Решение № 2-2343/2023 2-2343/2023~М-2234/2023 М-2234/2023 от 26 ноября 2023 г. по делу № 2-2343/2023

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 ноября 2023 года город Усолье-Сибирское

Усольский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Егорова Д.К., при секретаре судебного заседания Пушиной А.И., с участием помощника прокурора города Усолье-Сибирское Дунюшкиной Л.В., истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 38RS0024-01-2023-003032-48 (2-2343/2023) по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, акционерному обществу «Альфа-Страхование» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование требований указано, что 27 апреля 2022 года ответчик ФИО2, управляя автомобилем «Ниссан Сани», государственный регистрационный номер (данные изъяты) на автодороге Р-255 «Сибирь» 1824 км + 720. в районе п. Биликтуй Усольского р-на, Иркутской области в нарушении п. 8.3. Правил дорожного движения РФ при выезде на дорогу с прилегающей территории не уступил дорогу истцу, двигавшемуся на мотоцикле «(данные изъяты)», государственный регистрационный номер (данные изъяты) Нарушения ответчиком ПДД РФ привело к столкновению транспортных средств. В результате ДТП истец получил следующие телесные повреждения: перелом стенок верхних челюстных пазух, перелом крыловидных отростков клиновидной кости с обеих сторон, перелом шиловидных отростков височных костей, перелом альвеолярного гребня нижней челюсти с раной на слизистой нижней губы, тупая травма грудной клетки в виде перелома 1-го ребра справа и 1-го и 2-го ребер слева с разрывом ткани легких, сопровождавшихся двусторонним пневмотораксом и скоплением воздуха в средостении, подкожной эмфиземой, тупая травма живота с разрывом селезенки с забрюшинной гематомой, перелом диафизов левой бедренной кости, перелом диафизов малоберцовой и большеберцовой кости справа, закрытый перелом левого надколенника, вывих левого коленного сустава и костей левого предплечья. Приговором Усольского городского суда Иркутской области от 6 декабря 2022 года ответчик ФИО2 был признан виновным в совершении преступления по ч. 1 ст. 264 УК РФ. Указанным приговором суда было установлено, что полученные истцом телесные повреждения относятся к разряду, причинивших тяжкий вред здоровью, и находятся в прямой причинной связи с нарушением ответчиком ПДД РФ. Кроме того, в результате ДТП также был причинен ущерб, принадлежащему мотоциклу истца «(данные изъяты)». Причиненный моральный вред в результате ДТП истец оценивает в размере 2 970 000 рублей., с учетом 30 000 рублей, выплаченных ответчиком в добровольного порядке. В соответствии с экспертным заключением № 0106/23 от 6 июня 2023 года стоимость материального ущерба, причиненного мотоциклу «(данные изъяты)» составила 354 000 рублей. Вместе с тем, эксперт пришел к выводу об экономической нецелесообразности восстановления мотоцикла, в связи с чем, стоимость материального ущерба была определена за вычетом стоимости годных остатков (59 000 рублей) и составила 295 000 рублей. 10 февраля 2022 года истец заключил социальный контракт № 29, в рамках которого стал самозанятым и открыл мастерскую по ремонту автомобилей. С момента открытия мастерской в марте 2022 года его доход составил в марте 2022 года -7 700 рублей, в апреле 2022 года - 12 200 рублей. Вместе с тем прожиточный минимум, установленный для трудоспособного населения в целом по РФ с 1 июня 2023 года составляет 15 669 рублей, что превышает среднемесячный доход истца в качестве самозанятого. Таким образом, истец считает, что утраченный заработок подлежит исчислению исходя из величины прожиточного минимума 15 669 рублей.

Просит взыскать с ФИО2 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 970 000 рублей, материальный ущерб в размере 295 000 рублей, утраченный заработок в размере 152 511 рублей, расходы на оплату экспертного заключения в размере 6 000 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 5 000 рублей (л.д. 4-8).

Определениями Усольского городского суда Иркутской области от 8 августа 2023 года (л.д. 101-102), от 4 октября 2023 года (л.д. 117) к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО3, Российский Союз Автостраховщиков.

