Решение № 2-2464/2017 2-2464/2017~М-1807/2017 М-1807/2017 от 14 августа 2017 г. по делу № 2-2464/2017

Дело № 2-2464/17

Мотивированно
решение составлено 15.08.2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 10 августа 2017 года

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе

председательствующего судьи Поповой Н.А.

при секретарях Косых А.С., Токаревой И.Д.,

с участием представителей истца ФИО1, ФИО2, представителя ответчиков ФИО3, конкурсного управляющего ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» к ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Промстройсити», обществу с ограниченной ответственностью «Урал-Форт», обществу с ограниченной ответственностью «Партнер», обществу с ограниченной ответственностью «Промстроймонтаж», обществу с ограниченной ответственностью «Форт Плюс», обществу с ограниченной ответственностью «СтройРесурс» о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» обратилось в суд с иском к ФИО5, ООО «Промстройсити», ООО «Урал-Форт», ООО «Партнер», ООО «Промстроймонтаж», ООО «Форт Плюс», ООО «СтройРесурс» о признании недействительными договоров займа *** от ***, *** от ***, заключенных между ООО «Промстройсити» и ООО «Урал-Форт», а также прикрываемых ими договоров дарения, договоров займа *** от ***, *** от ***, заключенных между ООО «Промстройсити» и ООО «СтройРесурс», а также прикрываемых ими договоров дарения, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ООО «Урал-Форт», ООО «Партнер»,ФИО5, ООО «Промстроймонтаж», ООО «Форт Плюс» 6200000 руб., солидарно с ООО «СтройРесурс», ООО «Урал-Форт», ФИО5, ООО «Партнер», ООО Промстроймонтаж», ООО «Форт Плюс» 3500000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что *** ООО «Промстройсити» признано несостоятельным, в отношении него введена процедура конкурсного производства. ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» является конкурсным кредитором в рамках дела о банкротстве. При изучении выписки ООО «Промстройсити» по расчетному счету истцу стало известно о том, что оно осуществляло безвозмездное финансирование третьих лиц путем перечисления денежных средств, указывая в назначении платежей на их перечисление по договорам займа. Всего ООО «Промстройсити» безвозмездно перечислило в пользу аффилированных организаций 9700000 руб., из них в пользу ООО «Урал-Форт» - 6200000 руб. (*** перечислены денежные средства в размере 5000000 руб. с назначением платежа: выдача денежных средств по договору займа *** от ***; *** - 1000000 руб. с назначением платежа: выдача денежных средств по договору займа *** от ***; *** - 200000 руб. с назначением платежа: перечисление по договору займа 03\11 от ***), в пользу ООО «СтройРесурс» - 3500000 руб. (*** перечислены денежные средства в размере 1500000 руб. с назначением платежа: перечисление беспроцентного займа, по договору 05\11 от ***; *** - 2000000 руб. с назначением платежа: перечисление беспроцентного займа по договору 07\11 от ***). Крупные денежные суммы не возвращены даже частично, при этом ООО «Промстройсити» не обращалось в суд с требованиями о взыскании задолженности. Так как денежные средства перечислены по беспроцентным договорам займа, то никакой