка одной металлической иглы в мягких тканях передней брюшной стенки.

Из представленной БУЗ УР «ГП № МЗ УР» амбулаторной карты № на имя ФИО8, -Дата- года рождения, усматривается, что:

в 2016 году обратился за наблюдением после хирургического вмешательства, с диагнозом <данные изъяты> c улучшением;

в 2017, 2018 году не обращался;

в 2019 году обратился с диагнозом <данные изъяты>;

в 2020 году обратился с диагнозом <данные изъяты>;

в 2021, 2022 году не обращался;

в 2023 году обратился с диагнозом <данные изъяты> – другие и неуточненные боли в области живота, N23.00 – <данные изъяты>.

ФИО8 находился на стационарном лечении в урологическом отделении БУЗ «РКБ М3 УР» с 09.09.2023 по 15.09.2023. Поступил в экстренном порядке. Диагноз: <данные изъяты>

09.09.2023 года была проведена операция - <данные изъяты>.

10.09.2023 года обзорная рентгенография органов грудной полости. Заключение: Состояние после установки ЦБК в правую яремную вену. Осложнений установки не определяется. Признаки <данные изъяты>.

11.09.2023 года обзорная урограмма. Заключение: <данные изъяты>.

11.09.2023 года спиральная компьютерная томография почек и надпочечников. Заключение: <данные изъяты>.

Операция: 12.09.2023 г. А16.28.050.001 Уретролитотрипсия другими методами эндоскопическая, КЛТ камня <данные изъяты>. <данные изъяты>. Исход госпитализации: выписан. Состояние при выписке: удовлетворительное.

05.10.2023 г. прооперирован на мочевой системе эндоскопи ВЦС, удаление стента. Исход госпитализации: выписан. Состояние при выписке: удовлетворительно.

11.10.2023 года поступил на удаление стента;

Истец находился на стационарном лечении в урологическом отделении с 04.10.2023 по 07.10.2023 гг. Поступил в экстренном порядке. Диагноз основной: <данные изъяты>. 06.10.2023 года было проведено ультразвуковое исследование почек, надпочечников и мочевого пузыря, Заключение: <данные изъяты>.

Кроме того, 12 августа 2024 года №ГРСК-428-24 ФИО8 обратился в Следственное управление СК России по Ур следственный отдел по ... с заявлением о проведении проверки.

23.08.2024 года УМВД по г.Ижевску зарегистрирован материал проверки КУСП №, который был приобщен к ранее зарегистрированному материалу проверки КУСП № от 20.03.2024г.

Постановлением от 13 февраля 2025 года участкового уполномоченного полиции УМВД России по г. Ижевску старшего лейтенанта полиции ФИО7 в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.118 УК РФ в отношении ФИО1, отказано по основанием п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

В возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 306 УК РФ в отношении ФИО8, отказано по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПK РФ за отсутствием состава преступления.

Как следует из материала проверки КУСП № от 20.03.2024г. опрошенный ФИО1, пояснил, что ранее работал в РКБ №, помнит, что проводил операцию гр. ФИО8, В каком году это и кто входил в состав, операционной бригады не помнит. Помнит, что гр. ФИО8, поступил в крайне тяжелом состоянии, ему требовалось оперативное вмешательство иначе бы он скончался. Оперативное вмешательство ему было проведено, каких-либо иголок в теле гр. ФИО8, он не оставлял, а тем более не забывал. Каких-либо противоправных действий с его стороны совершено не было.

Согласно заключению эксперта № проведенной в рамках материала проверки КУСП № от 20.03.2024г. на основании постановления от 28 мая 2025 г. участкового уполномоченного полиции УМВД России по ... старшего лейтенанта полиции ФИО7, эксперты на основании проведенного исследования пришли к выводам:

Ответ на вопрос №1. Какие заболевания имеются у ФИО8?:

Из представленной медицинской документации известно, что ФИО8 находился на стационарном лечении в проктологическом отделении БУЗ УР «1РКБ М3 УР» с 25.04.2016г по 17.06.2016т с диагнозом «<данные изъяты>».

С 09.09.2023г. по 15.09.2023г. ФИО8 находился на стационарном лечении в урологическом отделении БУЗ УР «1 РКБ М3 УР с диагнозом «<данные изъяты>».