Определением Усольского городского суда Иркутской области от 24 октября 2023 года произведена замена ненадлежащего ответчика Российский Союз Автостраховщиков на надлежащего ответчика - АО «АЛЬФА-СТРАХОВАНИЕ» (л.д. 132)

Определением Усольского городского суда Иркутской области от 27 ноября 2023 года (л.д. 149) по заявлению истца ФИО1 (л.д. 140) прекращено производство по делу в части исковых требований к ФИО2, ФИО3, АО «Альфа-Страхование» о взыскания материального ущерба, утраченного заработка.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении оставшихся требований настаивал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчики ФИО2, ФИО3, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства по адресу регистрации места жительства, в судебное заседание не явились, об уважительности причин неявки суду не сообщили, о рассмотрении дела в своё отсутствие не просили.

В судебное заседание представитель ответчика АО «Альфа-Страхование» ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д. 148) не явилась, направила письменное ходатайство об отложении судебного заседания.

Протокольным определением суда от 27 ноября 2023 года в удовлетворении заявленного ходатайства об отложении судебного заседания было отказано.

Изучив представленные материалы гражданского дела, обозрев в судебном заседании материалы уголовного дела № (данные изъяты), выслушав истца, заключение прокурора, допросив свидетеля, суд приходит к следующим выводам.

Согласно абз. 2 п. 4 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – по тексту – ГК РФ) вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником.

При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу указанных норм и разъяснений, определение надлежащего ответчика по требованию о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности (в том числе в случае их взаимодействия), зависит от того, кто являлся владельцем транспортного средства, а также виновником ДТП.

Владельцем источника повышенной опасности может быть не только собственник, но и другое лицо, которому источник повышенной опасности был предоставлен во владение и пользование.

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (например, при угоне транспортного средства), то суд вправе возложить ответственность за вред на лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности, по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Из указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, вступившим в законную силу приговором Усольского городского суда Иркутской области от 6 декабря 2022 года, ФИО2 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев. (л.д. 14-18)

Приговором установлено, что 27 апреля 2022 года около 16:30 часов ФИО2, управляя технически исправным автомобилем «Ниссан Сани» государственный регистрационный знак (данные изъяты) регион на автодороге Р-255 «Сибирь» 1824 км. + 720 м., в районе п. Биликтуй Усольского района Иркутской области, являясь участником дорожного движения, обязанным в соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения РФ (далее по тексту - ПДД РФ), знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, знаков и дорожной разметки, пренебрегая требованиями пункта 1.5 ПДД РФ, создал опасность для движения и причинения вреда другим участникам дорожного движения; создал опасность для движения, а также помеху другим участникам дорожного движения, не соблюдая п. 8.1 ПДД РФ, при выполнении маневра создал опасность для движения, а также помеху другим участникам дорожного движения, в нарушении п. 8.3 ПДД РФ, при выезде на дорогу с прилегающей территории, а именно выезжал с обочины автодороги Р-255 «Сибирь», не уступил дорогу транспортному средству, двигающемуся по главной дороге, мотоциклу «Хонда СБ400SF», государственный регистрационный знак (данные изъяты) 38 регион под управлением ФИО1, проявляя преступную небрежность, не предвидя наступления причинения тяжкого вреда здоровью иным участникам дорожного движения, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был ее предвидеть, и в результате допустил столкновение с мотоциклом «(данные изъяты)», государственный регистрационный знак (данные изъяты) регион, под управлением ФИО1, двигающегося по направлению с г. Иркутска в г. Усолье-Сибирское.