экономической целесообразности в этом не было, выдача денежных средств произведена в ущерб ООО «Промстройсити». Реальной целью сторон являлось безвозмездное перечисление денежных средств со счета ООО «Промстройсити» в пользу третьих лиц. Стороны договоров не предполагали возврат денежных средств, что является признаком притворности сделок, прикрывавших договоры дарения, соответственно, все сделки являются недействительными по основаниям, предусмотренным ст. ст. 10, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. На притворность указанных договоров займа указывает то, что генеральный директор ООО «Промстройсити» - ФИО5 - регулярно осуществлял перевод активов ООО «Промстройсити» под видом крупных займов в подконтрольную ему организацию ООО «Урал-Форт». ФИО5 принадлежит 68% уставного капитала ООО «Промстройсити», 2% принадлежит его супруге - ФИО6 С *** ФИО5 также является генеральным директором ООО «Урал-Форт», единственным участником которого с *** также является ФИО6 До *** участниками ООО «Урал-Форт» являлись ФИО5 и ФИО6 в равных долях. Указанное свидетельствует о том, что безвозмездное перечисление денежных средств в пользу третьих лиц осуществлялось по воле ФИО5 Договоры займа скрыты, так как не переданы исполняющему обязанности конкурсного управляющего ООО «Промстройсити». На претензии последнего, в которых он просил предоставить документы, подтверждающие возврат денежных средств, а при их отсутствии - погасить задолженность, ответы не поступили. Также заключением по вопросам о преднамеренном банкротстве выявлен ряд операций, направленных на вывод активов предприятия. Так, установлено, что ООО «Промстройсити» перечисляло денежные средства в пользу аффилированных организаций: ЗАО «Урал-Бетон», ООО «Урал-Форт», подписывало соглашения об увеличении арендной платы в ущерб интересам организации. Прикрываемые договоры дарения между ООО «Промстройсити» и ООО «Урал-Форт», ООО «СтройРесурс» являются недействительными в силу подп. 4 п. 1 ст. 575 Гражданского кодекса Российской Федерации. ФИО5 подлежит привлечению к солидарной ответственности наряду с иными юридическими лицами на основании статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку имеются основания предполагать, что именно он является инициатором и организатором совершения сделок, которые повлекли причинение вреда ООО «Промстройсити» и конкурсным кредиторам, он же указан в качестве подписанта в большинстве документов, составленных специально для создания видимости хозяйственной деятельности, а также прикрывающих дарение денежных средств. ООО «Партнер», ООО «Промстроймонтаж», ООО «Форт Плюс», ООО «Партнер» подконтрольны ФИО5, поскольку имеют те же виды деятельности, зарегистрированы по одному адресу, в их составе участвуют бывшие работники ООО «Промстройсити», либо родственники и супруга ФИО5 Создание указанных аффилированных организаций потребовалось именно в связи с несостоятельностью ООО «Промстройсити». По аналогии со ст. 45 Налогового кодекса Российской Федерации необходимо производить взыскание сумм со всех аффилированных лиц. ООО «Партнер», ООО «Промстроймонтаж», ООО «Урал-Форт» могут быть использованы ФИО5 с целью дальнейшего вывода денежных средств.