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № БУЗ УР ГП № М3 УР известно, что 23.05.2025 ФИО8 установлен диагноз «<данные изъяты>

Ответ на вопросы №2. Имеются ли дефекты оказания медицинской помощи ФИО8 на этапе лечения в БУЗ УР РКБ № М3 УР? 3. Если дефекты имеются, то как степень тяжести причиненного вреда здоровью ФИО8? 4. Если дефекты имеют то состоят ли они в причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью ФИО8? Если да, то каков их механизм образования, локализация, давность, степень тяжести?):

При оказании медицинской помощи ФИО8 в БУЗ УР «1 РКБ М3 УР» 25.05.2016 в нарушение Приказа Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 г. №922н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», установлен дефект:

- лечебные мероприятия выполнены неправильно: оставлено инородное тело (по данным КТ брюшной полости - фрагмент медицинского инструментария) в парастомической подкожной клетчатке.

Указанный дефект, в соответствии с п. 18, и. 5.3.1 Приказа М3 РФ №172н от 08.04.2025 «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», причинил легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья - временного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно).

Учитывая давность образования повреждения (в период времени до 31.08.2025 включительно), следует принять во внимание, что данное повреждение, по п.25, п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом №194н Минздравсоцразвития России от 24.04.2008г. (утратившего силу с 01.09.2025 г.), соответствует легкому вреду здоровья по признаку временного нарушения функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно).

Также следует отметить, что после проведенной истцу ответчиком операции 25.05.2016 до обнаружения по результатам КТ-исследования инородного тела 11.09.2023, какие-либо операции истцу не проводилось, что подтверждается исследованными судом в ходе рассмотрения дела медицинской амбулаторной карты № БУЗ УР «ГП № М3 УР» на имя ФИО8, ответа ТФОМС УР от 14.08.2025 № о предоставлении информации об оказанной медицинской помощи ФИО8 за период с 2016 года по настоящее время, из которого следует, что в реестре счетов ТФОМС УР имеется информация об обращениях за медицинской помощью, оплаченных за счет средств обязательного медицинского страхования ФИО8, -Дата- года рождения, за 2016,2018, 2019, 2020, 2022, 2023, 2024, 2025 годы. Сведения о медицинской помощи за недостающие периоды в реестре счетов ТФОМС УР отсутствуют.

Как следует из представленной ТФОМС УР таблицы, в 2017, 2021, 2022 г.г. истец за медицинской помощью не обращался. В 2018 году (18.12.20218г.) истец обращался к ответчику с диагнозом <данные изъяты>) проктит. В 2019, 2020 г.г. истец за медицинской помощью по поводу неспецифического язвенного колита, функционирования илеостомы, не обращался. С 01.05.2019 – 07.05.2019 находился на стационарном лечении у ответчика с диагнозом <данные изъяты>. 05.03.2022г. обратился к ответчику с диагнозом: <данные изъяты>. С 09.09.2023 – 15.09.2023 находился на стационарном лечении у ответчика с диагнозом <данные изъяты>. С 04.10.2023 – 07.10.2023 находился на стационарном лечении у ответчика с диагнозом <данные изъяты>

Кроме того из таблицы следует, что истец обращался за медицинской помощью в БУЗ УР «ГП № М3 УР», БУЗ УР «ГКБ № МЗ УР» 9, БУЗ УР «РКИБ МЗ УР», БУЗ УР «РКОД им.Примушко МЗ УР», АУЗ УР «ССМП МЗ УР».

Согласно журналу учета отказов в госпитализации БУЗ УР «ГКБ № МЗ УР» «Урология» имеется запись об отказе ФИО8 от стационарной медицинской помощи от 04.09.2023г.

Так же БУЗ УР «ГКБ № МЗ УР» представлены копии журналов регистрации амбулаторных пациентов травмотолого-ортопедического отделения для оказания неотложной помощи, копия журнала «Урология» в котором имеется запись по обращению ФИО8 от 06.09.2023г.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Суд, исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а именно медицинскую документацию, заключение эксперта БУЗ УР «БСМЭ МЗ УР» №, материалы проверки КУСП № от 23.03.2024г., заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, свидетелей, приходит к выводам, что доводы истца об оказании некачественной медицинской помощи в БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» подтверждены в ходе судебного заседания.