В результате дорожно-транспортного происшествия водителю мотоцикла «(данные изъяты)», государственный регистрационный знак (данные изъяты) регион, ФИО1 причинены следующие телесные повреждения: перелом стенок верхних челюстных пазух, перелом крыловидных отростков клиновидной кости с обеих сторон, перелом шиловидных отростков височный костей, перелом альвеолярного гребня нижней челюсти с раной на слизистой нижней губы. Тупая травма грудной клетки в виде перелома 1-го ребра справа и 1-го и 2-го ребер слева с разрывом ткани легких, сопровождавшихся двусторонним пневмотораксом и скоплением воздуха в средостении, подкожной эмфиземой. Тупая травма живота с разрывом селезенки с забрюшинной гематомой. Перелом диафизов левой бедренной кости, перелом диафизов малоберцовой и большеберцовой кости справа. Закрытый перелом левого надколенника, вывих левого коленного сустава и костей левого предплечья. Все телесные повреждения образовались от действия твердых тупых предметов, возможно при дорожно-транспортном происшествии, в срок указанный в мед документах, и, учитывая единый механизм образования телесных повреждений, все они в своей совокупности относятся к разряду, причинивших тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Нарушение водителем ФИО2 пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.3 Правил дорожного движения РФ, состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Действия ФИО2 квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что тяжкий вред здоровью ФИО1 был причинен в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 27 апреля 2022 года по вине ответчика ФИО2

Разрешая вопрос об определении надлежащего ответчика по делу, суд исходит из следующего.

В рамках рассмотрения уголовного дела, стороной ответчика ФИО2 (покупатель) был представлен договор купли-продажи «Ниссан Сани» государственный регистрационный знак (данные изъяты) регион, от 21 апреля 2022 года, заключенный с ФИО3 (продавец)

Согласно пункту 3 ст. 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», транспортное средство допускается к участию в дорожном движении в случае, если оно состоит на государственном учете.

Как установлено ст. 3 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», государственная регистрация транспортных средств осуществляется в целях: государственного учета транспортных средств; обеспечения исполнения законодательства Российской Федерации, регулирующего отношения, возникающие в связи с эксплуатацией транспортных средств, а также законодательства Российской Федерации, регулирующего иные отношения.

В силу ст. 5 названного Закона, государственный учет транспортных средств, принадлежащих, в том числе, физическим лицам, зарегистрированным по месту жительства или по месту пребывания в Российской Федерации, является обязательным.

Как установлено пунктом 3 части 3 ст. 8 этого же Закона, владелец транспортного средства обязан обратиться с заявлением в регистрационное подразделение для внесения изменений в регистрационные данные транспортного средства в связи со сменой владельца транспортного средства в течение десяти дней со дня приобретения прав владельца транспортного средства.

Вместе с тем, абзацем 2 пункта 3 Постановления Правительства РФ от 12 августа 1994 года № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации», действовавшего в момент возникновения спорных правоотношений, на прежнего собственника транспортного средства так же возложена обязанность по снятию транспортного средства с учета в случае прекращения на него права собственности.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2006 года № 544-О, которым отказано в принятии жалобы об оспаривании конституционности абз. 2 пункта 3 Постановления Правительства РФ от 12 августа 1994 года № 938, указано, что реализация права собственности в отношении транспортных средств при их использовании по назначению имеет свои особенности, которые определены спецификой их правового режима, связанной с их техническими параметрами как предметов, представляющих повышенную опасность для жизни, здоровья, имущества третьих лиц, и подлежит поэтому регламентации нормами не только гражданского, но и административного законодательства.

Государственная регистрация транспортных средств в подразделениях ГИБДД, предусмотренная Федеральным законом «О безопасности дорожного движения» (пункт 3 статьи 15) как обязательное условие для осуществления собственниками принадлежащих им имущественных прав на автомобили, а именно для использования в дорожном движении, в определенной степени ограничивает субъективное право собственности. Однако такое ограничение нельзя рассматривать как недопустимое, поскольку оно направлено на защиту здоровья, прав и законных интересов как самих собственников, так и других лиц, в том числе права на обеспечение эффективного противодействия преступлениям и другим правонарушениям, связанным с использованием транспортных средств, а сами по себе регистрационные действия, осуществляемые подразделениями ГИБДД, являются формой административного контроля с целью соблюдения конституционных прав граждан и гарантирования их имущественных интересов.