В судебном заседании представители истца по доверенностям ФИО1, ФИО2 заявленные требования поддержали, дополнительно суду пояснили, что одним из обстоятельств, которые надлежит установить суду, является факт реальности совершенных сделок. Представленные суду в подтверждение зачета подлежащих возврату по договорам займа денежных средств договор подряда от ***, акты формы КС-2, КС-3 не могут быть приняты во внимание, поскольку носят формальный характер, составлены и правильно оформлены специально для того, чтобы создать видимость исполнения некого договора подряда и возникновение оснований для перечисления денежных средств, но сами по себе не подтверждают реальный характер работ. К числу доказательств, которые могли бы подтвердить данный факт, можно отнести: товарные накладные на закупку необходимого для выполнения работ оборудования и материалов, договоры поставки оборудования и материалов, счета на оплату, платежные поручения об оплате приобретенного товара, трудовые договоры с работниками ООО «СтройРесурс», договоры подряда с привлеченными для работы лицами, договоры аренды техники и оборудования, допуски СРО. Представленные суду копии документов не заверены надлежащим образом, их оригиналы не переданы суду на обозрение. Просили удовлетворить заявленные исковые требования.

Представитель ответчиков ФИО5, ООО «Урал-Форт», ООО «Партнер», ООО «Форт Плюс», ООО «СтройРесурс» по доверенностям ФИО3, конкурсный управляющий ООО «Промстройсити» ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, просили отказать в их удовлетворении по доводам отзывов на исковое заявление (т. 2 л.д. 73-74, 130-133), в которых указано следующее. ООО «Стройинтеллект» не наделен правом оспаривать сделки должника, участником которых сам не является. Истец не уполномочен на предъявление исковых требований, поскольку прав оспаривания сделок принадлежит лишь конкурсным кредиторам, права требования которых составляют не менее чем десять процентов общей суммы требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, к числу которых ООО «Стройинтеллект» не относится. Все доводы истца о недействительности сделок построены на предположениях. Представленная таблица, поименованная истцом как выписка по счету в ПАО «Уралтрансбанк», не является официальной банковской выпиской. Кредитор мог не получить такую информацию из банка законным путём, т.к. такие запросы вправе делать только арбитражный управляющий и суд. Заем, выданный с одного расчетного счета, мог быть возвращен на другой счет или погашен иным способом. Необходим анализ всех счетов должника и первичных документов. За указанной информацией кредитор мог обратиться к конкурсному управляющему должника, однако конкурсный управляющий ООО «Промстройсити» ФИО7 подозрительности сделок, о которых говорит кредитор, не установил, сделки не оспорил. Истец не представил первичные документы в обоснование оспариваемых сделок, сведений об обстоятельствах их совершения, хотя бремя доказывания соответствующих обстоятельств лежит именно на стороне, инициировавшей спор. Не усматривается и наличие второго необходимого для признания сделки недействительной условия - наличия убытков, которые были или могут быть причинены должнику, что исключает возможность признания оспариваемых сделок по перечислению денежных средств недействительной на основании ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, то есть то, что, совершая оспариваемые сделки, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. Истец указывает на безвозмездный и безосновательный характер платежей. В то же время, исходя из презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в гражданском процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченный употребил свое право исключительно во зло другому лицу. Истец не представил каких-либо доказательств в подтверждение доводов о злоупотреблении ответчиками правом. С учетом того, что исполнение обязательств перед третьим лицом может и не иметь оснований в виде какой-либо сделки, отсутствие документов, подтверждающих наличие договорных либо иных правоотношений между ответчиком и должником, само по себе не означает, что таких правоотношений в период соответствующих расчетов фактически не существовало. В отсутствие каких-либо сведений об обстоятельствах совершения оспариваемых сделок, невозможно сделать вывод ни о злонамеренном характере сделки (ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), ни о злоупотреблении правом (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), ни о притворном характере сделок (ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Применение ст. 45 Налогового кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям недопустимо в силу ст. 6. Гражданского кодекса Российской Федерации. Правоотношения по взысканию недоимки не являются схожими со спорными правоотношениями. Солидарная ответственность возникает в случае, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом. Гражданским законодательством не предусмотрена возможность солидарного взыскания переданных по договорам займа денежных средств с организаций, учредителем или участником которых является генеральный директор заимодавца. Какой-либо договор, устанавливающий солидарную ответственность ответчиков, не заключался. Согласно ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица за исключением случаев, предусмотренных законом. Учредители (участники) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. При этом требования к ним могут быть предъявлены только конкурсным управляющим. Положения ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируют деликтные правоотношения. По общему правилу ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора несет непосредственно сторона, нарушившая договорные обязательства. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон. Истцом не доказано совершение ответчиками совместных противоправных действий. Иск подан с целью затруднить хозяйственную деятельность ответчиков. Взаимосвязь организаций не влечет однозначного признания совершенных между ними сделок недействительными. В деловой практике взаимосвязанные лица всегда создаются с целью совершения взаимных хозяйственных операций. Сам по себе факт невозврата займа относится к обычным предпринимательским рискам и не свидетельствует о притворности сделок. Истец не доказал, что заемщики изначально не имели намерения возвратить полученные займы, и ответчики не вели реальной хозяйственной деятельности. Поскольку предприятия осуществляли реальную коммерческую деятельность, соответствующие доказательства истец представить не может. ФИО5 указан в качестве соответчика лишь для того, чтобы предъявить иск об оспаривании сделок между юридическими лицами в суд общей юрисдикции. ООО «ФортПлюс», ООО «Партнер», ООО «Промстроймонтаж» созданы намного позже совершения оспариваемых сделок, являются самостоятельными независимыми субъектами права, никаким образом не участвовали в оспариваемых сделках, соответственно, не могут нести ответственность по чужим обязательствам. Также указали на пропуск истцом сроков исковой давности и применении соответствующих последствий в виде отказа в удовлетворении иска.