В частности, заключением экспертов заключение эксперта БУЗ УР «БСМЭ МЗ УР» № установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО8 в БУЗ УР «1 РКБ М3 УР» 25.05.2016 в нарушение Приказа Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 г. №922н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», установлен дефект:

- лечебные мероприятия выполнены неправильно: оставлено инородное тело (по данным КТ брюшной полости - фрагмент медицинского инструментария) в парастомической подкожной клетчатке.

Указанный дефект, в соответствии с п. 18, и. 5.3.1 Приказа М3 РФ №172н от 08.04.2025 «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», причинил легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья - временного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно).

Кроме того, на странице 11 данного заключения эксперта указано, что 05.05.2016г. в связи с резистентностью к гормональной терапии принято решение о подготовке ФИО8 к оперативному вмешательству, а также назначена установка центрального венозного катетера (ЦВК). В 12:30 при установке ЦВК развился <данные изъяты>, что подтверждается результатами рентгенографии грудной клетки от 05.05.2016г. в 15:30. Состояние ФИО8 при этом средней тяжести, положение вынужденное ортопноэ, дыхание спонтанное с частотой 28-30 движений в минуту, аускультативно слева не проводится, артериальное давление 80/50 мм рт.ст., пульс 70 в минуту. Пациент переведен в отделение анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии. Для устранения ... в 14:30 установлен дренаж по Бюлау, после чего состояние стабилизировалось. Учитывая технически правильное выполнение медицинской манипуляции, высокий риск осложнений, своевременную диагностику и своевременное оказание правильной медицинской помощи, данное осложнение (развитие пневмоторакса при постановке центрального венозного катетера), в соответствии с п.17 Приказа МЗ РФ №172н от 08.04.2025г. «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», судебно-медицинской оценке по степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не подлежит.

Перечисленные выше доказательства в совокупности, позволяют суду прийти к выводу о наличии дефектов оказания медицинской помощи ФИО8 со стороны ответчика БУЗ УР «1 РКБ М3 УР», что в силу приведенных выше положений материального права является достаточным основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку истец, испытал нравственные переживания, физические страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что ответчиком пациенту была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества (дефект — оставление инородного тела). Истец перенес физическую боль в области парастомальной области, был лишен возможности вести активный образ жизни в период временной нетрудоспособности, испытывал страх перед возможными осложнениями и необходимостью повторного оперативного вмешательства.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает также представленную стороной ответчика распечатку с интернет-сайта «Ночная хоккейная лига», а именно карточку игрока ФИО8, который значится в статусе «нападающий» хоккейной команды «Ижевск» в категории Любитель 50+ сезона 2021/22. Данная информация представлена по состоянию на 09.10.2025г., заверена надлежащим образом, в связи с чем, данное доказательство отвечает признакам относимости и допустимости в силу ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, и подлежит исследованию и оценке судом по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Также суд принимает во внимание, что после проведенного истцу оперативного вмешательства в БУЗ УР «1 РКБ М3 УР» 25.05.2016г., в ходе которого в теле истца оставлен инородный предмет, жалобы на ухудшение состояния здоровья по данному факту в период с момента проведения операции и до выполнения процедуры КТ в 2023 году не зафиксированы. В данный период истец вел активный образ жизни, на боли в области расположения инородного предмета жалоб в медицинские учреждения не заявлял.

Доводы истца о наличии причинно-следственной связи между оставленным в ходе оперативного вмешательства 25.05.2016г. инородным предметом и развитием онкологического заболевания являются предположительными, не подтверждены надлежащими доказательствами.

При определении размера компенсации суд учитывает, помимо вышеизложенного и организационную форму ответчика БУЗ УР "Первая Республиканская клиническая больница МЗ УР", являющегося бюджетными учреждениями здравоохранения.