В связи с изложенным, надлежащим подтверждением перехода права собственности на автомобиль, и, следовательно, реального исполнения такой сделки, помимо положений, установленных Гражданским кодексом РФ, является соблюдение административных процедур, подтверждающих правомочия нового собственника.

Между тем, из карточки учёта транспортного средства, составленного ДББ РЭО ОГИБДД МО МВД России «Усольский» следует, что собственником транспортного средства «Ниссан Сани» государственный регистрационный номер (данные изъяты), на момент рассматриваемого ДТП, с 15 сентября 2021 года по настоящее время является соответчик ФИО3 (л.д. 106) Предусмотренная законом процедура снятия автомобиля с регистрационного учета при его продаже и регистрация автомобиля на нового собственника ФИО2 соблюдена не была, при этом ответчиками не представлено доказательств невозможности своевременного снятия с регистрационного учета транспортного средства и его регистрации на нового собственника после его продажи.

При таких обстоятельствах суд не принимает в качестве достаточного доказательства перехода права собственности на автомобиль «Ниссан Сани» государственный регистрационный номер (данные изъяты), договор купли-продажи 21 апреля 2022, представленный стороной ответчика, поскольку факт заключения и исполнения данного договора в указанную в нем дату ответчиками не доказан, в том числе не доказана передача денежных средств.

Таким образом, факт управления ФИО2 автомобилем на момент исследуемого дорожно-транспортного происшествия не может свидетельствовать о том, что именно водитель являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в статье 1079 ГК РФ.

Передача собственником транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.

Из системного толкования приведенных выше норм и разъяснений следует, что законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке при совокупности условий, а именно - наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим.

При установленных судом фактах, поскольку с правовой точки зрения собственником автомобиля являлся ФИО3, который обязан был обеспечить безопасность использования и сохранность принадлежащего ему имущества, суд определяет вину водителя ФИО2 в размере 70%, вину собственника автомобиля ФИО3 в размере 30 %.

Ответчик ФИО3, будучи собственником источника повышенной опасности, в силу положений ст. 209 ГК РФ, может совершать любые действия в отношении принадлежащего ему имущества, которые в любом случае не должны противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Не осуществление собственником должного контроля за сохранностью транспортного средства, нахождение автомобиля и ключей от него в свободном доступе для третьих лиц, явилось причиной получения к нему доступа ФИО2 и совершения дорожно-транспортного происшествия.

Перечень нематериальных благ закреплен в ст. 150 ГК РФ, в соответствии с которой к ним относятся: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно выписному эпикризу из ОГБУЗ «Усольская городская больница», истец ФИО1 за период с 27 апреля 2022 года по 2 июня 2022 года находился на стационарном лечении в отделении травматологии и ортопедии с основным диагнозом:

Множественная травма. Закрытый перелом нижней трети левой бедренной кости со смещением. Закрытый перелом костей правой голени в нижней трети со смещением. Закрытый задний вывих костей левого предплечья. Тупая травма живота: гемоперитонеум. Разрыв селезенки. Двусторонний паракостальный передний пневмоторакс, малый плевральный выпот слева. закрытый перелом со смещением 1-го ребра справа, 1-го и 2-го ребра слева. Линейные переломы стенок верхнечелюстных пазух с обеих сторон, оскольчатые переломы основания (крыловидных отростков) клиновидной кости с обеих сторон, отрывные переломы шиповидных отростков височных костей. Перелом альвеолярного гребня нижней челюсти между 42 и 41, 31 и 32. Рвано-ушибленная рана слизистой нижней губы. Травматический шок 2-3 степени (л.д. 22)

Также, за период с 24 июля 2022 года по 5 августа 2022 года истец находился на стационарном лечении в отделении травматологии и ортопедии ОГБУЗ «Усольская городская больница» с диагнозом: слабоконсолидированный перелом костей правой голени в средней трети. Наличие АВФ голень. 29 июля 2022 года проведена операция «Остеоперфорация по Бекку», рекомендовано наблюдение травматолога амбулаторно (л.д. 20)

Кроме того, истец в период с 6 февраля 2023 года по 17 февраля 2023 года находился на стационарном лечении в отделении травматологии и ортопедии ОГБУЗ «Усольская городская больница» с диагнозом: консолидированный перелом костей правой голени, наличие АВФ, консолидирующийся перелом левой бедренной кости. Наличие металлоконстукции (л.д. 21).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает наличие физической боли у истца в связи с полученными множественными травмами, нахождение истца на длительном стационарном и амбулаторном лечении с 27 апреля 2022 года по настоящее время (более 1,5 лет), невозможность вести привычный образ жизни, снижение работоспособности, обстоятельства ДТП, поскольку в силу травмы он был лишен возможности жить полноценной жизнью.