Представитель ООО «Промстрйомонтаж» ФИО8 в судебное заседание не явился, об его времени и месте извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, в ранее состоявшихся судебных заседаниях возражал против удовлетворения иска по доводам отзывов ответчиков. ФИО5 в судебное заседание не явился, об его времени и месте также извещен надлежащим образом.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая мнение представителей истца, ответчика, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав представителей истца, ответчика, конкурсного управляющего, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании на основании представленной ПАО «Уральский транспортный банк» выписки по счету (т. 3, диск, обозревался в судебном заседании) установлено, что с расчетного счета ***, открытого ООО «Промстройсити» произведены списания:

- *** в пользу ООО «Урал-Форт» в сумме 5000000 руб., с наименованием платежа «выдача денежных средств по договору займа *** от ***»;

- *** в пользу ООО «Урал-Форт» в сумме 1000000 руб., с наименованием платежа «выдача денежных средств по договору займа *** от ***»;

- *** в пользу ООО «СтройРесурс» в сумме 1500000 руб., с наименованием платежа «перечисление беспроцентного займа по договору 05\11 от ***»;

- *** в пользу ООО «СтройРесурс» в сумме 2000000 руб., с наименованием платежа «перечисление беспроцентного займа по договору 07\11 от ***»;

- *** в пользу ООО «Урал-Форт» в сумме 200000 руб., с наименованием платежа «перечисление по договору займа *** от ***».

Таким образом, в пользу ООО «Урал-Форт» перечислено 6200000 руб., в пользу ООО «СтройРесурс» - 3500000 руб.

Истец требует признания договоров займа *** от ***, *** от ***, *** от *** и *** от *** недействительными, ссылаясь на их притворность, указывая, что они прикрывают договоры дарения.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу п.п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент перечисления денежных средств) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент перечисления денежных средств) притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 87 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Таким образом, в случае заключения притворной сделки действительная воля сторон не соответствует их волеизъявлению, при этом наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания ее притворной, а факт исполнения сделки не позволяет признать ее мнимой. Также наличие воли одной из сторон сделки, направленной лишь на ее неисполнение, недостаточно для квалификации ее в качестве притворной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из содержания п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации также следует, что притворная сделка включает в себя две сделки - прикрывающую (совершаемую для вида) и прикрываемую (в действительности совершаемую).

В связи с изложенным для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Кроме того, истец для признания сделки притворной должен доказать ряд обстоятельств, таких как нарушение его права при ее совершении, а также последствия восстановления его прав в случае признания ее притворной.

В силу п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно п. 2 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка или иной документ, удостоверяющие передачу займодавцем заемщику денежной суммы или определенного количества вещей.

Содержащееся в указанной норме правило о возможности подтверждения договора займа и его условий распиской заемщика или иным документом, удостоверяющим передачу заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей, императивного соблюдения данного положения не предполагает, элементом требуемой законом письменной формы договора займа не является, а корреспондирует ст. 162 Гражданского кодекса Российской Федерации о последствиях несоблюдения простой письменной формы сделки. Согласно названной статье по общему правилу несоблюдение простой письменной формы сделки не делает указанную сделку недействительной, а лишь лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. Соответственно, любой письменный документ, удостоверяющие передачу одним лицом определенной денежной суммы другому лицу с указанием на передачу денежных средств в долг, как раз и служат такими письменными доказательствами, подтверждающими заключение договора займа и его условий.

Договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, заем считается предоставленным, если из письменного документа следует, что деньги (вещи) переданы. Каких-либо оснований считать выписку по счету с указанием на перечисление денежных средств, а также заемный характер этих перечислений недопустимым, недостоверным доказательством, подтверждающим заключение договоров займа, у суда не имеется.

Оценивая правоотношения сторон, суд исходит из того, что стороны обязательства подтверждают существование между ними заемных обязательств, принимает во внимание, что факт перечисления денежных средств (факт исполнения сделки одной из ее сторон) подтвержден предоставленной по запросу суда выпиской по счету, в которой указано назначение платежей, поэтому, несмотря на отсутствие подписанных договоров займа в виде единого документа, признает имеющиеся в деле доказательства допустимыми и достаточными для квалификации сложившихся между сторонами фактических отношений, в качестве заемных, регулируемых нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах займа.