Учитывая все обстоятельства причинения вреда, игнорирование ответчиком БУЗ УР "Первая Республиканская клиническая больница МЗ УР" требований Приказа Минздрава №922н, повлекшее причинение даже легкого вреда здоровью, характера допущенных дефектов оказания медицинской помощи, требования разумности и справедливости, свидетельствует о степени вины причинителя вреда, что в соответствии со ст. 151, 1101 ГК РФ является основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца ФИО8 в размере 300 000 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

В соответствии с пунктом 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Исходя из буквального толкования абзаца второго п. 5 ст. 123.22, ст. 399 Гражданского кодекса Российской Федерации субсидиарная ответственность собственника имущества бюджетного учреждения возникает только при недостаточности имущества учреждения, перечисленного в первом абзаце указанного пункта.

Учредитель является собственником имущества созданного им учреждения (пункт 1 статьи 123.21 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положениями п. 1.3 Устава 1 РКБ определено, что Учредителем Учреждения является Удмуртская Республика. Функции и полномочия Учредителя Учреждения от имени Удмуртской Республики в соответствии с распоряжением Правительства Удмуртской Республики от 20.12.2017 № 540 «О Министерстве здравоохранения Удмуртской Республики» осуществляет Министерство здравоохранения Удмуртской Республики, далее именуемое «Учредитель Учреждения».

Согласно п. 1.8 Устава Учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за Учреждением собственником этого имущества или приобретенного Учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление Учреждения и за счет каких средств оно приобретено. Заключение и оплата Учреждением договоров, исполнение которых осуществляется за счет средств, получаемых от приносящей доход деятельности, производятся в пределах утвержденного плана финансово-экономической деятельности Учреждения.

По обязательствам Учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества Учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет учредитель Учреждения.

Учитывая вышеуказанные положения Гражданского кодекса Российской Федерации и Уставов учреждений, суд полагает при недостаточности имущества, находящегося в распоряжении Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики», за счет которого может быть произведено взыскание в пользу истца, привлечь к субсидиарной ответственности Министерство Здравоохранения Удмуртской Республики.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 (ред. от 04.08.2023) "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей).

Руководствуясь положениями п. 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, а также разъяснениями, содержащимися в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" и исходя из того, что по смыслу приведенных правовых норм и разъяснений штраф в качестве гражданско-правовой меры ответственности за допущенные нарушения прав может взыскиваться судом исключительно в пользу потребителя, учитывая, что истцу медицинская помощь оказывалась бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, в связи с чем он не являлся непосредственным потребителем некачественно оказанной медицинской услуги, суд приходит к выводу, что оснований для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности по взысканию в пользу истца штрафа, предусмотренного положениями Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" не имеется.

Учитывая вышеизложенное, требование истца о взыскании с ответчика Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» в пользу истца за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штрафа в размере 50% от суммы, присуждённой судом в пользу истца соответственно, не подлежат удовлетворению.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Одновременно из разъяснений, приведенных в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1, следует, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению, в том числе, при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Размер государственной пошлины по иску о компенсации морального вреда составляет 3 000 руб. согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и пункту 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда".

С учетом изложенного, исходя из того, что требования носят неимущественный характер, с ответчика Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» в доход бюджета муниципального образования «город Ижевск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО8 (паспорт №, выдан МВД по ... -Дата-., ИНН №, СНИЛС №) к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» (ИНН<***>), Министерству здравоохранения Удмуртской Республики (ИНН <***>) о взыскании денежной компенсации морального вреда, штрафа удовлетворить частично.

Взыскать с БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» в пользу ФИО8 в счет возмещения компенсации морального вреда денежную сумму в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО8 о взыскании с БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» денежной компенсации морального вреда в большем размере отказать.

При недостаточности имущества Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» перед ФИО8, возникшим на основании настоящего судебного акта, возложить на ответчика Министерство здравоохранения Удмуртской Республики.

В удовлетворении исковых требований ФИО8 о взыскании с БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР», Министерства здравоохранения Удмуртской Республики за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штрафа в размере 50% от суммы, присуждённой судом, отказать.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая Республиканская клиническая больница Министерства Здравоохранения Удмуртской Республики» в доход бюджета муниципального образования «город Ижевск» государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения через суд, вынесший решение.

Мотивированное решение изготовлено 24 апреля 2026 года.

Судья Е.В. Сандракова