Указанные выше обстоятельства в полной мере подтверждены показаниями допрошенной в качестве свидетеля в судебном заседании ФИО5 (л.д. 115)

Определяя размер компенсации морального вреда пострадавшего, суд исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, в частности, принимает во внимание обстоятельства ДТП, полученные истцом травмы в результате ДТП, квалифицированные как тяжкий вред здоровью, длительное и продолжающееся лечение, добровольную оплату ответчиком ФИО2 в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей, индивидуальные особенности истца, и другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истцом физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, а также учитывает то, что по настоящее время у истца имеются остаточные посттравматические явления.

Вместе с тем, суд считает требования истца о компенсации морального вреда в сумме 2 970 000 рублей завышенными и полагает необходимым определить сумму, подлежащую взысканию в счет компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 в размере 1 500 000 рублей, с учетом определения вины с ответчика ФИО2 в размере 1 050 000 рублей (70%), с ответчика ФИО3 в размере 450 000 рублей (30%).

Исходя из требований закона, возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Уменьшение компенсации морального вреда не может быть произвольным, и должно учитывать такие факторы, как значимость и ценность защищаемого права с позиции истца, чьему здоровью причинен вред, и который испытывает связанные с этим страдания.

При этом, следует отметить, что ни законом, ни договором страхования не предусмотрена обязанность страховщика по возмещению компенсации морального вреда, в связи с чем, исковые требования к АО «Альфа-Страхование» о компенсации морального вреда подлежат оставлению без удовлетворения.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

По общему правилу гражданского судопроизводства (ст. 56 ГПК РФ) обязанность доказывания возлагается на ту сторону, которая ссылается на соответствующие обстоятельства.

В обоснование требований о взыскании расходов на оплату юридических услуг по составлению искового заявления, истцом представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 36 от 23 июня 2023 года от адвоката Поплоухина А.Н. на сумму 5 000 рублей (л.д. 90).

Кроме того истцом понесены расходы по оплате экспертного заключения № 0106/23У, составленного ИП ФИО6 на сумму 6 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 0106/23У от 1 июня 2023 года (л.д. 72).

Учитывая изложенное, суд полагает обоснованным взыскать судебные расходы по оплате экспертного заключения, составлению иска с ответчика ФИО2 в пользу истца в размере 7 700 рублей, с ответчика ФИО3 в размере 3 300 рублей.

При этом, в силу положений ст. 103 ГПК РФ, пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика ФИО2 подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования города Усолье-Сибирское государственная пошлина в размере 210 рублей, с ответчика ФИО3 подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования города Усолье-Сибирское государственная пошлина в сумме 30 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199, 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт серии (данные изъяты)) к ФИО2 (паспорт серии (данные изъяты)), ФИО3 (паспорт № 401242356), акционерному обществу «Альфа-Страхование» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 050 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей.

В удовлетворении исковых требования ФИО1 к акционерному обществу «Альфа-Страхование» о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате экспертного заключения, составлению иска в размере 7 700 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате экспертного заключения, составлению иска в размере 3 300 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования города Усолье-Сибирское государственную пошлину в сумме 210 рублей.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета муниципального образования города Усолье-Сибирское государственную пошлину в сумме 30 рублей.

Ответчики вправе подать в Усольский городской суд Иркутской области заявление об отмене заочного решения суда в течение 7 дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиками заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Д.К. Егоров

Мотивированный текст решения изготовлен 6 декабря 2023 года.