Суд полагает, что для квалификации отношений кредитора и должника по передаче денежных средств с таким назначением платежа как перечисление (выдача) денежных средств по договору займа можно квалифицировать как дарение только в том случае, если помимо отсутствия намерений у сторон выполнять именно эту сделку судом будет установлена направленность воли сторон на совершение иной прикрываемой сделки, то есть намерение кредитора в момент перевода денежных средств их подарить. В то же время таких доказательств и, как следствие, доказательств ничтожности сделки истец в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил; в назначениях платежа согласно выписке по счету прямо указано на то, что денежные средства передаются в заем, что предполагает возникновение у ООО «Урал-Форт» и ООО «СтройРесурс» обязанности по возврату полученных денежных средств, поэтому оснований для признания сделки недействительной суд не находит.

Доводы истца о том, что директор ООО «Промтройсити» ФИО5 регулярно переводил денежные средства в ООО «Урал-Форт» под видом займов, о том, что ООО «Промстройсити» и ООО «Урал-Форт» входят в одну группу лиц, так как ими руководило одно и то же лицо, о том, что денежные средства по сделкам не возвращены, сами договоры не переданы конкурсному управляющему, его же претензия оставлена ответчиками без ответа, а также о том, что ООО «Промстройсити» необоснованно перечислило в 2015 году в пользу ООО «Урал-Бетон» крупную денежную сумму, суд не принимает во внимание, как не имеющие правового значения для правильного разрешения спора. Ни одно из указанных обстоятельств как само по себе, так и их совокупность не свидетельствуют о том, что перечисляя денежные средства ***, ***, ***, ***, *** ООО «Промстройсити» намеревалось их подарить.

Более того, суду не представлен ни один из договоров займа, что исключает возможность установить факт истечения срока возврата займов и наступления у ООО «Урал-Форт» и ООО «СтройРесурс» обязанностей по их возврату, в то время как согласно ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Договор займа *** от *** 9 (т. 3 л.д. 77-78) представлен суду в копии, имеет другой номер, поэтому суд не может принять его в качестве достоверного доказательства по делу.

Суд также полагает, что истцом не доказано нарушение его прав заключением спорных договоров и возможность их восстановления путем признания сделок недействительными, а также причинение убытков исполнением, равно как и неисполнением оспариваемых договоров, имеющих возмездный характер и исполненных одной из сторон.

Суд также полагает, что ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» является ненадлежащим истцом, исходя из следующего.

В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 01.09.2013), п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (действовавшего до издания Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25) требование о признании недействительной ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

При этом под заинтересованным лицом понималось то лицо, которое может иметь юридически значимый интерес в деле. Такой интерес могут иметь участники сделки, либо лица, чьи права и интересы нарушены данной сделкой.

Как указано в Определении Конституционного Суда Российской от 15.04.2008 № 289-О-О заинтересованным лицом может быть признан субъект, в отношении которого просматривается причинная связь между совершенной сделкой и возможной угрозой его законным интересам, когда его благо, прежде всего, имущественного характера, может пострадать или уже пострадало в результате совершения сделки.

Применительно к норме п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной (недействительной), следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность, и интерес которого состоит в устранении этой неопределенности. Иными словами, это лицо, правовое положение которого претерпело бы те или иные изменения, если бы сделка на самом деле была действительной.

В силу обязательственной природы сделки и относительного характера данных правоотношений, предполагающих заранее определенный круг участников, в первоначальное положение могут быть приведены только стороны сделки, но не другие лица.

Доказательств того, что правовое положение ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» каким-либо образом изменилось бы, если бы сделки на самом деле были признаны действительными, а равно как и доказательства того, что признание их недействительными повлечет за собой восстановление каких-либо прав ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» (доказательства того, что требования истца в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) подлежат удовлетворению вне очереди или в первую очередь, а также того, что имеющегося имущества должника ООО «Промстройсити» недостаточно для удовлетворения в требований ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» в порядке очередности) суду не представлены.

При указанных обстоятельствах суд полагает, что признание договоров займа, заключенных между ООО «Промстройсити» и ООО «Урал-Форт» и ООО «СтройРесурс» недействительными и применение последствий их недействительности в соответствии с законом приведет только к восстановлению сторон сделки в первоначальное положение (ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), но не к восстановлению каких-либо прав истца.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (действующей с 01.09.2013) требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Порядок оспаривания сделок, совершенных лицом, в отношении которого возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) установлен главой III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу п. 1 ст. 61.1, п.п 1-3 ст. 61.9 указанного закона сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов. Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц. В случаях, установленных настоящим Федеральным законом, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд временной администрацией финансовой организации.

Действительно, согласно разъяснениям, изложенным в п. 17 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданского кодекса Российской Федерации или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности.

Вместе с тем, ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» не является стороной оспариваемых сделок и не представило достаточных и достоверных доказательств того, что признание их недействительными повлечет восстановление каких-либо прав ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ», поэтому суд полагает, что сделки, заключенные между ООО «Промстройсити» и ООО «Урал-Форт», ООО «СтройРесурс» не могут быть признаны недействительными по иску ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ».

Суд также полагает, что в удовлетворении исковых требований о применении последствий недействительности сделок, совершенных *** и ***, должно быть отказано по причине пропуска срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения договора купли-продажи, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

В редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ (в ред. от 28.12.2016) десятилетний срок, предусмотренный пунктом 1 статьи 181, начинает течь не ранее 01.09.2013.

В п. 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона № 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 01.09.2013 (пункт 6 статьи 3 Закона № 100-ФЗ). Для целей применения этого положения под совершением двусторонней сделки (договора) понимается момент получения одной стороной акцепта от другой стороны (пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Учитывая вышеуказанные положения закона, поскольку 3-годичные сроки предъявления требований о применении последствий недействительности сделки по сделкам 2008 года подлежали исчислению именно с момента, когда началось исполнение этих сделок, указанные сроки истекли 28.04.2011 и 30.04.2011, то есть до внесения изменений в ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, о применении последствий пропуска срока на обращение в суд представителями ответчиков заявлено, соответственно, основания для взыскания с ООО «Урал-Форт» денежных средств в сумме 6000000 руб., переданных по договору займа *** от ***, отсутствуют и по причине истечения срока исковой давности, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении иска.

Оснований для применения сроки исковой давности к требованиям о признании недействительными и применении последствий недействительности сделок, совершенных в 2011 году, суд не находит, поскольку по состоянию на 01.09.2013 трехгодичный срок не истек, при этом по новым правилам трехгодичный срок должен исчисляться со дня, когда ООО «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, то есть с момента ознакомления с выпиской по счету, что было возможно не ранее возбуждения в дело о банкротстве (январь 2016 года).

Оснований для применения к правоотношениям сторон ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не находит, поскольку согласно разъяснениям п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец на недействительность сделок по иным, чем ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не указывает, поэтому, а также в связи с тем, что действия ООО «Промстройсити» по передаче денежных средств соответствуют требованиям закона, оснований для применения положений ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не находит.

Не может суд согласиться и с доводами истца о наличии оснований для солидарного взыскания каких либо денежных средств с иных, чем ООО «СтройРесурс» и ООО «Урал-Форт» лиц.

Положения ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают солидарную ответственность лиц, совместно причинившие вред, перед потерпевшим.

Для возложения ответственности за совместное причинение вреда необходимо, чтобы вред находился в причинно-следственной связи с действиями нескольких лиц. При этом обязанность по доказыванию соответствующих обстоятельств возложена на истца.

Из представленных суду выписок из ЕГРЮЛ следует, что ООО «Партнер» зарегистрировано в качестве юридического лица *** (т. 1 л.д. 108-114), ООО «Промстроймонтаж» - *** (т. 1 л.д. 123-126), ООО «Форт Плюс» - *** (т. 1 л.д. 127-139), то есть спустя 4-7 лет с момента совершения сделок, что само по себе указывает на отсутствие такой причинно-следственной связи. Какие-либо доказательства того, что ООО «Урал-Форт» или ООО «СтройРесурс» перечислило в пользу вышеуказанных лиц именно те денежные средства, которые получили от ООО «Промстройсити» не представлены и представлены быть не могут, поскольку денежные средства, находящиеся на расчетных счетах, не имеют индивидуально-определенных признаков.

Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Промстройсити» (т. 1 л.д. 140-206) суд в качестве доказательства по настоящему делу не принимает, поскольку предметом его исследования являлся период с 2013 по 2015 годы, в то время как оспариваемые сделки совершены в 2008 и 2011 годах, кроме того, каких-либо выводов о том, что неплатежеспособность ООО «Промстроймонтаж» связана с невозвратом денежных средств по оспариваемым договорам займа, либо вследствие того, что денежные средства переданы таким юридическим лицам как ООО «Партнер», ООО «Промстроймонтаж», ООО «Форт Плюс» оно не содержит, взаимоотношения ООО «Урал-Форт», ООО «СтройРесурс» с указанными юридическими лицами не являлись предметом анализа специалиста.

В соответствии с п. 1 ст. 48 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическим лицом признается организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена обязанность лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Однако, данная ответственность не является солидарной, и наступает по требованиям ограниченного круга лиц, при доказанности недобросовестности или неразумности действий такого лица.

Также, п. 3 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлена исключительно субсидиарная ответственность участника юридического лица по его обязательствам самого юридического лица и при доказанности соответствующего юридического состава.

Учредители общества несут солидарную ответственность по обязательствам, связанным с учреждением общества и возникшим до его государственной регистрации (п. 6 ст. 11 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Таким образом, гражданским законодательством применительно к спорным правоотношениям не установлена солидарная ответственность учредителя, участника, руководителя общества, а также иных созданных и (или) возглавляемых им обществ, по обязательствам обществ, не исполнивших обязанность по возврату займа.

Применение к спорным правоотношениям положений ст. 45 Налогового кодекса Российской Федерации суд не находит, поскольку правовая природа налоговых и гражданских правоотношений различна.

Согласно ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона). При невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

В рассматриваемом споре правоотношения сторон прямо урегулированы гражданским законодательством и не допускают солидарную ответственность ФИО5, ООО «Партнер», ООО «Промстроймонтаж», ООО «Форт Плюс» по обязательствам, которые не исполнены или исполнены ненадлежащим образом другими юридическими лицами (ООО «Урал-Форт» и ООО «СтройРесурс»).

Гражданские обязательства из причинения вреда (ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации) не являются сходными с правоотношениями, связанными с исполнением обязанностей по уплате налогов и сборов (ст. 45 Налогового кодекса Российской Федерации), напротив, различны как статус, полномочия участников гражданских и налоговых правоотношений, так и их правовая природа. Обязанности по уплате налогов и сборов возникают по основаниям, предусмотренным налоговым (публичным) законодательством, а содержание прав и обязанностей субъектов публичных правоотношений по уплате налогов и сборов существенно отличается от содержания прав и обязанностей субъектов гражданских обязательственных правоотношений, в связи с чем значительно отличаются и методы правового регулирования названных правоотношений. В этой связи налоговое законодательство к гражданским правоотношениям не применяется.

Иные доводы и возражения сторон, в том числе относительно исполнения договоров путем взаимозачетов, представленные в их подтверждение документы (т. 3 л.д. 79-90), суд с учетом вышеизложенных обстоятельств, не принимает во внимание как не имеющие правового значения для правильного разрешения вопроса о признании сделок притворными и применении последствий недействительности сделок.

Так как исковые требования оставлены без удовлетворения, то основания возмещения истцу расходов по уплате государственной пошлины, суд не находит (ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙИНТЕЛЛЕКТ» к ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Промстройсити», обществу с ограниченной ответственностью «Урал-Форт», обществу с ограниченной ответственностью «Партнер», обществу с ограниченной ответственностью «Промстроймонтаж», обществу с ограниченной ответственностью «Форт Плюс», обществу с ограниченной ответственностью «СтройРесурс» о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга.

Судья Н.А. Попова